Ответь мне!

Ин Хо гордился своей собранностью. Он потратил годы на то, чтобы отточить свою способность ни на что не отвлекаться: методично проверять отчёты, показания и заключения. Ничто не могло ему помешать. Однако сейчас его собранность как ветром сдуло. Материалы дела, разложенные на столе, плыли перед глазами, и сколько бы он ни вчитывался, смысл слов до него так и не доходил. Его разум всё возвращался к телефону — к разговору с незнакомцем всего несколько минут назад. И почему он хмурился? Разве это имело какое-то значение? Вполне себе обычное, незначительное событие в жизни незнакомца не должно было занимать так много места у него в голове. Он медленно выдохнул через нос и заставил себя снова вернуться к бумагам. Глупо. Это не его дело. Не было причин беспокоиться. Он пролистал папку с делом, пытаясь переключить своё внимание. Финансовые отчёты перестали иметь какой-то смысл, цифры и имена плыли перед глазами. Не помогало. Дело само по себе было очень запутанным: несколько человек бесследно исчезли, но это было не самое главное. Перед пропажей каждого из них их банковские счета опустошались. По кредитным картам был перерасход. На их имена брали огромные суммы. Кто-то обдирал их до нитки. И не было никакой связи между жертвами. Ни единого работодателя. Ни общих знакомых. Ни очевидных связей. Только череда финансовых крахов и пропавшие без вести люди. Он снова пролистал папку с делом, изучая взглядом последние транзакции одной из жертв: переводы на незнакомые счета, внезапное снятие наличных, а затем — ничего. В дверь постучали, и Хан Ми Нё с зажатой под мышкой папкой, не дожидаясь разрешения, шагнула внутрь. Она была чем-то недовольна. — Дай угадаю, — сказал Ин Хо, уже зная ответ. — Он всё отрицает. — Да, — она подтвердила, бросая папку на стол. — Недостаточно доказательств. — У нас есть доказательства, — Ин Хо стиснул зубы. — Недостаточно, — сказала она, скрещивая рука на груди. — Очевидно, того, что две жертвы вышли из одной больницы в один и тот же день, недостаточно. — Это бред! — рявкнул Ин Хо, так быстро вскакивая со стула, что тот заскрёб по полу. — Чего он хочет? Чтобы пропавший человек внезапно появился и подтвердил, что его похитили, а потом исчез снова? Ми Нё вздохнула, она ожидала разочарование. Ожидала гнев. Но его реакция была более бурной, чем она могла бы предположить. — Ладно, успокойся… — Нет-нет-нет. Он всё ещё злится из-за дела Кима, не так ли? — невесело усмехнулся Ин Хо, вскидывая руки в воздух. — Клянусь, я видел регулировщика с реакцией лучше, чем у этого идиота! Это не просто какое-то совпадение. Чего, чёрт возьми, он ждёт? Ми Нё какое-то время просто смотрела на него, а затем вздохнула, потирая виски. — Да, но этот из налоголовой не согласен. Он просто думает, что жертвы собрали вещи и ушли в закат. — Точно, — Ин Хо издал горький смешок, расхаживая взад-вперед за своим столом. — Оба, в один день, после того, как на их банковских счетах не осталось ни вона? Ничего не сказав семье? Без каких-либо признаков того, что это было спланировано? И это нормально? — Для него — да, — Ми Нё пожала плечами. — Мы не можем ждать, пока пропадёт кто-то ещё, — пробормотал Ин Хо, проводя рукой по лицу. — Это не случайность. Если мы продолжим просиживать свои задницы, будут ещё жертвы. Ми Нё крепче сжала руки на груди, наблюдая за тем, как он пялился на бедную папку так, будто она лично его как-то оскорбила. — Ты собираешься ругаться с ним, да? — спросила она. Он знал, что что-то было не так с этой больницей. Он видел слишком много нераскрытых дел, слишком много бесследно пропавших людей, слишком много вопросов, оставшихся без ответа. Это было не просто совпадение. Это место не столько служило декорациями для их исчезновения, сколько было недостающим кусочком пазла, за которым он охотился уже несколько месяцев. И он не собирался позволять какому-то обиженному жизнью бюрократическому ублюдку мешать ему докопаться до истины. — Да, — отрезал Ин Хо, хватая своё пальто. Он