Не главный герой 2. Рон Уизли и методы разведения беспорядков

(Бечено) Матч закончился победой Ирландии, но снитч поймал Крам. А значит, пора делать дело. Фадж немного пришел в себя и очень злобно посматривал именно на меня. Хм, а новый министр — неплохой пинок по сложившейся ситуации. Это надо обдумать более детально. Игроки ушли с поля, и Бегмен сделал объявление: — Леди и джентльмены! — его голос, усиленный магией, разнёсся по всему стадиону. — Перед тем, как вы отправитесь праздновать эту невероятную игру, у нас есть ещё одно событие! Дуэль, которая взбудоражила всех! Лорд Люциус Малфой и мистер Рональд Уизли сразятся на ваших глазах в дуэли «Кровью и Магией»! Толпа разразилась аплодисментами и громкими выкриками. Болельщики из разных стран активно обсуждали предстоящую дуэль, спорили и делали ставки. В центре этого хаоса я стоял, сохраняя внешнее спокойствие, хотя внутри был готов ко всему. Люциус, напротив, не скрывал своего презрения, его холодный взгляд неотрывно следил за мной. Люциус, поднялся со своего места, и медленно развернулся ко мне. Его лицо было лишено эмоций, но в глазах пылала ненависть. Он хладнокровно произнёс: — Идём, мальчишка. Пора закончить с этим раз и навсегда. Гарри и Гермиона всё ещё не могли прийти в себя. Гарри подошёл ближе и быстро схватил меня за плечо. — Рон, ты уверен? Ты ведь понимаешь, с кем связываешься? — его голос дрожал от смеси беспокойства и недоверия. — Гарри, если бы я не был уверен, меня бы сейчас здесь не было. Гарри несколько секунд смотрел мне в глаза, после чего лишь покачал головой. Гермиона нервно смотрела то на меня, то на Люциуса, не в силах найти слова. Она вздохнула, но потом наконец выговорила: — Рон, ты… это просто безумие! Я даже не знаю, как ты собираешься выкрутиться из этого. Но... удачи. Ты справишься... правда? Её глаза выдавали тревогу, хотя она старалась держаться уверенно. — Справлюсь, — спокойно ответил я. Близнецы, как всегда, поддержали обстановку шуткой. — Эй, Ронни, не подведи нас! — ухмыльнулся Фред. — Мы поставили на тебя! — Причём весьма приличную сумму! — поддержал Джордж. — Так что постарайся не умереть раньше времени. — Иначе придётся тебя воскресить и убить ещё раз. Билл, стоявший чуть в стороне, подошёл и положил руку мне на плечо. — Рон, мы все с тобой. Не знаю, что ты задумал, но будь осторожен. Люциус — не тот человек, которого стоит недооценивать. — Не переживай. Этой ошибки я точно не совершу. Билл внимательно посмотрел мне в глаза. — Вот это меня и беспокоит. — Что именно? — Ты выглядишь так, будто уже знаешь, чем всё закончится. Я лишь усмехнулся. — В целом, знаю. Можешь готовить поздравления, братишка. На несколько секунд между нами повисла тишина. Чарли коротко хмыкнул. — Дерзко. Он покосился на Малфоя и усмехнулся. — Не знаю, что за чертовщина происходит, но если ты настолько уверен в себе, значит причина есть. В любом случае покажи этому засранцу, на что способны Уизли. Я улыбнулся всем им, чувствуя тёплую волну поддержки. Перси только хмуро посмотрел на меня, явно не зная, как реагировать. — Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Это может стоить нашей семье репутации. И вообще всего. — Расслабься, идеальный староста. Наша репутация уже подросла. — Каким образом? — Мы только что стали самой обсуждаемой семьёй Британии. Перси открыл рот, и решил не продолжать спор. Джинни стояла чуть в стороне и смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Её лицо было бледным, губы сжаты до побеления. — Рон... Ты что, совсем с ума сошёл?! — прошептала она. — Это не шуточки! Это дуэль! Малфой может убить тебя! — Или я его, — хмыкнул я. — РОН! — повысила голос сестра. — Не делай так! Несколько секунд она смотрела на меня, после чего неожиданно шагнула вперёд и крепко обняла. — Просто вернись живым, идиот. Затем всё же выдавила улыбку. — И... удачи тебе. Я коротко кивнул, и начал спускаться вниз. *** Я и Люциус вышли на поле с противоположных сторон, постепенно сокращая расстояние. Остановившись