Не отпускай меня...

Директор совершенно не удивилась визиту Курехи и Борт, и, казалось, что ждала этого. Во всяком случае, на столе уже стояли несколько чайных чашек, вазочка с печеньем, горшочек меда и дымящийся чайник. - А-а, Курреша! - промурлыкала Юрика, слишком поспешно, на взгляд Борт, разливая чай по чашкам. - Я очень рада, что ты заглянула ко мне, милая! Сегодня ты не одна? Твоя новая подружка, да? Если не ошибаюсь, Юримура? - Доброе утро, тетя Юрика, - мягко поприветствовала ее Куреха, слегка насторожено глядя на накрытый стол. - Вы кого-то ждали к чаю? - Я ждала вас, точнее, тебя, - Юрико бросила быстрый и внимательный взгляд на напряженно стоящую в дверях Борт. - Ведь у тебя совсем скоро день рождения. Вот я и подумала, что было бы неплохо это отметить. И, если уж вы заглянули ко мне, почему бы не сегодня? - Плохая примета отмечать день рождения заранее, - фыркнула Борт, неодобрительно покачав головой. - А просто чай пить, без поводов, вместе не пробовали? - Забавная у тебя подррружка, - негромко рыкнула директор, на миг обнажив треугольные клычки, но Тсубаки, кажется, опять ничего не заметила и только сердито ткнула Борт локтем в бок: - Эээ, ну, да. Юримура, она такая. Не поймешь, шутит она или серьезно. Борт зыркнула из-под опущенных острых ресниц и натянуто улыбнулась: - Да уж, шуточки.  - Так что у дверррей стоите? - картинно всплеснула руками Юрика, продолжая свой очень явный спектакль. - Прямо, как не родные! Садитесь, угощайтесь, а то чай остынет. Вот, печенье, медок... - Спасибо, тетя Юрика! - мило улыбнулась Куреха, аккуратно усаживаясь на диванчик напротив директора. Борт плюхнулась на стоящее рядом кресло и демонстративно положила свою нодати себе на колени. - О! - Юрика округлила глаза, рассматривая катану. - Признаться честно, впервые у ученицы Академии вижу подобное! У нас как-то все с ружьями ходят. А что это такое?  - Меч, - недобро оскалилась Борт. - Острый. Башку любому за долю секунды снесет. - Хммм, - директор задумчиво нахмурилась. - Меч. У нас сражаются огнестрельным оружием. От меча мало толку. Пулю он не опередит. - Возможно, - широкой и дружелюбной улыбке Борт могла бы позавидовать любая акула. - Вполне. Но вот, думаю, медведя любого вполне себе на мелкие кусочки порубит. Если я правильно понимаю, у нас тут, вроде как, враг только один? Или у хищников завелись ружья? Юрика зло сузила синие глаза и с очень приторной, искусственной улыбочкой почти прошипела: - Даа, конешшшшно, гррр, верррно. У хищников нет ружей. Но не хотела бы я оказаться на твоем месте в темное время суток где-то на улице. - Это угроза? - милая улыбка Борт стала еще шире.  - Нет, просто... предупреждение, - директор поспешно постаралась закончить неприятный ей диалог. - Так, чай остывает... Но, Куррреша, дорогая, ты ведь ко мне не просто так пришла, да? - Ммм, - Тсубаки торопливо прожевала печенье и согласно кивнула: - Да, мы тут нашли кое-что... Точнее, не то, чтобы нашли. Просто... Вы ведь помните, Юрика-сан, что мама писала для детей сказки? - О! - директор насторожилась и очень внимательно уставилась на Куреху. - Помню ли я? Конечно же! Все просто обожали ее сказки! Жаль, последнюю она так и не смогла закончить.  