был настроен решительно. И если в налоговой его не станут слушать, значит, придётся заставить. Ми Нё даже не думала его останавливать. Просто с нечитаемым выражением лица отошла в сторону. Ин Хо пронёсся мимо неё и рывком распахнул дверь, так сильно сжимая ручку, что петли протестующе заскрипели. Пальто развевалось у него за спиной. Дверь захлопнулась с такой силой, что задрожали стены. Эхо разнеслось по кабинету, ненадолго задерживаясь в помещении, а затем утихло. Снаружи четыре полицейских — Су Бонг, Нам Гю, Сэ Ми и Мин Су — застыли на месте. Их разговор внезапно оборвался, когда старший детектив пронёсся мимо них, как ураган. Никто не осмеливался заговорить. По крайней мере, сначала. — Ого, — Нам Гю присвистнул. — Видимо, его наконец-то бросила девушка. Секунда тишины — и Су Бонг разразился смехом. Ему пришлось чуть ли не схватиться за стол, чтобы не упасть. Сэ Ми просто покачала головой, выглядя абсолютно оскорблённой этим предположением. Мин Су, который обычно слишком стеснялся присоединиться к ним, издал тихое, едва слышное «пффф», из-за чего Су Бонг стал смеяться ещё сильнее. — Девушка? У Детектива Хвана Ин Хо? — он вытер слёзы. — Чувак. Я за эту неделю ничего смешнее не слышал. — Чёрт возьми, — Сэ Ми драматично вздохнула, — вы можете представить его на свидании? — Если предположить, что он сможет зайти так далеко. — добавил Су Бонг. — Этот чувак, скорее всего, приносит с собой на ужин материалы дела вместо цветов. — Представьте, как он флиртует, — фыркнула Сэ Ми. — «Я сопоставил всех возможных партнёров и, основываясь на статической вероятности, пришёл к выводу, что ты на 83% сносна». — И она уходит, — сказал Мин Су. — Если она вообще продержалась так долго, — сказал Су Бонг. — Он, наверное, первое время вообще её гостил. Не отвечал на сообщения, а потом писал спустя две недели что-то типа: «Прошу прощения за задержку. Я расследовал убийства». Нам Гю, который наблюдал за всем этим с нарастающим раздражением, вскинул руки в воздух. — Эй, я серьёзно! Он точно с кем-то переписывается. Вы видели, как он ведёт себя в последнее время? Постоянно проверяет телефон, выглядит слишком уж сосредоточенным? Су Бонг усмехнулся, перекидывая руку через плечо Нам Гю, как будто они были старыми друзьями. — Нам Су, Нам Су, Нам Су, — он драматично вздохнул, качая головой. — Ты можешь поверить во что угодно, да? Что дальше? Подумаешь, что у него есть невеста, втайне спрятанная в другом городе? Или, может, что он ведёт двойную жизнь, и в той, другой, он вообще-то хороший? — Во-первых, — недовольно выдохнул Нам Гю, скидывая руку Су Бонга, — я Нам Гю… — Конечно, Нам Су, — Су Бонг хлопнул его по плечу. — Детектив Хван столько же романтичный, сколько и рапорт с места преступления. У него отношения только с работой. И то эмоциональные качели. — Вообще, — Сэ Ми ухмыльнулась, прислонившись к своему столу, — если бы у него была девушка, то ей, скорее всего, пришлось бы заранее договариваться о возможности с ним поговорить. — И он бы всё равно её проигнорировал, — едва слышно пробормотал Мин Су. — В точку! — Су Бонг хлопнул в ладоши и указал на него, как будто ему только что удалось раскрыть какое-то дело. — Она бы сидела, изливала ему душу, а он такой… Су Бонг выпрямился, скрестил руки на груди, нахмурился, сделав свой взгляд, холодным, нечитаемым. Это была точная копия привычного осуждающего вида Детектива Хвана. Когда он наконец заговорил, его голос был низким и грубым, напоминающим устрашающий тон Ин Хо. — Хм. Очаровательно. Но совершенно нецелесообразно. Следующая тема. Сэ Ми прыснула, прикрывая рот рукой, а Мин Су прикусил губу, чтобы не засмеяться. — Да я отвечаю, — раздражённо фыркнул Нам Гю, — он в последнее время постоянно сидит в телефоне! Даже на том совещании с Детективом Пак Гён Соком он почти не слушал! — Ладно, но что тогда более правдоподобно? — серьёзно спросила Сэ Ми. — Что у Детектива Хвана есть девушка, с которой он переписывается прямо во время расследования, или что он поругался с