The Price of Immortal| Цена Бессмертия.

План был безупречен. Он знал, что выйти просто так ему не позволят, охрану давно удвоили со всех сторон, впускать и выпускать кого-либо запретили, исключения были лишь у тех, кто получал о главных личное письменное разрешение. Из-за усиленной охранной системы было тяжело покинуть здание и остаться незамеченным, однако нет такого помещения, которое полностью исключало бы тайные ходы и тот, кто собирался выбраться на свободу знал о них лучше, чем остальные. Был один такой ход, являющийся огромной брешью в защите, он не охранялся так пристально, как главные ходы, но каждый час патрулировался несколькими солдатами, так что нужно было лишь подгадать момент и набраться терпения. Он ждал. Он был очень терпелив. В этом месте он жил всю свою жизнь: Родился, учился, работал. Но времена меняются, место стремительно начинает гнить как внутри, так и снаружи, а сгинуть вместе с ним совершенно не хочется, а потому иного выбора нет. Вернее сказать, выбор есть всегда и он принял его уже давно, но решиться признать в себе это он смог только на днях, когда избегать мыслей о побеге больше не было ни сил, ни желания. Страшно. Голова пуста от мыслей, а сердце колотится где-то в затылке, заглушая звук водопроводных труб, о которых бьются частые капли дождя. Дождь - это хорошо, дождь скроет лишние звуки, которые могут послужить провалом побегу, а это недопустимо. Это смерть. Нет, это куда хуже смерти. Топот патрульных стих. Пора, это единственный шанс. Минутное промедление может оказаться фатальным, поэтому ноги двинули навстречу металлической двери до того, как мозг подал команду к действию. Машинально, отточено годами практики, каждое его действие было продумано до мельчайших деталей, все мысли давно обдуманы, все решения приняты, риски оправданы. Ушло десять, может, пятнадцать минут, чтобы взломать замок и выскочить из помещения, убегая вперед. Он то и дело оборачивался назад, остерегаясь погони, но дождь играл ему на руку, сметая следы и заглушая хруст земли под ногами. Удача повернулась к нему лицом впервые за долгие годы мучений, даря благословение. Он наконец-то обрел свободу. Первое, что он сделал - избавился от телефона, вытащив из него сим-карту. Других предметов слежки на нем не было, он проверил и сделал это ни единожды ещё до своего побега. Деньги - только наличными, электронных устройств у него с собой не было, иметь их при себе было бы сродни колокольчику на шее, звон которого уведомлял всех в радиусе нескольких футов о твоем приближении. Значит можно смело ловить машину автостопом, а после отправиться до ближайшего аэропорта и бегом из страны как можно дальше, о документах не стоило беспокоиться. Его еще не обнаружили, он был в этом уверен, но медлить было нельзя, нельзя было и ошибаться. У него нет права на ошибку. Покидая местность пустынного типа, он вышел на ближайшую трассу, накинул на голову капюшон и сбросил рюкзак с плеч, позволяя ему рухнуть на сырой асфальт, после чего уставился безразличным взглядом вперед сквозь пелену дождя, ожидая машину, готовую подобрать попутчика. Мышцы напряглись выброса адреналина, выражая готовность в любую секунду сорваться с места и бежать вперед, не ощущая ни боли ни усталости. Он не знал, сколько прошло времени, когда белый Hyundai Solaris съехал на обочину. Лицо водителя, опустившего стекло, приняло насмешливое выражение. Сам водитель оказался немолодым мужчиной с темными волосами и густыми бровями, одетый в классический костюм, будто бы он только что заключил важную сделку и направлялся домой, желая отпраздновать ее успех с бокалом хорошего виски. — Бедолага. Куда путь держишь?— Спросил он, наблюдая, как сбежавший прыгает на переднее сидение и пристегивается ремнем безопасности. — Аэропорт. Я заплачу. — Коротко сообщил беглец, пряча лицо под капюшоном посильнее, будто бы прятал на лице страшный секрет. — Славно, нам по пути. Ты не возражаешь, если я включу музыку? — Поинтересовался тот. — Ваше право. — Попутчик отвернулся к окну, наблюдая, как машина тронулась и они помчались по трассе вперед, разбрызгивая лужи под колесами на мириады коричневых капель. Голова все так же была пуста, он не хотел ничего, ни спать, ни есть, даже дышать. Он понятия не имел, куда держит путь, не знал, что ждет его теперь, когда единственное желание, которое у него было за последние пару лет наконец-то исполнилось. Раньше он много думал о побеге, просчитывал все до мелочей, но совершенно позабыл определиться, что же ему делать дальше. Жить посредственной жизнью после пережитого будет сложно, если не невозможно, поэтому он не заглядывал в будущее да и вовсе сомневался в успехе своего плана. Побег сработал лишь потому, что никто не ожидал, что он сбежит, он не вел себя подозрительно, потому за ним не следили так пристально, как за остальными, мужчина был верен делу и его верность была доказана