Stars We Let Go

После фестиваля их отношения будто застыли. Они больше не прячутся друг от друга, но между ними повисло напряжение — что-то невысказанное, что тянет их назад.

***

Ноябрь. Дождливый вечер. Улицы мокрые, свет фонарей отражается в лужах, воздух наполнен прохладной свежестью. Джейк идёт по пустой дороге, наушники в ушах, но музыка только фоном к его мыслям. Он пытается выбросить из головы тот момент, когда они с Хисыном обнялись перед всеми. Почему это было так естественно? Почему его сердце до сих пор сжимается при мысли об этом? В этот момент он замечает знакомую фигуру под светом фонаря — Хисын. Он стоит у закрытого кафе, смотрит в телефон, будто чего-то ждёт. — Ты что тут делаешь? — не удержавшись, спрашивает Джейк. Хисын резко поднимает взгляд, немного удивлённый. — А что, нельзя просто стоять? Джейк фыркает, засовывает руки в карманы. — В такую погоду? — Это тебя не касается, — сухо отвечает Хисын. И в этот момент начинается сильный ливень. Они инстинктивно бросаются под ближайший навес. Дождь барабанит по крыше, оставляя их вдвоём в этом небольшом пространстве. Тишина между ними натянутая. — Давай честно, — внезапно говорит Джейк, пристально глядя на него. — Мы теперь просто делаем вид, что ничего не произошло? Хисын медленно поворачивает голову, его глаза затуманены. — А что должно было произойти? Джейк сжимает кулаки. — Ты серьёзно? Мы просто… так близко. Но потом ты ведёшь себя так, будто это ничего не значит. Хисын резко смеётся — коротко, сухо. — Потому что это ничего не значит, Джейк. Тишина. Лишь стук дождя. Джейк делает шаг ближе. — Врёшь. Хисын отводит взгляд, но Джейк не даёт ему уйти от разговора. — Ты всегда так делаешь. Закрываешься. Прячешься за словами. Но скажи мне в лицо, что ты ничего не почувствовал. Скажи, и я оставлю тебя в покое. Хисын сжимает губы. Его дыхание сбивается. В голове тысяча мыслей, но все они разбиваются об одну — он не хочет, чтобы Джейк уходил. — Я… Но прежде чем он успевает что-то сказать, вдалеке слышится грохот грома, и кафе наконец открывается. Свет из дверей падает на них, разбивая интимность момента. Хисын тут же делает шаг назад. — Давай просто зайдём внутрь. И Джейк понимает — этот разговор ещё не закончен.

***

— Хисын, пожалуйста… Просто остановись и поговори со мной. - Тяжело выдыхая говорить младший — Нам не о чем говорить. — Как это не о чем?! Ты ведёшь себя так, будто ничего не было! — А что было, Джейк? Что? Это момент, когда мир рушится. В груди что-то сжимается так сильно, что, кажется, вот-вот разорвёт на части. Воздух вдруг становится слишком тяжелым, даже дыхание даётся с трудом. Джейк в отчаянии сжимает руки в кулаки, но пальцы дрожат. —Я был дураком. Всё эти шесть лет я был просто дураком. Я так старался, верил, надеялся. Думал, что, если буду делать больше, стараться сильнее, то это что-то изменит. — Мир вокруг кажется ненастоящим. Машины проезжают мимо, чьи-то голоса растворяются в шуме дождя, но он слышит только гул собственной пустоты.И вдруг всё становится ясно. Он никогда не был важен. Его письма никогда не были нужны.Шесть лет. Вся его жизнь за эти шесть лет вращалась вокруг ожидания. Он думал, что стоит просто подождать, просто верить, просто продолжать.. —Но нет. Всё, что я делал, оказалось бессмысленным. Все усилия, все шаги, все бессонные ночи, полные мыслей и ожиданий, — они ничего не значили. Джейк чувствует себя так будто голыми руками собирает осколки себя, которые впиваются в кожу, но зачем? Всё равно ничего не вернуть. Для Джейка хуже всего осознание — это не кто-то другой виноват. Он сам. Сам себя убедил, что всё получится. Сам заставил себя верить. И теперь остаётся только сожаление. Глухое, всепоглощающее, выжигающее изнутри. — О чём ты? — Шесть лет. Я писал тебе шесть лет, Хисын. Я отправлял письма снова и снова, надеясь хоть на один ответ. Хоть на одно слово. Но от тебя — ничего. Голос ломается, ноги дрожать, глаза наполняются слезами, сердце сжимается, горло сжалось, будто внутри застрял несказанный крик. Зря, все было только зря. Хисын резко моргает, его взгляд сначала пустой, но потом в нём загорается что-то новое — непонимание, шок. Он открывает рот, но не успевает заговорить. — Ты просто выбрал молчание. Значит, так всё и должно было быть, да? — говорит Джейк горько усмехаясь Хисын судорожно вздыхает, губы приоткрываются в попытке сказать хоть что-то, но слова не идут. Его разум в хаосе. — Я ждал тебя, Хисын. Ждал, пока ты хоть как-то дашь мне знать, что я тебе важен.Но, кажется, я просто был дураком. Он выдыхает, смотрит на Хисына последний раз, и в этот момент их взгляды встречаются. В глазах Джейка — боль и разочарование, в глазах Хисына — паника, растерянность, желание остановить его. — Знаешь, что самое обидное? Я бы всё понял… если бы ты просто сказал мне правду. — голос предательски дрожить Хисын смотрит на него, его сердце будто сжимает невидимая рука. Но он не может сказать ни слова. — Я устал, Хисын. Я правда устал пытаться понять, почему ты так со мной поступил. Ты просто забыл меня. Джейк окончательно отворачивается, смахивает слезу с щеки и медленно уходит, оставляя Хисына одного в тишине, окружённого собственными мыслями и грузом прошлого.

