Journey to New Stars

— Ёшкин кот… Сокол опять не мог заснуть. Мысль о том, что хоть что-то у него уже получается, казалось бы, должна облегчить состояние, но в итоге переживания лишь нарастали. Будет ли дальше так легко? Хорошо, с одним он определился точно: к каждому участнику нужен свой подход. Желание парня помочь с выкупом здания для ателье подкупило Далматина, что и подтолкнуло её согласиться. Вот бы с каждым так было легко… Он ещё раз открывает список и смотрит на имена участников. Итак, надо бы отвлечься от нервотрёпки и пойти к тем, кто рад любому шансу. Даже такому — участие в крупнейшем вокальном конкурсе. Только для начала надо выспаться.

***

Снег крупными хлопьями ложился на асфальт, сливаясь в хлипкую лужу. Грязные следы от обуви оставались на снегу, скрывая белый природный цвет. Под ногами приятно хрустит; хоть и участки земли были превращены в лужу, но зима усыпляла, убаюкивала. Нога случайно проваливается в лужу сквозь слой снега, издается хлюпающий звук. Брюнет недовольно трясет ступней, прощупывая пальцами, насколько сильно обувь промокла. Мысль о том, что снова нужно будет сушить ноги, очевидно, совсем сбила юношу с толку и цели его выдвижения. Мысленно возмущенного на погоду, Сокола кто-то резко схватил и поволок за собой. Неприятный, навязчивый снег попадал прямо в глаза, так что похитителя разглядеть не удалось, пока его с такой же силой не затолкнули внутрь. — Какого…! — Хей-хей, ты, видимо, совсем замёрз! Как насчёт того, чтобы потусить здесь? Парень протёр глаза и оббежал глазами помещение. Это что, кафе? Стены здания были выкрашены в светлые тона, а на них самих висели гирлянда, мишура и искусственные лианы. Сокол удивлённо шмыгнул. Наряду с украшениями, здание было полупустым. На полу лежали куски от строительных материалов и, похоже, мебели. Кто-то тут крушил всё? Резко, он почувствовал чей-то взгляд на себе со спины. Брюнет аккуратно развернулся, и чье-то стоящее впритык лицо заставило его вскрикнуть и отпрянуть от незнакомки. — Ура-ура, новый посетитель! Привет! — девушка схватила руку Сокола и со всей силы её пожала, размахивая во все стороны. — Меня зовут Сеша, а тебя как? Парень оглядел говорившую с ног до головы. Сколько ей лет, шестнадцать? Кудрявые розовые волосы девушки собраны в два нижних хвостика, на правой стороне вылезла такая же кудрявая чёлка. Такая же яркая розовая кофточка, короткая, светло-лиловая юбочка, бледные, розовые гетры, сумка через плечо, обвешанная значками и обклеенная различными наклейками. На волосах красовались блестящие, словно покрытые на сто слоёв блёстками заколки. — Эм… — Эй, не пугай парня, — из-за угла выходит вторая девушка — со светло-розовыми волосами, оттенка чуть бледнее, чем у первой, но также отчетливо празднично. На голове у неё красовался ободок-бантик, под розовой кофточкой спряталось ванильное платье. — Ха-ха, прости, она тебя не напугала? Я Агата, — подошедшая протянула руку, а затем слегка её пожала. Затем, оглядев Сокола с ног до головы, она повернулась к первой девушке. — Сеш, я ведь говорила тебе, что таким методом ты только отпугиваешь посетителей?.. — Эхе-е, даже если и так, то меня они точно не забудут! Так вот, — упомянутая оттащила парня ближе к центру комнаты, — добро пожаловать в наш реабилитационный-позитивный-красочный-помогающий потерявшим надежду центр! Брюнет закатил глаза: — Дамы, это очень круто, конечно, но я не думаю, что ловить проходящих людей отличная идея. Да и вообще… — юноша раскрыл листок со списком, — у меня полно своих дел. Сеша мигом прошлась по тексту и затем удивлённо вскрикнула: — А-а-а, тут моё имя! Ты что, собираешь компромат? — И моё, кстати, тоже, — Агата наклонилась рядом с подругой. — Ты кто вообще? — Ну, вообще, — Сокол сложил список, — мы должны были вместе участвовать в вокальном шоу, но кроме меня все отказались. Теперь мне надо собрать всю команду обратно. Агата слегка нахмурилась и, выпрямившись, вновь заговорила: — Мы не пойдём. У нас и так много проблем. Хотя Сеша, — девушка указала на подругу большим пальцем, — посчитала это хорошей пиар-компанией. Сокол сложил руки на груди. Такие разные — но вроде одинаковые. Что сподвигло их отказаться?

