Ходит дурачок по миру

***

Дракон пришёл в этот мир ещё детенышем, несмышленной ящеркой с немощными крыльями, не способными поднять даже его незначительный вес. Но пришёл уже воином, отмеченным судьбой. Уделом Дракона, как, собственно, уделом любого другого дракона, было правление, поэтому он и покинул свой мир так рано - каждый дракон должен был стать единым властителем своего собственного мира, чтобы единолично называться Драконом и не делить ни с кем ни имени, ни власти. Дракону этого мира боги даровали счастливую судьбу правителя – его мир склонился перед ним почти без сопротивления, но несчастливую судьбу воина – по той же, собственно, причине. Дракону не было нужды защищаться, ведь никто не нападал, и не было потребности доказывать своё право на трон – в его праве сильного никто не усомнился. И вот, молодой ещё господин целого мира вынужден был развлекаться чем боги послали, а боги послали ему человеческое воплощение, склонное к распутству и жадному собирательству диковинок и красот.

***

Алтан нервно расхаживал по тронному залу, принадлежащему его господину, по совместительству главнейшей головной боли, и ждал его ответа. Чародейский род Алтана с незапамятных времен служил Драконам этого мира, и, в глубине души, Алтан считал, что лучше бы его древний чародейский род остался в степях ворожить под луной на хороший приплод кобылиц. Нет, он не сомневался в величии деяний своих дедов и прадедов и их Драконов, но на его долю выпала безотрадная участь прозябать при скучнейшем представителе этого правящего вида. Алтан мог бы заставить пасть ниц пару-тройку миров, используя магию запретных манускриптов, но ограниченный во взглядах на сущность власти и удовлетворенный привычным бытом владыка только пожимал плечами и отмахивался от его грандиозных предложений, ещё и говорил что-нибудь на по-военному грубом варварским языке, который каждому был понятен благодаря магии драконов, но неуловимо чужд уроженцам мира Дельта и лишён всякого изящества. – Золотце, ну че ты доебался со своими другими мирами? Работы тебе не хватает? Ты мне и так че-то интересное вторую неделю ищешь с нулевым успехом, хуй простаивает… Алтан поднял на Дракона свои винного цвета глаза, полные спокойного равнодушия открытого космоса, и Дракон предусмотрительно сделал вид, что ничего не говорил. Мимоходом подумал, что чародей снова будет втихую плевать ему в вино, но будто бы это хоть кому-то не нравилось… – Разве гарем господина Дракона мал? – Так ведь без любви это все так, забава на раз… Вот другое дело, если бы кто-то прекрасный, как ночное небо над степью… – Дракон многозначительно поиграл бровями и сделал щенячьи глаза. – Ох, ради богов вашего мира… Кого вам найти на этот раз? Очередную деву с естеством настолько ненасытным, будто злое колдовство заточило между её бёдер чёрную дыру? – Золотце, вот зря ты не любишь Джессику, она ведь тоже своего рода моя правая рука. Ты моя правая рука на штурвале государственных дел, а она моя правая рука в трусах гарема… Что бы я делал с этим недоудовлетворенным воинством, если бы не она? Вот и думай. Но вторую такую и правда не надо, давай какого-нибудь прекрасного юношу? – Дракон окинул чародея непривычно грустным взглядом, но сразу же усмехнулся похабнейшей из усмешек. – Только давай… Больше не надо похожих на тебя, а то снова со спины спутаю, задумаюсь о делах державных на ложе, и, по привычке, обращусь к тебе по государственному вопросику по имени на весь дворец. – Да, господин Дракон, о том как много вы думаете о трудах своих тяжких даже в постели все еще всем замком говорят. – Лицо Алтана стало ещё спокойнее, голос ещё ровнее, что говорило о том, что плевком в вино господин этого мира не отделается. Есть раны, которые лучше не бередить, и такой раной на чувстве собственного достоинства для чародея были слухи о том, что холодный красавец востока не устоял перед мужественностью своего господина и пал в его объятия несколько раз за жаркую ночь. – Доставай своё зеркальце, будем невест смотреть. Алтан царственным жестом руки (такая царственность в словах и жестах истинному господину этого мира Дракону даже не снилась) отправил слуг за окном в иные миры, а сам взял чистый лист душистый бумаги, тончайшей работы ручку и с изяществом истинного алхимика заправил её чернилами. – Слушаю ваши пожелания, господин Дракон. – Короче, пусть будет светленький. Белокурый такой ангелочек, понял? И давай тонкого и звонкого, чего-то нет настроения яйцами мерятся… И чтоб фиалками пах. Ну, по-приколу чисто. Чародей, жопу обязательно запиши. Чтоб вот была такая, как каравай на хлебосольном столе: пышная, теплая, приветливая и сама в зубы просилась! Записал? Дальше. Моральные принципы, вот это вот все… оно нам не надо. Нет настроения окучивать. Чтоб понятливый был, расчетлтвый и на хуй правителя целого мира сам падал и без подсказок. Но не слишком умный, чтобы, если интриговать начнет, то хуево получалось, а то для резни тоже особо настроения нет. Ну и все, я нынче не привередливый… Алтан дописал и с демонстративным омерзением сложил вдвое лист бумаги и зажал его между кончиками среднего и указательного пальцев. Слуги, едва дыша от груза ответственности, внесли окно в миры в залу. Окно выглядело обычным зеркалом в старинной деревянной раме без всякой резьбы, но в нём чувствовалось