Рожденные в огне

Прошло целых три часа прежде чем Адриан вернулся в комнату. Он шел неспешно, с грацией хозяина, наблюдающего за спектаклем, который сам и устроил. Он ожидал кровавого финала. Он ожидал трупа. Или, по крайней мере, то, что осталось от одного из них. Какое же было разочарование, когда вместо этого он увидел Теодора. Живого. Сидящего в углу. Рядом — Драко. Истекающего кровью, но дышащего. ЖИВОГО. Адриан поморщился, скользя взглядом по его окровавленному телу. Затем, сложив руки за спиной, он перевёл взгляд на Тео. — Это… не то, чего я ожидал от вас. — Он протянул эти слова, словно смакуя своё разочарование. — Неужели ты смог сдержать такого зверя, как он, всего лишь с помощью одного ножа? Он чуть приподнял бровь, и в его голосе скользнул едва заметный интерес. Тео скрипнул зубами. Его грудь вздрагивала от сбившегося дыхания, но он не отводил взгляда. — Я чертовски умный. Адриан хмыкнул. Но вместо ответа лишь коротко щёлкнул пальцами. Дверь распахнулась, и в комнату вошли охранники. Они подхватили Драко, его тело волочилось по полу, оставляя за собой тёмный кровавый след. Схватили Тео. Поволокли следом. Темнота. Когда их кинули в камеру, удар о каменный пол отозвался в костях. Глухо. Больно. Безысходно. Тусклая лампа дрожала под потолком, отбрасывая на стены грязные тени. Адриан прошёлся по камере, неспешно, словно осматривал товар, который больше его не интересует. Он говорил ровно, отстранённо, словно читал лекцию. — Меня очень расстраивает тот факт, что люди настолько глупы в своих убеждениях. —Он провёл пальцами по стене, как будто задумываясь.Пыль осела на его коже, но он даже не посмотрел. — Я даю им выбор, а они всё равно делают по-своему. Его голос стал тише, задумчивее. — Я даю им возможность спастись… Он развернулся к ним, его взгляд впился в Тео. — А они своими действиями теряют любой шанс на счастливое будущее. Адриан резко направился к выходу. Но, прежде чем исчезнуть в дверях, бросил последний взгляд на Драко. — Никаких оков, Теодор. — Он улыбнулся. Мягко. Тепло. Ужасающе. — Никаких сдерживающих факторов. Он коснулся пальцем подбородка, словно задумавшись. — Нож оставь себе. Он тебе пригодится. Думаю когда он проснется, тебе вновь прийдется прибегнуть к своим…чертовски умным способностям. С этими словами он захлопнул дверь. Оставляя Тео одного с монстром, который проснётся в любой момент. Тео напрягся. Его мысли метались, перебирая все возможные варианты развития событий. Ни один из них не заканчивался хорошо.Он медленно, почти беззвучно подполз ближе.Тео чувствовал каждую каплю пота на своей коже, слышал грохот собственного сердца в ушах. Он осторожно перевернул Драко на спину. Вся рубашка в крови. Но рана… он ожидал худшего. Глубокая. Грязная. Но он переживёт. — Я пожалею об этом… — пробубнил он себе под нос. И начал давать лёгкие пощёчины по лицу Драко, стараясь вытащить его обратно в реальность. Драко пошевелился. Тео резко отскочил, спиной в стену, пальцы нащупали нож, и он сжал его с новой силой. — Давай, Малфой. Просыпайся. Голос подрагивал, но Тео пытался его контролировать. Пытался не выглядеть так, будто он сейчас насмерть обоссытся от страха. Пытался. Глухой стон. Драко медленно открыл глаза. Первое, что он почувствовал — мокрое пятно в районе рёбер. Кровь. Затем — покалывающая боль, но едва заметная. Он пошевелился. Руки не скованы. Ноги свободны. Полная свобода действий. И это была ошибка. Зверь внутри пробудился. Сразу. Без предупреждения. Драко повернул голову. Тео сидел у стены, держа нож обеими руками. Его плечи были напряжены, но глаза — твёрдыми. — Если опять начнёшь рычать, я тебя пырну. Драко медленно сел. Спокойно. Без резких движений. Но его рука уже сжимала рану. Ярость подкатывала к горлу. Давила на позвоночник. Проходила по нервам, словно яд. — Ты в адеквате или нет? Голос Тео зазвучал осторожнее.