Не главный герой 2. Рон Уизли и методы разведения беспорядков

(Бечено) Я стоял на поле над поверженным Люциусом Малфоем. Он сильно пострадал, но всё еще был живым. На стадионе стояла напряжённая тишина, которая длилась всего пару мгновений, прежде чем комментатор взорвался воплем: — НЕВЕРОЯТНО! ПОБЕДА МИСТЕРА РОНАЛЬДА УИЗЛИ! ЛЮЦИУС МАЛФОЙ ПОВЕРЖЕН! — его голос, усиленный магией, эхом разнёсся над всем стадионом. — МЫ СТАЛИ СВИДЕТЕЛЯМИ ИСТОРИЧЕСКОГО МОМЕНТА! Толпа, словно очнувшись от шока, загудела, как разъярённый рой пчёл. Аплодисменты, крики и свист слились в единый гул. На трибунах начался хаос — одни обсуждали увиденное с соседями, другие выкрикивали ставки и версии произошедшего. Команда медиков из Мунго оказалась рядом с Малфоем почти мгновенно. Здесь мне было делать нечего, и я направился в сторону министерской ложи. *** За пролёт до министерской ложи меня встретили друзья и братья с сестрой. — Рон, это было охренительно! — с широкой ухмылкой выпалил Джордж. — С этого момента мы объявляем тебя нашим самым любимым и крутым братом! Фред добавил: — И обещаем больше никогда над тобой не шутить! — Ибо боязно? — ухмыльнулся я. — Ага, — хором подтвердили близнецы. А вот с остальными всё было не так просто. На лицах Билла и Чарли застыла странная смесь гордости, удивления и настороженности. Они явно пытались совместить в голове образ младшего брата с тем, что только что увидели на поле. Билл первым подошёл ко мне и крепко пожал руку. — Поздравляю тебя… братишка, — произнёс он после небольшой паузы. — Только у меня ощущение, что я пропустил лет десять твоей жизни. Не знал, что в Хогвартсе стали учить стихийной магии. Логичная реакция. Одобряю. — Без заминки, братишка, — усмехнулся я и хлопнул его по плечу. — Но подход одобряю. Все вопросы дома. Это тайна рода Уизли. — С каких это пор у нас появились такие тайны? — подозрительно прищурился Чарли. — Примерно с конца прошлого учебного года. Чарли задумчиво кивнул. Гарри и Гермиона выглядели так, словно впервые увидели меня. В целом, имеют право. Гарри выдавил: — Ты… Что это вообще было? — выдавил он, глядя на меня. — Какого чёрта ты вытворял на поле? Откуда все эти молнии, каменные кулаки и огненные шары? Это ведь не обычные заклинания! — Секрет, — хмыкнул я, наблюдая, как у Гарри начинает дёргаться глаз. — Хах, ну и лицо у тебя. Расслабься, дома расскажу. Вы мои друзья и имеете право знать. Гермиона молча смотрела на меня и молчала. Джинни всё это время просто стояла и смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Она прищурилась: — Это точно ты, Рон? — наконец спросила она. — Потому что это очень похоже на то, что было со мной на первом курсе. — Точно я, Джин, — усмехнулся я. — Кажется, в этот раз план тянучих ирисок реализовал именно я. Простишь? План тянучих ирисок был нашим кодовым обозначением для ситуаций, когда близнецы затевали очередную пакость и стоило заранее готовиться к неприятностям. Джинни фыркнула. — Зависит от того, что именно ты собираешься рассказать. — Торгуешься, — довольно отметил я. — Всё. Но уже дома. — Ага. Пошли уже, — закатила глаза Джинни. — Папа остался разговаривает с министром. Думаю, они нас заждались. Мы направились в ложу. *** Войдя в ложу, я увидел, что часть ложи отгородили ширмой, и нескольких колдомедиков, что напряженно что-то обсуждали. Оба министра и отец сидели в дальнем углу. Подойдя к ним, я спросил: — Что случилось? Почему здесь так много колдомедиков? Папа, развернувшись ко мне, произнёс: — Леди Малфой стало ужасно плохо, она потеряла сознание. Пока что она не приходит в себя. Сконцентрировавшись на связи, что образовалась после дуэли, я понял направление. Интересный расклад намечается… Я спокойно спросил: — А сознание леди Малфой потеряла сразу после проигрыша Люциуса? — Именно, — ответил болгарский министр. — Вы знаете, что произошло? — Догадываюсь, — тяжело вздохнул я, присаживаясь рядом с отцом. — Какое было условие дуэли? И добавьте сюда тот факт, что на роду Малфоев проклятье одного наследника… — Тогда это действительно многое объясняет, — задумчиво пробормотал болгарин. — Люциус — глава рода, а юный Драко — наследник. Будущее рода. Без них род обречён. А вот леди Малфой магия рода в данных условиях вполне могла пожертвовать. — Вы хотите сказать, что леди Малфой стала… рабыней? — испуганно пролепетал Фадж, и опасливо покосился на меня — Это же возмутительно! — Да, именно так, — спокойно произнёс Оболонский. — В таких делах, где древние ритуалы и родовая магия плотно переплетаются, возможны и куда более сложные вариации. Один из колдомедиков, слушавших разговор, произнёс: — А ведь и правда. Это похоже на шок, вызванный разрывом с родовым источником и магическим ударом от него же. Что и спровоцировало магическое истощение… Он задумчиво покосился на меня: — Мистер Уизли, учитывая… необычные обстоятельства, вы не могли бы попробовать поддержать леди Малфой своей