Тсубаки растерянно посмотрела на свою спутницу, словно искала ее поддержки, но та сделала вид, что не заметила отчаяния в ее взгляде. Юрика же широко улыбнулась и с сочувствием поинтересовалась: - А что? Куреша, ты нашла что-то новенькое? - Да нет, - девушка понуро опустила белокурую голову. - Просто мы думали, что Вы что-то знаете про ее последнюю книгу, которую она так и не выпустила. Она хранится у меня, в единственном экземпляре. Сказка про Дочь Леса и Дочь Луны... - Да, эту сказку я знаю! - тяжело вздохнула Юрика и поудобнее уселась в кресле, осторожно косясь на подозрительно притихшую Борт. - Знаешь, Куреша, это ведь о нас с твоей мамой сказка. - Да? - искренне удивилась Тсубаки, отставив кружку с недопитым чаем. - Но мама говорила мне, что пишет ее для меня и моей подружки... - Мама просто не хотела тебя расстраивать. Ведь история наша с Рэйей на самом деле была очень грустная, - на губах Юрики появилась болезненная, вымученная улыбка, а лицо застыло, как фарфоровая маска. - И, видимо, пришло время ее рассказать. Вот только она, наверное, вам не интересна, да? - с затаенной надеждой в голосе спросила она. - Что Вы, тетя Юрика! - горячо возразила Куреха. - Я всегда очень хотела узнать, как вы с мамой познакомились и подружились. Тем более, теперь, когда я знаю, про кого была эта книга... - Ну, что же, - директор отхлебнула порядком остывший чай и задумчиво уставилась в окно. - Тогда слушайте! Я не помню своих родителей. Меня бросили, подкинули на ступени одного очень богатого дома. В этом доме жил человек... Очень интересный человек. Он любил прекрасные вещи, и сам был красив, как античное божество. Человек удивился, увидев маленькую меня на ступенях своего дома, но не рассердился. Он восхитился моей красотой и забрал меня к себе. Он растил меня, воспитывал как родную, и заботился обо мне, постоянно говоря мне, что я чиста и прекрасна, и когда-нибудь буду его невестой, его величайшим сокровищем в этом мире. Еще он говорил, что в нашем мире очень много скверны, которая разрушает и портит все то, что нам дорого. И для того, чтобы сохранить дорогие нам сокровища от скверны, нужно обязательно прятать их под замок, в самые глубокие ящики и сундуки, чтобы никто и никогда кроме нас не посмел к ним прикоснуться и запятнать их. И я росла в таком доме-ящике, не зная внешнего мира, ревностно хранимая им от скверны и посторонних глаз, как самое величайшее его сокровище на свете. И я не знала иной жизни, и любила этого человека всем своим сердцем. Но однажды утром он внезапно поспешно собрал свои вещи и пришел со мной попрощаться. «Ты прекрасна и свежа, Юрика, - сказал он мне, широко лучезарно улыбаясь. - Но, увы, время быстротечно, и твоя красота уже достигла своего зенита. Скверна пока не коснулась тебя, но это лишь вопрос времени, а я нашел себе другие сокровища, более чистые и свежие. Что же, такова жизнь!» И он... ушел. Бросил меня одну в этом доме-ящике. Одну, без всякой поддержки, без своей ласки и любви. Я чувствовала себя обманутой, разбитой, сломанной, но самое страшное, что я не умела жить без него и так, как живут остальные. Я молила со слезами на глазах, чтобы он не покидал меня, а он лишь весело улыбался своим мыслям, предвкушая обладание новыми сокровищами. Напрасно я кричала ему вслед, чтобы он не оставлял меня одну. И я... нет, об этом я не хочу вспоминать. Я осталась одна, совсем одна... Юрика горько всхлипнула и ненадолго замолчала, глядя прямо перед собой остекленевшими от набежавших слез глазами, но потом упрямо тряхнула белокурой головой и продолжила свой рассказ: - Ящик-дом остался моим прибежищем. Я не умела жить иначе и продолжала делать то, что всегда делала и существовать, словно он все еще был рядом. Брошенная невеста, никому не нужное сокровище, словно отчаявшийся дракон, запертый в глухой пещере на куче бесполезного злата... Единственной моей отрадой была клумба с лилиями, нежными и белыми, словно фата невесты. Та самая клумба, у Академии. Я тайком приходила туда, пока никто не видел и могла часами возиться с цветами, поливать их, ухаживать за ними и любоваться их нераскрывшимися бутонами. Они стали моими главными сокровищами. Но мне всегда твердили, что сокровища нужно хранить от скверны и постороннего взгляда. Прятать в ящик... И я так и делала: едва цветы