Было понятно, что он не верил в положительный ответ. Драко коротко кивнул. — Кажется, да. Но в голове гремел голос зверя. «Нет. Нет. Нет. Мы убьём его.Сейчас же.За то, что он сделал.» — Выглядишь так, будто хочешь разорвать мне глотку, — съязвил Тео, не опуская нож. Драко чувствовал его страх.Как зверь чувствует запах крови. — Но есть проблема, мой старый друг, — продолжил Тео, стараясь не подавать виду, что хочет отползти подальше, подальше, подальше. — На сегодня у меня были другие планы. Драко перевёл на него взгляд. Глухо. Тяжело. Без эмоций. Он пытался дышать только носом.Так казалось легче. Так он хотя бы немного контролировал себя. — Кажется, рана слегка меня ослабила. Но это ничего не меняет.Я всё равно еле сдерживаю себя. Тео сглотнул. И Драко понял, что ещё немного – и он действительно его убьёт. Он откинулся назад, вдавливаясь в стену, сжал веки так сильно, что за ними вспыхнули красные пятна. Дыши. Дыши. Только дыши. «Ты и правда думаешь, что это поможет?» Зверь насмешливо скалился в его сознании. Тёмный. Плотный. Раздувающийся, как чёрный дым. «Ты уже слишком долго меня сдерживаешь, Драко.Зачем? Ради них?Ради этой грязнокровки, которая тебя боится?Ради этого труса, который держит в руках жалкое лезвие, думая, что оно его спасёт?Ради детей?Ты сам знаешь, что они уже не твои.Они уже не помнят тебя.Они – его.Адриан их забрал.Ты слишком слаб, чтобы их спасти.Но я – нет.Я сильнее тебя.Я – часть тебя, Драко.Я – это ты.» Драко скрипнул зубами. Руки сжались в кулаки. Зверь напирал. Тянулся. Когтями раздирал его сознание, пытаясь выползти наружу. «Отдай мне контроль. Дай мне свободу. И я покажу тебе, как легко рвётся человеческая плоть. Как слабы они все передо мной.Как Тео будет кричать, когда я вырву ему горло. Как мы передавим Гермионе не только запястье, а весь позвоночник. Как Адриан поймёт, какую ошибку он совершил, выпуская нас на волю.Давай же, Драко.Просто дай мне контроль.Дай мне их всех.» Нет.НЕТ.НЕТ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ. — Заткнись, сука! — Драко зарычал, ударяя кулаком по полу, кожа на костяшках треснула, кровь впиталась в камень.Тео подпрыгнул, нож в руках дёрнулся.Но Драко не видел его.Сейчас он боролся за свою чёртову жизнь. «Ты боишься? Ты уже знаешь, что проиграешь, не так ли?Ты знаешь, что рано или поздно ты сломаешься.Что твои дети увидят тебя таким, какой ты есть на самом деле.Монстром.И ты боишься, что они тебя возненавидят.Но бояться уже поздно.Ты ДОЛЖЕН бояться.Ты должен понимать, что их лица — это последние лица, которые ты увидишь перед тем, как разорвёшь их на части.» Драко скривился, цепляясь за своё сознание, как за руль несущегося в пропасть автомобиля.Он не мог позволить этому случиться. Ещё одна секунда слабости – и он убьёт их. Гермиона. Тео.А если он дойдёт до детей? Если он увидит их, но уже не узнает?Если зверь захочет сжечь их, как чужаков?Как врагов? Если он станет для них тем же, кем был Адриан?Если он убьёт их? Нет. Нет. Нет. Дыши, ублюдок. Дыши. Дыши. Ты не сломаешься. Ты не можешь сломаться. Ты не должен. Ты не имеешь права. Иначе всё, ради чего ты сражался, будет уничтожено. Ты сам уничтожишь их. Ты убьёшь всё, что любишь. Драко зажмурился, вдавливаясь в стену так, будто хотел стать с ней единым целым. Его дыхание снова стало ровнее. Он чувствовал, как зверь отступает. Но он не ушёл. Он ждал. Ждал следующей ошибки. Следующего надлома. Следующего мгновения слабости. Тео по-прежнему держал нож, не двигаясь, не моргая. — Малфой,я еще раз спрашиваю,ты в порядке !? Драко открыл глаза. И на этот раз в них не было чёрной бездны. Только человек. Только усталый, измученный человек. — Да, — выдохнул он. — Кажется, да. Но оба знали, что это временное перемирие.