Не отпускай меня...

Ученица старшего класса академии «Арасигаока» Тсубаки Куреха не находила себе места с того самого момента, как пару дней назад внезапно пропала ее одноклассница Сумико Идзумино. Она отказывалась поверить в то, что ее любимую подругу загрызли медведи-людоеды, пробравшиеся из-за Великой стены. И потому полуночный звонок с незнакомого номера заставил девушку буквально вскочить с кровати. - Алло, говорите! - умоляюще прошептала Куреха, нервно кусая пересохшие от волнения губы. - Сумико, милая? Это ведь ты? Не молчи! - Тсубаки Куреха? - раздался в трубке незнакомый приятный глубокий голос. - Вправду ли ты любишь? Великая Стена бросает тебе вызов! Если хочешь обрести потерянное, то иди сейчас к клумбе своей матери. Там найдешь то, что поможет тебе в твоих поисках. И еще, доверишься медведям - обретешь истину! - Медведей никогда не прощу! Убью всех до одного! - рявкнула взбешенная Куреха, в бессильной ярости сжимая свои кулаки. - И любимую никогда не забуду! От любви своей не отрекусь! И одна не останусь! Слышите? Верните Сумико! Но в трубке зазвучали короткие гудки, и девушка в гневе отшвырнула телефон от себя. Потом она начала торопливо одеваться, ведь Сумико пропала как раз возле той самой клумбы. Несколько дней назад они вдвоем собирались пораньше с утра полить и прополоть подрастающие лилии. Но Идзумино так и не пришла. Теперь же Куреха больше не сомневалась в том, что ее любимая жива. Ну конечно же! Это просто злая шутка! Ее похитили! Возможно, незнакомцы и не собираются сразу же вернуть Сумико, но оставили возле клумбы что-то, что подскажет, где ее теперь искать. Ободренная такими мыслями, Тсубаки решительно накинула форменный пиджак, прихватила на всякий случай винтовку и со всех ног побежала к заветной клумбе. Еще издали она поняла, что среди цветов кто-то лежит. Сердце пропустило удар, а потом бешено заколотилось, словно пытаясь выпрыгнуть из груди: Сумико? Жива? Тут? Неужели... Но, приблизившись к разоренной клумбе, Куреха поняла, что человек, лежащий среди сломленных лилий, вовсе не Идзумино. Тсубаки с удивлением и вновь начинающей подступать яростью разглядывала совершенно незнакомую ей девушку. Та была очень бледной, тощей, с совершенно плоской, практически мальчишеской фигурой и очень короткими угольно-черными волосами, странно поблескивающими в свете мрачно проглядыаающей из-за облаков Луны. Бледное лицо девочки было слишком идеально красивым, нечеловеческим, словно у ожившей статуи. Одежда незнакомки тоже была очень странной: белая рубашка с короткими рукавами,  безрукавка, галстук и шортики насыщенно-черного цвета, такие же черные длинные чулки и митенки и обычные школьные туфельки. В руке девочка сжимала длинный узкий меч. Пришелица медленно открыла свои большие черные глаза в невероятных, густых сверкающих ресницах и тщетно попыталась подняться, сломав при этом еще несколько цветов. Эта нелепая безуспешная попытка только еще больше разозлила разочарованную Куреху. Она гневно уставилась на наглую девчонку, так беспардонно уничтожающую ее и Сумико любимые цветы и дрожащим от злости голосом выкрикнула: - Ты кто?! Что ты тут делаешь? На маминой клумбе? Отвечай, чудовище! - руки Тсубаки непроизвольно потянулись к висящей на плече винтовке. Если эта девица - медведь-оборотень, то она ее просто пристрелит на месте! Но девочка лишь посмотрела на нее помутившимися от боли глазами и прошептала: - По... моги! - а потом потеряла сознание. Куреха растерянно опустила винтовку. К такому она не была готова. И потом, что она знает об этой