каким-то бедным стажёром, потому что тот недостаточно быстро заполнил отчёт? — Ребят… — Нам Гю попробовал снова, но Су Бонг его перебил. — Нам Су, брат, братишка… — Я Нам Гю… — …Мне нужно, чтобы ты кое-что уяснил. Детектив Хван не переписывается. Он контролирует людей своим взглядом. Он не тратит время на романтику. Если бы он и влюбился в кого-нибудь, то, я тебе гарантирую, вёл бы себя, как на допросе: холодно, эффективно. И постоянно обвинял бы её в чём-то. — Ты меня любишь? — ухмыльнулась Сэ Ми. — Это секретная информация, — ответил Су Бонг, снова нахмурившись, как Ин Хо. — Я вас всех ненавижу, — пробормотал Нам Гю, потирая виски. — Вам что, вообще нечем заняться? — раздался ещё один голос за их спинами. Они все тут же развернулись, выпрямившись. Перед ними стояла Ми Нё, скрестив руки на груди и слегка наклонив голову, как бы невербально предупреждая, что если они не заткнутся, то пожалеют об этом. Мин Су сразу уставился на свой стол, делая вид, что очень увлечён чтением чистого листа бумаги, Сэ Ми лишь невпечатлённо подняла бровь, а Су Бонгу хватило наглости широко улыбнуться, как будто он тут ни при чём. Нам Гю смотрел на Ми Нё, не до конца понимая, что их за это ждёт: выговор, дополнительная работа, или их просто убьют на месте? — Достаточно сплетен, — вздохнула Ми Нё. — Если кто-то из вас не хочет поговорить об этом с Детективом Хваном лично, предлагаю закончить этот разговор. — Ну, — пробормотал Нам Гю, немного поколебавшись. Он не так давно работал на этой должности, так что не совсем понимал, когда нужно остановиться. — Я был бы не прочь спросить… Сэ Ми стукнула его по затылку, прежде чем это успела бы сделать Ми Нё. — Тебе жить надоело? — прошипела она. — Мне просто кажется, что это странно! — ответил Нам Гю, потирая место удара. — Даже я так много ни с кем не переписываюсь! — Ну конечно, — усмехнулся Су Бонг. — Великий и ужасный Детектив Хван тайно переписывается со своей девушкой в перерывах между допросами. — В точку! — Нам Гю согласно указал на него. — Погоди, нет, не совсем в точку, но… — И ты в это веришь? — хмыкнула Сэ Ми. — Он едва ли знает о нашем существовании, хотя мы на него работаем. — Может, она тайный агент, — предположил Мин Су. — Такой холодный человек, как он, не стал бы встречаться с обычными людьми. Ему нужен кто-то такой же страшный. — Или ещё хуже, — драматично добавил Су Бонг, — журналистка. — И она пытается найти сенсацию, получив доступ ко всем его делам! — ахнула Сэ Ми. — Вы упускаете самое главное! — Нам Гю вскинул руки в воздух. — Нет, Нам Су, — Су Бонг ухмыльнулся, — это ты упускаешь самое главное. Детектив Хван не заводит отношения. Он охотится. Ему не интересна романтика — ему интересно только расследовать убийства. — Может, допрашивать её — это его язык любви, — пошутила Сэ Ми. — Где ты была в ночь нашей годовщины? — Су Бонг снова перешёл на низкий, серьёзный голос. — Достаточно, — Ми Нё потёрла переносицу. И когда она подняла взгляд, её привычное выражение лица сменилось чем-то иным. — Послушайте, — сказала она. Секунду она сомневалась, затем покачала головой. — Прежде чем вы успеете сказать ещё что-нибудь глупое, давайте кое-что проясним. Внезапная смена настроения отбила всё желание продолжать шутить, всё веселье исчезло в одно мгновение. Даже Су Бонг, который был способен всё превратить в шутку, заткнулся, чувствуя, что не время испытывать судьбу. Сэ Ми, у которой обычно на всё находилось остроумное замечание, нахмурилась, внимательно смотря на Ми Нё. Мин Су нервно ёрзал на стуле, а Нам Гю, который не так давно работал на этой должности и мало понимал, что происходит, только тяжело сглотнул и старался не издавать ни звука. — Детектив Хван был женат. — Ты шутишь, — Нам Гю удивлённо заморгал. — Да ну, — неверяще рассмеялся Су Бонг. — Детектив Хван? Женат? На реальном человеке? — Нет, на своём столе, — рявкнула Ми Нё. — Да, на человеке. — И почему мы ничего об этом не слышали? — Сэ Ми наклонилась вперёд, нахмурившись. — Потому что он об этом