Рожденные в огне

В кабинете повисло напряжение, тяжёлое, давящее, проникающее в каждую трещину сознания. Воздух казался застоявшимся, вязким, как густой туман перед бурей. Адриан медленно постучал пальцами по столу, взгляд его оставался прикованным к Гермионе. Но он ждал ответа от Пэнси. Он наслаждался каждой секундой их мучительного ожидания. — А если я откажусь? — Пэнси нарушила молчание, голос её был тихим но слова дрожали под напором страха. Она сидела ровно, но пальцы впились в подлокотники стула. Адриан ухмыльнулся, словно предугадав вопрос. — Тогда твоему кавалеру придётся заплатить за твой отказ. Он даже не успел закончить фразу, как охранник ударил Тео кулаком в живот. Глухой стук. Рывок вперёд. Тео скривился, согнувшись пополам, тяжело втягивая воздух сквозь зубы. Пэнси вздрогнула. Но не издала ни звука. Только её взгляд заметался между Тео и шприцем на столе. Гермиона перехватила дыхание.Её ладони стали холодными, но сердце бешено стучало в груди. Пэнси тянулась к шприцу медленно, будто понимала что произойдет если Драко сорвется. Её губы дрогнули, когда она повернулась к Гермионе. И одними губами прошептала: — Прости, крошка.. Гермиона закрыла глаза на секунду, пытаясь заглушить подступающую панику. Но у неё не было слов. Не было возможности остановить неизбежное. Пэнси поднялась, вжимая ногти в ладонь. Она подошла к Драко, его глаза остались неподвижны, застыв в одной точке, но дыхание участилось.Шприц дрогнул в её руке, когда она подносила его к шее. Робкое движение. Игла пронзила кожу. Драко вздрогнул. Его дыхание сорвалось в хрип. Грудь резко взлетела и опустилась. Зрачки расширились, а кожа стала горячей, словно в венах вскипела кровь. Мышцы напряглись, рванулись в судороге.Но он не говорил. Не издал ни звука. Только низкое, утробное рычание, пробившееся сквозь стиснутые зубы. Гермиона почувствовала, как её сердце опустилось в пятки. Пэнси дрожала, но старалась подавить свой страх хотя бы немного. Она отступила назад, возвращаясь к своему месту, избегая взгляда кого-либо из помещения. Адриан довольно выдохнул, сцепив пальцы в замок. — Вот так. — Он наклонился вперёд, наблюдая за её реакцией. — Тебе ведь не так уж сложно было, верно? Пэнси не ответила.Просто уселась на стул, вытирая влажные ладони об ткань джинс. — Продолжаем. — Адриан лениво махнул рукой, будто предлагая им расслабиться. Его губы растянулись в улыбке. Он только разогревался. — Задавай свой вопрос, Пэнси. Пэнси медленно повернулась к Гермионе. Слёзы наворачивались на глаза, но она сдерживала их, стиснув зубы так, что скулы напряглись до придела. — Правда или действие? — её голос прозвучал слабым шёпотом. — Действие. Гермиона ответила сразу, не позволяя себе колебаться. Пауза. Пэнси зажмурилась на секунду, сглатывая подступающий страх. Голос дрожал, но она заставила себя говорить. — Возьми любой предмет со стола с инструментами. Адриан улыбнулся. Словно предвидел этот момент задолго до того, как он случился. Гермиона мгновенно встала, отодвинув стул так резко, что тот скрипнул по полу. Она подошла к столу, не глядя ни на Адриана, ни на Марьяну, ни на Пэнси. Инструменты. Блестящие, аккуратно разложенные в ряд. Она выбрала первый, что попался под руку. Нечто, напоминающее топор. Но размером меньше. Лезвие узкое, тонкое, но острое, как бритва.