Когда я умру

Наручные часы показывали, что время уже давно перевалило за час ночи. Но небо продолжало светить ярким оранжевым цветом. Столько лет уже прошло с трагедии, но Даня все никак не может привыкнуть к таким изменениям в мире. Как и для него, так и для всех, кто находится на этой планете - это случилось внезапно. В новостных каналах писали, что рядом с Землёй пролетает очередной метеор и неизвестно, будет ли столкновение. Никто особо не обратил внимание: такое писали не раз, и даже если кто-то пытался создать из этого панику, через день сам забывал. Даня сделал тоже самое: даже не прочитал пост и продолжил листать новости. Спустя неделю сообщили о падении метеорита. Свидетели писали и даже прикрепляли видео летящего метеора прямиком в Тихий океан. Правительство не хотело создавать панику и всеми способами старалось успокоить людей. Даня, как и все, сначала не понимал весь масштаб трагедии, ведь благодаря атмосфере метеорит потерял больше половины своего обычного размера или даже сгорел полностью? А из-за того, что тот упал в центр Тихого океана, ударная волна была минимальной, можно считать всего лишь разбились окна в ближайших городах и странах. Так или иначе, большинство думали, что быстро забудут об этом случае, или будут вспоминать его, как падение метеорита в Челябинске. Спустя два дня начала пропадать связь. Люди писали, что полностью потеряли контакт с теми, кто находится рядом с Тихим океаном. А кто приезжал оттуда жаловался на пропажу электричества. Даня заметил проблему: хоть он и находился в Питере в момент трагедии, у него тоже пропадала связь, долго отправлялись сообщения, звонки были настолько плохими, что было ощущение, что ты разговариваешь то-ли по рации, то-ли собеседник находился на другой планете. Но электричество было. Плохое, конечно, но что поделаешь. Спустя три дня люди начали замечать, что ночь становится слишком короткой. Хотя была середина зимы, светать уже начинало в четыре утра. Сначала с места падения метеора исходил лёгкий свет, который через некоторое время начал распространяться все сильнее и сильнее, как говорят учёные, из-за радиации. Всех жителей из городов, что находились рядом с Тихим океаном начали экстренно эвакуировать. Спустя ещё пару дней, ночи уже не было. Небо поразил цвет заката. Несмотря на такой сильный свет, исходящий от места падения, радиация никого не поразила. Вместо этого пошёл вирус, который со временем люди начали называть "зомби". Правда, происходило всё не так, как в фильмах про зомби-апокалипсис. Жертва тоже заражалась через укус, рану, передачу крови, но за мозгами она не следовала. Когда вирус поражал носителя, всё, чего тот хотел - это уединения и спокойствия. Жертва прячется в тихих, как он думает, уголках, а любой, кто попадётся ему на глаза - опасность и нужно себя защитить. Многие сохраняли сознание и могли более менее себя контролировать, а некоторые начинали атаковать и убивать всех, кто ему встретится на пути. Когда только этот вирус пошёл, власть поставила карантин, запрещающий выходить на улицу на некоторое время. Даня так и делал: он работал над альбомом, успокаивал свою аудиторию, стримы, к сожалению, запустить не мог из-за плохой связи. Но в один день у него перестал работать холодильник, еда начала плесневеть, вода прекратила идти, и в конечном итоге вырубилось электричество. Не только у него: во всем доме это случилось. Оставаться было нельзя, но Кашин решил подождать ещё пару дней, пока владельцы других квартир активно покидали здание. Не только поэтому он остался в квартире так надолго - ещё причиной была тревога. Сильная, сжирающая полностью паника, страх, что теперь всё будет иначе, что он может стать одним из зараженных или наткнуться на