Медведь и некромант

      Следующим днём, покинув гробницу Гатрика, я направлялся по дороге в Вайтран.       Вдоль горной гряды я шёл довольно долго, холод и ветер пронизывали до костей, а капюшон постоянно сдувало с головы. Эхо мне чудилось даже в собственном тяжёлом дыхании. Путь быстро меня измотал, но, как назло, поблизости не было ни трактиров, ни фортов, ни даже какого-нибудь подходящего для отдыха места. Привал в такую погоду без укрытия запросто мог стать последним в моей жизни решением, потому пришлось без остановки тащить слабеющие ноги по скользкому тракту, в надежде найти хоть какое-нибудь пристанище. Огненная магия и заклятия защиты от холода не давали замерзнуть, но никак не уменьшали усталости. И все чаще меня посещали мысли о приобретении лошади.         Я добрался до поворота на Данстар и ненадолго остановился у развилки прочесть указатели и перевести дух. Три дороги соединялись посреди заснеженного леса, здесь ветер стал чуть тише, высоченные ели вокруг монотонно шумели, покачиваясь.         Навстречу, со стороны Вайтрана стремительно двигались два всадника — они были первыми, кто повстречался мне за целый день пути. Удивительно было посреди зимнего дремучего леса столкнуться с необычно одетыми и до зубов вооруженными редгардами в традиционном облачении алик’рцев. В последний раз воителей в синих тюрбанах я видел, наверное, в Анвиле — там в порту вообще было не протолкнуться от чужеземцев и наёмников всех рас. Плечи редгардов укрывали меховые плащи, за широкими кожаными поясами висели до блеска начищенные изогнутые скимитары — смертоносное оружие в умелых руках. По первому впечатлению, эти всадники явно крепкие и подготовленные бойцы. Их лошади были не скайримской породы — тонконогие скакуны, каким мороз так же не по нраву, как и их хозяевам. Выглядели воины довольно грозно, и конфликтовать с ними мне не хотелось. Ни к чему лишний раз привлекать внимание. Но интересно, что такие необычные наёмники из Хаммерфелла забыли в Скайриме?         Как назло, я не остался без внимания. Они остановились передо мной. Кони шумно дышали, из широких ноздрей вырывались клубы пара. Воины смотрели на меня сверху вниз, и в их темно-карих глазах читалось легкое пренебрежение.         — Эй ты! Данмер! — грозно обратился ко мне один из них на тамриэлике с сильным акцентом. — Тебе не встречалась женщина? Она редгардка, как и мы.         От их вопроса мне будто по голове чем-то тяжелым приложили. Одну редгардку я не только видел, но даже поспособствовал тому, что больше она точно никому не повстречается. Неужели её папаша все-таки заподозрил чешуйчатого воспитателя в некомпетентности и послал за дочкой охрану? Врать о встрече не стоит, но и рассказывать всю правду о случившемся тоже плохая идея.         — Та, что отправилась путешествие с аргонианином? — решил уточнить я.         Судя по проступившему недоумению на темных лицах, из моих уст только что прозвучала несусветная чушь.         — Её зовут… кажется, Сальма… и с ней аргонианин, маг, Бим-Джа, — мне не нравилось вспоминать имена тех, кого только что прикончил. — Мы познакомились у таверны «Ночные Ворота», это прямо по тракту в сторону Виндхельма. Они собирались искать сокровища в нордских руинах.       — Брат, мне кажется, он говорит о ком-то другом… — обратился к алик’рцу напарник.       — Похоже на то… — усомнился наёмник, но снова посмотрел на меня. — Как выглядела та редгардка?       — Совсем юная. Лет восемнадцать, на ней стальная броня…       — У неё не было шрамов на лице? — напирал он, как стражник на допросе.       Я отрицательно покачал головой.       — Нет, это явно не та, кого мы ищем, — заключил редгард.       — Хм, тогда, может, подскажете, кого искать? Если увижу её, сообщу вам. За вознаграждение, разумеется, — показалось, что излишняя отзывчивость вызовет куда больше подозрений в первом встречном, чем банальная корысть.       — Женщину зовут Иман. Но она может жить под другим именем. Предположительно, она скрывается в Вайтране, но нас не впускают в город. И также мы проверяем и другие места, где она могла бы скрыться. Если что-то узнаешь, сообщи нашему предводителю. Его можно найти в Рорикстеде, — отчеканил алик’рский воин. — Обещаю, награду ты получишь. Но только в том случае, если твои сведения действительно помогут нам в поисках.       — А почему вы её ищете? — рискнул полюбопытствовать, но получил вполне ожидаемый ответ:       — А это уже не твоё дело. Найдешь женщину — получишь своё золото. И не задавай лишних вопросов.       — Что ж, желаю вам удачи в поисках, — с тонкой улыбкой я отсалютовал им.       Наёмники подстегнули коней, направившись в сторону Данстара, а я продолжил путь к Вайтрану, подыскивая место для ночлега. Мысли о поиске какой-то пропавшей женщины улетучились сразу после того, как наши пути с алик’рцами разошлись. У меня есть дела поважнее, чем тратить своё время, гоняясь за каждой юбкой.

