скинь как губы надулись

Ночные отблески, тёмные тучи обволакивают небо, закрывая его практически полностью, но светлый подтон иногла выделяется. Чего не сказать о маленьких звездочках, они словно на полотне мальберта разгулялись белыми, мелкими точками, но выглядит безумно красиво. Прохладный ветерок продувается и в помещение. Небольшая квартира, но вполне уютно. На балконе стоит запах сигарет, ибо курящий сейчас как раз таки там и находится. Ярковолосый нехотя отстраняет от тонких губ курево, пока в тёмных очах отображается ночный пейзаж. — Танос! Чертов ублюдок. -..       Звонкий голос заканчивает эту идиллию, заставляя парня обернуться.

***

Его тёмные волосы спадали мягкими волнами, пока сам Гю болезненно стонет, аккуратные рученки сдавливают собственный живот, который предательски болит. Очень болит. Прям не потерпишь. Коленки поджимаются, в напряжении, а голова ударяется об холодную стену. – И как я тебе помогу, my boy? Низкий голос, как мелодия, заставляет даже немного успокоиться. Тяжёлый вздох, и он глядит в карие напротив. — Хоть как-то, мне плевать. курить в стороне не лучший вариант, а? — Обиделся? И после этой фразы улыбка расплывается на устах, как же это нелепо выглядит. — Ещё чего.. Злобно проговаривает в ответ, и хнычет от сильных спазмов, какой ужас. Хочется как можно быстрее избежать таких неприятных ощущений. — Значит потом скинь как губки надулись —. И саркастично как, правда не вовремя. Сцена, где тот собирается просто уйти, наплевав на чужие чувства не удалась, он не хорош в театральном. Матрас слегка прогибается, когда ещё одно тело оказывается на кровати. Освещение слабое, только светильник, и лунный свет, но он не очень спасает. Подвигается ближе, расставляя в наглую чужие ноги. Гладкие, что ладони сами гуляют, изучая, а после плавно тянутся вверх, обхватывая бедра, а потом к ягодицам, сжимая. Визг сразу отвлекает, видимо, не время. — Я сказал помочь, а не лапать меня, идиотина. — Руки обладателя фиолетовых волос перемещаются на стройный живот Гю, поглаживая, а после наклоняясь целует, выцеловывает, на что получает в ответ всхлыпы. Ложится между чужих ног, гладит бока, а потом тянется к груди, будто отвлекая от состояния, и его слушают без слов, тяжело дыша, и уже без сопротивления. Тело горит, даже приятно. — Отсоси мне.. — Вырывается из рта темноволосого, какая же наглость. В ответ смешок, и затяжной поцелуй, что аж губы потихоньку немеют. Голова опускается ниже, а руки с грудной клетки спускаются к чёрным шортам, спуская те вниз, а потом и вовсе снимая. такой трюк с бельём, и тут без осветления рай для глаз карих. Аж слюни потекли, о каком возбуждении идёт речь, тут сказка! Бархатное, фарфоровое тельце. Красивые, стройные ножки, аккуратные бедра, даже косточки выпирают, и круглые ягодицы. Задирает белую футболку, открывая взгляд шире на стройный животик, и сладкую грудь, что даже можно позабыть о чужом желании. Губы спиваются в соски по очереди, слюняво целуя, облизывая. Руками жадно сжимает обе, мечтая утонуть, какая конкуренция с ножками. Они тоже в соку, мягкие, словно облака, тут и о курении позабыть можно. — Живот лучше? — Тишина разрывается, и в ответ только смотрят, а потом кивок, ногами зажимая чужую головушку, как от такого не растаять.

***

Мокрые толчки, чужой член пульсирует, а стоны лишь громче. Рука параллельно поглаживает живот длинноволосого, будто успокаивая, и теперь не понять, помогает желанный минет или тёплые руки. Неважно, это превосходно. Жарко, по ключицам стекает пот, рот раскрывается шире, выпуская новые постанывания уже не от боли, а глаза жмурят, пока бровки сходятся на переносице домиком. Ещё легче стает после изливания, боль отпускает, самое приятное ощущение без таблеток. Но руки Таноса тянутся к бёдрам, заостряя там свое внимание. — это ведь ещё не конец, смекаешь? . You still have to pay for my work, baby)