множество раз. Но как бы не была сильна любовь к месту, которое тебя губит, порой лучше отречься от него и начать новую жизнь, ведь именно так поступают сильные люди, а мужчина привык считать себя таковым. Дорога заняла около полутора часов. Мужчина расплатился с водителем и сухо поблагодарил его, отправляясь не в само здание аэропорта, а в ближайшую кофейню. Чувства голода не было, должно быть, на это повлиял пережитый стресс, но до безумия хотелось выпить кофе, чтобы хоть немного прояснить мысли. Войдя в кофейню, тот заметил, что очереди не было, кофейня полностью пустовала, что было немного странно в это время суток, но могло объясниться дождем за окном, так что особых подозрений не вызывало, даже радовало, ведь сталкиваться с любопытными взглядами желания не было. — Двойной эспрессо, сахар не нужен. Он даже не поздоровался. Сжав в руке стакан с кофе, мужчина расплатился, сделал глоток и поморщился, устало сжимая переносицу двумя пальцами свободной руки. От дождя голова начинала ныть, а ситуация, возникшая с ним, не улучшала самочувствие. Он нащупал в кармане таблетки с обезболивающим и выпил пару штук, запивая их кофейным напитком, будто бы сохранность желудка в его то возрасте не давала поводов для беспокойства. Едва ли такая мелочь, как испорченный желудок, имела значение. Осталось придумать, куда бежать. Он уже на свободе, но рано или поздно его хватятся, поэтому нужно спешить и убраться отсюда как можно дальше, чтобы не было риска быть пойманным. Покидая кофейню, мужчина оставил бариста приличные чаевые и направился в сторону аэропорта, который находился на другом конце улицы. Так близко к населённым пунктам, надо же. Жить рядом с бесконечным гулом самолетов наверное не шибко приятно, но стоит полагать, что у людей, проживающих здесь, нет иного выбора. Здесь живёт отребье, изгои общества, которые воткнут тебе нож в спину и ограбят, стоит лишь потерять бдительность на долю секунды. Поэтому всегда стоит слушать всё, что происходит вокруг тебя и обращать внимание на каждый звук, издаваемый людьми и предметами. Даже деревья таили опасность. Сбежавший прислушался. Шум дождя сменил сторону и играл теперь против него, пожирая вокруг все звуки, кроме редкого гула проезжающих мимо автомобилей. Мужчина внезапно остановился. Мысли наконец-то прояснились и их было всего две, одна ужаснее другой: "Они никогда не оставляют без присмотра ни один из выходов и входов." Тело машинально напряглось и стоило второй мысли добраться до него, как он рванул с места и бросился бежать со всех ног в сторону спасительного аэропорта. "Здесь слишком тихо." Пробегая мимо поворота в тупиковую часть улицы вдруг кто-то врезался ему в бок, затаскивая в тупиковую часть улицы и скручивая по рукам и ногам, вынуждая рухнуть на колени. Над головой яркой вспышкой мелькнула молния и вскоре прогремел гром. Мужчина несколько раз дёрнулся, пытаясь освободиться, но его держали уже двое. Он зарычал и задрал голову вверх. Перед ним стоял высокий молодой человек с длинными белоснежными волосами, над которыми держал зонт другой парень, чье лицо скрывала маска. Губы молодого человека расплылись в улыбке, а оскал пленника сменился на удивление. Он был уверен, что не знал человека перед собой, а значит его поймали не те, от кого он бежал. Парень лет двадцати пяти сцепил руки на груди, а его мелодичный голос заставил продрогнуть сильнее, чем от прохладного ветра: — Всё прошло гладко, как я и задумывал. Нам удалось тебя поймать, Бернард. Впрочем, ты не слишком сопротивлялся. И в миг стало понятно, почему он не встретил сопротивление при побеге, почему не было никакой погони, почему никто не патрулировал выход. Этот парень будто бы знал все шаги Бернарда наперёд, легко определяя даже аэропорт, в который он собирался проникнуть. Откуда такая точность? — Как... — Начал Бернард, но его перебили, не дав закончить вопрос. — Я не стану вдаваться в подробности да и тебе лучше не спрашивать. Ты и сам заметил, что твой побег прошёл слишком гладко, не так ли? Они бы давно убили тебя, если бы я не вмешался, спасая твою жизнь, а значит ты у меня в долгу, Бернард. — Проговорил тот своим чарующим голоском, от которого подсознательно хотелось верить в каждое слово. Будто гипнотизёр водит медальон на тонкой нитке перед лицом жертвы. Бернард даже тряхнул головой, избавляясь от наваждения, а его спаситель переглянулся с подчинённым и отряхнул халат. Только теперь мужчина заметил, что таинственный незнакомец немного выше его самого, однако куда худее. Казалось бы, его можно вырубить с одного несильного удара, но проверять не хотелось, ведь внешность бывает обманчива. — Я не просил о помощи. — Выплюнул тот, прищурившись. — А я её оказал. Это не значит, что я не потребую возмещение долга. — Он прикрыл глаз и улыбнулся. — И что ты от меня хочешь? — Бернард стиснул зубы, теряя терпение. — Ты сбежал. Пусть я и помог