***

Хисын сидел в пустой комнате, но будто слышал, как грохочут стены. Мир вокруг застыл, застыли и его руки, пальцы которых медленно сжались в кулак. Тишина. Но она была не просто тихой. Она звенела, пронзала, как тысячи иголок, проникая в самые глубокие уголки сознания. Хисын сидел на краю кровати, ссутулившись, уставившись в точку на полу, но не видя её. Он не моргал. Не двигался. Только сердце стучало глухо и тяжело, будто застряло где-то между рёбрами и не могло вырваться наружу. "Ты просто забыл меня." Слова Джейка вспыхнули в сознании, словно раскалённое железо, врезаясь глубоко и оставляя ожог. — Нет… — одними губами прошептал Хисын, но звук был слабым, беспомощным, как и он сам. Он провёл ладонью по лицу, но пальцы были ледяными. Дыхание сбивалось. "Шесть лет. Я писал тебе шесть лет." Дыхание остановилось. Письма. Он даже не знал о них. Хисын резко поднялся на ноги, но тут же потерял равновесие, споткнувшись о собственные мысли, о груз, который рухнул на него всей тяжестью. Он схватился за стену, пальцы дрожали. — Чёрт… Сердце колотилось бешено, в груди разливалась пустота, сжимающаяся, словно тиски. Он задыхался. Он потерял шесть лет. Шесть лет, которые не вернуть. "Я ждал тебя, Хисын." Эти слова добили его окончательно. Он скользнул спиной вниз по стене и закрыл лицо руками. Веки сжались, но перед глазами всё равно вспыхивали сцены, одна за другой. Джейк. Его глаза. Разбитый голос. Шесть лет. Шесть лет, в которые Хисын жил, не зная, что его ждали. Что он сам невольно ломал человека, который когда-то был ему ближе всех. Ночь за окном была чёрной, как его мысли. Он не включал свет. Не хотел видеть свою комнату, свои руки, своё отражение. Он не хотел видеть себя. Потому что впервые за долгое время ему было стыдно. По-настоящему. Всё, что он мог делать — просто сидеть и позволять этим мыслям поглощать его полностью.

***

Джейк идёт под дождём. Ливень застал его врасплох. Капли стекали по лицу, смешиваясь с чем-то более горячим и горьким — слезами, которые он уже не мог сдерживать. Холодный воздух обжигал лёгкие, но он не замедлял шаг. Наоборот, шёл быстрее, будто пытался убежать. Но от чего? От пустоты внутри? От шести лет ожидания? От себя самого? Где-то вдалеке громыхнул гром, отражая бурю внутри него. Джейк сжал кулаки, ногти впились в кожу, но это не помогало. Боль в груди была сильнее. Шаг. Ещё шаг. Ещё. Бесконечные лужи отражали свет фонарей, размытые, дрожащие — точно так же, как его собственное отражение в воде. Он остановился. Посмотрел вниз. В мутном отражении смотрели уставшие, покрасневшие глаза, полные боли. — Жалкое зрелище, — хрипло выдохнул он, обводя взглядом своё собственное отражение, но в какой-то момент вода содрогнулась, искажив его черты, размывая лицо, будто его никогда и не существовало. Точно так же, как его старания. Шесть лет. Шесть. Чёртовых. Лет. Стук дождя становился всё громче, оглушая его, заглушая мысли, но даже он не мог стереть голос, который эхом отдавался в голове. "Ты просто выбрал молчание." Джейк зажмурился. "Ты просто забыл меня." — Чёрт… — он провёл рукой по мокрому лицу, но то ли убирал капли дождя, то ли слёзы — уже не имело значения. Он всматривался в ночной город, но видел только пустоту. Точно такую же, как внутри себя. Что теперь? Шаг вперёд. Вода хлюпнула под ногами. Он поднял голову к небу, позволяя дождю обрушиться на него, словно небеса сами плакали вместе с ним. Но Джейк знал, что ни дождь, ни ветер, ни грохот грома не смогут заглушить то, что внутри него разрасталось всё сильнее. Боль. Разочарование. Потеря. Он был пуст. И самое страшное — он не знал, как снова заполнить эту пустоту. Все самое плохое случается именно в ноябре.