Брак по расчету

Каждое утро хмурая морщина меж бровей Арманда за прочтением газет становилась все глубже и глубже. В Париже последнее время было не спокойно. Арманд не стал ждать, пока общественные волнения в столице перерастут в нечто неконтролируемое. Когда у Тимоти пошел второй месяц беременности альфа приказал своему омеге и его недавно приехавшей к ним «погостить на неопределенный срок» сестре омеги собирать вещи. — Вы отправитесь в Ниццу, я арендовал небольшой дом у моря, вам в вашем положении будет полезен свежий воздух и мягкий климат, ваша светлость. Выберете пару человек из прислуги с собой, умелых, а не любимых, потому что на курорте закрепленных за домом людей не будет, билеты на поезд я уже приобрел, отправление завтра, — сообщил как бы между делом, будто что то не сильно значительное, он по окончание завтрака, протирая губы салфеткой и вставая из-за стола. Проходя мимо омеги Арманд провел ладонью по тонкой шее и коротко склонившись поцеловал Тимоти в щеку. — Хорошего дня! Тимоти перехватил его запястья, задерживая. - Как надолго объявлена эта ссылка, Арманд? - спросил омега с тревогой посмотрев на мужа. - Это не ссылка, душа моя, - поспешила защитить решение Хаммера Полин сидящая с противоположной стороны от Тимоти. - Вы будете в Ницце столько сколько потребуется времени, - неопределенно ответил альфа. - Вы будете приезжать? - строго спросил Тимоти. Визуально беременность еще была не видна, но омега будто спелое яблоко наливался чувственностью и томностью, требуя от Арманда к себе новому больше внимания, нежности и ласки. - Неприменно, - пообещал Арманд и еще раз склонился над Тимоти, целуя. Омега вцепился в его рыжеватую бороду целуя в ответ, много, часто не желая отпускать. - Помните? - принялся с улыбкой говорить про меж поцелуев Альфа, зацеловывая нежное омежье личико в ответ. - Как раньше… вы искали… повод…чтобы уехать… и отдохнуть от меня… на курорты. Тогда…вы….спрашивали… буду ли я…приезжать… с ужасом и …опасением. С ужасом… что я приеду. - Я и сейчас в ужасе… только теперь в ужасе… что не приедете, - шептал , поцелуя, Тимоти. А затем отстранившись от альфы сообщил, вкрадчиво заглядывая в светлые глаза мужа. - Мне не хочется расставаться. - Мьсье, кучер у ворот, - послышался в стороне голос пришедшего домоправителя. - Это временная необходимость. Для вашей безопасности, - погладив омегу по плоскому животу, пояснил Арманд, целомудренно клюнув омегу в лоб и отстраняясь. Тимоти не спорил. Он видел газеты, которые Полин и служанки яростно прятали от него, когда Арманд покидал завтрак: погромы на фабриках, горящие портреты короля, толпы с факелами у замков самых богатых аристократов города. Арманд был прав — оставаться в столице стало опасно. Дом на побережье казался правильным убежищем, хотя на деле ощущался для Тимоти, постоянно жаждущего близости с мужем, уютной тюрьмой. Полин, сбежавшая от своего мужа желая быть полезной в доме Хаммера добровольно взяла на себя роль няньки для Тимоти в Ницце. Через неделю после их отъезда в парижский особняк ворвались грабители. Тимоти узнал это подслушав разговор слуг, Лили и Жовани. Они тихо переговариваясь между собой на кухне, обсуждали содержание своих полученных писем. - Месье прогнал грабителей паля по ним из ружья. Жуль пишет он попал одному из грабителей в зад, а другому отстрелил ухо. А Николя в добавку спустил собак. - Ролана написала один из грабителей пробил голову Пьеру. - Да, Жуль тоже писал. Но он также добавил, что месье отправил его в госпиталь, оплатил лечение, заботится о его выздоровлении и даже выплатил сверх жалование, чтобы семья Пьера не нуждалась на момент его нездоровья. - Мсье Хаммер очень хороший человек. - Храни его бог. Тимоти после этого не спалось, он будто чувствовал что-то дурное. В своем следубщем письме, Тимоти не желая выдавать проговорившихся слуг, чтобы те не попали под немилость Арманда, как бы исподтишка спросил все ли в порядке в доме, надеясь что Хаммер расскажет подробнее об инциденте, но Арманд написал об этом одной фразой: «Дом цел. Не беспокойтесь» Но Тимоти беспокоился. Он видел кошмары: Арманд с окровавленным виском, Арманд под ножом революционера, Арманд, исчезающий в дыму бунта. По ночам он плакал в подушку, пока Полин не стала подмешивать в его чай капли валерианы. *** — Какие новости из Парижа? — спросила она, убирая в сторону адресованное ей письмо от малышки Флоренс и глядя на брата увлеченно дочитывающего адресованное ему письмо от Арманда. На столе лежала еще жирная стопка непрочитанных писем от друзей и родственников для нее и поменьше стопка вскрытых прошедших предварительную ревизию Полин, по просьбе Хаммера, писем от близких для Тимоти. Все тревожные письма были заботливо вычленены и уничтожены. Арманд остался в бурлящем котле революции. Его письма приходили часто, но сухие и короткие: «Дела идут, ничего примечательного. Пишите больше о своем состоянии. У вас ничего не болит? Живот растет? Пишите о ребенке. Вы его чувствуете? Полин жаловалась, что