силой? Да, вполне вероятно, что это поможет. Видимо, произошла интересная ситуация. Когда Люциус принял условия дуэли и проиграл, магия рода и попыталась избавиться от леди Малфой. Проигрыш, по сути, был предательством со стороны Люциуса. Брачные клятвы они ведь скорее всего давали. Но поскольку разрыв был… односторонний, так как она не предавала, то часть брачных клятв осталась. А поскольку для рода Малфой эти ошмётки не несут пользы и скорее паразитичны, то родовая магия вступила в конфликт с личной силой леди Малфой, выжигая остатки брачных клятв, и чего уж тут подбирать слова — превращая в рабыню… Я поднялся с кресла, и кивнул колдомедику: — Не вопрос, давайте попробуем. Надеюсь Один из них кивнул, жестом приглашая меня к ширме, где находилась Нарцисса Малфой. Отец проводил меня настороженным взглядом, словно до сих пор пытался понять, во что я втянулся. Подойдя ближе, я увидел Нарциссу. Она выглядела мёртвенно-бледной, её дыхание было слабым и неровным. Но даже в таком состоянии она была красива. Несмотря на аристократическое спокойствие, присущее её внешности, сейчас она казалась хрупкой, словно могла исчезнуть в любой момент. — Мистер Уизли, осторожно прикоснитесь к её руке и сосредоточьтесь на передаче энергии, — мягко произнёс один из колдомедиков. — Вы должны мысленно представить, как ваша магия обволакивает её и стабилизирует внутренний баланс. — Сосредоточьтесь на связи, что возникла после ритуала, — добавил Оболонский. — Если ваше предположение верно, поддержка с вашей стороны должна помочь ей прийти в норму. Я тихо выдохнул и взял её за руку. Как направить силу я и так знал. Я понемногу передавать силу через нашу связь, и просто выпускать свою силу в пространство для забивания фона. За минуту такого подхода ей действительно стало лучше. Дыхание выровнялось, а кожа начала приобретать здоровый оттенок. Спустя семь минут Нарцисса вздрогнула и тяжело вдохнула. Её глаза резко открылись, зрачки сузились от яркого света. Она попыталась сесть, но её силы ещё не вернулись полностью. Её взгляд метнулся ко мне, вначале растерянный, а затем полный непонимания и подозрения. Несколько секунд она молчала, словно пыталась вспомнить последние события. — Где… я? — наконец произнесла она. — В министерской ложе стадиона, леди Малфой, — спокойно ответил я. — Дуэль закончилась. Она нахмурилась. — Дуэль… Её взгляд стал более осмысленным. — Люциус… В этот момент память окончательно вернулась. Я буквально увидел тот миг, когда она вспомнила всё. Её пальцы непроизвольно сжались. — Нет… — тихо произнесла она. Нарцисса закрыла глаза и глубоко вдохнула. Когда она вновь посмотрела на меня, на её лице уже почти не осталось растерянности. Осталась только холодная собранность. — Значит, всё произошло на самом деле? — Да. Она несколько секунд изучала моё лицо. Да и связь она точно почувствовала. — Что с Драко? Первый вопрос про сына… Плюс балл, леди Малфой. — Напоен успокоительным и спит, — ответил один из колдомедиков. — С ним всё будет хорошо. Только после этого она едва заметно расслабилась. — А что с Люциусом? — В Мунго, — ответил другой колдомедик. — Жив, но состояние тяжёлое. Нарцисса медленно кивнула, устало посмотрев на меня. В её глазах был не то чтобы страх, но ощутимая опаска. Затем один из колдомедиков кашлянул. — Боюсь, есть ещё одна проблема, леди Малфой. Она перевела на него взгляд. — Какая именно? — По нашим предварительным выводам, магия ритуала признала условия дуэли исполненными. Ваше нынешнее состояние связано с разрывом связи с родом Малфой и последующей магической перестройкой… Несколько секунд она просто смотрела на него. Затем горько усмехнулась: — Я заметила. В ложе повисла тяжёлая тишина. Никому происходящее не нравилось. Но проблема заключалась в том, что спорить здесь было не с кем. Дуэль состоялась и оба участника добровольно приняли условия. А значит, ритуал завершился. А древняя магия имела крайне неприятную привычку исполнять договорённости буквально. Особенно столь чётко зафиксированные. — Леди Малфой, уверяю вас, Министерство обязательно займётся этим вопросом. Мы приложим все усилия, чтобы разобраться в ситуации! — поспешил вмешаться Фадж. Нарцисса посмотрела на него как на человека, предложившего остановить ураган зонтиком. Болгарский министр лишь негромко хмыкнул. — Господин министр, — спокойно произнёс он. — Боюсь, сейчас мы обсуждаем не возможность отменить последствия ритуала, а способы с ними жить. Фадж недовольно поджал губы, но возразить не смог. Ибо нечем. Затем лицо Нарциссы немного смягчилось. — У меня нет другого выхода, — тихо произнесла она. — Но благодарю за поддержку, господин министр. После чего посмотрела на меня: — Я могу рассчитывать на гостеприимство вашей семьи, мистер Уизли? Я не успел ничего ответить, так как отец поспешил заверить её, что всё будет хорошо. Моя поддержка пошла ей на пользу, и думаю, через пару часов мы сможем вернуться домой.