Рукоять гладкая, металлическая, с заострённым кончиком, напоминающим иглу. Гибрид палаческого оружия и хирургического инструмента. Гермиона не раздумывала. Просто взяла его и вернулась за стол. Села. Она сжала рукоять здоровой рукой так крепко, что суставы пальцев заныли. А затем перевела взгляд на Адриана. — Правда или действие? Он медленно улыбнулся, откинувшись на спинку стула. — Правда. Гермиона глубоко вдохнула, собирая в себе всю решимость, на которую была способна. Она подняла взгляд, прямо встретившись с его глазами. — Почему мои дети защищают тебя? Тишина. Адриан медленно моргнул. А затем улыбнулся шире. Словно удивился её вопросу. Словно она спросила что-то наивное, что-то, на что ответ очевиден. Он посмотрел на неё. Внимательно. Слегка поражено. А потом наклонился вперёд, опираясь локтями о стол. И прошептал: — Потому что теперь они со мной связаны. Он слегка прищурил глаза наклоняя голову, взгляд на секунду метнулся к Драко, но потом вернулся обратно к её лицу. — Я решил что лишняя страховка мне не помешает, — Адриан говорил медленно, издеваясь над ней одними лишь словами. — По-этому я провел ритуал объединяющий их жизнь и мою. Теперь все что произойдет со мной — произойдет и с ними. Так что,я бы настоятельно не рекомендовал вам совершать ошибок. Он замолчал, внимательно следя за её лицом. А затем его губы дёрнулись в насмешливом оскале. — Но вы вправе решать самостоятельно, я лишь даю вам выбор. Воздух застыл. Гермиона сглотнула. Но горло осталось сухим, словно внутри неё выгорело всё живое. Драко глубоко дышал, грудь поднималась рывками. Он был на грани. Тео метался взглядом между ним и Пэнси, словно убеждался что он все еще сдерживает себя и ей ничего не грозит. Адриан радостно хлопнул в ладоши. — Моя очередь. Он перевёл взгляд на Марьяну, которая уже наклонилась к нему ожидая момента пока он отроет рот. — Марьяна, душа моя. Правда или действие? — Действие, действие, действие! Она вопила, захлёбываясь восторгом, облизывая губы, словно не могла дождаться, когда он озвучит приказ. Адриан коротко посмеялся. Он смотрел на нее не как на девушку, а как на маленького ребенка. Как на игрушку. Как на послушную мразь. — Возьми шприц… и введи его в Драко. Марьяна сорвалась с места. Она схватила шприц с таким рвением, будто держала в руках величайший дар. А затем метнулась к нему, как зверёк, нашедший добычу. Гермиона вскочила, но тут же почувствовала, как охранник сжал её плечо, вдавливая обратно на стул. Драко не шевелился. Просто закрыл глаза, зажмурившись, что-то шепча себе под нос. Но воздух вокруг начал дрожать. Становился горячее. Словно температура его тела поднялась градусов на сорок. Шприц вонзился в кожу. Драко встрепенулся, но продолжил бормотать что-то невнятное. Марьяна задержала шприц в его шее на мгновение дольше, чем было нужно. Словно убеждалась в том вошло ли содержимое шприца полностью. А затем, медленно, с ожиданием, вынула иглу. Она отступила. И довольно улыбнулась.Как будто наградила его силой, а не безумием. — Моя очередь! — восторженно провозгласила она. Гермиона закусила губу до крови. Пэнси молча смотрела на стол. Адриан удовлетворённо откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я в предвкушении, моя дорогая. Он снова перевёл взгляд на Гермиону. Его улыбка обещала одно — всё будет только хуже. — Правда или действие? — захлёбываясь от радости, выпалила Марьяна. Пэнси медленно выдохнула, расслабляя плечи, хотя все её тело кричала от страха. Она слегка приоткрыла рот, прошептав. — Правда. Марьяна резко вскинула голову. Она подалась вперёд, почти перелезая через стол, собираясь прошептать свой вопрос ей прямо в губы. — Ты готова убить их всех ради спасения себя и своего любимого? Пэнси молчала долгих пять секунд, её взгляд был холодным, неподвижным, на мгновенье она перестала дрожать. Медленно наклонившись к Марьяне, она прошептала: — Я готова убить тебя в первую же секунду, — она говорила с нарастающих раздражением который перемешался со страхом превращаясь в злость. — А потом медленно, с наслаждением, я убью каждого, кто посмеет тронуть меня или его. Марьяна страшно захихикала, её плечи