него. А ещё хуже увидеть своих родных или друзей в этом списке. Благо он держал всех на связи: его семья нашла безопасное место, а большинство друзей собрались вместе, чтобы найти укрытие. Но Даня не мог быть с ними из-за той же тревоги. Он боялся своими глазами увидеть, как близкий человек умирает или сходит с ума. Поэтому, когда уже стало ясно, что начался "зомби-апокалипсис", Кашин решил быть своего рода отшельником. Скитаться по разным местам, искать ночлег, списываться с родными, узнавать как у них дела, иногда навещать, помогать и снова уходить. Спустя несколько лет ничего не изменилось. За это время Данила успел освоится в поисках жилища, натыкался на многих зараженных, но не пытался их убить - только убегал, пока жертва его не заметила. Но оружие разного вида всегда носит с собой: парень случайно натыкался на пустые базы, основанные во всяких торговых центрах, и бессовестно их грабил. И вот сейчас, в светлый час ночи, Даня ходил по пустой зарозшей улице, рассматривая местность. Когда занимаешься этим на протяжении нескольких лет ты уже привыкаешь к грустной и тревожной мысли о том, как раньше тут было людно и громко. Сейчас практически весь мир преследует мёртвая тишина. Кашин помотал головой, чтобы избавится от ненужных мыслей и продолжил путь, но тут же остановился, всматриваясь вдаль. Там можно было увидеть несколько палаток, что попытались скрыть разбитыми машинами. Оттуда же доносилось несколько голосов. По крайней мере, трое человек там точно было, не дай бог больше. Не успел Даня трезво обдумать свои действия, как из палаток начали выходить люди. Полностью вооружённые. Даже бронежилет смогли где-то урвать. Кашин думал подойти к ним. Он уже подобрался достаточно близко к палаткам, но прежде, чем попасться на глаза незнакомцам, остановился. Они могут быть хорошими, и, может, даже дадут ему какие-нибудь припасы, но это очень маловероятно. Больше есть шанс, что они его застрелят, как только увидят, спутав его с зараженным или просто так. Сейчас каждый сам за себя. Даня решил не рисковать и, пока те уходили в противоположную сторону, забежал в ближайшее здание. Он подождал пару минут, прячась в коридорах на первом этаже, а после уже решился выглянуть. Вооружённые продолжали идти в другом направлении, не оглядываясь назад. Это хороший знак: его не заметили. Облегчение накрыло сразу же, как неизвестные скрылись с его поля зрения. Успокоившись, парень осмотрелся. Ну, раз уж он выбрал это здание, то, может, переночует тут. Как раз вместе с облегчением пришла усталость. Первые этажи были полностью облутаны, даже матрасов на кроватях не было, окна выбиты и оттуда дул холодный ветер. Неудивительно, Даня уже привык к таким ночлегам, но прежде чем там лечь, он осматривал все здание на наличие комнаты, где окна не выбиты. Всё-таки он уважает свой комфорт и заботится о своём здоровье в первую очередь, несмотря на ситуацию. Весь нижний этаж был осмотрен, кроме подвала, в сторону которого Даня даже не смотрел: там сыро, темно, холодно - идеальное место для укрытия зараженных, поэтому лучше это место не трогать. Вместо этого Кашин пошёл в сторону лестницы, вслушиваясь в посторонние звуки. Всё, что он слышал на данный момент - тихие скрипы древесины, которая она сама же и издаёт. А ещё звук потянувшейся лески. Её Даня не заметил: она была натянута на одну из ступеней лестницы, и задел ногой. Разумеется, там она не может быть просто так. Но среагировать Кашин не успел: в эту же секунду раздался выстрел и появилась острая, жгучая боль в области голени. От неожиданности Кашин вскрикнул. Схватившись за перила лестницы, он рвано дышал, стараясь сохранить сознание и не упасть. Только он хотел осмотреть масштаб травмы, услышал сзади него