Он не смотрел,он ерзал,смотрел прямо,но не на монитор.Только прямо,замирая,будто это он малолетний пиздюк,который повелся на провокацию.

Несколько человек откровенно разглядывали его, кто-то хихикнул. Серёжа поднял взгляд — зелёные глаза на мгновение встретились с чужими, и он тут же отвёл их, будто не хотел никого пускать внутрь.Когда учительница объявила, что новенький сядет рядом с Курседовым, Кир едва заметно поморщился. — Ну, вот и всё, — вполголоса буркнул его сосед Кирилл, усмехаясь. — Конкурент подъехал. Курсед скосил глаза на него. — С чего бы? — Да не знаю, — Кирилл лениво растянул улыбку.

— Если бы ты переспал с кем-то на моих глазах ,из-за твоей «тревожности»,я бы потом ещё раз выебал тя в стельку,но не бросил бы — Красиво выдыхает сигаретный дым сплитовый, улыбаясь своему молодому сожителю. — Ты тоже болен,просто не признаешь —

— Странный выбор, — сказал он, указывая на свечу в руках Кира. — Она почти не горит. Он говорил спокойно, чуть улыбаясь. Голос — низкий, чуть хриплый, будто слышался не только ушами, но и кожей.Он подошёл близко,уж слишком близко и навязчиво.Серёжа хотел что-то сказать, но Кир уже взял его за ворот плаща.

Кир сидел, обложенный тетрадками, как будто собирался сдать НМТ сразу по всем предметам разом, но на самом деле пытался написать хотя бы что-то связное для их с Серёжей презентации по литературе. Условно — проект. Неусловно — херня, потому что Курседов понятия не имел, как грамотно развернуть тему «украинская поэзия как отражение национальной идеи».