тебе, но они не успокоятся, они будут искать. А зная их методы, они найдут тебя за неделю или даже меньше, где бы ты ни оказался. В лучшем случае тебе придётся всю жизнь прятаться, жить на улице и бояться даже мельком засветиться где бы то ни было, ведь это автоматически означает конец твоего существования, хотя можно ли назвать такой случай лучшим. Ты сам выбрал этот путь, а я хочу предложить тебе другой. Поедешь со мной и будешь работать на меня в лаборатории, ты ведь неплох в этом деле. — Когда он закончил говорить, Бернард собрался возразить. Сбежать из одной организации, чтобы влипнуть в долг к подозрительному типу? Вот это настоящее невезение. И черт знает что его попросят изобрести, но перед тем как послать этого сумасшедшего по назначению, ему хотелось бы узнать ещё кое-что. — Кто ты такой? — Ты наконец-то спросил. — Рассмеялся тот, найдя что-то забавное в вопросе, — Меня зовут Игнотус Вайт. Я возглавляю известную сеть аптек и являюсь основателем сети психиатрических лечебниц "Черная роза". Смею признать, мы лучшие в этом деле. Бернард отошёл на шаг, ожидая чего угодно, но не этого. Он был уверен, что где-то уже слышал это название или видел что-то похожее на днях, но никак не мог вспомнить, что именно. Он ничего не слышал об Игнотусе, но был уверен, что с таким как он лучше не связываться. Ответ на вопрос породил лишь ещё больше вопросов: Зачем он спас его, зачем помог сбежать и что он хочет от него, если может получить любого лаборанта в мире. Все это и множество других вопросов ставили мужчину в тупик, но он не мог не признать правоту Игнотуса – меньше чем через неделю Бернарда поймают и убьют по всем правилам, не став церемониться. Однако соглашаться на сомнительное предложение он не спешил, у каждой компании есть свои тёмные секреты, в которые тот не хотел впутываться, едва выпутавшись из других темных секретов. Но Игнотус будто бы угадал его мысли и усмехнулся вновь, подойдя к Бернарду впритык. — Мои цели отличаются от целей и методов твоих старых друзей. Если ты согласишься, то сам убедишься в этом. Я занимаюсь спасением людей, которых уже невозможно спасти. От них отреклись родные и друзья, они одни, а современная медицина бессильна перед их недугами. Я не могу позволить себе оставить всё как есть. Ты спасешь тысячи, если согласишься пойти со мной, не это ли шанс отмыться от той грязи, в которой ты был так долго замешан? Разумеется, я понимаю твои сомнения и дам время подумать, но медлить не советую, ведь скорее всего твоё отсутствие уже обнаружили и на твои поиски отправляют людей, скрытых под обычных прохожих. Для тебя самого будет намного лучше, если ты дашь ответ сейчас. — Он отошёл, заметив напряжение собеседника и убрал руки в карманы. — Мне интересно, с чего бы директор вместо спасения людей, как он сейчас распинался, пытается убедить обычного врача работать на него, имея возможность собрать в своей лаборатории гениев со всего мира? — Не удержался от вопроса Бернард, но тот не смутился, будто бы ожидал подобного. — Всё просто. Ты одарён невероятными умениями и был обучен не простому изобретению лекарств или лечению обычных людей. Твоя психика более устойчива, ты сталкивался с немыслимыми вещами, так что по истине удача заполучить подобного человека, уникальность которого неоспорима. Ты спасал жизни и можешь спасти ещё больше. Бернард не мог не согласиться с его с словами. — Но какая выгода для меня? — Он дёрнулся от улыбки Игнотуса. — Пропитание, проживание и защита, конечно. К тому же в свободное время ограничений на действия не будет, можешь гулять где вздумается. — Тот сцепил руки в замок и сделал шаг к выходу из переулка. На них уже начали обращать внимания немногочисленные прохожие, для которых оба человека с иностранной внешностью были предметом интереса. Вайт производил впечатление человека, постоянно окружённого всеобщим вниманием и внимание ему явно нравилось. Бернард отметил, что улыбка второго ни разу не пропала с лица и это по неизвестной причине сильно раздражало. Мужчина обернулся в последний раз. — Я даю тебе время на раздумья и сам найду тебя по истечению срока. Сколько тебе нужно? — Он так ласково прищурился, что в глотке мужчины скрутился ком тошноты. Если бы у Вайта был хвост – он бы довольно мельтешил из стороны в сторону, а у Бернарда пропало желание говорить то, что он собирался сказать, ведь парень выглядел так, словно других слов он не ожидал. Этот гад читал его, как бульварный романчик. С трудом проглотив свою гордость и зная, что при первой возможности он совершит второй побег, Бернард выплюнул с огромной неохотой: — Я согласен. Ждать нет необходимости. Авторам есть, что сказать: Эллер: Не доверяйте аптекарям. Игнотус: Наконец-то у меня с моим дорогим Бернардом есть имена! Мне надоело быть просто "мужчиной"! Оу, совсем забыл. Можете звать меня просто Игнис. Бернард: Тебя не зовут, ты сам приходишь.