шаги. Чьи-то ледяные руки крепко обвили его шею, намереваясь сломать. Уже не слушая свои мысли и поддаваясь адреналину, Кашин резко взмахнул локтем, целясь наугад. Удар прошёлся по скуле нападающему, от чего тот упал на землю. Хватка на шее исчезла и Даня рефлекторно отошёл от него на шаг. Хотелось бы и подальше, но из-за нахлынувшего в тело адреналина он совсем забыл, что одна из его ног травмирована и наступил на неё. Она отозвалась ужасной болью, и Дане потребовались все возможные силы, чтобы остаться стоять, оперевшись о стену. Пока он пытался вернуть в лёгкие весь воздух, Кашин взглянул на нападающего. Лицо незнакомца было скрыто за капюшоном, по силуэту можно понять, что он примерно по росту и весу, как сам Даня. Так или иначе, драться не особо верное решение, нужно уходить. Парень отвернулся от соперника, который уже вставал, и попытался сделать шаг к выходу, но наступить на раненую ногу было невозможно. Она сразу же подкосилась, и Кашину снова пришлось опереться о стену, чтобы сохранить равновесие. В глазах на пару секунд потемнело, голова кружилась, и Даня уже хотел на полном серьёзе начать молится, чтобы он не умер прям на месте. Сзади послышался звук. Кашин обернулся и увидел, что нападающий уже стоял на ногах. Неизвестный схватил лежащую на земле арматуру и быстрыми шагами преодолел небольшое расстояние между ними, размахнувшись. Удар прошёлся рыжему в лицо. Достаточно сильно, чтобы сломать нос - Даня услышал треск, но недостаточно, чтобы он потерял сознание. -Блядь...-Выплюнул Кашин. Он продолжал прислоняться к стене и потянулся к кобуре, которая была скрыта пальто. После того, как Даня высказался, шаги прекратились, нападающий резко остановился и выронил арматуру. Кашин не мог сказать, но по тени, которую вполне видно и падает практически на него, неизвестный уставился на раненого. Несколько секунд стояла оглушающая тишина, которая очень нужна была Дане. Он достал пистолет из кобуры и выжидал момента. Нужно пригрозить уроду, а если тот продолжит ебать ему мозги, застрелить. А ещё, желательно, успеть к моменту, пока Даня не умрёт от потери крови. Наконец, сзади послышался шорох. Тихий, аккуратный, будто соперник боится спугнуть дикого зверя. -Даня..? Это че, реально ты- Не вслушиваясь в речь соперника, Даня собрал все оставшиеся силы и сжал крепче пистолет в руках, сняв его с предохранителя и аккуратно положив палец на спускавой крючок. Стиснув челюсть, он резко развернулся, вытягивая руку с пистолетом вперёд, так, что к апоненту дуло приставилось почти вплотную в подбородок. Неизвестный от такого жеста ужаснулся, смотря на лицо Кашина, смог сделать два шага в сторону, врезавшись в стену. Его начала охватывать паника от сложившейся ситуации, Кашин это мог почувствовать. -Так. Давай обсудим. -Через вдохи говорил Даня. Нос сломан, кровь активно лилась на его рот, подбородок и капала на одежду. Рыжий уже успел полностью оценить вкус своей крови. Рана на ноге тоже давала о себе знать. -Либо мы расходимся на хорошей ноте..либо эту стену окрасят твои мозги. Пару секунд стояла давящая тишина. В месте, где они стояли, очень мало падал свет и из-за него Даня не мог точно рассмотреть, кто же стоял напротив и посчитал, что это какой-то неадекватный фанат - таких он уже встречал, но все же решил присмотрется к нападавшему, прищуриваясь. С того уже почти упал капюшон и он мог разглядеть нижние черты лица, которые Кашин мог распознать по щелчку пальца. Этот подбородок, проколотый нос, ебаная татуировка летучей мыши на шее буквально в лицо кричала, кто стоит напротив. Но Даня не верил. Он рывком снял с уже известного капюшон и уставился в большие карие глаза, которые он так давно не видел. Руслан. Напротив него стоял ебаный Руслан