Око несчастья

Светало. Снейп не сомкнул глаз этой ночью. Скажи ему несколько лет назад, что он будет так переживать за отродье Поттера — он бы рассмеялся в лицо этому человеку. А может, и плюнул бы. Но по иронии судьбы, теперь он сам оказался в той самой ситуации, от которой когда-то бы воротил нос. Он был в панике. Сын женщины, которую он любил больше жизни, не просыпался. Казалось, он мертв. Но ровное, хоть и слабое, дыхание подтверждало обратное. Мадам Помфри недавно ушла, всхлипывая. Она не могла понять, кто так жестоко обошелся с ребенком. Снейп заранее наложил на лицо мальчика маскирующие чары — он не хотел, чтобы кто-то узнал в нем Гарри Поттера. Ведь для магической Британии этот ребенок — легенда. Годовалый мальчик, который победил Лорда Волан-де-Морта. Но сейчас перед ним не было никакого героя. Только побитый, истощенный ребенок. — Воды… — прошептал мальчик осипшим голосом. Снейп тут же протянул ему стакан. Гарри жадно сделал несколько глотков и слабо прошептал: — Спасибо, сэр. Где я?.. Почему почти не чувствую боли?.. В его голосе звучало удивление. — Все прошло, мальчик мой, — ответил Снейп, пытаясь сдержать дрожь в голосе. — Теперь тебя никто не обидит. Я сделаю все, чтобы ты больше не страдал. Дыши полной грудью… И… прости меня. Если сможешь. Гарри посмотрел на него долгим, непонимающим взглядом. — Я вас не совсем понимаю, — тихо сказал он. — Но… я устал. Я просто хочу спать. — Но, Гарри… — Пожалуйста, замолчите, — перебил его мальчик. И уснул. Солнечные лучи пробивались сквозь окна, освещая его бледное лицо. Снейп же так и не сомкнул глаз. В его душе бушевала буря: злость, печаль, сожаление, ненависть. Ненависть к Дурслям. К Волдеморту. К Дамблдору. К Министерству. К себе. Он ненавидел себя за слабость. За то, что не смог уберечь ребенка. За слепую ревность к Лили. За то, что потратил годы на ненависть к сыну Джеймса, вместо того чтобы защитить его. Еще чуть-чуть. Еще несколько мгновений — и он захочет не чувствовать этого. Еще чуть-чуть — и он представит свою палочку у виска. Еще чуть-чуть… и он произнесет заклинание. — Это будет к лучшему… — прошептал он, поднося палочку к виску. — Авада… — губы Снейпа дрогнули. — Кед… Он закрыл глаза, готовясь к мгновенной пустоте, но вдруг почувствовал тепло. Слабая, но ощутимая ладошка легла на его руку. — Что вы делаете, сэр? Снейп вздрогнул. Голос был хриплым, но в нем слышалось нечто еще — слабое любопытство, тревога. Гарри смотрел на него с непониманием, явно пересиливая себя, чтобы коснуться его. Снейп уставился на мальчика, будто впервые его видел. Ребенок едва оправился от травм, а он, как последний трус, собирался бросить его одного в этом мире. — Ничего, Гарри, — наконец произнес он, поспешно убирая палочку. — Просто… процедура. Гарри нахмурился, но кивнул. — Хорошо… В его голосе звучало недоверие, но Снейп не стал настаивать. — Гарри, могу я рассказать тебе правду? — Да… хорошо. — Ты волшебник. Твои родители были могущественными магами, но случилось несчастье… и ты остался без них. Мне жаль, малыш. Гарри молча кивнул. — Послушай, я понимаю, это прозвучит странно, но у тебя тоже есть огромный потенциал. Ты можешь стать таким же великим. Не бойся меня, я хочу защитить тебя. Я изменюсь. Ты будешь в безопасности. В голосе Снейпа звучала надежда, почти отчаяние. Гарри посмотрел на него внимательно, а затем слегка пожал плечами. — Я приму то, что я волшебник… но доверие — это другое. Снейп кивнул. Он не заслуживал доверия. Не сейчас. — Спасибо, — вдруг сказал Гарри. — Я чувствую себя… относительно в безопасности. — Это… хорошо, — Снейп сглотнул. — А теперь… я хотел бы поесть, — спокойно добавил мальчик. Снейп моргнул, а затем впервые за долгое время позволил себе слабую, едва заметную улыбку. — Конечно.