не распространяется, — ровно сказала Ми Нё. — И потому что никто из вас не пробыл здесь достаточно долго, чтобы знать. — И… — Мин Су, который всё это время молчал, неуверенно заговорил. — Что произошло? Ми Нё снова сомневалась, стоит ли говорить. Затем более сдержанным голосом, чем прежде, сказала: — Её убили. Сэ Ми выпрямилась. Мин Су резко выдохнул. Су Бонг впервые в жизни не знал, что сказать. — Погодите, — Нам Гю, который всё ещё не мог осознать услышанное, быстро заморгал, — что? Ми Нё вздохнула. — Её тело нашли в мотеле, — её голос был ровным, но что-то в том, как она это произнесла, давало понять, что ей не нравилось об этом говорить. — Это было признано убийством. Ни следов взлома, ни признаков борьбы. Только она. Одна. Мёртвая. Су Бонг открыл было рот, чтобы что-то сказать, но говорить было нечего. Он поднял взгляд на Ми Нё, а затем уставился на свои руки, явно осознавая серьёзность того, что она только что сказала. Сэ Ми выглядела так, словно изо всех сил старалась придержать всё своё остроумие, за которое была известна. Она потупила взгляд и прикусила губу, пытаясь осмыслить всю горечь потери, повлёкшую такую тишину. Мин Су побледнел, и все его мягкие черты лица внезапно огрубели. Он стал выглядеть отстранённо и ужасно напуганно. Какое-то время Ми Нё просто устало смотрела на них. Она знала, что Ин Хо убьёт её за то, что она рассказала его историю, но другого выхода не было. Им нужно было понять его. Понять, почему он был тем, кем он был: почему он держался с такой неприступной решимостью, почему он был таким безжалостным, холодным и почему он держал всех вокруг на расстоянии вытянутой руки. — Кто бы это не сделал… — она вздохнула, потирая шею. — Он не торопился. Нам Гю заметно сглотнул. — Её искали неделю, — продолжила Ми Нё. — Детектив Хван лично руководил расследованием. Работал без остановки, почти не ел, почти не спал. А потом в один день её нашли. Но было уже слишком поздно, — она остановилась, чтобы перевести дыхание. Она помнит те дни, непрекращающиеся поиски, проверки каждой зацепки, которые в конце концов оказывались бесполезными. Каждую ночь они проводили за картами и записями телефонных звонков, выслеживали каждого, кто мог бы знать, где она, каждого, кто мог бы её видеть. Они гонялись за тенью, которая никогда не выходила на свет. Глаза Ми Нё блеснули, когда на мгновение она погрузилась в воспоминания о том Ин Хо, которого она знала, пока всё не пошло наперекосяк. Он был таким открытым: легко смеялся, всегда первым был готов разрядить обстановку сухим замечанием или лёгкой улыбкой. Тогда в нём ещё были свет и тепло, которые, несмотря на его острый ум, позволяли ему сближаться с людьми. Но те несколько недель лишили его всего. Он стал призраком, опустошённым усталостью и горем. Его лицо, ранее такое выразительное, огрубело, стало нечитаемым, его голос стал звучать отрывисто, а его присутствие теперь всегда отдавало холодом. Он оборвал связи со всеми и воздвиг вокруг себя такие высокие стены, что даже Ми Нё, которая знала его уже много лет, не могла через них перелезть. В своём кабинете он становился бездушной машиной: не спал и не ел, лишь двигался и работал. Разговаривал только тогда, когда было нужно: отдавал поручения. И она ничего об этом не говорила, никогда не упоминала, что видела, как иногда дрожали его руки, когда он думал, что был один. Никогда не спрашивала, ночевал ли он дома, потому что уже знала ответ. Ми Нё и раньше видела, как мужчины ломались, но в случае Ин Хо всё было иначе. Вместо того, чтобы развалиться на части у всех на глазах, он незаметно, молча, крошился на маленькие кусочки. — На месте преступления не было никаких улик, — Ми Нё заставила себя вернуться в настоящее, оттолкнуть воспоминания, которые всё ещё таились на задворках её сознания. — Ни отпечатков, ни ДНК. Только она. Только она. Ми Нё уже доводилось бывать на месте преступления — и не раз, — доводилось слышать отголоски жестокости, которые неизменно селились в стенах, но