Тушенцов. И они только что пытались друг друга убить. Даня пару раз проморгал, помотал головой, будто тот, на кого он наставил пистолет - простая галлюцинация. -Да, наверное, мне мерещится. -Активно размышлял он. - Из-за большой потери крови я начал видеть то, чего нет. Или напротив меня стоит совершенно другой человек, очень похожий на Руслана, а из-за тех же травм я вижу самого Тушенцова. Вместе с этим нарастала и паника. Не при таких обстоятельствах он хотел встретить давнего друга. Не то чтобы он вообще хотел с ним видится, в целом. Но мир всегда преподносит много сюрпризов. И даже если окажется, что он - не галлюцинация, а реальный Руслан, Даня, скорее всего, приставит пистолет уже к своему виску. Но ему мерещится, верно? Чтобы удостоверится, Кашин ещё сильнее прижал дуло пистолета под подбородок соперника. Тот никак не отреагировал, лишь продолжал смотреть в глаза Дане, можно считать, в том же шоке. -Нет, нет...-Тихо пробормотал Даня, полностью уверенный в том, что ему мерещится. -Я тебя пристрелю. -Это не особо хорошая идея,- Тоже тихо ответил Руслан. - Первый выстрел уже шуму навёл, нам просто повезло, что сейчас сюда никто не сбежался. Выстрелишь ещё раз - будешь завидовать, что умер я, а не ты. Будь Даня в здравом уме, он бы согласился: им невероятно повезло, что никто не отреагировал на выстрел. Могли бы прийти те же вооружённые, которых он видел недавно. Но Даня зол, он расстроен, он в шоке. У него прострелена нога, сломан нос и под ним уже скопилась огромная лужа крови. В глазах стало более размыто, он еле разобрает силует, что находится напротив. -...Может, ты опустишь оружие, и мы поговорим спокойно, без драк? - Еле слышно прошептал Руслан. Но из-за эхо и тишины Даня всё услышал. Спокойно? Без драк? Это он подстрелил его и сломал ему нос. Да пошёл он... -Да пошёл нахуй, придурок. - Закончил свою мысль Кашин и уже хотел нажать на курок, но рука его не слушала. Пистолет вдруг стал слишком тяжёлым. Рука опустилась, как у тряпичной куклы, и оружие с грохотом упало на пол. Руслан заметно расслабился, Даня этого не увидел, но услышал, как тот облегченно выдохнул. Потом уже всё тело стало казаться тяжёлым. Он старался держаться до последнего, но вокруг все вращалось и темнело так, что вызывало тошноту. -Тихо, тихо. Я тебя держу. - Послышался голос, будто из вакуума. Кашин почувствовал, как кто-то держит его за плечи, позволяет упасть всем весом на него, повторяет одну и ту же фразу. В голове Дани была пустота, всё, что он хотел - сомкнуть глаза и упасть в забвение. Так он и сделал, оставив свое будущее в руках бывшего друга.

***

Он не знает, сколько времени прошло с того момента, как вырубился. Но боль в ноге, да и во всем теле в целом говорит об одном - он жив. К сожалению или счастью парень не знает. А ещё кто-то тщательно ощупывал его нос, что вызвало ещё одну резкую волну боли, вместе со страхом. Даня со вдохом резко распахнул глаза, схватив за запастье того, кто трогал его лицо. Паника постепенно нарастала: он не помнил где он и с кем, потому что в комнате, где они находились, было очень темно. Настолько, что он еле мог разглядеть руки перед его лицом. Но Даня смог увидеть знакомые татуировки на пальцах незнакомца и слегка расслабил хватку. -О, очнулся. - Услышал он уже и знакомый голос. Руслан не обратил внимания на перемену настроения лежачего и аккуратно убрал руку, что Даня ему позволил сделать. С осознанием, что перед ним сейчас сидит Тушенцов, начали приходить и воспоминания. -Можешь сказать последнее, что ты помнишь? - Озвучил его ход мыслей Руслан. -Я помню, как ты меня уебал арматурой. -И это всё? -Потом хотел тебя застрелить. -Отлично, значит, сотрясения нет, вроде. - Хоть Даня этого не видел, но предположил, что