Брак по расчету

Ему приснился дурной сон. В этом сне он хоронил Арманда на Пер-Лошес. Тимоти плакал в отчаянии растянувшись на его могиле, а папа обнимая его и «успокаивая» говорил, что ему нужно поскорбеть недолго, избавиться скорее от малыша, а после не тянуть долго и пока он еще не подурнел от своих слез, заключить брак с каким-нибудь революционером, способным защитить их семью от гнева толпы и вести дела мануфактуры покойника. Он проснулся от собственного крика, в слезах, тело било мелкой дрожью. Когда в комнату вбежала перепуганная Полин со свечой омега выдохнул облегченно. Это был просто сон. *** «Если он умрет, я даже не узнаю», — думал Тимоти, глядя на море, во время очередного побега от навязчивой опеки сестры. Песок забивался в туфли, солнце целовало щеки, но внутри ощущался тревожный ком. *** Он нарушил запрет в дождливый четверг. Полин спала, слуги суетились на кухне. Тимоти накинул плащ — и скрылся в предрассветной мгле. Поезд в Париж оказался адом на рельсах. В вагоне первого класса непривычно пахло потом и самогоном. Публика что ехала в вагоне классу обслуживания явно не соответствовала. Альфа в рваном камзоле уселся напротив, скаля гнилые зубы: — Красивый омега... Один? Тимоти прижался поплотнее к окну. — Мой альфа ждет на станции. Он... офицер. — солгал он, стараясь звучать надменно. — Офицеры, защитнички короля, сейчас горят в своих казармах, — засмеялся альфа. — Давай познакомимся ближе... Тебе же нужен альфа, который будет хорошенько трахать тебя, после того как ты похоронишь своего королевского прихвостня. Гнилозубый засмеялся, и потянул к колену Тимоти руку тут же получив тростью по пальцам от сидящего рядом с омегой престарелого альфы. - Руки, - угрожающее рыкнул тот, поправив пенсне, из всех сидящих в вагоне он больше остальных был похож на настоящего пассажира «первого класса». - И что ты мне сделаешь, крот? Вдарю тебе меж глаз! Ууух, посмотрим какой ты смелый будешь когда стекла потрескаются. - Рискнешь попробовать? Гнилозубый брезгливо сморщился оценивающе осмотрев смелого старика, тот был крепкий для своего возраста, и негодяй видимо решив не рисковать уткнулся в газету. Вагон дёрнулся. На первой странице его газеты красовался заголовок: «Рабочие мануфактур требуют казни аристократов!» Тимоти перевел взгляд на своего защитника тот тоже сидел с газетой в руках. Тимоти сжал в ладони «Таинственный остров» и испытывая неловкость заглянул в газету соседа. « ...графа де Лоррен повесили на фонаре! Революционеры жаждут отмщения титулованным эксплуататорам.» « Арманд Хаммер отец швейных мануфактур, официально вошел в представительство революционного комитета. Двуличие новой власти? Хаммер поддерживает революцию но при этом имеет компрометирующий брак с отпрыском де Шаламе...» Тимоти не успел дочитать как сосед перевернул страницу, заставив омегу нахмуриться раздраженно. Сидящий напротив гнилозубый усмехнулся увидев оскорбленное выражение лица Тимоти. Омега перевел взгляд на другого спрятавшегося за своей газетой господина сидящего рядом с кривозубым. На обратной стороне его газеты Тимоти прочитал. «Толпа громит на главной площади статую короля. Погибший после взрыва монарх - символ перемен. Франция никогда не будет прежней.» - Король мертв? - не смог сдержать шока Тимоти. Все сидящие в вагоне опустили газеты глядя на него как на отсталого. - Неделю как нестало, его, - хмуро отметил сидящий рядом с Тимоти благородный человек - так про себя омега назвал своего защитника. - А вы куда путь держите? - В Париж, - ответил ему Тимоти. - Странный ваш муж офицер, - подозрительно протянул мужчина сидящий рядом с гнилозубым, опустив газету, скользнув по Тимоти подозрительным взглядом. - Все по возможности своих близких стараются подальше отсылать, а ваш муж позвал вас в самое пекло. Еще и одного. - Да, он из этих, - гнилозубый щелкнул языком, будто это означало что-то, вероятно что то фривольное судя по его бегающему взгляду. - Всем ясно в Париж сейчас стекается всякий