вздрагивали, тело покачивалось. Она бормотала, словно безумная. — Ну попробуй... Ну попробуй... Пэнси резко повернулась к Гермионе, с решимостью смотря в глаза. — Правда или действие? Гермиона выдохнула, её пальцы крепче сжали рукоять инструмента. — Действие. Пэнси даже не моргнула. — Отруби этой мрази все пальцы на руках, чтобы она больше никогда не смогла коснуться моих волос. Гермиона не колебалась. Она сжала в руках псевдотопор и медленно поднялась. Марьяна дёрнулась, но тут же вжалась в спинку стула, её дыхание стало коротким, неровным. Она судорожно оглянулась, ища защиты у Адриана, но тот даже не шелохнулся. Он лишь слегка повернул голову, его глаза лениво скользнули по её лицу. — Игра есть игра, — мягко сказал он, вскидывая брови будто извинялся. Марьяна замерла. Её пальцы впились в подлокотники. Лицо исказилось в нервном смешке, но уже без той истерической радости, что была прежде. Её взгляд метался между Гермионой и орудием в её руке. Она покручивала им нагоняя страх. — Руки на стол! — процедила Гермиога сквозь зубы, предвкушая сладкую, хоть и маленькую месть. Марьяна невольно послушалась положив обе руки на стол, выставив пальцы веером. Она зажмурила глаза но было поздно. Резкое движение. Сталь сделала свое дело. Марьяна разжала глаза исказив рот в немом крике, на столе в окровавленых лужах лежали пальцы. Пэнси медленно наклонилась вперёд, её лицо расплылось в довольной физиономии. — Ты говорила: "Ну попробуй". Я попробовала. — Игра продолжается, — восторженно перебил Адриан. — Теперь, думаю, можно двигаться дальше. Его тон был слегка напряжен,но лицо выражало наслаждение, словно он только что стал свидетелем спектакля. Марьяна захлёбывалась в собственных беззвучных рыданиях, она подняла окровавленные изуродованные руки медленно осматривая их. Пэнси слегка расслабилась. Гермиона напрягалась, понимая что теперь её очередь задавать вопрос. — Правда или действие? Её голос прозвучал низко, сдавленно. Она почти не чувствовала своего тела — только удары сердца. Болючие, разрывающие грудную клетку изнутри. Адриан медленно скользнул взглядом по её топору. — Правда. Гермиона перевела дыхание, сжимая рукоять. — Как разорвать связь между тобой и моими детьми? Тишина.Губы Адриана слегка дёрнулись. Он по-прежнему улыбался, но что-то в его лице изменилось. Гермиона заметила. На долю секунды, всего лишь мгновение — губы дрогнули. Но он быстро взял себя в руки. — Никак, — произнес он ровно. — Разорвать связь может только смерть. Гермиона сглотнула, ощущая, как в животе завязывается ледяной узел. Она повернулась к Драко. И почувствовала, как испуг затмил весь её разум уничтожая все мысли.Он трясся. Весь. Слюна капала из уголков рта, подбородок дёргался в судорогах. Гермиона ожидала что угодно.Рычание. Дикий взгляд. Нечленораздельный звук. Но не слова. — Ты соврал. Голос Драко был хриплым, почти сломанным.Но чётким.Каждое слово выходило с трудом, вырывалось сквозь сведённые судорогой зубы.На коже проступала сеть лопнувших сосудов контрастно отражаясь на его коже. Тео резко обернулся к нему, лицо его стало напряжённым, глаза сузились. Он перевёл взгляд на Гермиону. И сказал то, что она уже знала. — Нам пиздец. Драко начал подниматься. Руки охранников ещё цеплялись за его плечи, но это не имело значения. Рывок. Хруст. Он схватил их за руки и дёрнул, вырывая плечевые суставы. Они завопили, но недолго. Драко вторым движением отбросил их в стороны, их тела врезались в стены, оседая на пол, как сломанные куклы.Капли крови стекали с его пальцев. Адриан по-прежнему сидел неподвижно, наблюдая за ним с тонкой, довольной улыбкой. Гермиона чувствовала, как её дыхание срывается. Она знала. Если Драко убьёт его сейчас, они потеряют детей. Она сделала шаг вперёд. — Любовь моя… Драко не отреагировал. Его глаза оставались прикованы к Адриану. Больше не серые. Не живые.