Бой ещё не закончен. И когда он начнётся снова, никто не знает, кто из них выживет. — Тогда слушай мою гениальную идею, — продолжил Тео, едва ли не весело. —Тебе нужно обуздать своего внутреннего засранца и направить его силу во благо. Он говорил чётко, уверенно, как будто этот план не был самоубийственным. — Как я уже успел заметить, ты, блять, бешеный. Так что было бы просто замечательно, если б твоя ярость обрушилась на этих ублюдков в масках и дала нам возможность освободить девчонок и детей! — Он сдвинулся ближе, пристально глядя в глаза Драко. — Ты понимаешь, о чём я? Нам не выбраться отсюда, если ты будешь себя сдерживать. Но при этом мы все погибнем, если ты потеряешь контроль. Драко не ответил сразу. Его руки дрогнули. Мышцы напряглись в судороге. Дыхание смешалось с едва уловимым рычанием. — Я ПЫТАЮСЬ! — внезапно рявкнул он. Голос отдался эхом по стенам. Он тут же пожалел об этом. Резкий выброс гнева был словно уколом в нерв. Как будто что-то внутри него восприняло это как сигнал к действию. Тео поднял руку, медленно двигая ладонью вверх-вниз, словно успокаивал дикого зверя. — Тише, тише, котяра… Драко сдавленно выдохнул, закрыв глаза на мгновение. Чёрт. Это хуже, чем пытки. — Вот как раз об этом я и говорил. Тео наклонился вперёд, не отводя от него взгляда. — Учись его контролировать. — Я не знаю как, — откровенно признался Драко, сжимая пальцы в кулаки. — Я отключаюсь, когда он берёт руль. Тео ухмыльнулся, облизывая пересохшие губы.— Ты не отключаешься. Ты просто сдаёшься, давая ему полный контроль. Драко холодно посмотрел на него, но не стал спорить.Потому что он был прав. — Попробуй управлять им. Не отпускай руль. Направляй его вместе с собой. Оседлай его, Малфой. Иначе он оседлает тебя. *** Гермиона сидела, прикованная к стене, пытаясь заставить себя думать, пыталась найти выход. Но раздражающий голос Пэнси, которая кричала на Марьяну, не давал ей этой возможности. — Да хватит ко мне лезть, тварь!! — фыркнула Пэнси, резко дёргаясь в сторону, пытаясь вырвать волосы из цепких пальцев Марьяны которая все никак не отставала. Но та лишь захихикала. Громко. Омерзительно. Как будто её забавляли их страдания. — Вы все такие злюки! — запела она, хлопая в ладоши. — Давайте поиграем! Давайте все вместе играть! Она резко вскочила на ноги, развела руки в стороны, будто кукла на верёвочках. Закрыла глаза. И начала кружиться. Медленно. Плавно. Будто в детской игре, от которой невозможно сбежать.И запела. — Ветер стонет, ночь чернеет,скоро пламя вас согреет.Раз-два-три, горит земля, больше нет вас и меня. Крики, вопли — как красиво! Кости плавятся игриво. Вены лопнут, мясо вспыхнет,скоро сердце ваше сникнет. Тлеют руки, тлеют лица,пепел в воздухе кружится. Стонет пламя, режет грудь,Вам отсюда не свернуть. Прах ложится ровным слоем,тьма смеётся над золою.Адриан махнёт рукой —Вы сольётесь с тишиной! Марьяна захлопала в ладоши, захлёбываясь от смеха. — Ну что, разве не весело?! — Обалдеть, как весело, — съязвила Пэнси, морща лицо в отвращении. Марьяна весело хихикнула, словно не замечая сарказма, но прежде чем успела что-то ответить…Дверь распахнулась. Вспышка магии. Резкий поток воздуха. Марьяна взвизгнула и отшатнулась назад, испуганно схватившись за свои растрёпанные волосы. Но как только в проёме появился Адриан, её страх моментально исчез. — Ура! Ура! — завопила она, захлопав в ладоши, как восторженный ребёнок. Гермиона сжалась. Боялась даже посмотреть в его сторону. Боялась, что одного взгляда будет достаточно, чтобы он заставил её сыграть опять в шахматы. Но он не оставил ей выбора. Он заставил её обратить на себя внимание. — Добрый вечер, дамы. — Его голос был гладким, изысканным, бархатным — как яд, растворённый в дорогом вине. Он склонил голову в знак приветствия. И