девчонке? Возможно, она и не из-за Стены, и всего лишь такая же жертва медведей, как и... Нет, нельзя думать, что Идзумино съели! Сумико жива. А она поможет этой странной девчонке, раз ей сказали, что это - ключ к поиску ее любимой. Только нужно ее отвести домой, и там расспросить поподробнее. Но для этого нужно сначала привести в себя. Куреха тяжело вздохнула и присела на корточки, а потом с размаху влепила незнакомке пощечину и удивленно отдернула зашибленную руку. Ощущение было, словно она попыталась избить каменную стену. - Кожа да кости! - недовольно проворчала изумленная Тсубаки. - Эй! Эй, ты! Чудовище... Открой глаза! Я не собираюсь тебя тащить на себе, поэтому тебе лучше будет прочухаться! И нам пора отсюда уходить! Знаешь ли, ночь на дворе, а где-то тут шляется медведь-людоед! Я его не боюсь, и убью, если что, но вот ты мне, увы, похоже, не помощник... Борт с трудом разлепила глаза: помощник. Как она забыла? Ей вернут Алмаз, если она поможет... Поможет вот этому существу? Она упрямо тряхнула головой, пытаясь в очередной раз сконцентрироваться и отмечая про себя, что это ей почти удалось. Странные ощущения не проходили, но стали немного слабее и... привычнее? - Т...ты кто? - губы совсем не слушались и голос звучал, словно скрип поломанного механизма. - Где Аль? Я что, на Луне? - Кто такая Аль? - тут же вскинулась Тсубаки. - Сумико! Ты ее видела? Она жива? Постой... Что ты сказала? Луна?! Что за шутки? Это Земля! Тут территория академии Арасигаока! - Вот как? - Борт стало внезапно смешно. Земля. Все же Земля, не Луна. Но стоящее возле нее существо явно не тянуло ни на одного из рода Адмирабилис, ни на кого-нибудь из Самоцветов. - Академия, значит? Вы, луняне, настолько обнаглели, что построили на Острове свою Академию? - Что ты такое несешь! - глаза Курехи метали молнии, а пальцы самопроизвольно снова сжались в кулаки. - Бака! Ты что, своей башкой серьезно треснулась где-то? Какие еще луняне? У нас обычная, земная, ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ академия! Или тебе медведи мозги последние вышибли? Отвечай! И хватит уже придуряться! Я не собираюсь торчать тут всю ночь! - Человеческая?! - лицо наглой пришелицы вытянулось от удивления и побелело еще больше, хотя Тсубаки даже представить себе не могла, что такое возможно. - Так ты... ЧЕЛОВЕК?! - Ну да, - нервно фыркнула Куреха, а потом снова вскинула винтовку. - Стой! Так ты... ты все же медведь?! И это... это ты сожрала Сумико, да? Ах ты, нелюдь! Да я тебя за это сейчас! - затвор ружья громко лязгнул, но Борт только болезненно скривилась: она уже порядком устала от этих истеричных воплей. - Сама ты... медведь! - грубо рявкнула она в ответ. - Дура! Я, по твоему, очень на него похожа? Конечно, у нас на Острове медведей не водится, и уже давно, но я их видела в человеческих книгах, и уверяю тебя, идиотка, что с ними у меня нет ничего общего! Тсубаки разинула от удивления рот, явно не ожидая такой яростной отповеди, а потом опустила винтовку: - Это... Но если ты не медведь, то кто такая, и почему ты несешь такую несусветную чушь про Луну? И почему так удивлена, что я - человек? А главное, как ты попала на мою клумбу? - Кто я такая? - Борт уселась на земле поудобнее, скрестив свои длинные ноги и мрачно посмотрела на свою собеседницу. - Камень. Черный Алмаз. Мое имя Борт. Такой ответ тебя устраивает? На моем родном Острове людей давно уже нет. Они все умерли много веков назад. Зато есть настырные жители Луны, которые частенько прилетают к нам, чтобы забрать кого-нибудь из моих подруг к себе. Из