Руслан кивнул. - Понятия не имею, сколько ты был в отключке, у меня нет часов. Я проверил твой нос, смещения нет, поэтому всё заживёт без проблем. Кашин кивнул и ожидал продолжения про ногу, что постоянно напоминала о себе. Но его не было. -Так, хорошо, - Спустя некоторое время поднял голос Даня. Он был чуть-чуть хриплый и, несмотря на это, в этой оглушающей тишине казался довольно громким. Поэтому он откашлялся и повторил. -Хорошо. А что с ногой? Послышался шорох, Руслан встал с своего места и куда-то направился. По звукам было слышно, что тот поднимался куда-то выше, видимо, по лестнице. А потом комнату легонько осветил оранжевый свет заката. И Даня понял, что они находятся в том самом подвале, который он не хотел проверять. Когда Руслан спустился, он махнул в сторону Кашина. -Ну, можешь сам посмотреть. По его тону нельзя было сказать, плохо ли всё или хорошо. Вместо того, чтобы рассмотреть пулевое ранение, он решил осмотреть комнату. Несмотря на то, что это подвал, было достаточно чисто. Достаточно, для апокалипсиса. В углу можно было увидеть изношеный матрас с одеялом, Данин рюкзак, закрытый, между прочим, нетрорутый, и ещё сумка с почти похожим содержимым, что и у Кашина. Рядом с матрасом ещё было много упаковок от еды и бутылок воды. Это заставило Даню нахмуриться. -Это твоё? -Спросил он, кивнув в сторону матраса. Увидев кивок, он продолжил. -Ты тут сколько уже находишься? -Я же говорил: понятия не имею. У меня нет ни средств связи, ни часов. А из-за того, что на улице постоянно светло - хуй поймёшь. -Руслан присел на нижнюю ступеньку лестницы. -Ну а так, да. Я часто остаюсь в одном месте на небольшое количество времени, чтобы успокоится. -Да тут хрен успокоишься. -Мне помогает. Мне просто нужно, чтобы не было частых тиков. А во время стресса...сам понимаешь. В каком-то смысле Даня понимал. У него нет туррета, но в последнее время начал замечать моменты, когда его руки могли непроизвольно дрогнуть, глаза слишком часто моргать, как было у Ильи Корякова. До апокалипсиса, конечно, этого не было. Это появилось на почве стресса и новых остановок, Даня понимал. Стали ещё приходить частые кошмары и панические атаки. Но психотерапевта, как и сами препараты в пост-апокалипсис не найдёшь. Но на месте он долго оставаться не любит. Если не рана, он встал и ушёл, как только открыл бы глаза. А сейчас ему приходится торчать в подвале с Тушенцовым. Это напомнило ему о ноге. Придётся посмотреть, не ампутировал ли ему Руслан ногу. Даня понимал, что сесть он вряд-ли сможет из-за изнеможения, поэтому просто слегка приподнялся на локтях, что вызвало боль во всём теле и особенно в ноге. Хороший знак: не ампутирована. Ну, ничего не было из того, что Даня уже успел накрутить. Он был уверен, что ноге конец, что рана загноилась, что, не дай бог, пошло заражение. А там был чистый бинт, рядом лежит жгут. Видимо, рана достаточно хорошо обработана. И почему Руслан решил ничего не говорить? -И че? Всё же нормально. -Не понял Кашин. -Да просто я там это...-Руслан опустил голову, шмыгнул, собираясь с мыслями, а потом продолжил. -Пулю не вытащил. Следующая тишина в течении минуты трёх уже всё за себя говорила. Тушенцов продолжал смотреть в пол, иногда резко вдыхая или шмыгая носом. Непонятно, из-за тиков или ему действительно было неловко. А Даня просто смотрел. -Ты...