переступил порог, легко, не спеша, словно входил в свой кабинет. Марьяна восторженно рухнула на колени, жадно вперившись в него глазами. Её губы дрожали в возбуждённом ожидании, пальцы зажатые в кулаки, будто она с трудом удерживала себя от того, чтобы не потянуться и не коснуться его. Она ждала. Ждала, когда он начнёт говорить. — Гермиона… Он произнёс её имя с нажимом, растягивая каждый слог, смакуя его, словно сладкий кусочек лакомства. Зловеще. Обволакивающе. Как петля на шее, затягивающаяся с каждым ударом сердца. Внутри всё сжалось. До невозможности. — Рад новым знакомствам, — продолжил он, переводя взгляд на Пэнси. — Я, Адриан Марсевье. — Он протянул ей руку, безупречно ухоженную, с аккуратными, тонкими пальцами. Пэнси склонила голову набок, изобразив приторно-сладкую улыбку, и лениво вложила свою ладонь в его. — Как мило. — Она чуть склонилась вперёд, будто собиралась прошептать нечто интимное, но её голос зазвенел колючим сарказмом. — Надеюсь, у вас есть носовой платок — после того как я с вами поздоровалась, хочется отмыть руки. Гермиона задержала дыхание. Она боялась за Пэнси, боялась его реакции. Адриан терпеть не мог дерзость. Но он лишь усмехнулся. Чуть приподнял бровь. И выдернул руку, не отводя взгляда. — Как похожи… — протянул он, приседая на корточки напротив неё. Скользящая, противная улыбка.— Как же вы с ним похожи… Твой молодой человек тоже не держит язык за зубами, — продолжил Адриан не спеша, разглядывая её, словно оценивая подходит ли она его экспериментам. Он чуть наклонился вперёд, как хищник, дразнящий жертву. — Жаль, что именно это его и сгубило. — Что?! — Пэнси дёрнулась, насколько позволяли цепи, и холодный ужас пробежал по её лицу. — ЧТО С НИМ?! Она рванулась вперёд, но метал сдавил запястья, и она лишь бессильно дёрнула руками. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?! Её голос больше не был язвительным. Не был колючим. Гермиона впервые увидела Пэнси такой напуганной. Адриан невинно пожал плечами. — Я? Ничего. — Он намеренно сделал паузу, позволяя страху проползти глубже в её грудь. — А вот что с ним сделал Драко… вопрос остаётся открытым. Пэнси застыла. Гермиона услышала, как её дыхание стало рваным, поверхностным. Как зрачки расширились, чернея от страха. Нет. Этого не может быть.Он не мог. Но Адриан лишь лениво поднялся, поправляя манжеты, как будто в разговоре не было ничего примечательного. Он развернулся к Марьяне, небрежно поглаживая её по спутанным волосам. Она восторженно улыбнулась, припадая к его ладони, как кошка, к ногам хозяина. — Моя дорогая… — сказал он едва наклонившись, — Сегодня мы будем играть все вместе. Он улыбнулся. Той мерзкой, липкой улыбкой. — Как тебе такая идея? Марьяна замерла, нахмурившись, словно это был сложный вопрос. — Играть с этими злюками? — Она презрительно скривила губы, разглядывая Гермиону и Пэнси с сомнением, будто они были неправильными. Адриан мягко засмеялся. — О, нет, моя дорогая…, — он взял её лицо в ладони, большими пальцами ласково проведя по скулам. — Сегодня злюками будем мы с тобой. Марьяна загорелась восторгом. Её лицо исказилось от предвкушения. Гермиона едва заставила свой мозг исполнять команду — дыши. — Пойдёмте, — мягко сказал Адриан, беря Марьяну под руку, словно заботливый кавалер. Он двигался плавно, неторопливо, будто наслаждался прогулкой под руку со светской дамой. За ними вошли охранники. — НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ, УБЛЮДКИ! — завизжала Пэнси, резко дёргаясь из хватки. Её сворачивало от ярости. Она брыкалась, лягалась, плевалась проклятьями, но руки стражников удерживали её как будто она ничего не значила. — Пошли нахер! — Гермиону схватили следом. Жёстко. Грубо. Пальцы вгрызлись в её кожу, сломанная рука кипела от боли, их поволокли вперёд, не