***

Под восклики одноклассников «опять бежит нетакуся» девочка со звенящей сумкой бежала вприпрыжку. Каждое утро она это слышала, но была твёрдо уверена: ей завидуют, не более. Сеша Курренко (с настоящим именем Ксения, от которого она косвенно решила отказаться), девочка десятого класса, считалась изюминкой среди своих горе-одноклассников, каковыми она их считала. Её стиль выбивался из серой массы школьников: яркие, приторных цветов кофты, аксессуары, чулки, кеды — она цеплялась за любую яркую вещицу, лишь бы не быть такой, как остальные. Она считала себя победительницей по жизни, и по совместительству самой лучшей ведущей всех школьных праздников: она жила так, как ей хотелось, и плевать она хотела на то, кем её считают. Даже если на утро в паблике школы после мероприятия про неё снова напишут гадости. Выстроить стену пофигизма, и вместе с тем дома вступать дома в любые срачи в интернете и реальной жизни, лишь бы знать, каково это — когда тебя ненавидят — это показалось отличным решением Курренко не поддаваться на провокации и не реагировать на них. И это, на удивление, сработало. Одноклассники сломали голову, думая, как бы её вывести на эмоции, а затем высмеять, но ей уже всё равно. Они могут больше не стараться. Сеша радостно выскочила на лестницу и слегка ойкнула, встретив на своём пути одноклассницу, которая уже со всем презрением смотрела на девушку: — Опять ты. Вырядилась непонятно во что, кто тебя одевает? — Хе-хе-е, Пица, тебе не идёт быть строгой. ~ — Прекрати меня так называть, — девушка стиснула зубы и, слегка оттолкнув девушку в сторону, прошла мимо. «Пицой» Сеша прозвала свою одноклассницу, вроде бы, случайно — непонятное сокращение имени ей показалось смешным, хоть и не вытекало напрямую с полного имени. В конце концов, называть ту просто Агатой было не по логике яркой девчушки. Агата Сезина, одноклассница Сеши, была другой. Или же пыталась таковой быть. Она не отличалась ничем от среднестатистической девочки их возраста, кроме смешного бантика на ободке кораллового цвета. Она прознала очень избитую систему: хочешь остаться на верхах и не тронутой — гноби и унижай тех, кто слабее, а для лучшего положения прибейся к группе тех, кто над такими построил уже себе пьедестал. Так она и перешла к тому, чтобы, как и другие одноклассники, всячески подкалывать и издеваться над теми, кто был большинству не в угоду. И Сеша была в рядах таких неугодивших; с одной стороны Агате не было понятно, почему Курренко не полюбили, но мысль о том, что яркая одноклассница должна бесить и её, заставила переобуться. И в один день всё поменялось. Сезиной показалось, что у Сеши есть своё особое чутьё видеть то, что другие пытаются скрыть — и точно таким же образом было раскрыто нутро самой Агаты. Это случилось спонтанно — на спортивной площадке девушка сидела и что-то собирала. Когда та подошла ближе, то заметила, что у Курренко выпала канцелярия на песок, и одноклассница села рядом, осматривая ситуацию. Она подобрала пару карандашей и покрутила в ладони: — Жалкое зрелище. Над тобой издеваются, потому что ты бесишь до ужаса. Вот и приходится расплачиваться. Она не ответила. Агата нахмурилась; обычно та сразу же отвечала на такие колкости. — Тебе что, ответить нечего? Ещё так немного просидев, Агата встаёт: — Вот поэтому тебя никто не лю- — А тебе самой не надоело? Сезина слегка отошла. К чему такие разговорчики? — Ты ведь другая, — Сеша поднялась и посмотрела прямо в глаза собеседнице. В её глазах больше не читалась невинная радость, напротив — они были настроены решительно и выбивали землю из-под ног сопернице. — Не делай из меня дуру. Ты такая же, как и я. — Это что за наказание быть на тебя похожей? — слушавшая начала беситься. — Не приравнивай меня к себе! Мы разные! — Ты боишься? Стать посмешищем, — Курренко стояла твёрдо на ногах, пытаясь выбить правду из Агаты. Добить её, сломить. Чтобы она больше не прикидывалась дурой и не вела себя так, какой её хотят видеть в большинстве своём. — Да щас! Ч-чего мне бояться-то? Не выдумывай. — Хей, Гата, что ты там делаешь? — к месту беседы подтянулись другие одноклассники. В основном это и были ребята, которые вместе с девушкой глумились над Сешей. Упомянутая оглядела собеседницу, а затем повернулась к ребятам: — Да ничего такого. Уходим, — она начала шагать, но вдруг её схватили за руку. Сезина обернулась; разумеется, это была пострадавшая. — Ты не сможешь вечно бежать от реальности. Я помогу тебе, если ты хочешь. Одна из девушек компании, словно что-то осознав, резко подошла к Агате и выхватила её руку из чужой. Подняв запястье, она увидела несколько карандашей в выхваченной руке. На её лице вспылила злость: — Ты что, помогала этой дуре складывать вещи?! — С чего вдруг?! Мне просто стало интересно посмотреть на её вещи! — Интересно — значит она и её поведение тебе нравятся! Раз её поддерживаешь, то и шуруй к ней, а к нам не подходи! Тусить с неудачницей тебе идёт куда больше в таком случае. Ей ничего не осталось, кроме как наблюдать, как ребята, которые приняли её к себе, просто ушли, не оборачиваясь. — С ума сойти! Ты конченная! Посмотри, что ты натворила! — Агата развернулась обратно к собеседнице, со слезами на глазах. — Теперь они будут надо мной издеваться, как и над тобой! Сама ничего не стоишь, но мне-то зачем жизнь рушить! — Я тебя наоборот спасла, — после этих слов Сеша улыбнулась. Так же красочно, ярко, как и улыбалась всегда, всем бедам назло. — Завтра приходи в том, в чём нравится, и веди себя так, как нравится. А я тебя защищу. Обещаю. Уже заплакавшая девушка недовольно шмыгнула носом: — Ещё чего! — Попробуй один раз хотя бы. Если я не смогу тебе помочь — то дело твоё, разойдёмся раз и навсегда, — Курренко подобрала сумку и помахала рукой собеседнице, прежде чем уйти. — До завтра! — Ты что, даже карандаши не заберёшь?! — Нет. Вернёшь, когда сможешь выбраться из этой пучины.

