Жареная рыба

Месяц спустя Вернувшись из отпуска, Хэ Сюань первым делом сделал то, что должен был сделать ещё давным-давно. — Личный бассейн? — Хуа Чэн скептично отреагировал на его запрос. — Всё равно он займёт гораздо меньше места, чем твой личный «музей», — парировал Хэ Сюань, отчётливо выделив последнее слово. По-другому то место, где Хуа Чэн хранил различное оружие, скульптуры и фрески, связанные с каким-то божеством, он попросту не мог назвать. — Не нуди, будет тебе бассейн, — Хуа Чэн явно был не в восторге, но всё же препятствовать пожеланиям своего партнера по бизнесу не стал. — Затраты на него сам покроешь. — Как всегда. — Хэ Сюань повёл плечами, собираясь уйти. — Кстати, ты больше не выглядишь дохлой рыбой, — хмыкнул Хуа Чэн, оглядев изрядно отдохнувшего и загорелого Хэ Сюаня, — или с моим единственным глазом что-то не так? — Всё так, — согласился с ним Хэ Сюань, действительно ощущая себя другим человеком. — Отпуск пошел тебе на пользу. — Ага. Хэ Сюань и сам понимал, что изменился после поездки. Вернувшись, он стал бережнее относиться к своему здоровью, больше отдыхать и… веселиться. Получать искреннее удовольствие от жизни и радоваться каждому прожитому дню оказалось намного приятнее, чем днями напролёт циклиться на одной единственной цели, которая по итогу всё равно не принесёт ему ничего, кроме вязкого ощущения опустошённости и желания поджариться под палящим солнцем. Покидать «Призрачный мир» Хэ Сюань не спешил. Он столько лет потратил, чтобы вместе с Хуа Чэном выстроить с нуля этот бизнес и привести его на первые строчки самых прибыльных компаний. Естественно, у него ещё оставались дела в качестве гендира «Призрачного мира». Да и не мог Хэ Сюань позволить своей компании затухнуть, особенно после того, как Ши Уду освободили и он стал пристальнее смотреть в сторону конкурента. Может когда-нибудь, когда с ненавистным Ши Уду будет покончено, Хэ Сюань оставит свой пост и займётся каким-нибудь фрилансом, который приплел на отдыхе в качестве легенды, но всё же этот вариант был слишком ненадёжным. А ещё Хэ Сюань вновь занялся плаванием. Проведя в отпуске столько времени, не вылезая из воды, он осознал, насколько ему этого не хватало. Так что, пока для него строили личный бассейн в их главном офисе, Хэ Сюань несколько раз в неделю выбирался в один из бассейнов возле «Ши корп». Лазейку, которой он когда-то пользовался, так и не обнаружили. А перекошенное выражение лица Ши Уду, стоило Хэ Сюаню столкнуться с ним в бассейне, оказалось бесценным бонусом к любимому занятию. Хэ Сюань нравилось намеренно выбешивать своего конкурента, который явно был не в восторге от его присутствия, но и своё излюбленное место не спешил покидать так просто. Если бы не одно — два — «но», они бы давно уже поотрывали друг другу головы. Смартфон Хэ Сюаня пиликнул от полученного сообщения: «Всё в силе?» «Скоро буду», — быстро напечатал ответ Хэ Сюань. — Судя по твоей глупой ухмылке, дела идут как надо, — констатировал Хуа Чэн. Хэ Сюань лишь отмахнулся от него. Все его мысли сейчас были заняты другим. В тот день, когда близнецы раскрыли ему всю правду, Хэ Сюань, уязвленный предательством с их стороны, действительно хотел уйти, исчезнуть навсегда из их жизни. Но проведя несколько дней в одиночестве, Хэ Сюань тонул в бесчисленных вопросах, обдумывая всё, что успело произойти за время его отпуска и не только, и в конце концов взглянул на сложившуюся ситуацию по-новому. Были ли близнецы виноваты в том, что сделали? Безусловно. А что сам Хэ Сюань? Был ли он, изначально скрывший правду о себе, виноват? Он точно также обманывал своих любовников, а стоило ему узнать всю правду, как поставил на первый план месть и запихнул в самый дальний ящик искренние чувства. А ведь он искренне полюбил и Цин-Цин, и а-Сюаня! В том, что произошло, конечно же, была вина Хэ Сюаня. Если бы он не строил козни Ши Уду, близнецы никогда не решили бы отомстить ему в ответ. Они