давая ни секунды на сопротивление. Коридоры. Слишком знакомые коридоры. Тяжёлый воздух. Каждый шаг отдавался эхом. Они шли туда, где она уже была. Туда, куда её приводили прежде. В кабинет Адриана. Как только они вошли внутрь, охрана швырнула их на пол. Гермиона упала на колени, ловя воздух ртом, но тут же рывком подняла голову. Пэнси тоже рухнула. Но не позволила себе оставаться внизу дольше секунды. Она резко вскочила, её плечи ходили ходуном от ярости. Гермиона молча встала и взяла её за руку. Она чувствовала как Пэнси дрожит. Взгляд. Мгновение. Стол. Гермиона незаметно кивнула в сторону того самого стола в углу.Того, на котором лежали инструменты. Гладкие. Металлические. Опасные. Пэнси почти незаметно кивнула в ответ. Внутри её головы уже складывался план. Если они хотя бы на секунду ослабят хватку… Если дадут момент… Она схватит первое попавшееся лезвие и вонзит кому-то в глаз. Но пока они не могли ничего сделать. Пока Адриан не давал им ни одной лазейки. Нужно его отвлечь. Адриан усадил Марьяну на стул, мягко, аккуратно, как дорогую куклу, которая требует бережного обращения. Она улыбнулась, губы дрожали от восторга, как у преданной собаки, ждущей команды. Как у игрушки, ждущей момента, когда её снова возьмут в руки. Взмахом палочки он создал стол. Большой. Чёрный. Отражающий свет, словно вода в колодце. И ещё три стула. Он сел рядом с Марьяной.Медленно. Неторопливо. И жестом пригласил Гермиону и Пэнси присоединиться. Адриан ждал. Гермиона не двинулась. Пэнси тоже. Гермиона решила перехватить инициативу Адриана и заговорить первой. — Во что играем? — резко спросила она. — В «Правду или действие». Гермиона почувствовала, как её живот сжался в спазме. Как воздух в лёгких стал густым, липким, трудно проходимым. Пэнси слегка прижала её пальцы, молча говоря: «Продолжай». Гермиона задержала дыхание. И сказала: — Действие может быть любым? Адриан коротко кивнул. — Да.— Глаза были пустые. Безразличные. Только едва заметное раздражение проскользнуло в уголках губ. Гермиона выдержала паузу. Затем выдохнула и сказала: — А нововведений в правилах тоже стоит ожидать? Адриан медленно выпрямился. Смотрел прямо на неё. Без эмоций. Только молчал. Молчал слишком долго. Гермиона почувствовала, как её позвоночник покрывается холодным потом. А потом он заговорил. — Садитесь. Но голос был другим. Резким. Рокочущим. Пэнси вздрогнула. Её тело напряглось от резкого изменения тона. Гермиона почувствовала, как она больше не пытается пошевелиться в сторону. Она поняла, что возможность ускользнула. Они сели за стол, но не размыкали рук. Пальцы стиснуты в мёртвую хватку. Ни одна не проронила ни слова. Но обе знали одно: в этой игре они не выиграют. Адриан улыбнулся. Лёгкая, почти небрежная улыбка. Он развернулся лицом к ним, сцепив пальцы в замок и спокойно положив локти на стол. — Всё очень просто, — голос гладкий, как полированное стекло. — По очереди задаём вопросы по кругу. Каждый выбирает: правда или действие. Он сделал паузу, давая им время осознать, что выбора у них нет. — Тот, кто соврёт… — Он чуть склонил голову в сторону, наблюдая за их реакцией. — Или откажется выполнить задание…. Пауза. — Будет наказан. Гермиона резко вскинула голову. — Как?! Голос дрогнул.