нас они делают свои оружие и украшения, а остатками наших тел, разбитых в мелкую пыль, посыпают свои улицы для красоты. А у вас, значит, люди еще сохранились? Но как? Ведь когда с неба упал метеоритный дождь, он разрушил все города, и мир почти весь ушел под воду... - Эй! - Куреха нахмурилась и потерла лоб. - Это ты чего-то перепутала! Метеорит был только один, и назывался он Медведия, но да, он взорвался и был целый дождь из его осколков. И когда он упал, все медведи внезапно встали на задние лапы, обрели разум, а потом напали на людей. И началась война! - Вот, значит, как все было? - Борт недоверчиво покачала головой. - Выходит, только один метеор? А медведи, что, сожрали потом всех людей, да? И так они исчез... - Бака! Никуда никто не исчез! - Куреха грубо встряхнула тупую девчонку с такой силой, что та клацнула зубами и замолкла. - Ты чего, слепая, да? Люди живы! Мы построили Великую Стену и отделили мир людей от мира медведей! Но иногда находятся наглецы с той, другой стороны, и пробираются к нам сюда! Так погибла моя мама... Ее съел медведь. И ... и Суми... Нет. Ее не съели! Я не верю! Я... мне позвонили сегодня ночью, и велели прийти сюда. Сказали, что я найду здесь то, что мне поможет в моем поиске любимой! Я прибежала и нашла тут тебя, идиотка ты такая! Но вижу, что толку от тебя не будет! - Постой! - Борт наконец поднялась с земли и машинально отрязнула одежду. - Суд... Стены. Да, они себя так назвали! Моя сестра Аль... Алмаз. Я люблю ее больше всего на свете. Она - весь смысл моей жизни. Ее обманом увезли на Луну. И я искала ее много-много ночей, пока не попала в одно таинственное место. Там были три странных существа, и они пообещали мне, что я найду Аль, но только тогда, когда помогу кому-то, кто нуждается в помощи. И еще они говорили, что превратят меня в обычную девочку, чтобы я лишнего не натворила, а потом я ничего не помню. Вот так я и очутилась на этой клумбе...  - Суд Стены, говоришь, - Тсубаки нахмурилась, забрасывая ненужную теперь винтовку за спину. - Как раз так они себя и назвали. Значит, ты тоже потеряла свою любимую, да? Хммм. И мы должны друг другу помочь? Ну, что же, хорошо. Выходит, теперь мы с тобой напарники. Говоришь, тебя зовут Борт. А я - Тсубаки Куреха. Ну, Борт, идем. Я живу одна, и у меня есть свободное место на чердаке. Надо же тебе пока где-то жить. И еще, завтра ты идешь со мной в Академию. Я не могу тебя оставить одну у себя дома. И мне нужно поискать тебе нормальную одежду. У нас в таком не ходят. Борт коротко кивнула, соглашаясь с ее доводами, а про себя с удивлением отметила очень странное ощущение тяжести в руках и ногах и желание закрыть глаза, словно наступила пора зимней спячки. Куреха, видимо, тоже заметила ее состояние и обеспокоенно пробормотала: - Да ты же еле на ногах держишься! Спать, видимо, хочешь и устала... Вот же, камень она! Хотя... В живую девочку, говоришь? - Угу, в живую, - безразличным тоном буркнула Черный Алмаз, широко зевнув. - Это что, я всегда такая теперь буду? Как же вы, люди, примитивно устроены... - Ничего, выспишься, и будет тебе получше! - беззлобно огрызнулась Куреха. - Примитивных нашла она, дура каменная! Пошли-пошли уже, а то прямо тут и уснешь, на остатках моих бедных цветов! Вот весело-то будет утром, когда все в Академию на занятия заявятся и найдут тебя на останках клумбы. - Пошли, - покорно согласилась с ней Борт и лениво потянулась. Она упрямо тряхнула головой, отгоняя подступающую сонливость, а потом зашагала следом за своей невольной напарницей по пустынной ночной улочке.