расцветали, я, словно ревнивый древний ящер, что стережет драгоценности от случайных путников, срезала их под корень и прятала в крепкие коробки, запечатывая их навеки. Так продолжалось и продолжалось до тех пор, пока однажды я не услышала за своей спиной удивленный звонкий девичий голос. «Зачем ты прячешь цветы в коробки?» спросила меня незнакомая юная девушка. Она была очень красива: длинные светлые волосы, огромные синие глаза. Она была моей ровесницей и смотрела на меня дружелюбно и заинтересованно. «Я хочу уберечь их от скверны! Они так прекрасны и должны храниться, как настоящее сокровище! Поэтому я и прячу их в ящик!» - ответила я ей. Но девушка изумилась моим словам еще больше: «Но ведь тогда никто и никогда не увидит, как они прекрасны, и никогда этого не узнает и не поймет!» «Мне говорили, что то, что достойно любви, должно быть хорошо спрятано! Иначе быть беде!» - возразила я ей. Девушка только рассмеялась чистым и нежным смехом: «Я не знаю, кто тебе это сказал, но тебе соврали! Если прятаться ото всех, то никто и никогда тебя не найдет, не увидит и не полюбит!» А потом она добавила: «Достань свои сокровища из ящика, любуйся ими, покажи их тому, кто тебе дорог, поделись ими с миром. Наслаждайся жизнью и красотой!» Вот так Рэйя нашла меня, брошенное сокровище. И стала моим драгоценным другом, единственным и самым дорогим. Мы делили с ней горе и радость, печаль и веселье, мы смотрели на звезды, ухаживали за цветами и мечтали, чтобы наша дружба никогда-никогда не заканчивалась. И в знак нашей дружбы я подарила ей кулон в виде звезды, как в той сказке...  - Тогда получается, Вы были Дочь Луны? Ну да, Вы же такая красивая! - с восхищением в голосе прошептала Куреха, не сводя с директора благоговейного взора. Борт же только скривилась, чуть слышно пробормотав себе под нос: - Угу, а вполне нормальный человек в роли дочери лесной чащобы? Что-то сказочка-то не складывается. И потом, причем тогда та лестница?  Тсубаки услышала ее сердитый шепот и поспешно спохватилась: - Ой, и правда, а что это за лестница такая? Ну, та, в сказке? - Лестница? - Хаконака замерла, беспомощно хлопнув глазами, словно тщетно силилась понять, о чем говорит ее подопечная. - Что за лестница? Извини, Курреша, не помню я эту сказку до конца, да и недописана она была... - Хммм, - Борт очень нехорошо посмотрела на директора и с явным сомнением в голосе произнесла: - Но Вы же сказали, что это история про Вас и маму Курехи? Значит, про лестницу-то должны были помнить. Она в этой истории была очень важна. И потом, хоть сказка и недописана, как Вы говорите, но ваша-то история имела продолжение. Вот мы и хотим понять, чем все закончилось, и что это за условие, связанное с Зеркалом миров? - Зеркало миров? - директор насторожено встрепенулась и вся подобралась, словно готовилась к атаке, а потом с откровенной враждебностью уставилась на нахальную ученицу. - Наша история, как вы обе знаете, закончилась печально: Рэйя погибла, ее съел медведь-людоед и утащил с собой мой подарок. А я вновь осталась одна, лишившись своего самого большого сокровища. Но у меня сейчас есть ты, Куррреша, ее дочь. И еще мой долг перед умершей подррругой. Вот и все. Что же касается Зеркала и лестницы - ну, это же сказка. Всего лишь сказка, не более. Рэйя их просто придумала, для создания волшебной атмосферы, а на самом деле их нет! - Как это нет? - на сей раз искренне возмутилась уже Тсубаки. - Я же видела это Зеркало! На Суде Лилий!  - Довольно! - Юрика вдруг раздраженно и очень зло хлопнула рукой по столу и почти прорычала: - Хватит! Не несите чушь и ерррресь! И прррекратите искать всякую ерунду! Нет никакого Зеррркала миров! И лестницы тоже! И Суда Лилий! Это все дурацкие выдумки! И я не позволю морочить подобной чушью головы ученикам Академии! Куреха испугано отшатнулась от взбешенного директора и неловко уронила свою изящную фарфоровую чашку на пол. Та с жалобным звоном разбилась. Борт проворно вскочила, загораживая собой Тсубаки от еле сдерживающей свою ярость Юрики и демонстративно положив руку на рукоять нодати. Хаконака заметно побледнела и торопливой скороговоркой выпалила: - Курреша, извини, не хотела тебя напугать! Просто... просто... - Просто кто-то очень не хочет рассказать правду, - нахмурилась Черный Алмаз, кивая растерянной и ничего не понимающей Курехе: - Пошли отсюда, нам на занятия пора!  - Да-да, - торопливо согласилась с ней та. - Тетя Юрика, простите, что побеспокоили. Спасибо за чай. И извините, что разбила чашку... Но нам действительно уже пора, скоро урок! И не обижайтесь на Борт, она просто... меня защищает. - Что же, идите! - Юрика в последнюю минуту встретилась глазами с Черным Алмазом и вложила в этот взгляд столько затаенной злобы, что Борт инстинктивно дернула все еще пытающуюся извиняться Куреху за руку и поспешно вытащила ее из кабинета директора вон. - Дааа, значит, невеста из ящика? - недобро оскалилась она. - Точнее, из клетки?  - Зря ты так, - расстроенно пробормотала Куреха. - Возможно, тетя Юрика на самом деле не знает ни о чем. Она нам открылась, рассказала о себе, а ты... - Да очнись же ты, наивное создание с нулевым инстинктом самосохранения! - Борт порывисто схватила Тсубаки за плечи и резко встряхнула ее, да так, что у той зубы клацнули: - О чем твоя тупая башка думает? Тебя хотят сожрать аж несколько голодных хищников, по Академии бродят оборотни, и разрулить всю ситуацию мы можем, лишь пробудив это ваше чертово божество, которому, видимо, глубоко пофигу, что ваш мир катится в тартарары. А эта твоя так называемая тетка лжет тебе прямо в лицо и не краснеет! Вспомни лучше ту сегодняшнюю медведицу! Она ведь принесла медальон твоей матери. И она не врет тебе, в отличие от Хаконаки. Эта сказка не про Юрику!  Куреха угрюмо посмотрела на свою подругу и мрачно спросила: - Какой смысл ей врать?  - А ее реакцию на слова о Суде Лилий ты помнишь? - Юримура осторожно разжала пальцы, отпуская Тсубаки и с сомнением покачала головой: - Видимо, нет. Говоришь, с какой стати ей врать? Ну, хотя бы потому, что она - медведь-оборотень. И страница эта вырванная точно у нее! Я это чувствую! - Не верю! - горько всхлипнула Куреха, без сил опускаясь на подоконник коридорного окна. - Ты сама все врешь! Тетя Юрика не может меня обманывать! Она не такая! И нет у нее никакой страницы! И вообще, с чего это ты вдруг поверила этой незнакомой медведице, а моей тете не веришь? Если на то пошло, то эта страница, как и медальон, может быть как раз у нее! И потом, это не тетя Юрика, а она - медведь-оборотень! - Дура, - беззлобно выругалась Борт, плюхаясь на подоконник рядом с обиженной Тсубаки. - Я в характерах окружающих лучше тебя разбираюсь. А ты, верно, еще и слепая, раз очевидного заметить не хочешь и не можешь! Видимо, придется мне тебя тщательнее охранять. Очень уж взгляд этой твоей тетки мне не понравился. Точно, невеста из клетки! - Из ящика! - обижено рявкнула Тсубаки, вскочив на ноги и с силой оттолкнув поспешно рванувшуюся к ней Борт от себя. - И отстань уже от меня! Кто тебя вообще просил меня охранять!? Я и сама справлюсь! А ты катись отсюда подальше! - Идиотка! - Борт попыталась было схватить ее за руку, но Куреха проворно увернулась и стремительно побежала по коридору прочь от нее. А в ушах издевательски шелестело: «Медведям доверишься - раскроешь истину!» - Не собираюсь я им доверять! И этой дуре каменной тоже! - глотая слезы обиды, прошептала Куреха, торопливо открывая дверь класса. - Медведей никогда не прощу! Убью их всех до единого!