Она даже не осознала, насколько громко это прозвучало. Страх резанул её изнутри, разрастаясь тёмным пятном. Адриан улыбнулся шире. Как будто только этого и ждал. — Оо, это ты узнаешь в ходе игры. Он плавно хлопнул в ладоши, облизал губы, словно только что попробовал что-то восхитительно сладкое. Пальцы скользнули по подлокотникам стула, расслабленно, с ленивым удовольствием. Он наслаждался этим. Каждой секундой. Адриан медленно перевёл взгляд на Марьяну. — Моя дорогая… Он тянул слова, словно смакуя их. — Правда или действие? Марьяна буквально просияла. Глаза загорелись, дыхание участилось. — Правда! — Отличный выбор, — Адриан медленно улыбнулся, разглядывая её лицо. — Ты будешь со мной до конца? Марьяна затаила дыхание. На секунду замерла. А потом открыла рот, и её голос дрогнул от чистого, безумного восторга. — Да,да, конечно. Мы с вами вместе войдем в огонь! Слепая, фанатичная преданность. Не капли сомнения. Не капли лжи. Адриан довольно кивнул. — Теперь задавай вопрос ты. Он лениво поднял руку, пальцем указал на Пэнси. Марьяна резко повернулась, руки теребили подол платья с таким энтузиазмом, что ткань угрожала разойтись по швам. Возбуждение. Нетерпение. Восторг. — Ты дашь мне поносить свои волосы? Гермиона напряглась. Каждый мускул стал камнем. — Я бы сшила из них парик, — продолжила Марьяна, дрожа от предвкушения. — Она вытянула руку, пытаясь дотронуться до волос Пэнси. Но Пэнси резко ударила её по рукам. — А ну фу, дура! — Она сделала презрительное лицо, передёрнув плечами. Пальцы пробежались по волосам, будто проверяя, всё ли на месте. — Отвечаю на твой вопрос: нет, я не дам тебе поносить свои волосы! Тишина. Марьяна замерла. Её губы чуть дрогнули. Как будто что-то пошло не так. Адриан зацокал языком. Покачал пальцем из стороны в сторону, как воспитатель, читающий нотацию ребёнку. — Ой-ой-ой, Пэнси… Голос стал низким, мурлыкающим, с оттенком почти фальшивой заботы. Он лениво облизнул губы, склонил голову набок. — Это не совсем верный ответ. Пэнси напряглась.Её зрачки сузились. Адриан чуть наклонился вперёд, его голос стал тише, но от этого ещё более зловещим. Пэнси заметно дрожала всем телом. — Когда ты будешь мертва…Он сделал паузу, позволяя страху разлиться в её крови. — Она вполне может снять твой скальп и сделать из него парик. Так что, получается, ты нам соврала. Мгновение тишины. Марьяна резко завизжала от восторга. Захлопала в ладоши. Закусила палец, чтобы сдержать нервный смех. Адриан перевёл на неё взгляд. И улыбнулся. Гермиона почувствовала, как её сердце вдавливается в грудь. Пэнси сжала зубы, но в глазах мелькал настоящий, животный страх. Щелчок пальцев. Дверь распахнулась с глухим стуком. В комнату втащили Драко и Тео. Их опустили на колени перед столом, как пленников, приведённых на казнь. Гермиона перестала дышать. Охранники крепко вцепились в их плечи, вдавливая в пол. Концы волшебных палочек прижались к их горлу. Драко не сопротивлялся. Тяжело дышал, ссутулившись, уперев взгляд в одну точку. Глаза тёмные, глубже ночи, скрытые под тенью спутанных прядей. Глухая, животная ярость бурлила внутри него. Но он не поднимал головы. Не дёргался. Тео же окинул всех взглядом. Уголки его губ дрогнули. Подмигнул Пэнси. — Малыш… она выдохнула его имя почти неслышно, губы дрожали. Адриан улыбнулся. Не спеша, спокойно, он опустил руку во внутренний карман пиджака. Достал что-то. И положил в центр стола. Шприц. Мир перед глазами Гермионы пошатнулся. Тёплый прилив ужаса разлился по её венам, поднимаясь к горлу. Она судорожно сглотнула, но слюна превратилась в горький ком, застрявший внутри. Тео закатил глаза, громко вздохнув. — Ну, блять, начинается. Адриан развёл руками, как любезный хозяин, предлагающий гостям угощение. — Твоё наказание, —он чуть приподнялся над столом. Словно ждал, чтобы она увидела всё во всех подробностях. — Возьми этот шприц…и… введи его… в Драко. Он резко перевёл взгляд на Гермиону. Прижал её своим вниманием, словно холодное лезвие к коже. Её губы задрожали. Мир сжался до одной точки. Шприц. Гермиона не могла оторвать от него взгляда. Словно это был не предмет, а оружие, нацеленное на неё саму. Мозг перестал работать. Дыхание стало рваным. Пальцы одеревенели. Адриан наблюдал за ней.Смиренно. С удовольствием. Она понимала его правила. Гермиона знала что сегодня ночью, зверь выйдет наружу.