в тот раз всё было иначе. В тот раз была только пустота, лишённая всего человеческого. И Ин Хо зашёл первым. Она помнит, как он застыл в проходе, как у него перехватило дыхание. Как резко изменилось его обычно невозмутимое лицо — лишь на секунду. Как тряслись его руки, пока он не сжал их в кулаки. Но хуже всего выглядели его глаза. Дикие. Расфокусированные. Будто его разум отказывался соглашаться с тем, что видит. — Того, кто сделал это, в итоге поймали? — неуверенно спросил Мин Су. — Нет, — губы Ми Нё сжались в тонкую линию. Они обменялись тяжёлыми взглядами. Сэ Ми отвернулась, сжав челюсть, как будто чувствовала себя виноватой за то, как просто шутила некоторое время назад. Мин Су с трудом сглотнул и уставился на свои руки, как будто мог бы заставить себя просто исчезнуть. — Я… — пробормотал Су Бонг, его голос был неестественно тихим. — Я не знал. — Никто из вас не знал, — резко сказала Ми Нё. — Но, может, в следующий раз вы будете думать, прежде чем открывать свои рты. Никто не смел спорить. Она позволила тишине затянуться, дала им время ощутить всю тяжесть услышанного, а затем вздохнула, качая головой. Её голос смягчился — но только слегка. — Он не просто строгий. Не просто отстранённый. Не просто «страшный детектив». Он человек, который потерял всё. И единственное, что у него осталось, так это работа. Нам Гю неловко поёрзал на стуле, взглянул на остальных, но никто ничего не говорил. Тяжесть слов Ми Нё удерживала их на месте, держала в узде все их неосторожные шутки, которыми они так легко перекидывались раньше. Теперь они всё поняли. Ми Нё даже не нужно было говорить что-то ещё. Все кусочки пазла сложились воедино, и общая картина была им ясна, как никогда. И вместе с этим пониманием пришло тихое, невысказанное согласие: шутить тут не о чём. Через мгновение она выпрямилась, и к ней вернулось её резкое, профессиональное выражение лица. — Ладно, достаточно, — бодро сказала она. — У нас ещё есть дела. Ин Хо ни за что не остановится, что бы не происходило в его личной жизни. Так что если вы не хотите объяснять ему лично, почему мы отстаём, предлагаю вернуться к работе. Никто спорить не стал. Каждый вернулся к своему столу, и воздух заполнился привычным шорохом бумаг и щёлканьем клавиатуры. Но атмосфера явно изменилась. Непринуждённый смех исчез, сменившись тихой, почти сдержанной сосредоточенностью.

***

Ручка царапала бумагу, и чернила, оставленные ею, засыхали на глазах — сегодня Ин Хо ничего приятнее не слышал. Он едва дождался, пока Чжон Дэ поднимет руку, и схватил документ со стола. Его взгляд прошёлся по росписи внизу листа — тёмной и безупречной. Наконец-то. Бюрократический кошмар и самодовольная неуступчивость Чжон Дэ заняли у него всё утро, отчего головная боль пульсировала где-то за глазами. Но Ин Хо получил то, что хотел. «Жалкий», — подумал он, вспоминая, как Чжон Дэ сдался под давлением. Тот, конечно, пытался держаться за свой арсенал формальностей и бесполезный протокол. Но Ин Хо прекрасно видел тот самый момент, когда это всё посыпалось: как неуверенно держал руки Чжон Дэ, как слегка подрагивала его челюсть от осознания, что выхода нет. Несколько резких слов, в которых читалась угроза, — и мужчина сдался, его неуступчивость сменилась ничтожной покорностью. Когда препятствий больше не осталось, дела пошли в гору. Ин Хо, не теряя времени даром, собрал команду, просто поднимая офицеров с рабочих мест, и приступил к работе. Всего за несколько часов все необходимые ему документы, записи и зацепки были собраны в больнице и теперь лежали аккуратной стопкой перед ним. И теперь эта больница — связующее звено между всеми пропавшими людьми — была как под микроскопом, а её директор стал главным подозреваемым. Впервые за весь день Ин Хо, медленно выдохнув, позволил себе немного расслабиться. То, что грузом лежало на его плечах с самого утра, больше не давило на него так сильно. Стоп. А почему он был таким нервным этим утром? Он слегка нахмурился, пытаясь понять, с чего вообще