Просто две чёрные, всепоглощающие пропасти. — Послушай меня… Она сделала ещё шаг. — Убьёшь его — убьёшь их. Драко приблизился к Адриану вплотную.Его пальцы сжались на лацканах пиджака. Адриан даже не вздрогнул. Гермиона пыталась дышать. — Ты слышишь меня?! — Её голос сорвался, она чувствовала, как сердце готово выпрыгнуть из груди.— Они умрут, Драко! Тео перехватил палочку мёртвого охранника, медленно вставая, прикрывая собой Пэнси. — Малфой, — он говорил глухо, не повышая голос.— Брось его. Но Драко сжимал пальцы сильнее.Его тело напряглось, вены вздулись на шее,грудь поднималась в неровных вдохах. Адриан с издевкой наклонил голову. — Сломаешь меня — сломаешь их, Драко. — В этом мире нет победителей. Гермиона в панике подбежала к нему, положив руку на грудь. — Посмотри на меня! Её пальцы вдавливались в кожу но Драко не реагировал. Его тело вибрировало от ярости, горячий воздух плотно сжимал их всех. Она крепко прижала ладонь к его груди в раене сердца. Тьма затягивала его, и если она не дотянется до него сейчас… — Ты думаешь, если растворишься в этой тьме, то я тебя отпущу? — Она резко вцепилась взглядом в его лицо, заставляя себя говорить без колотящей паники. — Нет, Драко. Я не отпущу. Я не позволю тебе уйти туда, где мне тебя не достать. Она вжимала свою ладонь сильнее, будто пыталась удержать его тело, его душу, его сердце. — Ты думаешь, я боюсь этой тьмы? Ты думаешь, мне страшно смотреть, как она тебя сжирает? — Она громко рассмеялась, хотя в глазах стояли слёзы. — Мне страшнее представить мир, в котором тебя нет. Пусть хоть вся эта грёбаная планета сгорит дотла, но если в этом огне не будет тебя, Драко… Она резко сглотнула, закрыв глаза. — То мне всё равно. Голос стал ниже, тише, но в нём вибрировало что-то, что проникало под кожу. — Я знаю, что в тебе есть тьма. Я видела, что она делает с тобой. Я чувствовала её руки на своей коже. Но ты должен понять одну вещь, Малфой. — Она наклонилась ближе, её губы дрожали, но дыхание оставалось ровным. — Ты не принадлежишь ей.Ты принадлежишь мне. Тьма вокруг него затрещала. Как хрупкое стекло, в которое вонзаются трещины. Как преграда, которая не выдерживает давления. Драко застыл. Его пальцы дрогнули, дыхание сорвалось в низкий, глухой звук. Тьма ещё держалась за него, ещё шептала, ещё цеплялась за его сознание. Но Гермиона тоже держала его. Крепко. Насмерть. Она отчаянно выдохнула, убирая руку отходя назад. — Ты можешь сражаться с этим. Но я всё равно буду сильнее. Потому что я люблю тебя так, что готова пройти сквозь Ад, лишь бы не дать тебе потеряться. И ты, чёрт побери, будешь жить, слышишь меня?! Ты будешь жить, даже если я заставлю тебя это сделать. Тьма содрогнулась, зарычала, но не сожрала его целиком.Драко издал рваный, срывающийся вдох. Опустил руки.Отступил от Адриана. Посмотрел на неё. А затем резко развернулся — и исчез за дверью, словно выпущенный на волю зверь. Ещё пару секунд стояла тишина, а потом её разорвало. Крики. Вопли. Звук рвущегося мяса. Гермиона замерла, как и все остальные. Её дыхание сбилось, глаза лихорадочно метались по кабинету. Она чувствовала… Слышала…Как Драко убивает их одного за другим. Как ломаются кости. Как воздух наполняется запахом крови. — Инкарцеро! Раздался резкий голос Тео, и в тот же момент тело Марьяны резко дёрнулось, словно под ударом невидимого кнута. Она рухнула на пол, запутавшись в магических путах, но даже это не остановило её.Она захихикала. Гортанно. Хрипло. Кровь стекала по её губам, но она не переставала улыбаться. Все разом обернулись к Адриану.