даже никогда бы не познакомились! И от этой мысли Хэ Сюань утонул в собственных раздумьях ещё сильнее. С появлением близнецов в жизни Хэ Сюаня многое изменилось. Несмотря на все их попытки поставить его в неблагоприятное положение, выставить дураком на глазах у всех, только благодаря им Хэ Сюань смог лучше понять себя, взглянуть на мир с другой стороны и позволить себе наконец-то начать жить, отпустив прошлое. Да, пусть всё закончилось, как заканчивается любой курортный роман — отпуск подходил к концу, все маски были сняты. Но только Хэ Сюаню теперь было решать, ставить ли в их окончательную точку. Близнецы ясно дали ему понять, что у него ещё есть шанс. Хэ Сюаню оставалось только выбрать: ехать с ними в Макао или вернуться домой. Хэ Сюань помотал головой, отгоняя ненужные воспоминания. Его ждали и, не теряя время на переодевание, он сразу же отправился по, успевшему стать привычным, адресу. Цинсюань встретил его на пороге в накинутом на голое тело лёгком халате, слишком откровенном, на взгляд Хэ Сюаня. В таком на созвонах не появишься. Вернувшись из Макао, Цинсюань, вдохновившись (хоть и выдуманным) рассказом Хэ Сюаня, решил попробовать поработать на удалёнке. Он договорился и обустроил в одной из комнат дома небольшую лабораторию, продолжив свои исследования, и лишь изредка появлялся на работе. По началу Цинсюань скучал без регулярных утренних поездок в офис на любимом спорткаре, но быстро привык к новой жизни, тем более, когда взамен получил интересный бонус в виде Хэ Сюаня, регулярно заглядывающему к ним домой после работы. — Тебе кто-нибудь говорил, насколько ты чертовски сексуален в чёрном костюме? — спросил Цинсюань, хитро улыбнувшись. Хэ Сюань произнес, усмехнувшись: — Ты. Каждый раз. — И не устану это повторять. — Цинсюань обвил руками плечи Хэ Сюаня и потянул его внутрь. — А где Цин-Цин? — спросил Хэ Сюань. Обычно близнецы встречали его с работы вместе. — Вся в работе, — вздохнул Цинсюань. — Знаешь, ты на нее ужасно влияешь. Она стала перерабатывать даже больше, чем брат! А он — тот ещё трудоголик. Ни Хэ Сюань, ни Цинсюань не знали, что же такого сказала Цин-Цин Ши Уду, но она убедила его: во-первых, принести Хэ Сюаню и его почившей семье извинения, которые тот с трудом принял, только потому, что не хотел обижать близнецов; а во-вторых, Ши Уду гораздо серьёзнее отнёсся к желанию Цин-Цин участвовать в жизни семейной компании и вскоре она отлично показала себя в деле, быстро взлетев по карьерной лестнице. Для такой умной и смелой девушки это оказалось лёгким и достижимым шагом. Хэ Сюань находил её доминантный характер сексуальным, частенько позволяя ей подчинить его в постели. — Значит, следующий принудительный отпуск будет для Цин-Цин, — усмехнулся Хэ Сюань, целуя губы Цинсюаня. Они могли и не дождаться Цин-Цин, но вскоре замок скрипнул и входная дверь распахнулась, едва не открыв всему миру полураздетого Цинсюаня в руках Хэ Сюаня. — Я дома! — воскликнула Цин-Цин, влетев в квартиру. Хэ Сюань скользнул по ней взглядом — деловой образ был ей к лицу. — Цин-эр, ты, конечно, хороша в этом, — подтвердил его мысли Цинсюань, — но не бросай меня одного на удаленке! — Приходи ко мне со своим ноутом, — предложила она. — Только не в таком виде. — Я пас. Вся эта официозность точно не создана для меня, — отмахнулся Цинсюань и загадочно улыбнулся. — Кто-то же должен встречать вас после работы. — Поверь, нам это нравится, — сказал Хэ Сюань, притянув к себе и Цин-Цин. — Ну что, продолжим? — предложил Цинсюань, поправив халат — ярко алеющие засосы на его шее говорили о том, что веселье только началось. — Погнали. — Хэ Сюань тут же сгреб в охапку близнецов и унес в душ. Хэ Сюань может и потерял возможность поквитаться с Ши Уду, но обрёл что-то другое. Он часто подумывал, не отправить ли тому с телефона близнецов пару неприличных фото? Тот явно будет сходить с ума от увиденного. А Хэ Сюань наслаждаться своей маленькой сладкой местью.