вы не едите рыбий жир. Ешьте! В Ницце тепло? Ваша попочка не мерзнет? Напишите как скучаете по моему члену внутри вас, по узлу и как хотите от меня еще детей. Целую все ваши дырочки. Скучаю. По возможности приеду.» Тимоти отвечал длинно: «Мой дорогой, несносный, бессердечный тиран, Если бы вы видели, как я разорвал ваш последний «шедевр» на клочки! Дописывайте письмо хотя бы в страницу, неужели вам совсем нечего мне рассказать! Зачем вы шлете мне пустые листы?! Вы пишете о рыбьем жире и моей «попочке», словно я ребенок, но ни слова о том, как вы сам живете. Производство цело? Эти безумцы с факелами не тронули вас? Вы спите? Едите? Или, как всегда, зарылись в бумаги и дела? Отвечайте честно и подробно — иначе в следующий раз я не отвечу. Но ладно... Вы спрашиваете — я повинуюсь. Мой живот вырос ровно настолько, чтобы Лили вечно норовила потрогать его, причитая: «О, ваша светлость, он такой маленький как будто там воздух!». Воздух, Арманд! Представляете? Я чувствую, как внутри что-то булькает, будто Элио учится варить суп, а не готовится к жизни. Как вы поняли я придумал имя без вас, это вам наказание за короткие письма. Вам нравится имя Элио? По моему очень красивое имя. Но если вам не нравится, я готов обсудить другие имена. Напишите какие вам нравятся. Обсудим. Пинаться он не спешит — видимо, унаследовал ваш упрямый нрав. А еще... (не смейтесь!) Без всякой причины течет смазка. Доктор говорит, это нормально, но я уверен это оттого , что я скучаю по вам. Иногда так сильно скучаю, что даже плачу перед сном, когда в голову начинают лезть тревожные мысли о том, что вы там в опасности. Моя сестра — исчадие ада, давайте вернем ее Филиппу! Шутка. Она кормит меня рыбьим жиром, от которого воротит даже кошек в саду, и закутывает в шарфы, когда с моря дует ветер, будто зима! Вчера я сбежал на пляж, и знаете, что она сделала? Написала вам, что я «прогуливаюсь под дождём без зонта»! Негодяйка! Без вас здесь слишком тихо. Даже море шепчет не так. Здесь всегда пахнет апельсинами. Мы с Полин гуляли в садах Виктори — представьте, там есть розы, голубые как ваши глаза. Я сорвал одну и положил в конверт, но потом вспомнил, что вы терпеть не можете «эти аристократические глупости». Выбросил. Жалею. На прошлой неделе мы с Полин посетили местный театр, принадлежащий месье Наумову, знатному русскому эмигранту, очень интересный и творческий мужчина . Вы бы непременно заревновали и поставили бы всех вокруг в неловкое положение (мне кажется он положил глаз на Полин). Так вот о театре. Ставили «Бешенные деньги». Комедия. Очень остроумная! Про обедневшую аристократию - как вы любите. Уверен вам бы пришлась по вкусу. Главная там мысль цитирую «Теперь и деньги-то умней стали, все к деловым людям идут, а не к нам. А прежде деньги глупей были. Вот именно такие деньги вам и нужны. Какие? Бешеные.». Вообщем надо вам это посмотреть, когда вы приедете я непременно возьму билеты, даже если все места будут раскуплены, мы подключим обаяние Полин. Провинциальные актеры так старались, будто от их игры зависела судьба республики! Играли из вон рук плохо, запинались. Но... пьеса-то гениальна! Все эти алчные рожи! Ух! Будто вижу многих своих знакомых. Полин рыдала в третий акт, а я смеялся до колик. Вы бы оценили: сатира острее вашего языка. Читаю еще «Затерянный остров». Не сморщивайтесь — это не ваши скучные отчёты о прибыли! Капитан Немо здесь строит утопию среди океана, а я завидую. Элио, кажется, одобряет — когда я читаю вслух, он булькает, будто пытается повторить. Может, наш сын станет моряком? А может актером? Разучиваю «Ноктюрн № 20» Шопена. Вы скажете: «Опять твоя сентиментальная блажь!». Но это не блажь — это ваша вина! Когда играю, представляю, как вы слушаете и как оцените сие произведение. Рисую новые эскизы для бутика, несколько прикладываю - передадите Полю. Но и сами посмотрите, интересно ваше мнение. Скажите ему это не все, я нарисую побольше вариантов. Вы спрашиваете, мерзнет ли моя попочка... Мерзнет от недостатка внимания. По ночам я просыпаюсь мокрый и дрожащий, представляя, как вы... (нет, не стану описывать как я хочу ваш член, узел и еще детей от вас — лучше приезжайте). Этой ночью снилось как вы меня купаете, а потом ласкаете. Проснулся в луже смазки.Читаю про китобоя, но по ночам мне снитесь вы. Поздравляю — ваш омега окончательно развратен. Когда вы приедете? Если скажете «скоро», совру Полин, что у меня схватки, лишь бы ускорить ваш приезд. Если скажете «не знаю»... Тогда берегитесь. В следующем письме опишу, как господин Вильнев (наш сосед) любезно предложил «согреть одинокого омегу». Шучу. Или нет. Целую вас везде. Ваш капризный, голодный и безумно скучающий Тимоти P.S. Элио требует, чтобы вы привезли ему парижских круасанов с малиной. А я требую вас. Не заставляйте меня ждать.» Он приписывал нежности, которые стыдился произнести вслух, и похабные фразы, от которых краснели уши Полин. Но ответы были всё те же — скупые строки, будто написанные чужим человеком.