Он медленно поправил пиджак, разглаживая ткань там, где его сжимали пальцы Драко. Затем вздохнул, словно устало. Будто ожидал большего. И улыбнулся. — Да начнётся шоу. Он снял пиджак, медленно достал палочку…и откинул её в сторону. Как ненужную вещь. Гермиона обменялась быстрыми взглядами с Тео и Пэнси. Тео держал его на прицеле. Готовый атаковать, готовый рвать. Но Адриан даже не смотрел на него. Он смотрел на Гермиону. И его взгляд не просто прожигал её. Он съедал ее по кусочкам. Крики снаружи стали тише. Гермиона чувствовала, как еще немного и она блеванет от напряжения и страха.Она хотела, чтобы все здесь сдохли. Все. Кроме них и детей. Пэнси резко подошла к Марьяне, не выдержав её хриплого смеха. Размахнулась. И врезала кулаком прямо в лицо. С треском что-то сломалось. Марьяна покатилась по полу, захлёбываяся собственными криками, плюясь кровью. Из рта выпали два зуба, окрасив ткань её платья в ещё более насыщенный алый. Она откинулась на бок, дёргаясь в путах, как насекомое в паутине. Но даже сейчас улыбалась. Пэнси выдохнула, встряхнув рукой, но её глаза пылали ненавистью. — Что бы больше не смеялась, сука. Прошло двадцать минут молчания прежде чем Гермиона сделала последний глубокий вдох.Она задержала его в лёгких, словно надеялась, что этот глоток воздуха сможет спасти её от того, что ждёт за дверью. — Свяжите его, — сказала она нервно сжимая топор в руке. — Я иду за детьми. Она медленно повернулась, подошла к двери и на секунду зажмурилась. Ей нужно было собраться. Приготовиться. Но она знала, что никакая подготовка не спасёт её от того, что она сейчас увидит. Она вышла. И оказалась в аду. Первое, что ударило в лицо, — запах. Мертвечина. Кровь, смешанная с внутренностями. Пол был залит алым. Не лужами — озёрами. Кровь растекалась, впитывалась в ковры, стекала по ступеням лестницы. Она сделала шаг вперёд. И едва не оступилась. Её нога скользнула по чему-то мягкому. Она опустила взгляд. Голова. Отделённая от тела. Гермиона отшатнулась, но заставила себя посмотреть.Глаза мертвеца были широко раскрыты, рот застыл в немом крике. Кожа побелела от потери крови, а на горле зияли рваные края, словно его не просто отрубили, а вырвали зубами. Она сглотнула, но не остановилась.Её шаги были медленными, осторожными. Но она не могла не смотреть. Труп за трупом. Охранники, прислонённые к стенам, будто кукол выстроили в ряд. Их груди вспороты, рёбра вывернуты наружу, как будто что-то пыталось выбраться изнутри. Некоторые были без рук, у некоторых отсутствовали ноги, а у одного не было лица. Только кровавое месиво, где когда-то были глаза и нос. Она побежала. Звук её шагов глухо отдавался в коридоре, смешиваясь с эхом далёких криков. Где-то там, этажом ниже, раздавались предсмертные вопли. Драко ещё убивал. Но она не могла сейчас думать об этом.Она должна была найти детей. Следующая дверь. Она распахнула её, сердце сжалось в груди. Кабинет забитый полками с документами. Большой, с массивным столом из чёрного дерева. Высокие шкафы тянулись вдоль стен, от пола до потолка, заполненные кожаными фолиантами.Воздух здесь пах пылью, бумагой и кровью. На столе лежало что-то. Тёмное, липкое.Рука.Оторванная, с ещё свежими сгустками крови. Кисть замерла в неестественном положении, а между разжатыми пальцами всё ещё оставалась зажатая перьевая ручка. Гермиона резко отшатнулась, её дыхание сбилось. Но она не остановилась. Она выбежала в коридор.Дверь в самом конце. Она почти не заметила её. Она была скрыта в тени, ничем не выделялась. Но края…края были обуглены. — Дети… — она прошептала, её ноги сами понесли её вперёд. Она рванула дверь на себя.И остановилась.