Око

Вадик снял наушники, услышав, как папа зовёт его. Он вошёл на кухню и увидел очень скудный новогодний стол состоящий из одной небольшой миски с оливье, тарелки с колбасой и хлебом. Папа пытался порезать овощной салат, но резко дернулся и ударил себя ножом по пальцу. Он громко заверещал и кинулся к раковине. – Ай! Ой! Ай! Хотел позвать тебя к столу! Ой-ой-ой! – А мама? Ты когда за ней поедешь? – выпалил Троицкий младший, наблюдая за отцом. – Вадик... – папа достал из аптечки пластырь и стал заклеивать рану. – Мы с тобой сегодня вдвоем будем праздновать. – Почему?! Ты же обещал, что мама приедет! – Я ничего не могу поделать. – пожал плечами папа. – Звонил врачам, они сказали, что ей лучше побыть в больнице. – А когда можно будет к ней поехать? – с нотой надежды в голосе спросил Вадим. – Не знаю, через недели две наверное, не раньше. – Сергей Викторович уселся за стол и жестом пригласил сына присоединиться. Вадим положил себе салат, папа включил поздравление президента. Ровно в двенадцать они чокнулись бокалами с шампанским, сдержанно поздравили друг-друга и разошлись по своим комнатам. Вадик тяжело вздохнул и снова натянул на себя наушники, как вдруг вспомнил, что не сможет продолжить игру, потому что все друзья ещё празднуют. Он невольно поймал себя на мысли, что сделал бы что угодно ради того, чтобы мама была здорова. Вадик понял, что смысла ждать друзей нет, а одному сидеть совсем не хочется, поэтому он лёг в кровать и достаточно быстро уснул. Перед ним стояло тёмное существо, светящиеся красным цветом. Вадим хотел сделать шаг назад, но не смог сдвинуться с места, поэтому просто смотрел на то, как чудище подходит всё ближе и ближе. – Жаль, что ты не смог провести новый год с мамой и не увидишь её все каникулы... – вдруг совершенно обычным голосом заговорил монстр. Красный свет рассеялся, темная пелена спала и Вадик увидел перед собой человека, не напоминавшего ему совершенно никого. Троицкий не мог узнать того, что стоит перед ним, не мог даже определить пол и возраст, он лишь знал, что перед ним человек или по крайней мере тот, кто принял его облик. – Переживаешь за неё? Не боишься, что в один момент тот день, когда она готовила тебе завтрак перед школы станет последним, когда ты её видел? – снова заговорило чудовище. Вадик промолчал, он начал понимать, к чему монстр клонит. – Услуга за услугу. Маму отправляют на лечение в лучшую клинику Европы, она выздоравливает, а ты мне всего лишь... Душу. Троицкий тысячу раз представлял свою встречу со Вторым, знал, что скажет, когда он предложит ему богатства, любовь и славу, знал, как пошлёт Чёрта к чёрту, но теперь был неуверен. Предложение звучало так заманчиво, слова о вечном здоровье мамы нежно ласкали его уши. Вадим нервно затрясся, мысли летали в его голове с необычайной быстротой так, что Троицкий не мог ухватиться ни за одну их них. Второй протянул руку и его ладонь так привлекательно загорелась красным светом. Одно рукопожатие и все проблемы решены. Рука дрогнула и Вадим, словно привороженный, сделал шаг навстречу Второму, как вдруг наконец смог ощутить чёткую и понятную мысль. Неведомая сила захватила его разум, и он резко дёрнулся в сторону. – Нет. – прошептал Вадик и начал панически трясти головой. Он ударился о стену и вдруг подскочил, весь в поту. Это был сон. Ужасный сон. Троицкий потянулся за телефоном, чтобы записать, что ему приснилось, но, открыв заметки, не смог ничего вспомнить. Он забыл. Он всё забыл.