величие, которым обрастает даже самая грубая простая вещь, если на ней образуется налёт минувших эпох. Алтан подошёл к окну, скинул с него тёмное парчовое покрывало и запел ему на рокочущем и звонком, как кастаньета в руках одной из гаремных красавиц, языке. Зеркальная поверхность отобразила тысячи тысяч сияющих нитей, на взгляд обывательский совершенно одинаковых. Но чародей видел больше прочих. Он протянул к окну лист бумаги, что держал в руке, и в его ладонь прыгнула нить, что светилась меньше прочих. – Есть хорошая весть, господин Дракон, а есть две, что вам не понравятся. – Не томи уже, говори чего там. – Хорошая вот, совпадение почти идеальное… Маршалл Смит, 23 года. По роду деятельности вор и… тарелочник. Хм, музыкант, должно быть? – Да, бард-вор, ничего удивительного, почти классика… – Рассчетлтв и циничен, но характер имеет лёгкий и смешливый, то что нужно… Только вот, первая неприятная новость, темперамент у юноши холодноват. Не будет, господин Дракон, никаких пучин страсти. Но, если хорошо одарите и вкусно покормите, то на ложе будет и кричать, и поминать богов в суе, ему не сложно. Мужественное и суровое лицо Дракона как-то совсем по-детски огорченно вытянулось: – Так может у него просто не было настоящего Дракона?! Алтан скептически поднял бровь, но промолчал. – Ладно, а вторая какая дурная новость? – Он из мира, где магия практически мертва, а значит и для моей магии почти не доступен. – Не день, а навоз коня. Понедельник потому что, наверное. Ладно, золотце, хоть покажи мне его, стоит не стоит вообще голову ломать… Алтан провёл ладонью по поверхности окна, второй раз за день милостиво спуская господину Дракону с рук неуважительное прозвище. Белокурый дивной красоты юноша, похожий на потомков эльфов, которые некогда жили в их мире, но однажды покинули его, оставив после себя только прекрасные баллады и не менее прекрасных полукровок, возлежал в большой белой бадье, поглощал шипучее вино из высокого бокала и непринужденно щебетал в… средство связи: –Привет, малыш… А вот ты мне не звонишь, это как расценивать, как конец любви? В каком смысле не отвечаю?! Ну, может номер попал в спам, откуда мне знать, никаких пропущенных. Думаю, если бы ты хотел, ты бы нашел способ связаться, да? Угу… Угу… Дорогой, это оправдания. Нет. Нет. Мне не нужны твои деньги, за кого ты меня принимаешь? Я тебе эскортник типа?! Я просто хочу немного заботы, почувствовать, что ты учавствуешь в моей жизни и заботишься обо мне. Да, именно… Ну, я не знаю. Машинку мою свози на техосмотр, меня на МРТ. Лучше сразу всего тела, сам понимаешь, оптом дешевле. Вот видишь, коть, никаких цветов и рестиков мне не надо, только немного заботы. Кстати, о заботе, найди ещё человечка, который мне раковину посмотрит, я совсем ничего не понимаю… Ага. Нет, ну если прямо хочешь отправить мне цветы, то давай. Да, пионы. Адрес скинул в тг. Ну все, чмоки, жду твоих решительных действий. Юноша удовлетворенно потянулся к книжке, что лежала на странном шкафчике с круглым окном и что-то в ней отметил галочкой. Он снова припал ухом к своей коробочке, полной чужих голосов, но тон его заметно изменился. Теперь он говорил не капризно, а галантно: –Любовь моя… Мужа нет рядом? Прекрасно. Очень хотел услышать твой голос. Куда я пропал?… Ну, мне не хотелось бы об этом… Ну… Ну… Знаешь же, что я бедный студент, у меня не всегда есть возможность даже просто купить цветы, а ты заслуживаешь всех цветов в мире. Кстати, скоро будет курьер. Да, с пионами, с твоими любимыми… Ну как это не стоило, дорогая, это важный знак внимания, пришлось взять ещё одну подработку после пар… Нет, я так не могу. Не могу. Правда, это слишком! Ох, ну ладно, только не ругайся. Можно по этому номеру телефона на Сбербанк. Люблю тебя, целую руки. Обязательно позвоню вечером… Бокал опустел, и молодой человек с грустью посмотрел в него, прежде чем сделать вторую отметку и вернуться к переговорам. В этот раз тон его был практически лишён эмоций, разве что сдобрен лёгкой развязнастью: – Это Куколка, мне нужен заказ. Желательно что-то очень запарное, типа бусики с богатой тёти снять… В смысле ничего нет? А пасхальная неделя тут при чем? О какой душе все раз в год думают?? В смысле меньше грешат? Дорогой, мне денежка нужна, делай свою работу, чтобы я мог делать свою, окей? Жду звонка. Дракон смотрел в окно с нескрываемым восхищением: – Золотце, ты посмотри какая гнида! И какой хорошенький! Выглядит прямо как я, если бы был девочкой… – Господин Дракон, это не девочка. – Да я не дурак и тоже вижу хуй, вон же он, вылез из корыта и голенький бегает! Нет, я говорю, что если бы Я был девочкой, то вот такой. Все логично. – Все логично. В любом случае, очень жаль, но я не знаю как заставить его взаимодействовать с остаточной магией его мира, чтобы сработало заклятие переноса. Что же, бывают и в жизни великих правителей разочарования. Посмотрим другого! – Нет, золотце, хочу этого. И у меня есть идея. Монеты и письмо ты отправить в этот мир можешь? А найти ближайший источник остаточной магии? Алтан, явно превозмогая желание сказать, что совершенно ничего он не может, нехотя ответил: – Да. Думаю да. – Ну вот и минус проблема. И это, ты ему там сделай, как тому мальчику, который на тебя был похож… Ну, темперамента добавь. Мужская, так сказать, овуляция. А то так совсем не весело…