***

      До Вайтрана я добрался только через пять дней. Хотя, город, расположенный на холмах и его дворец, Драконий Предел, показались издали уже на четвёртый день преодоления изнурительной дороги. Выживание в Скайриме давалось мне непросто. Голод и усталость можно было перетерпеть, подкрепиться и дать отдых ногам. Но борьба за жизнь в одиночестве, в неизбывном постоянном холоде изматывала, вынуждала прятаться, следить за костром, непрерывно поддерживать магию, тратя все силы. На тракте было полно волков, однажды не повезло нарваться и на снежного тролля.       Измотанный путешествием, я все же достиг цели. Не верилось, что уже этой ночью смогу заночевать под крышей на теплой постели.       Золота у меня теперь было вдосталь, поэтому было ни к чему слишком ограничивать себя и считать каждую монету. Я предвкушал, как зайду в лучшую таверну и сниму себе самую большую и теплую комнату, закажу дорогое вино, горячее мясо и найду пышногрудую девку. Я этого заслужил, а в Вайтране это всё наверняка найдется.       Город, окруженный со всех сторон фермами, защищали рвы, река и высокие стены — неудивительно, что единственная попытка штурма обернулась поражением для армии Ульфрика. Сейчас вокруг не осталось ни следа, ни напоминания о том, что здесь не так уж давно разворачивалась кровопролитная битва. Поля дремали, укрытые слоем снега, вращались лопасти мельниц, а над крышами деревянных домов змеились к прозрачному небу струйки серого дыма. Возле конюшен было многолюдно — именно в Вайтран, торговое сердце Скайрима стекались купцы и наёмники со всей провинции. Перед стенами расположился даже каджитский караван, а теплолюбивых котов из Эльсвейра на севере встретишь нечасто.       Я миновал конюшни, добрался до опущенного моста, заметил, что на стенах полно лучников — в основном, легионеров. На воротах всех приезжих также досматривали имперцы, но не слишком строго. В успех восстания Братьев Бури здесь больше никто не верил, ведь генерал уже готовился прикончить легендарного Маркартского медведя и преподнести его шкуру в дар императору.       Назвался я как обычно Феленом Реласом, алхимиком, направляющимся в Рорикстед. Почти не соврал. Поверили, пропустили, хотя доспехи и эбонитовый меч, доставшийся мне от Гатрика наряду с сокровищами, разглядывали не без интереса.       За воротами в ноздри ударил запах раскаленного металла — справа за рвом работала кузница. Мощеные городские дороги, слегка припорошенные снегом, тянулись прямо и влево, ведя в разные районы Вайтрана. Слева я заметил вывеску таверны и направился туда, на ходу прочитав название «Пьяный охотник». Заведение оказалось не из благородных — мрачная, забитая разными мутными личностями ночлежка, в которой яблоку негде упасть. Трактирщик — босмер с наглой глумливой рожей мерзким голосом сообщил, что места для ночлега находятся на чердаке. Мне хотелось чего-то лучшего, и я мог себе это позволить, поэтому отправился исследовать город в надежде отыскать более достойное место. Позади многолюдной рыночной площади, среди стоящих полукругом магазинов и лавок, нашлась ещё одна таверна с названием «Гарцующая кобыла», и тамошняя обстановка показалась мне подходящей.       Вполне благопристойного вида посетители разместились на лавках вокруг большого очага в центре зала и слушали, как сладкоголосый бард тянет заунывную балладу о любви, которая изредка прерывалась вскриками.       — Садия, отнеси оленину тому господину за дальним столиком!       — Хульда, подай-ка нам ещё эля!       Я протолкнулся к стойке, хозяйка, уже немолодая нордка, выкатывала из-под неё небольшой бочонок, передавая его плечистому норду, с гривой распущенных светлых волос.       — Бери, Йорлунд, для тебя не жалко, — она распрямилась, улыбаясь посетителю, и заметила меня.       — Запиши на мой счет, — сказал норд и легко закинул бочонок на плечо, удаляясь.       Я снял шлем с головы и поставил на стойку.       — Комнаты есть? — поинтересовался у усталой хозяйки, которую, как я услышал, назвали Хульдой.       — Да, — она откинула со лба волосы, посеребренные проседью. — Большая на двоих на втором этаже, пятьдесят золотых за ночь. Это все, что я могу сейчас предложить.       Кажется, это было именно то, что я искал.       — Отлично. Тогда мне нужна эта комната, ванная с тёплой водой, бутылка лучшего вина и сытный ужин, — я вытащил из кошеля пару рубинов и положил перед хозяйкой. — Побольше мяса.       Удивленный взгляд Хульды вдруг вспыхнул от алчности. Она снова поправила прическу, приосанилась, забрала драгоценности и рассмотрела их. Убедившись, что все в порядке и это не подделки, убрала все в кошель.       — Господин, позвольте я вас провожу, — мягко улыбнулась женщина, медленно выходя из-за стойки. — Садия! — рявкнула она куда-то в зал, снова на пару мгновений заглушив песню барда. — Вино Сурили и горячий ужин в комнату господину на второй этаж! Да поторапливайся!       Я не видел, кому она кричала. Служанок в зале было три — юркие девушки, бегающие туда-сюда с кружками и тарелками. Видимо, одна из них упомянутая Садия.       Хульда провела меня через зал к боковой лестнице, ведущей на второй этаж. Мы поднялись, и она открыла красивые резные двери, впуская меня оценить моё новое временное пристанище. Комната и впрямь была хороша. Справа широкая кровать, в углу деревянная ванна, столики и тумбочки, под крышей пара небольших окон. Позади кровати виднелась еще одна двойная дверь, к которой меня также сопроводила хозяйка, продемонстрировав выход на балкон, где стоял отдельный столик и пара кресел. Отсюда можно было наблюдать за происходящим в зале, не присоединяясь к шумной толпе.       — Располагайтесь, господин! — она улыбнулась, жестом обводя комнату. — Скоро к вам придёт Садия и исполнит все ваши желания.       — Все? — уточнил я, приподняв бровь.       — В пределах разумного, — Хульда вдруг недовольно поджала губы, уловив мой намек. — Здесь не бордель. За доступными девками идите в «Пьяный охотник», мои служанки не спят с посетителями.       — Вопросов больше не имею, — я примирительно кивнул хозяйке, и она, слегка уязвленная, покинула комнату.       Оставшись в одиночестве, я принялся избавляться от брони. Проклятая драконья чешуя примерзла к моему измученному телу. Ноги болели и были стерты до мозолей. Завтра выберу себе коня получше, и больше никаких долгих походов по этим ледяным землям.       Вдруг раздался тихий стук в дверь и прозвучал приятный женский голос:       — Ужин и вино для господина…       В следующий миг комнату вошла служанка с подносом в руках, но у нее был такой вид, словно она здесь хозяйка. Её плавные движения завораживали, статная фигура и необычная внешность буквально кричали о том, что эта женщина непроста.       Это была редгардка с чёрными волосами до плеч и яркими синими глазами. Не юная девчонка, но явно помоложе хозяйки таверны. В руках она держала серебряный поднос с бутылкой вина, кубком и горячим ужином на тарелке. А её красивое лицо рассекали шрамы, некстати напомнившие мне о недавней встрече с воинами из Хаммерфелла. Две тонких поперечных полоски, тянущихся от носа по левой щеке, и еще один небольшой, почти неприметный, под нижней губой на остром подбородке. Что бы с ней ни произошло, это оставило свои следы.       Она медленно подошла к столику в комнате, поставила на него сначала вино и кубок, а затем блюдо с едой, разложив рядом с ним столовые приборы. От запаха еды и вида маслянисто блестящего мяса я едва не захлебнулся слюной.       — Милорд, желает что-нибудь ещё? — поинтересовалась Садия, и я ощутил, как по спине пробежал холодок.       Давно меня не называли «милордом», чаще всего местные говорят: серомордый, красноглазый и всякие прочие прилагательные, характеризующие внешность, хоть сколько-нибудь отличающуюся от человеческой.       Я окинул служанку взглядом, но решил не делать поспешных выводов насчет её аристократичного и определённо неместного произношения, а также выделяющейся внешности, и сухо сказал:       — Натаскай теплой воды в ванную.       — Да, господин, — будто спохватившись, она изменила обращение ко мне, поклонилась и ушла.       Пока её не было, я переоделся в рубаху и, выйдя на балкон с кубком вина, окинул взглядом заполненный посетителями зал. Сверху заметил, как Садия медленно поднимается по лестнице с двумя ведрами воды в руках.       