сброд. Шлюхи, спекулянты, воры, мошенники. Все пользуются тем, что жандармы и армия пытаются подавить бунт и нет времени следить за правопорядком. Раздолье для швали! - Это вы о себе? - усмехнулся благородный обратившись к кривозубому. - Может нам стоит познакомиться раз уж, как я понимаю, едем в Париж, - предложил господин, что сидел рядом с кривозубым, обращаясь к Тимоти и благородному. Благородный кивнул согласно и в первую очередь протянул Тимоти руку. - Месье Лумьен, гробовщик, к вашим услугам. - Надеюсь не пригодятся, - скомфуженно ответил Тимоти, протянув ладонь в ответ и соврав на ходу. - Элио. - Просто Элио? - очарованно улыбнулся благородный гробовщик, будто говорил с несмышленным ребенком. - Месье Элио Перман, пианист, - неловко допридумывал Тимоти, взяв фамилию откуда-то из прочитанных рассказов. Гробовщик протянул руку сидящему рядом с гнилозубым. - Мисье Маркус Фильке, переводчик, - встретил рукопожатие гробовщика альфа. - Шуль. Просто Шуль, - представился кривозубый, однако ему руки никто не протягивал, а значит и знакомиться не собирался. - Какими языками владеете? - полюбопытствовал Тимоти, обратившись к переводчику. - Немецкий и… греческий, - будто на ходу додумал переводчик. Тимоти улыбнулся, он хорошо владел этими языками. — Sprechen Sie Deutsch? Gibt es in Paris wirklich Bedarf für Übersetzer?(«Вы говорите по-немецки? Неужели в Париже сейчас нужны переводчики?») — спросил он по-немецки, добавив. — Verzeihen Sie, wenn ich das Offensichtliche frage. Ich war etwas abgeschnitten von den Nachrichten. («Простите, если спрашиваю очевидное. Я был оторван от новостей»). Переводчик шокированно сглотнул и забегал глазами, неловко отвечая на ломаном немецком: — Heute ist sehr gutes Wetter für Reisen… («Сегодня очень хорошая погода для путешествий…»). —Regen? Machen Sie Witze? («Дождь? Вы шутите?») — ответил Тимоти, переходя на греческий. — Αν δεν είναι μυστικό, πείτε μου: τι δουλειά μπορεί να έχει ένας μεταφραστής σε τέτοιες ταραγμένες εποχές; («Если не секрет, скажите: какая работа может быть у переводчика в такие смутные времена?»). Переводчика от такого вопроса перекосило: — Θέλω να αγοράσω ένα τσιγαροθήκη… («Я хочу купить портсигар…»). — Δεν καταλαβαίνεις τίποτα; («Ты ничего не понимаешь?») — Тимоти потупил взгляд, осознав, что собеседник — не переводчик. Гробовщик восхитился. - Как вы здорово общаетесь друг с другом! Я бы тоже хотел знать иностранные языки! Но увы и ах не владею ими. Тимоти хотел сказать, что и переводчик ими не владеет, но вовремя одернул себя. В эпоху революции никто не является тем, кем кажется. - А вы выходит тоже переводчик? - совершенно бессовестно спросил у Тимоти лже переводчик будто его только что не поймали на лжи. - Я. Нет. Просто изучал. - М? - глаза Шуля сверкнули. - Так может ты из благородных? - Нет, я из этих, - Тимоти спародировал сигнал языком, а затем посмотрел на гробовщика. - У вас много заказов в Париже? - Боюсь я стану очень богат, - неловко улыбнулся гробовщик. - Только вот закончил хоронить аристократов в Лионе. Теперь массовое искоренение знати в Париже. родственники богачей платят хорошие цены. За строительство последнего «дома». - Жалко их, - признался Тимоти. - Ну что жалеть, - фыркнул Шуль. - Одни уходят другие приходят, мой юный друг, - рассудил гробовщик. - Таков цикл жизни. Когда те кто пришли превратятся в тех от кого они искореняли прийдут следующие и так будет всегда. - Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя, - припомнил цитату в тему беседы Тимоти. - Какая умная мысль, - отметил гробовщик. — Фридрих Ницше, - пояснил Тимоти.- Вообще то о чем мы говорим архетипический сюжет, -  рыцарь, убивший дракона, сам станет драконом, поэтому окончательно уничтожить дракона нельзя, только сменить на другого. - Какой вы, - восхитился гробовщик. - Интересный юноша. Не только красивый, но и интересный. Тимоти смутился. Он скользнул взглядом по переводчику и Шулю те переглядывались между собой, будто безмолвно обсуждали что-то.