***

— Ну, а причина-то какая? — Сокол всё ещё недовольно смотрел на девушек. — Хе-хе-е, — Сеша невольно почесала затылок. — У нас небольшая проблема с центром… Я хоть и напрягла Пицу, но мне неудобно её полностью нагружать. — Чёрт с тобой, Сеш! Я же сказала, что ничего страшного нет в этом, и я всегда готова помочь! Упомянутая посмеялась с этого заявления. После её слов в школе Агата выполнила просьбу и поменялась вообще в другую сторону. А Курренко её защитила. Как и обещала. Тогда Сезина и узнала, что девушка горит мечтой создать центр для помощи таким же жертвам буллинга, как и она, а Пица послужила ей хорошим примером и объектом для практики. Так как у Агаты были связи побольше — то и помочь Сеше она могла. И помогла; невольно она выдала, что эта помощь была ответной на ту, когда девушка оторвала её от токсичной компании. А потом, спустя год, случилось страшное — кто-то проник ночью в помещение и всё разрушил. Девушки вдвоём восстанавливали центр, заново всё закупили. Это случилось именно тогда, когда вообще ни к месту прилетело приглашение на шоу. И им двоим пришлось расставить приоритеты. Идея отказаться принадлежала Агате. Сеша попросту не смогла её бросить и поддержала выбор подруги, каким бы крутым участие в шоу для неё не казалось. — Нам нужно восстанавливать центр, — Сезина тяжело вздохнула. — Нам не до шоу сейчас. — А что вам надо? — парень склонил голову в бок. — Н-ну, много чего. Купить новое оборудование, сделать ремонт. — Так. Давайте так, — брюнет слегка отошёл, думая, как сформулировать мысль. — Я так понимаю, вам ещё бы и клиентов найти. У меня есть на примете одна мадама, возможно, будет ещё. Я думаю, я смогу договориться, что если вы поможете им, то они помогут вам. Хорошо? Ваша идея звучит интересно и нравится мне. — Н-ну, это круто, но… — Сеша начала переминать кусок кофты в руках. — Хорошо. По рукам, — Агата кивнула. — Сеш, мы все останемся в плюсе. Нужно соглашаться. — Н-ну… Ладно! Но если ты не сдержишь обещание, мы будем очень-очень злиться! — Курренко рассмеялась, убегая в сторону одной из комнат. — А ещё, — оставшаяся девушка заговорила вновь, — я могу помочь тебе с тем, как держаться на сцене. Я сама не умела, но… Она посмотрела вдогонку своей подружке. Она не верила по сей день, что когда-то позволяла себе опускаться до того, чтобы ломать эту красочную девочку. — …но мне помогли.