Мужчина из мрамора

НИЛ

      Нил сидел на своей кровати, окружённый друзьями. Он чувствовал себя лучше, чем раньше. Чужое тепло, прикосновения, мягкие слова поддержки – всё это помогло ему хотя бы ненадолго сбросить тяжесть с души. Они ещё какое-то время просто сидели вместе, перебрасываясь словами, заполняя пустоту вокруг него.       — Ты, конечно, драматичный, Нил, но в следующий раз, если решишь страдать, хотя бы предупреди, — пошутила Элисон, улыбаясь.       — Да, чтобы мы заранее подготовились, — поддержал её Мэтт, но его голос выдавал остатки раздражения. Он злился. На Эндрю. И, скорее всего, пытался это скрыть, но слишком уж плохо у него получалось.       Нил вздохнул. Он понимал, что Мэтт просто беспокоится. Все они беспокоились. Он был благодарен им, но сейчас ему хотелось побыть одному.       — Я выйду покурить, — сказал он, поднимаясь. — На крышу. Чтобы вы потом не искали меня по всему городу.       — Как мило с твоей стороны, — усмехнулась Элисон, но в её голосе не было иронии, только забота.       Дэн посмотрела на него с лёгкой тревогой, но ничего не сказала. Она понимала, что ему нужно это пространство.       Нил вышел из комнаты и направился наверх. Днём крыша выглядела иначе, чем ночью. Город раскинулся перед ним, словно оживший механизм: шум улиц, машины, редкие прохожие, сияние солнца, которое делало контуры зданий чёткими. Ветер был прохладным, но не холодным – он лишь приятно касался кожи, немного развевая волосы.       Он достал сигарету, прикурил и сделал глубокий вдох. Вкус табака заполнил лёгкие, привычный, успокаивающий. Он смотрел вдаль, позволяя своим мыслям блуждать.       Ревновал ли он Эндрю? Конечно. Он ненавидел этот факт. Ненавидел то, что его чувства были такими неконтролируемыми. Эндрю не его. Он не принадлежит ему, не обязан быть с ним, не должен оправдывать его ожидания. Но от этого не становилось легче. Чувства – такая штука, с которой не поспоришь. Он думал, что научился прятать их глубже, но вчерашний день доказал, что он всё ещё не умеет контролировать себя, когда дело касается Эндрю.       А вдруг Эндрю и правда видел в нём только друга? Вдруг для него это никогда не было чем-то большим? Эта мысль тянула вниз, заставляла грудь сжиматься. Но даже если так... Разве он мог злиться на него за это? Он сам позволил себе влюбиться, сам разрешил этим чувствам пустить корни. Это его проблема. Не проблема Эндрю.       Нил провёл на крыше какое-то время, просто глядя на горизонт, позволяя мыслям уносить его в никуда.       Звук открывающейся двери вырвал его из раздумий. Он не повернулся, подумав, что это, скорее всего, Мэтт. Видимо, он слишком долго тут просидел, и тот пришёл его проверить.       — Я же сказал, что просто курю, можешь не волноваться, — бросил он, не глядя.       Ответа не последовало. Только тишина.       Но через несколько секунд раздался голос.       Низкий, слегка с хрипотцой, с той привычной ленцой в интонациях, которая всегда раздражала и притягивала одновременно. Голос, который он мог бы узнать даже сквозь шум толпы, даже в полной темноте.       Это был не Мэтт.       Это был Эндрю.       — Долго ты тут сидеть собираешься? — спросил Эндрю.       Нил резко развернулся. Всего в метре от него стоял Эндрю.       Его сердце на секунду замерло, а потом сорвалось в безумный ритм. Он не ожидал его здесь. Не ожидал увидеть его так скоро. Его губы приоткрылись, но слова застряли в горле. Глаза сами по себе скользнули по лицу Эндрю, по его спокойному, почти безразличному выражению. И всё же что-то в его взгляде было другим. Глубже. Тяжелее.       