что? -Наконец поднял он голос. -Да блять, я не ебу, как это делать! Я испугался, что могу сделать что-то не так, задеть какую-то мышцу и ты умрёшь! Не тебе меня винить. От последней фразы Даня аж задохнулся от возмущения. -Ах, не мне тебя винить! Ты уж извини, что наткнулся на ловушку, в ходе которой получил простреленную ногу. Ловушку, которую, скорее всего, поставил именно ты. Но да, ты не виноват, ты прав. И за сломанный нос не виноват. Это все я себе сам сделал. -Из каждого слова так и сочился яд. Кашин был в бешенстве и будь у того пистолет при себе, он без сомнений застрелил бы Тушенцова. Но тут Руслан посмотрел на Даню таким взглядом, что, будь у того, опять же, оружие, оно бы задрожало от слабой хватки и неуверенности. -Извини. -Вполголоса сказал тот, выглядя действительно виноватым. Но спустя мгновение собрался. -За нос. Но ногу прострелил тебе не я. Я не знал, что там поставленна такая ловушка. Сам наткнулся, если решился бы осмотреть верхние этажи. Что-то в голосе Руслана успокоило бушующий гнев внутри Кашина. Он вздохнул и снова вернулся в лежачее положение. Сейчас он предпочитал больше смотреть в потолок, чем на виноватые глаза знакомого. -Ты не проверял верхние этажи? -Нет. Увидел подвал и решил остаться тут. -Не боялся, что на верхних этажах могли быть мародёры? -В подвал всё равно никто бы не спустился. Идеальное место для зараженных. -Тут ты прав, ты прав...-Даня ещё немного полежал, собрался с мыслями и принял сидячее положение. Голова сразу начала кружится, и парню потребовалось время, чтобы снова начать видеть что-то перед собой. -Ну, ладно, давай. -На вопросительный взгляд Руслана, Кашин указал на свою ногу. -Пулю доставать давай. Взгляд Руслана тут же стал встревоженным. -Ты уверен? -Слушай, я не врач. Но что-то мне подсказывает, что если её не вытащить в скором времени, ногу реально придётся ампутировать. А это ещё больнее. И, возможно, приведёт к моей смерти. -Но ты...ты же ещё в сознании. А это...ну...от боли умереть можно? -Ну, блять, давай, снова ударь меня арматурой, чтобы сознание потерял. Что ты от меня услышать хочешь? Руслан взъерошил себе волосы и задумался. Спустя время он вспомнил что-то, громко сказал "А!", наконец встал с ступеньки и подошёл в другой угол подвала, который Даня ещё не осматривал. Там особого ничего не было: длинный стол, на котором лежала аптечка и ещё несколько медецинских предметов, а под ним валялась бензопила. -Нахуя тебе бензопила? -Спросил Кашин, вглядываясь в предмет. -Нахуя тебе пистолет? -Ответил вопросом на вопрос Тушенцов. Он рылся в аптечке и явно что-то искал. -Сравнил. -Фыркнул Даня. -Оружие, которое можно легко спрятать за курткой и бензопилу. -Её тоже можно спрятать, не пизди. Она всё равно не такого уж и большого размера. -Чтоб удостоверится, Руслан пнул бензопилу ногой. Она была примерно полметра ростом. Даня не знал стандартный размер бензопилы, поэтому решил просто не думать о ней и остановить разговор на этом. Тут Тушенцов достал из аптечки какой-то препарат и начал читать его описание. Спустя пару секунд его плечи заметно расслабились и он выдохнул. -Нашёл. -Гордо заявил Руслан и достал шприц. -Что это? -Препарат, который используют для наркоза. Тебе не придётся мучатся. Когда Руслан ввёл лекарство в шприц и подошёл к Дане, тот с подозрением смотрел на вещь в руке знакомого. -Не волнуйся, доза нормальная. Не умрёшь. -Он присел к Кашину и аккуратно положил руку на его затылок. -Тебе надо лечь. Даня резким движением плеча убрал с себя руку Руслана и сам лёг. Не прошло и секунды, как Тушенцов снова дотронулся до Кашина. В этот раз он аккуратно закатал рукав его свитера и начал нащупывать его предплечье. Его ладони были ледяные, но прикосновение вызвало волну тепла по всему телу. За столько лет отшельничества, Даня лишь пару раз виделся со своими друзьями или семьёй и, хоть он не хочет этого признавать, но в глубине души знает, что соскучился по прикосновениям. Любым: обычное пожатие руки, похлопать по плечу, объятия. Когда он приезжал к семье - от матери не отлипал. Обнимал её, будто это их последняя встреча. Всё может быть. Поэтому он проводил