Око

Зима была холодной и очень снежной, никто и не заметил, как за серыми буднями она приблизилась к середине февраля. Каждый день был похож на другой, поэтому не было ничего необычного в том, что люди совершенно перестали помнить, какой день на календаре. Вадим шёл к третьему уроку, косясь на горбатых прохожих. Все они, одетые в чёрные куртки с капюшоном, больше напоминали запятые, нежели настоящих людей. Сегодня Троицкий решил устроить себе внеплановый отдых, поэтому так безответственно прогулял математику с географией. Дрожащими руками Вадик достал из кармана телефон и, посмотрев на время, понял, что до начала истории ещё целых двадцать минут, а значит, он успеет заглянуть в склеп и придти на уроки не просто выспавшимся, а ещё и объевшимся сухариков на зависть Ходакову и Максу. Прямо возле входа в магазин его встретил бездомный. Вадик хотел что-то сказать, но тот схватил его за руку и потащил к скамейкам. – Слушай... Не знаю как тебя там... Я кое-что вспомнил! – торопливо заговорил мужчина, дыша на Вадика перегаром. – Знаешь, я точно... Я точно знаю про это всё, про Второго, про Первого, про Око... Но я не помню, откуда это знаю... Мне кажется, в книжке какой-то прочитал, ну, когда ещё умел читать. Малой, слушай меня, помню, что книга была непростая, ек макарёк, человек её какой-то написал, типо тебя, но другой... Вадик удивлённо таращился на мужчину, не в силах выговорить ни слова. – Я тебе говорю... Не все так просто, это ведь не с бухты-барахты взялось! Это все отку-у-уда-то... И Первый тебе не все договаривает, я уверен. Ты если книгу эту найдешь, может больше узнаешь... А может нет... Кто знает... Может ты всё и так знаешь... – Не понимаю, что может быть в книге такого, чего я не знаю?! – Так откуда взялись эти Двоя, если Он ничего делать не может? А как Второй души забирает? А что будет, если они встретятся? – Вал... Первый говорил, что Второй что-то задумал, и он просто с ним поговорит... – Да может и правда! – ахнул бездомный. – Может я что-то... Напутал... Короче иди уже, все, нет времени у меня с тобой лясы точить! Мужчина пихнул Вадима в сторону и поплелся к своим мешкам, а Троицкий, находящийся в состоянии легкого шока, ушёл к склепу, осмысляя происходящее. Воспоминания этого мужика о книге лишь сильнее путали Вадика, ведь если Валера что-то не договаривает, то и доверия к нему быть не может. Троицкий кинул взгляд в сторону тех скамеек, на которых первого сентября пообещал во что бы то ни стало помочь Первому и закрепил все это рукопожатием. Он не знал, что будет, если нарушит договор, но и проверять не хотелось. Каким бы придурком ни был Валера, вряд ли слова какого-то бомжа стоят хоть что-то. Придя в школу, Вадим сел за парту и только хотел повернуться к Арсению, чтобы рассказать про беседу с бездомным, как его перебил Марат Николаевич: – Ходаков на первую парту садится. – процедил учитель. – Эдельвейс на вторую. – Почему? – всполошился Сеня. – У нас контрольная. – улыбнулся учитель и стал раздавать задания. Естественно, проспав или проиграв все уроки, Вадик не знал абсолютно ничего, поэтому к концу контрольной смущенно сдал пустой лист и, поникший, поплелся на следующий урок. – Троиц-ц-цкий, ну работа элементарная! – поиздевался Сеня. – Отвали от меня вообще. – буркнул Вадик, заходя в кабинет литературы. Троицкий проследил взглядом за Дианой и Лилей, которые о чем-то очень увлеченно болтали. – Я не знаю, что происходит! – кричала Ладова. – Смотри, кто мне пишет: Серёжа, Антон, тот рыжий из одиннадцатого, Слава, Кирилл... – А что они тебе пишут? – удивилась Эдельвейс. – Да все по-разному, в основном подкатывают. – Это всё за вчерашний вечер?! – Да-а-а! – Посвяти недалёких: кто пишет? – влез Ходаков. – Почти все знакомые парни. Видели, я вчера выкладывала фотки с букетами? Это мне прислали Дима и Вова! Четверо Знающих переглянулись, а затем снова посмотрели на Ладову. – Как так? За один вечер? – спросил Максим. – Да-а-а! А ещё, представляешь... – она обратилась к Лиле. – Мне Герман написал. – Как?! – Ну вот так. Написал, что я ему нравилась, пока вы с ним встречались. – усмехнулась Диана. – Извини, подруга. – Ты его заблокировала? – Ой, нет, у меня руки не дошли. Мы немного попереписывались, и он позвал гулять, но я уже на всю неделю расписала встречи с кем-то. – Подожди, то есть, ты общалась с моим бывшим? – Лиля нахмурилась и, постепенно, начинала злиться. – Ну он же бывший, какая разница сейчас-то. – Да Лиля права, это прям перебор. – снова влез Ходаков. – Тебя вообще никто не спрашивал. – рявкнула Диана. – Что с тобой? – удивился Вадим. – Ничего. Просто наша Лиличка завидует мне, вот и все. – она пожала плечами и вышла из кабинета. – Я пошла, договорилась встретиться на лестнице с Артёмом, он мне хотел что-то важное сказать. Когда Ладова удалилась, Лиля, тараща глаза на дверь, пробубнила: – Этот Артём мне нравился в девятом классе... – Да она перебарщивает, это очевидно! – всполошился Макс. – Что с ней произошло? – У меня есть предположение... – промямлил Сеня, положив руку на плечо Вадика. – Не-е-ет... – протянул Троицкий, стукнувшись головой об парту. – Не говори это, пожалуйста, я прошу, я умоляю... Лиля погладила его по голове и вопросительно посмотрела на Ходакова. – Я дословно помню, что говорил тебе Валера в первую встречу. Он угрожал, что Второй может забрать души твоих друзей, мол Максиму предложит славу, мне власть, Лиле вдохновение, а Диане – всеобщее внимание. – Да я прекрасно это помню! – закричал Вадик, ещё раз ударив голову об стол. – Скорее всего, именно это и произошло... – произнес Сеня. – Диана продала свою душу Второму.