Нил смотрел на него, всё ещё не веря, что Эндрю стоит здесь, перед ним. Его присутствие на крыше было неожиданным и... странным. Как он вообще сюда попал? Зачем пришёл?       — Можно сесть? — спросил Эндрю, и в его голосе не было ни холодности, ни привычного равнодушия.       Нил кивнул, не в силах выдавить что-то более осмысленное.       Эндрю сел рядом, вытянув ноги и слегка опершись на руки. Его поза была непринуждённой, но всё равно напряжение витало в воздухе. Он был рядом. Совсем рядом. И от этого у Нила внутри всё сжалось.       Он был рад его видеть. Честно. Но в то же время его разрывало на части. Слишком много противоречий, слишком много эмоций, которые он не умел правильно выражать.       — Дашь сигарету? — вдруг спросил Эндрю.       Нил молча протянул ему пачку, и какое-то время они просто сидели в тишине. Эндрю закурил, глубоко затянувшись, его взгляд был устремлён куда-то вдаль.       Нил не мог оторвать от него глаз. Он наблюдал, как тот выпускает дым, как его пальцы легко держат сигарету, как ветер играет с его светлыми волосами. Всё казалось одновременно таким обыденным и таким значимым.       — Я разговаривал с Мэттом, — неожиданно сказал Эндрю, не глядя на него.       Нил внутренне напрягся.       — И? — его голос был сдавленным.       — Он кричал. Долго. Очень эмоциональный человек, твой сосед.       Нил усмехнулся. Да, это было похоже на Мэтта.       — Что он тебе сказал?       Эндрю повернул голову, его взгляд был пристальным.       — Что ты влюблён в меня.       Нил почувствовал, как его сердце остановилось на мгновение, а потом снова забилось, но уже быстрее. В груди всё похолодело, и в то же время внутри вспыхнул огонь. Он сжал пальцы, ощущая, как пачка сигарет немного помялась в руке.       — Он не должен был этого говорить, — выдохнул он.       — Почему? — в голосе Эндрю не было насмешки. Только любопытство. Только ожидание.       Нил опустил взгляд. Потому что это было его личное. Потому что он боялся услышать в ответ что-то, что раздавит его окончательно.       — Я не хотел, чтобы ты знал, — сказал Нил, уставившись вдаль. Его голос был тихим, но каждое слово отзывалось у него внутри тяжёлым грузом. — Это не твоя проблема, не твоя забота. Мои чувства… они ничего не значат. Они никому не нужны. Только всё портят.       Эндрю молчал. Просто курил, спокойно, безразлично, будто это был обычный разговор. Но Нил знал, что это не так. Он чувствовал на себе его взгляд, хотя сам не мог заставить себя поднять глаза.       — Я не собирался тебе об этом говорить. Это не должно было стать твоей проблемой. А теперь… теперь всё испорчено. — Он выдохнул, сжав в пальцах сигарету так, что та чуть не сломалась. — Мэтт не должен был рассказывать. Он думал, что делает мне одолжение, но на самом деле он только всё усложнил.       Злость на Мэтта была иррациональной, он понимал это. Друг просто хотел за него заступиться. Но теперь Нил чувствовал себя оголённым, разоблачённым. Его чувства должны были остаться внутри. Скрытыми. Он не мог позволить себе такой слабости.       Тишина растянулась. Лишь ветер гнал по крыше сухие листья, и сигаретный дым таял в воздухе. Нил стиснул зубы. Теперь точно всё кончено. Всё испорчено. Эндрю либо уйдёт, либо скажет что-то, что Нил не захочет слышать. Так или иначе, ничего хорошего он не ожидал.       — Ты глупый, — раздался, наконец, голос Эндрю.       Нил вздрогнул от неожиданности и резко повернул голову. Эндрю смотрел на него так же спокойно, как всегда. Без раздражения, без насмешки. Просто констатировал факт.       — Что? — выдавил Нил, нахмурившись.       Эндрю откинулся назад, опираясь ладонями о холодную поверхность крыши.       — Я сказал, что ты глупый, — повторил он. — И ещё ты ужасно много болтаешь.       Нил почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он не знал, что на это ответить. Что это вообще значило? Но прежде чем он успел сформулировать хоть одну мысль, Эндрю уже продолжал говорить.       — На эти выходные ко мне приехал Аарон, мой брат-близнец, с женой и дочерьми, — спокойно сказал он, стряхивая пепел с сигареты.       Нил моргнул. Он помнил, что Эндрю говорил о приезде брата, но не знал, что он близнец. В голове вспыхнуло осознание.       — Близнец? — переспросил он, хрипло.       Эндрю кивнул, не торопясь объяснять дальше. Нил чувствовал, как его дыхание сбивается. Он вспомнил ту сцену, что увидел вчера: Эндрю, целующий девушку. Только это был не Эндрю. Это был его брат. Аарон.       — Ты видел тогда Аарона с Кейтлин, — спокойно добавил Эндрю, наблюдая за ним.       Нил открыл рот, но не смог ничего сказать. Всё внутри перевернулось. Это была ошибка. Глупая, нелепая ошибка. Он ревновал, злился, страдал… из-за чего? Из-за собственного заблуждения?       Эндрю наблюдал за ним с той же бесстрастной маской на лице, но в его глазах было что-то большее. Что-то, что Нил не мог сразу определить.       — Ты правда думал, что я мог бы поцеловать девушку? — спросил он наконец, с лёгким оттенком насмешки в голосе.       Нил отвёл взгляд, чувствуя, как его уши горят. Он не знал, что ответить. Потому что в глубине души… да, он боялся этого. Боялся, что Эндрю может захотеть кого-то другого. Что его чувства так и останутся односторонними.       — Ты идиот, Нил, — добавил Эндрю, делая последнюю затяжку и туша сигарету о бетон.       Нил сжал пальцы в кулак. Он чувствовал себя полным дураком. Но в то же время, лёгкость пробежала по его телу, сбивая всю тяжесть последних часов. Всё это время он страдал из-за иллюзии. А теперь…       Он снова посмотрел на Эндрю. Тот смотрел прямо на него, не отводя глаз.       — Я правда идиот, — тихо признал Нил.       Эндрю лишь слегка усмехнулся.       Нил смотрел на Эндрю, чувствуя, как внутри него поднимается странное, гнетущее чувство. Оно было смесью надежды и страха, радости и боли.       — Зачем ты мне всё это рассказываешь? — его голос звучал тише, чем он ожидал, почти неуверенно.       Эндрю взглянул на него, прищурив глаза, словно взвешивая что-то в уме.       — Ты действительно хочешь это знать? — спросил он спокойно.       Нил сглотнул. Хотел ли он?       — Да, — ответил он, почти не раздумывая.       И в следующую секунду Эндрю сократил расстояние между ними, наклонился, и их губы соприкоснулись.       Нил замер, ощущая, как всё вокруг стирается, исчезает, оставляя лишь этот миг, этот поцелуй. Тёплые губы Эндрю мягко, но настойчиво прижались к его, словно проверяя, позволит ли он большего. В этом движении не было спешки, не было требовательности, но было что-то, от чего внутри всё переворачивалось.       Нил чувствовал, как дыхание Эндрю смешивается с его собственным, как рука скользит к его шее, зарываясь в волосы, чуть сжимая, вынуждая его податься ближе. От этого прикосновения у него пробежали мурашки по коже. Он не мог думать, не мог ничего анализировать, не мог даже испугаться — его тело само отвечало, его губы двигались в такт поцелую, подчиняясь этому плавному, но уверенному ритму.       