с ней столько времени, сколько может. Но когда уезжает, спустя дни снова приходит так называемый "тактильный голод". Телу холодно будто изнутри. А сейчас его растапливают ледяные руки Руслана, что вызвало своего рода беспокойство. Даня его уже не вспоминал: вычеркнул из своей жизни, со временем уже начал привыкать к его упоминанию в разговорах, отвечать спокойно, а не реагировать с раздражением. Он не хотел и не собирался его видеть, даже после апокалипсиса. Что уж говорить, Даня был уверен, что Руслан умер или заразился. Кашин продолжает уверять себя, что как только будет чувствовать себя лучше - сразу уйдёт и забудет об этой ситуации, как о страшном сне. От тревожных мыслей его отвлек тот же Тушенцов. Он протёр предплечье Дани ватой, которую намочил спиртом и поднёс шприц. -Надеюсь, там не какой-нибудь сильный наркотик. -Попытался разбавить обстановку Кашин. -Я тоже надеюсь. Ну, сейчас и посмотрим. Вроде вену нашёл. -Тон Руслана был сосредоточеный и серьёзный. Видно, что не хотел всё испортить. Разумеется, ведь это может навредить Дане и, не дай бог, привести к его гибели. Тушенцов аккуратно воткнул шприц и ввёл препарат. Когда он отпрянул и прикрыл укол ватой, они начали ждать. Разговаривать не хотелось, особенно, когда понятия не имеешь, правильно ли ты всё сделал или нет. -И так...когда оно сработает? -Спустя минуту пробормотал Кашин. И по сонному голосу можно было понять, что препарат уже действует. Руслан не ответил, лишь смотрел на лицо Дани взглядом, который он не смог понять. Кашин хотел бы и ещё что-то сказать, по типу "надеюсь я не проснусь в аду", но тело уже не слушалось и он закрыл глаза, перед этим продолжая смотреть на Тушенцова.

***

Проснулся он снова от боли в ноге, только в этот раз она была гораздо сильнее, чем было до. Это означало, что либо Руслан справился со своей задачей, либо распорол его ногу к чертям. Кроме боли он почувствовал, как кто-то гладит его запястье, будто нащупывая пульс. Открыв глаза, Даня не увидел привычный оранжевый свет, окутывающий всю комнату. Встретила его темнота - Руслан, видимо, закрыл дверь подвала. И это было к лучшему, ведь как только Кашин попытался сфокусировать свой взгляд на руке, что сжимала его запястье, парня накрыло головокружение и тошнота. Будь тут сейчас свет, Даня бы думал, что его глаза сгорели а голова готова взорваться. Но сейчас его окружала лишь адская боль. Тихо простонав, Даня попытался пошевелиться. Почувствовав движение раненого, Руслан сразу же убрал руку с запястья и теперь сжимал плечо Кашина, удерживая того на месте. -Тихо, тихо. Не двигайся. -Прошептал он, расслабив хватку и уже держа того аккуратно. -Тебе же хуже будет. Ты как себя чувствуешь? Тон его голоса тоже был наполнен чем-то между волнением и нежностью. Даня лёг обратно, что вызвало новую волну боли, но чувствовал он себя вполне спокойным. -Больно. Ужасно. Отвратно. Хуево. Больше синонимов не могу вспомнить. -Хрипло ответил на вопрос Руслана он, слегка улыбнувшись. А перед тем, как задать вопрос снова стал серьёзным. -Ты справился с пулей? -Да...-Тушенцов выдохнул. -Да. И зашил я всё. Мне приходилось проверять твой пульс после каждого своего действия. Пиздец страшно. На это Даня усмехнулся и Руслан окончательно расслабился. Его рука продолжала лежать на плече и, несмотря на боль, Кашина снова настигла усталость. -Ладно, если уж всё супер, то я снова посплю. -Да, хорошо. Тебе нужен отдых. -Руслан медленно, будто боясь спугнуть или сделать больно, поднял ладонь выше плеча и уже касался его ключицы и шеи. Не будь у Дани свитера, он бы почувствовал холод его кожи. Но даже так у него пошли мурашки по коже. Сознание снова начало покидать его тело, и Даня позволил уйти себе в далекую темноту.