Скорпиус и Таура. Они сидят на кроватях напротив друг друга. Просто моргают. Они не двигаются. Они не смотрят на неё. Они просто моргают. Как куклы. Гермиона не сдержалась. Резко влетела в комнату, опускаясь на колени перед ними, дрожащими руками хватая их лица. — О, Мерлин, вы здесь…Она вдохнула их запах.Она целовала их лбы, щеки, волосы, прижимала их к себе, ощущая, какие они холодные.— Мама здесь, всё хорошо… Но они не отвечали. Они не обняли её в ответ. Они просто сидели. Гермиона не позволила себе запаниковать. Не сейчас. Она взяла их за руки. — Пойдёмте. Дети поднялись. Неестественно синхронно. Ни взгляда, ни эмоции. Просто послушно поднялись, как заводные механизмы.Гермиона чувствовала, как ледяные иглы пробегают по её позвоночнику. Крепче сжав их холодные руки она повела их назад. Тем же путём.Сквозь ад. Они шагали по окровавленному полу. Трупы валялись везде. Некоторые были разорваны на куски, растянутые в невозможных углах. Другие лежали в позах, будто просто заснули, но с отсутствующими лицами. Криков больше не было. И это было страшнее всего. Потому что это значило одно. Драко убил всех. И теперь он вернётся за ними. Гермиона ощущала, как ускоряется её пульс. Как каждый шаг отдаётся в голове, словно секундная стрелка, отсчитывающая последние мгновения до конца. Она прошептала, больше для себя, чем для них: — Не смотрите. Но они не смотрели. Они просто шли. Без вопросов. Без страха. Без осознания. Она добралась до кабинета, рывком распахнула дверь. Захлопнула её за собой. — Пэнси. — Гермиона быстро шагнула к ней, протягивая детские руки. — Это наши дети. Пэнси моргнула, не сразу понимая. Но взяла их ладошки.Холодные. Слишком холодные. — Тео. — Она повернулась к нему, в глазах застыла паника. — Запри дверь. Он скоро вернётся. Тео не спорил. Они вместе подтащили тяжёлую тумбу к двери, перегородив вход. Как будто это могло их защитить. Адриан смотрел на всё с лёгкой насмешкой. Он уже был связан. Но даже сейчас он вёл себя так, словно именно он контролирует ситуацию. Как будто всё шло по его плану. Он наклонил голову, тонко улыбаясь. — О, нет. Это вряд ли его остановит. Гермиона резко развернулась. Подошла. И вмазала ему кулаком прямо в нос. Глухой хруст. Алая полоса тут же расчертила его лицо, но ухмылка не исчезла. Она наклонилась ближе, глядя ему прямо в глаза. Её дыхание участилось, а взгляд был дикий, как у львицы защищающий свой прайд. — Ты, кажется, не до конца осознаёшь своего положения. Ты труп. Не сомневайся. Адриан сплюнул кровь. Медленно. Раздумчиво. Облизнул губы. А затем так же тихо произнёс: — Тогда твои дети умрут вместе со мной. — Он наклонил голову словно кошка, наблюдающая за загнанной в угол мышью. Глаза светились наслаждением. — Выбирай, Гермиона. Убить меня — и выжить. Или потакать своему больному понятию о любви — и позволить мне жить. Он улыбнулся шире. Зубы окрасились красным. Кровь текла по губам, капала на его одежду. Но он продолжал улыбаться. Гермиона не выдержала. Она врезала ему ещё раз. — Что ты сделал с моими детьми?! Её голос разорвал воздух, срываясь на грани ужаса и ярости. — Почему они словно в трансе?! Адриан коротко взглянул на детей. И медленно исказил лицо в пародии на сочувствие. — Возможно, я их чем-то напоил… Он медленно перевёл взгляд на неё. И в одно мгновение его лицо изменилось. Стало острым, пристальным. — Хочешь узнать чем именно? Он слегка поддался вперед и сказал почти шепотом: — Тогда ответь правду на мой вопрос. Если не соврёшь, возможно, и я отплачу тебе тем же. Адриан сделал паузу, наблюдая за её реакцией. А затем его глаза медленно скользнули за её плечо, в сторону двери. Будто он чего-то — кого-то — ждал. И улыбнулся шире. — Либо мы можем подождать пока наш демон не вернётся в гнёздышко. Он пожал плечами, насколько позволяли путы. Показывая, что игра всё ещё продолжается. И он всё ещё чёртов ведущий.