Когда Эндрю чуть прикусил его нижнюю губу, у Нила сорвался короткий вздох. Он не осознавал, как его пальцы сжали ткань толстовки Эндрю, как он невольно подался вперёд, жадно ловя эти новые, захватывающие ощущения. В этом поцелуе было что-то сокрушительное — не страсть, не просто физическое притяжение, а нечто гораздо глубже, что-то, от чего Нилу хотелось дрожать и растворяться полностью.       Они целовались так, словно ничего другого в мире не существовало. Словно это было неизбежно. Словно это было правильно.       Когда они, наконец, отстранились, их дыхание было сбито. Нил смотрел на Эндрю, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Эндрю выглядел спокойным, как всегда, но его глаза горели — не вспышкой, не пламенем, но чем-то глубоким, затягивающим, чем-то, от чего Нилу становилось ещё труднее дышать.       Губы Эндрю были чуть припухшими, на щеках лёгкий румянец. Его рука всё ещё покоилась на шее Нила, тёплая, крепкая, удерживающая. Это был якорь в его бушующем шторме эмоций.       — Теперь ты понял? — спросил Эндрю, голос его был хриплым, чуть ниже обычного.       Нил не мог сразу ответить. Всё внутри него сжалось. Он смотрел на губы Эндрю, на его глаза, на руку, что всё ещё касалась его. Он чувствовал, как сердце бешено колотится в груди. И в этот момент он понял.       Он понял.

ЭНДРЮ

      Эндрю смотрел на Нила, чувствуя, как что-то в его груди сжалось. Ему не было страшно — страх был чужд ему в таких ситуациях. Но внутри что-то дрожало, словно зыбкая грань, которую он только что пересёк. Он держал ладонь на шее Нила, ощущая под пальцами его горячую кожу и учащённое биение пульса. Нил не отстранился, не оттолкнул его. Он просто смотрел на него, в его глазах метались эмоции, которые Эндрю не мог расшифровать сразу.       Губы Нила были слегка припухшими после поцелуя, дыхание сбившимся, а взгляд — всё ещё немного затуманенным. Он выглядел потрясённым, но не в плохом смысле. Его рыжие волосы немного растрепались, свет от заходящего солнца делал их ещё ярче. Всё в этом моменте казалось почти нереальным.       Эндрю почувствовал, как внутри него разгорается что-то, чему он ещё не дал названия. Желание? Да. Но не только. Это было что-то глубже, что-то, что он долго игнорировал, прятал, закрывал.       — Теперь ты понял? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без дрожи, без эмоций, которые могли бы выдать его.       Нил сглотнул, его губы приоткрылись, но он не сразу нашёл, что сказать. Эндрю смотрел, как он моргнул, как в его глазах пронеслось осознание.       — Ты… — начал Нил, но осёкся, качнул головой и вздохнул. — Ты действительно это хочешь? Меня?       Эндрю прищурился. Вопрос был странным, но в каком-то смысле ожидаемым.       — Я не делаю то, чего не хочу, — ответил он спокойно.       Нил всё ещё выглядел растерянным, но теперь в его взгляде появилось что-то ещё. Надежда? Сомнение? Желание? Всё вместе?       — Но почему? Почему именно сейчас? — Нил нахмурился, будто пытался сложить в голове пазл, который никак не мог собраться.       Эндрю медленно убрал руку с его шеи, но не отстранился. Он почувствовал, как его губы дёрнулись в едва заметной усмешке.       — Ты действительно хочешь, чтобы я сейчас начал объяснять? — его голос был ровным, но в нём скользнула нотка чего-то… почти тёплого.       Нил прикусил губу и отвёл взгляд, но потом снова посмотрел прямо на него.       — Я хочу знать, — сказал он твёрдо.       Эндрю тихо выдохнул. Чёртов Нил.       