***

Руслан не знает, сколько он просидел рядом со спящим Кашиным. Несмотря на то, что тот дышал громко и ртом, потому что нос сломан, Тушенцов всё равно держал его за запястье и проверял пульс. Иногда, правда, его найти не мог, поэтому нащупывал и на шее. Кожа у Дани тёплая - она всегда была такой. Несмотря на столько лет разлуки у Руслана это сохранилось в памяти. Тушенцов Даню не вспоминал - ни до, ни после апокалипсиса. Он думает, что все, с кем он был когда-либо знаком мертвы. А даже если нет, то возможности с ними встретиться не будет никогда. Он вспоминал Корякова. Они с Ильёй часто обсуждали и шутили, что будут делать в зомби-апокалипсис. Руслану интересно, смог ли тот найти безопасное место со своей девушкой и близкими. Он знает, насколько Коряков тревожный человек и выжить в таком мире одному ему будет крайне трудно. Он вспоминал Макса. Зная, насколько Шабанов рисковый и активный человек, Руслан думает, что тот либо заразился, либо получил какое-нибудь серьёзное ранение. Но Тушенцов в глубине души надеется, что Неля смогла как-то успокоить Макса и они тоже в безопасном месте. Он вспомнинал своих близких. Его мама нашла компанию, которая её приняла. Они устроились в заброшенной школе и уживались там. Созванивались они давно - когда у Руслана ещё были средства связи. Что с матерью сейчас он не знал, но надеется и верит в лучшее. А Даню не вспоминал. Он точно вспыхивал в воспоминаниях и сознании, но Руслан никак не зацикливался на нём. Не задумывался, как он сейчас и чем занимается. Жив ли вообще. А всё потому, что тот был уверен, что Даня в порядке. Знает, что тот справиться со всеми неудачами и переживёт многих. И сейчас, видя Кашина рядом с собой, вызывало странные ощущения. Их встреча была абсолютно случайной, не спланированой, они оба не ожидали друг друга увидеть. Когда Руслан его увидел спустя столь долгое время, он действительно впал в ступор. И даже узнал его не по волосам, не по силуэту - а по голосу. Обычное "блядь" вызвало столько бушующих эмоций внутри него. И они остались в нём до сих пор и Тушенцов понятия не имеет, что с ними делать. Он так давно не видел знакомых лиц и так долго мечтал увидеть какое-нибудь и вот сейчас это произошло, а Руслан не знает, что предпринимать. Что будет делать Даня, когда проснётся окончательно и выздоровеет? Пошлёт Тушенцова и уйдёт восвояси, оставив его одного? Или будет просто игнорировать до момента, пока не сможет ходить? А что делать самому Руслану? Он, конечно, будет предлагать помощь, но не знает, как реагировать, если тот откажется. В аптечке не было так уж много медикаментов, бинт заканчивался, хватит только одну перевязку, и препараты, что нужны Руслану тоже заканчиваются. Это значит, на днях нужно сходить на вылазку. Руслан мог бы сходить и сейчас, пока Даня в отключке, но он просто не мог оставить раненого одного. Он вообще сейчас не хочет отходить от Дани даже на метр. Боится, что как только он отойдёт, у Кашина сразу остановится сердце, тот умрёт, и всё по вине Руслана. Он даже не хотел засыпать из-за страха, что Даня уйдёт. Но в сон клонило: тёмное помещение, тишина и ранее прошедший стресс начинают давать свои плоды. Руслан решил, что отходить от Кашина не будет и просто ляжет рядом. Так он и сделал. Тушенцов аккуратно лёг на бок, лицом к Дане и продолжал держать руку раненого. Из-за темноты не увидеть ничего, но тот всё равно продолжал смотреть туда, где должно быть лицо Кашина. Руслан начал представлять лицо Дани: умиротворенное, но иногда нахмуренное из-за боли. А потом начал думать, как будет выглядеть, когда проснётся. Наверное, его выражение будет слегка встревоженное, но сосредоточеное. А когда увидит Руслана, снова будет в неком шоке, потому что до сих пор не может принять то, что они действительно встретились. Тушенцов даже не заметил, как заснул.