всё началось, но вспомнить получалось только незначительные раздражители: гору работы, ещё одно заявление о пропаже, очень похожее на остальные, и, конечно, момент, когда он увидел имя Чжон Дэ на своей заявке и сразу понял, что она будет отклонена. Да, — решил он. — Скорее всего, поэтому. Он посмотрел на часы, которые висели в его кабинете. Было уже поздно — около семи вечера. В здании стало существенно тише: большинство сотрудников, работающих в дневную смену, уже ушли или готовились это сделать. Стало спокойнее, привычный хаос сменился тихим шумом тех немногих, кто ещё оставался здесь. Идеально. Он глубоко вздохнул, пытаясь избавиться от напряжения, которое росло весь день, и потянулся к папкам с документами. Взял первую, внимательно пробежался взглядом по тексту — с профессиональной лёгкостью, — но ничего нового не обнаружил. Затем с тихим вздохом просмотрел ещё несколько страниц, потирая висок. Больница оказалась настоящим кладезем информации, но было ясно, что кто-то приложил все усилия, чтобы замести следы. Всё выглядело слишком продуманным, как будто кто-то хотел, чтобы какие-то взаимосвязи оставались скрытыми от чужих глаз. Ин Хо почти не слышал, как жужжал его телефон, лежащий на столе экраном вниз. Непрекращающиеся вибрации заглушались шуршанием бумаги и резкими, чёткими, щелчками ручки. Разум был полностью поглощён делом: Ин Хо мог видеть, как всё медленно встаёт на свои места, как последние кусочки пазла соединяются друг с другом. И когда он закончил делать записи по одному из документов, дверь со скрипом открылась и в кабинет зашёл Детектив Пак Гён Сок с перекинутым через плечо пиджаком и чашкой кофе в руках. На его лице читалась решимость. — Всё ещё работаешь? — спросил Гён Сок. Они работали вместе достаточно долго, чтобы понимать, когда кто-то из них был полон решимости разбираться с каким-то делом — или когда им просто нужен был перерыв. Ин Хо тут же поднял взгляд. — Что ты тут делаешь? — спросил он, прищурившись. Как будто не знал ответ. — Тоже планируешь остаться? — Да, — усмехнулся Гён Сок и поставил свой кофе на стол с глухим стуком, — я остаюсь. Кому-то нужно убедиться, что ты хотя бы немного поспишь, и это самый быстрый способ, — он опустился на стул напротив Ин Хо. — Ты же знаешь, что не можешь продолжать так изнурять себя, да? Губы Ин Хо сжались в тонкую линию. — Ты действительно думаешь, что сможешь затащить меня в кровать, просто работая всю ночь? — Не затащить, — ухмыльнулся Гён Сок, пожав плечами, — но я могу помочь тебе быстрее закончить со всем этим. Нужно работать вместе, если мы хотим прийти к чему-то уже сегодня, и, поверь мне, если не заняться этим сейчас, то всё только затянется. Ин Хо ответил не сразу. Только пялился на папки с документами перед собой и пытался сконцентрироваться. Он знал, что Гён Сок прав: в одиночку тут не справиться, точно не сегодня. И что терять ещё один день было нельзя. — Ладно, — наконец пробормотал он, вздохнув, — но не ожидай, что я пойду спать до того, как мы закончим. — Буду считать это победой, — ухмыльнулся Гён Сок, откинувшись на спинку стула, а затем взял несколько документов из стопки и разложил их перед собой, как карты. — Ладно, хватит разговоров. Давай работать. С чего начнём? Что самое новое? Ин Хо на мгновение замер, посмотрел на свой телефон, который снова завибрировал, а затем на время, не в силах скрыть промелькнувшее на лице раздражение. Тяжело вздохнув, он снова опустил взгляд на стол. Не стоило сейчас отвлекаться. — Сосредоточься, — пробормотал он себе под нос. — Впереди много работы. Но, эй, зато мы варимся во всём этом вместе, не так ли? — Гён Сок стал доставать бумаги из кучи и раскладывать их так, чтобы разобраться с ними быстрее. Ин Хо, хоть и неохотно, но кивнул ему. Не то чтобы он не ценил его помощь — просто ему не нравилось вовлекать других людей в свой рабочий процесс. Но с Гён Соком всё было иначе. Тот не просил объяснений. Не тратил время на ненужные вопросы. Просто делал. И Ин Хо был ему