Он смотрел на Нила, и внутри него всё кипело. Он злился. На Нила. На себя. На этот чёртов поцелуй, который всё изменил. Он хотел ненавидеть его за это. И в то же время, ненависть была последним, что он чувствовал.       Нил выглядел... иначе. В его глазах отражалось что-то неясное, почти болезненное. Его губы всё ещё чуть приоткрыты, дыхание сбивчивое. Он выглядел растерянным, уязвимым.       Эндрю ненавидел это.       Он не должен был заставлять его чувствовать. Он не должен был заставлять его чувствовать самого себя.       — Слушай внимательно, — голос Эндрю был низким, уверенным, но внутри что-то дрожало. — Я скажу это один раз.       Он взял Нила за руки. Одну руку Эндрю направил к своей груди, прижав к тому месту, где билось его сердце. Оно билось сильно. Слишком сильно.       — Чувствуешь? — прошептал он. — Это твоя вина.       Нил не ответил, но его пальцы дрогнули. Эндрю накрыл его ладонь своей, крепко прижимая её к себе. Он хотел, чтобы Нил почувствовал это. Чтобы знал, что делает с ним.       Эндрю взял его вторую руку и поднёс к своим губам. Он провёл по ладони губами, задерживаясь на коже, впитывая её тепло, прежде чем прижать её к своему лицу. Эндрю закрыл глаза, позволяя себе чувствовать.       — Я ненавижу тебя, — сказал он тихо, но в этих словах не было яда. — Ненавижу за то, что ты сделал со мной. За то, что ты заставил меня чувствовать. За то, что стал тем, без кого всё остальное теряет смысл.       Нил замер. Он смотрел на Эндрю, будто видел его впервые. Его дыхание было прерывистым, пальцы невольно сжались в ответ.       Эндрю открыл глаза и посмотрел прямо в него.       — Ты разрушил мой мир. Я никогда ничего не хотел. Никогда. — Он стиснул челюсть. — Но теперь, когда это случилось, ты не можешь просто уйти. Не можешь притворяться, что ничего не произошло.       Тишина. В голове Нила, похоже, бушевал шторм. Его губы дрогнули, но он так и не заговорил.       Эндрю сжал его пальцы, удерживая его рядом.       — Скажи мне, что ты понял. Скажи мне, что ты видишь меня. Настоящего.       Нил с трудом сглотнул. Его губы дрогнули в ответе, но не смогли выдать ни слова. Вместо этого он сделал единственное, что казалось правильным в этот момент — он протянул руку, его пальцы осторожно скользнули по щеке Эндрю, оставляя за собой тёплый след.       Эндрю не отстранился. Он только прижал ладонь Нила крепче к своей коже, позволяя ему чувствовать. Их взгляды встретились, и в этот момент стало понятно — они оба знали ответ.       Нил приблизился, стирая расстояние между ними. Он позволил себе быть смелым, позволил эмоциям взять верх. Его губы мягко коснулись губ Эндрю, сначала робко, словно спрашивая разрешения, а затем увереннее, глубже. Его пальцы зарылись в волосы Эндрю, поглаживая затылок, притягивая ближе.       Эндрю ответил, его руки скользнули по спине Нила, притягивая его ближе, будто боялся, что если ослабит хватку, тот исчезнет. Поцелуй был мягким, но в нём было так много сдержанного, так много всего невысказанного, что каждый вздох, каждое движение губ казалось признанием.       Они отстранились лишь тогда, когда воздух стал необходимостью. Лицо Нила горело, его взгляд был затуманен, губы чуть припухли. Эндрю смотрел на него, позволяя себе просто видеть.             — Теперь ты всё понял? — прошептал он, голос едва слышный, но полный смысла.       Нил не ответил сразу. Он просто смотрел на Эндрю, его пальцы всё ещё касались его лица, словно боялись потерять этот момент.       — Да, — наконец выдохнул он, и Эндрю, впервые за долгое время, почувствовал, что всё стало на свои места.