А из зала веяло теплом очага и потом собравшихся людей, пустившихся в пляс под задорную музыку. Пряные запахи жизни витали по всей таверне, смешивались со сладким ароматом медовухи и жареного мяса. Вдохнув это полной грудью, прочувствовав мелодию, каждую прозвучавшую ноту, странно отзывающуюся в моем сердце, я решил задержаться в Вайтране подольше. Не обязательно сразу искать своей смерти. Поторгую драгоценностями из нордских развалин, продам неподходящий мне двуручный меч, хорошенько напьюсь перед встречей с довакином, поживу в кои-то веки как милорд, а не как нищий доходяга. Тем более, лошадь надо выбрать. Вдруг мне повезет выжить и нужно будет возвращаться в Виндхельм? Правда, в этот миг я не видел в этом никакого смысла.       Из комнаты послышался плеск — Садия переливала воду в ванну, но этого оказалось недостаточно, и она снова ушла. За ней гулко захлопнулась дверь. Я сделал ещё один небольшой глоток вина и, ощутив зверский голод, перетащил еду на балкон, где растянулся в кресле, слушая озорные песни барда и хохот гуляк.       — Замученный дорогой я выбился из сил,       Под старою сосною я спальник расстелил,       Сбежал из Морровинда, границу пересек,       В тюрьме мне не хотелось отматывать свой срок!       Я улыбнулся словам песни, Морровинд казался далеким и нереальным прошлым, почти забытыми образами и звуками, тревожным завыванием ветра, несущего запах гари, за которым непременно последует пепельная буря.       В Скайриме иная жизнь. И даже Вайтран разительно отличался от ледяного Виндхельма. Здесь всем наплевать, что я данмер, в людях нет страха перед грядущим и дышится намного свободнее.       — Но что-то среди ночи взревело на холмах,       Я резко пробудился, ощущая страх.       Клыки вонзились в ногу, осталась только боль...       Как плохо, что сосед мой голодный снежный тролль!       Публика в таверне зашлась хохотом и овациями, а я принялся за еду и выпил пару кубков вина, чувствуя, как терпкий хмель бьёт в голову. Удивительно, что даже после Великой войны винодельня Сурили в Скинграде ещё работает.       Когда я вернулся в комнату, то увидел, что ванна почти наполнена, рядом лежит длинная щетка, кусок мыла и льняное полотенце.       Блага цивилизации, не иначе.       Я начал раздеваться, стащил рубаху через голову, в тот же миг зашла Садия с вёдрами. Думал, женщина смутится, но она только окинула меня беглым взглядом без особого интереса, будто раздетых мужиков видит каждый день, и долила в ванную недостающую воду.       — Ванна готова, — чуть поклонившись, она остановилась передо мной. — Желаете что-то ещё?       — Спину потрешь? — я протянул ей щетку.       — Кажется, у вас обе руки на месте, — с лёгкой насмешкой отказалась Садия. — Если больше ничего не нужно, я вас оставлю. У меня внизу полно дел.       Что ж, попробую проверить, действительно ли она та, за кого себя выдает.       — Брось, Иман! Неужели так сложно сделать посетителю приятно? Я доплачу, — я произнес другое имя, припомнив, как алик’рцы назвали пропавшую женщину, и тут же различил мелькнувшие перемены на обворожительном лице. Черные брови редгардки слегка приподнялись. Она старательно скрывала страх, но реакция её тела выдавала правду.       — Моё имя Садия, милорд, — ответила она чуть дрогнувшим голосом.       — Откуда ты, Садия? Здесь не говорят «милорд». И так точно не говорят простые служанки, — я медленно стянул штаны и залез в ванную. — Ещё тебя выдает акцент, хоть ты и пытаешься произносить слова, как местные. Если уж играешь роль, то играй как следует. Иначе… тебя быстро отыщут те, кто за тобой уже охотится.       — М-м… Не понимаю, о чем вы говорите, — она покачала головой, с трудом пытаясь придать словам былую уверенность. — Вы, должно быть, спутали меня с другой...       — Возможно, — я опустился в воду, наблюдая за колебаниями служанки, которая не сдвинулась с места, будто парализованная с той самой секунды, как услышала имя Иман. — Скайрим большой… Алик’рским воинам придется постараться, чтобы найти нужную редгардку со шрамами на лице...       Она молчала и не уходила, я снова протянул ей щетку, намекая, что нам нужно продолжить разговор.       Садия подошла ко мне, но, вместо того чтобы взять щетку, быстрым движением вытащила из-за пояса кухонный нож и наставила на меня. Я чувствовал, что с ней что-то нечисто, но она же не обезумела, чтобы просто зарезать «милорда» в таверне.       — Живой я не дамся! Запомни, только подойди ко мне! — прошипела она.       — Милая, убери нож, а не то поранишься! — ответил ей, уже готовясь к броску. По её взгляду понял — женщина в отчаянии и готова на все, но вряд ли ей хватит умений, чтобы нанести мне смертельный удар и после этого уйти невредимой.       — Если хоть кто-нибудь узнает, что я здесь… — цедила Иман сквозь стиснутые зубы, не убирая ножа. Её милое личико кривилось от ненависти, холодные сапфиры глаз сверкали яростным огнем.       Не дожидаясь каких-либо действий с её стороны, я резко перехватил её запястье с ножом и потянул к себе так, что служанке пришлось нагнуться к ванной. Я сжал её тонкую руку и, слабо вскрикнув от боли, она выронила нож в воду.       — Попалась, — улыбнулся я, ощущая, как металл скользнул по бедру. Служанка принялась вырываться, но я держал крепко.       — Не трогай меня!       — Тише, я не причиню тебе вреда!       — Пусти! — рычала она, приглушив голос.       — Значит, ты не та, за кого себя выдаешь… Иман. Что ж, хорошо. Возможно, я такой же, как ты. Не бойся за свой секрет, — я резко разжал хватку, и Иман отшатнулась, прижав к себе руку. — Мне нет резона ввязываться в эти хаммерфелльские интриги, будь ты хоть сбежавшей женой короля, хоть преступницей… — я с улыбкой откинулся на спинку ванны.       Редгардка обожгла меня ледяным сапфировым взглядом и поправила волосы.       — Чего ты хочешь за молчание? — спросила она.       — Сейчас мне нужна помощь, — я снова протянул ей щетку.       Иман недовольно выдохнула, взяла её, намылила и принялась отскребать мою спину жёсткой щетиной.       — Да… — я блаженно прикрыл глаза, наклонившись. — Ничуть не хуже секса…       — Очень смешно… — Иман продолжала с усердием натирать меня. — Теперь я так и буду тебе прислуживать? Скажи, что тебе нужно? Золото? Сколько?       — Я что, похож на бедняка? — я усмехнулся, шаря руками по дну ванны в попытке найти упавший нож. — Деньги меня не интересуют. Просто позволь дать тебе совет. Не говори никому слово «милорд», здесь оно не в ходу и выдает, что ты неместная гораздо сильнее, чем темная кожа. Измени акцент, выражайся как простушки. Сделай что-нибудь с лицом, хотя бы испачкайся мукой или сажей. Ты слишком красивая для простой служанки. Шрамы совсем тебя не портят.       — Вы льстите мне своим вниманием, — язвительно протянула она.       — Вот. А обычная служанка просто глупо хихикала бы, — я нашел нож и подобрал его.       — Почему ты мне помогаешь?       — Не помогаю. Советую. А прислушиваться или нет, решай сама, — моё тело, как разум и сердце ненадолго размякли в тепле и комфорте. — Спасибо, хватит… ты мне сейчас спину до костей протрешь.       — Сейчас смою мыльную пену, — она полила меня из ковша и присела у края ванны, пристально посмотрев на меня.       Я достал нож и разглядел — обычный кухонный, ещё и с зазубринами. Плохое железо.       — Кажется, это твое, — вернул его служанке, замечая секундное недоумение на её лице.       — Что-нибудь ещё? — она осторожно забрала свое «оружие», но больше не рискнула мне угрожать. Сразу спрятала его за пояс.       — Унеси посуду и иди работать, будто ничего не произошло, — распорядился я. — Позову тебя, если понадобишься, — поначалу хотелось предложить другое, но Хульда ясно дала понять, что не стоит провоцировать здесь разврат. Служанка может быть полезной иначе — наверняка, ей известны все слухи и обстановка в городе, так пусть информация станет её платой за моё молчание. К тому же, в этот самый миг, после сытного ужина, вина и тёплой ванной, мне хотелось только раскинуться на кровати и заснуть поскорее.       — Спасибо… милорд, — Иман напоследок обворожительно улыбнулась мне, забрала посуду и ушла, не поклонившись.       Закончив с ванной, я закрыл все двери на засовы, но отголоски шума и музыки из зала все равно долетали до моих ушей. Усталое тело просилось на кровать.       Я лёг и прикрыл глаза.       — Иман… — проговорил с улыбкой необычное женское имя. Перед взором замелькали видения — сапфировые глаза и стальные скимитары, морозный плен древних нордских руин, сменяющийся жарким солнцем пустыни… и темнота сна, дарующего успокоение пылающему разуму.