за это благодарен. Какое-то время в кабинете был слышен только шорох бумаг, редкий скрежет ручки и тихий шум ламп. Сведений в папках было много, но, так как Ин Хо и Гён Сок работали вместе, прогресс был виден уже скоро. А затем тишину прервало жужжание телефона Ин Хо. Снова. И снова. Первое время Гён Сок не обращал на него внимания, но после третьей вибрации за менее чем пять минут он посмотрел на Ин Хо, приподнимая бровь. — Ладно, — сказал он. — Либо в твой телефон вселился демон, либо кому-то очень нужно твоё внимание. — Ничего страшного, — Ин Хо даже не поднял взгляд. — Ничего страшного, значит? — Гён Сок тихо присвистнул. — Как-то слишком настойчиво для «ничего страшного». — Не обращай внимания, — Ин Хо перевернул страницу. Снова жужжание. — Я бы стал волноваться, если бы ты мне не ответил, — Гён Сок усмехнулся. — А если там что-то важное? — Нет, — ровно сказал Ин Хо. — Ты даже не проверил, — он поднял бровь. — Потому что это неважно, — Ин Хо наконец посмотрел на него. — Ладно, ладно, — Гён Сок поднял руки в знак капитуляции, но ухмылка не сходила с его лица. — Просто имей в виду, что я никогда не видел, чтобы ты так часто переписывался с кем-то раньше. Уверен, что это не что-то личное? — Скорее всего, это мой брат, — спокойно солгал Ин Хо, возвращаясь к бумагам. — То есть Джун Хо? — Гён Сок наклонил голову, явно забавляясь. — Конечно, — Ин Хо не смотрел на него. — Интересно, — заметил Гён Сок, ритмично постукивая ручкой по столу. Тихие клик-клак подчёркивали тишину кабинета. — Просто так получилось, что я знаю, что Джун Хо сегодня встречается с друзьями. — И откуда же? — Ин Хо нахмурился. Гён Сок понимающе усмехнулся и с равнодушным видом откинулся на спинку стула. — У меня есть глаза и уши? — дружелюбно ответил он, хотя в его голосе всё же читалось озорство. — Этот ребёнок озвучил это на всю комнату отдыха, прежде чем уйти. Так что, думаю, он не стал бы уничтожать твой телефон посреди встречи, да? — Может, планы поменялись, — Ин Хо резко выдохнул через нос. — Точно, — ухмылка Гён Сока стала шире, и он постучал ручкой по ладони, подняв брови. — И это, конечно же, более вероятно, чем мысль о том, что ты переписываешься с кем-то другим. — Да, — ровно ответил Ин Хо, как бы ставя точку в разговоре, и вернулся к стопке бумаг перед собой. Этим «да» он предлагал Гён Соку оставить всё, как есть. Но Гён Сок не купился. Наклонился ближе, положив локти на стол, стал внимательно-игриво изучать Ин Хо. — Окей, ладно. Предположим, это Джун Хо. Это всё ещё не объясняет, почему ты в последнее время постоянно пялишься в свой телефон. Что, он ежечасно докладывает тебе о своей жизни? Ин Хо ответил не сразу. Его глаза застыли на открытой папке с делом, а пальцы крепко обхватили край страницы, которую он перевернул с большей силой, чем требовалось. Тишину прорезало шуршание бумаги, контрастируя с молчанием, которое повисло между мужчинами. Через мгновение Ин Хо посмотрел на Гён Сока с почти что безразличным выражением лица. — Знаешь, — сказал он тихо, — если бы я знал, что ты станешь задавать вопросы, то не позволил бы остаться. — Просто имей в виду, — усмехнулся он, ничуть не смутившись, — если бы мой младший брат так часто мне писал, я бы начал брать с него плату за тяжёлый эмоциональный труд. — Тебе стоит попробовать, — пробормотал Ин Хо. Его губы на секунду дёрнулись в подобии ухмылки. — Может, тогда люди перестанут с тобой разговаривать. Гён Сок снова рассмеялся — громко и непринуждённо. — Отрицай сколько хочешь, — сказал он, ни на секунду не прерывая зрительный контакт. — Но судя по тому, что я видел, ты оторваться не можешь от этой штуки. Даже на брифингах. Даже на совещаниях. А теперь, когда нам нужно заканчивать работу над делом… — он махнул рукой в сторону разбросанных бумаг. — Это странно. — Это не странно, — сказал Ин Хо. — Угу-угу, — сказал Гён Сок. — И на прошлой неделе ты так был погружён в работу, когда листал сообщения, вместо того чтобы слушать, как Пак жалуется на юрисдикцию. Ин Хо не ответил. Его взгляд всё так же был прикован к лежащему перед ним документу: буквы перед глазами плыли, мысли блуждали. — А в тот раз в столовой, когда Сэ Ми пришлось трижды повторить свой вопрос, прежде чем ты её заметил? — Она постоянно мямлит, — пальцы крепче сжались за краешек папки, и он перевернул ещё одну страницу, не вдумываясь в слова. — А на обеде в прошлый вторник, когда ты переписывался, вместо того чтобы есть? — Не понимаю, в каком месте это твоё дело, — Ин Хо поднял взгляд, вздохнув. — Не моё, — Гён Сок небрежно пожал плечами, но в его взгляде всё же читался интерес. — Но, если кто-то так сильно тебя отвлекает, значит, это должно быть что-то важное, — сказал он и посмотрел на телефон, который всё ещё лежал на столе экраном вниз. Ин Хо снова вернулся к бумагам, притворяясь, будто не заметил, что телефон снова завибрировал. Его жужжание было тихим, но настойчивым, как тиканье часов, напоминая Ин Хо о сообщениях, на которые он ещё не ответил. Его рука зависла над устройством, но взять его в руки он не решился. Жужжание. — Знаешь, — сказал Ин Хо тихим, но выразительным голосом, — для того, кто обычно не задаёт вопросов, ты что-то слишком уж заинтересован моей жизнью. Почему это? Гён Сок откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и стал тихо стучать ногой по полу. — Не знаю, — сказал он теперь более задумчиво. — Думаю, мне просто интересно. Ты ведёшь себя иначе. Чаще отвлекаешься. Ин Хо слегка нахмурился, его пальцы зависли на краю страницы. Это правда, он отвлекался. Но он не собирался это признавать. — Послушай, — вздохнул Гён Сок, — мне всё равно, кто это, — сказал он, в его голосе послышались нотки раздражения. — Но если ты не ответишь, я могу сойти с ума, потому что эта штука жужжит каждые две минуты. Ин Хо не шевелился, его пальцы постукивали по краешку папки, которую он держал в руках. Голос Гён Сока — мягкий, но было в нём что-то ещё, — позволил ему осознать: что бы это ни была за игра, продолжать давить было уже неинтересно. Ин Хо не хотел проверять телефон. На это не было причин. Он знал, от кого эти сообщения, и знал, что незнакомец сейчас должен быть на свидании, которого тот так долго и с нетерпением ждал. Тогда зачему ему писать Ин Хо, вместо того чтобы сконцентрироваться на главном? Ин Хо не вспоминал о незнакомце целый день — как минимум, осознанно. Нет, кого он обманывает? Даже когда он угрожал Чжон Дэ, его разум был где-то в другом месте, всё возвращался к разговору с незнакомцем этим утром. Не к совету подойти к заинтересовавшему его парню — он точно не собирался к этому прислушиваться. Нет, он всё думал про свидание. Это мысль не давала ему покоя, зудела, а он всё не мог дотянуться, почесать. Ему стоило забыть об этом, стоило сконцентрироваться на работе, на деле, но жужжание телефона беспрестанно отвлекало его. Он всё жужжал через неравные промежутки времени, как бы напоминая ему о том, о чём он не хотел думать. Фрустрация бурлила под поверхностью, росло беспокойство — и он не мог понять эти чувства, не мог объяснить. Может, свидание прошло не очень удачно. Может, Сан Ву сказал что-нибудь глупое, или, может, незнакомец понял, что им неинтересно наедине друг с другом. Может, всё пошло крахом, и поэтому он писал Ин Хо, вместо того чтобы хорошо проводить время. Но стоп… Почему Ин Хо не всё равно? Это не имело смысла. Ничто уже не имело смысла. Жизнь незнакомца никак к нему не относилась. Ин Хо даже не знал его настоящего имени, не знал ничего, кроме того, что тот упоминал в сообщениях. Всё. А теперь, игнорируя логику и доводы рассудка, что-то беспрестанно грызло его изнутри. Он не знал, почему это так сильно его беспокоило, но мысль о том, что незнакомец сейчас был на свидании ощущалась, как что-то важное, хотя на деле это было не так. Из груди вырвался вздох, прежде чем он смог бы его остановить. Пальцы обхватили телефон, прежде чем он смог бы осознать, что делает, и, резким движением повернув к себе экран, Ин Хо взглянул на уведомления.