в нескольких шагах друг от друга, мы встретились взглядами. Атмосфера накалялась с каждой секундой. Люциус крепче сжал трость, а его лицо исказилось от ненависти и презрения. — Вот мы и здесь, мальчишка, — тихо процедил он сквозь зубы. — Надеюсь, ты готов понести последствия своей дерзости. Я лишь усмехнулся и медленно поднял палочку. — Не волнуйся, Малфой. Сегодня мы оба получим то, что заслуживаем. На трибунах поднялся новый всплеск шума. Фадж, красный как рак, что-то яростно кричал насчёт судей и регламента, но его уже почти никто не слушал. Болгарский министр наблюдал за происходящим с явным удовольствием и время от времени обменивался репликами со своей свитой, вызывая тихий смех среди сопровождающих. — Судьи не требуются! — раздался усиленный Сонорусом голос болгарского министра, перекрывая гул стадиона. — Это дуэль по древнему ритуалу! Правил нет! Оба участника добровольно согласились на условия "Кровью и Магией"! Победит тот, кто останется на ногах! Толпа вновь взревела. Люциус поднял палочку. — Кровью и Магией! Я, Люциус Абраксас Малфой, клянусь кровью и магией, что сражусь с тобой, Рональд Биллиус Уизли, здесь и сейчас! Победит тот, кто останется стоять на ногах! Маг из проигравшего дома станет рабом победителя! Я всё сказал! Кровью и Магией! Шагнув к центру круга, я сделал глубокий вдох. — Кровью и Магией! Я, Рональд Биллиус Уизли, клянусь кровью и магией, что сражусь с тобой, Люциус Абраксас Малфой, здесь и сейчас! Победит тот, кто останется стоять на ногах! Маг из проигравшего дома станет рабом победителя! Я всё сказал! Кровью и Магией! Последние слова ещё звучали над стадионом, когда нас с Люциусом окутала золотая вспышка. На запястьях обоих появились браслеты из чистой магии. Пути назад больше не существовало. Дуэль началась. *** Прим. автора: ну не вижу я дуэли Люциуса и ГГ. Не с бэкграундом гг. Это как ставить на дуэль йоркширского терьера и волчару, который одомашненным только прикидывается. Люциус не стал медлить и попытался выбить меня связкой Конфундус-Стуфефай-Инкарцероус. Я накинул волшебный щит и отправил навстречу огненный шар. Глаза Малфоя расширились. В последний момент он понял главное – палочка мне даже не потребовалась. Люциус успел выставить Протего, но щит плохо защищает от ударной волны. Огненный шар взорвался перед ним, и Малфоя буквально снесло с места. Впрочем, надо отдать должное, среагировал он быстро. Уже в воздухе сумел сгруппироваться и относительно мягко приземлиться. Но я не собирался давать ему время. — Aen Seidhe Al'Feainn! С моих рук сорвались ветвящиеся молнии. На мгновение вокруг Люциуса вспыхнуло сразу несколько защитных контуров. Похоже, это были семейные артефакты. Продержались они примерно столько же, сколько снежок в горне. Молнии смяли защиту одну за другой. Как говорил Талер в таких случаях – «сюрприз, сука!» Впрочем, артефакты всё же выиграли ему пару драгоценных секунд. Люциус телепортировался, уходя из зоны поражения, и возник сбоку от меня. — Авада Кедавра! О. Неплохо. Наконец-то началась серьёзная дуэль. Зелёный луч рванулся ко мне. Я отправил навстречу каменный кулак. Конструкт столкнулся с Авадой и рассыпался на части, погасив заклинание. Я от щедрот запустил сторону Люциуса несколько огненных шаров. Малфой прикрылся сложной многоуровневой защитой. Защита ему даже помогла… Почти. Когда огонь рассеялся, он всё ещё стоял на ногах, но выглядел не очень. Лицо побледнело, по виску стекала струйка пота. А в глазах впервые появилось понимание того, что он вляпался. Люциус сжал какой-то амулет, и возле него вспыхнул ещё один щит. Ну да ладно, пора заканчивать. — Aen Thor'rien aep Naeve, blath lethain! Заклинание стрелы Громового Бога было одной из лучших вещей для силового противостояния. Я потянулся к плану воздуха и начал продавливать его защиту. Тут главное — не перестараться. Щит Люциуса продержался секунд пять… после чего я резко слабил подачу силы. Молния попала в Малфоя, и он с диким воплем упал на землю, и забился в судорогах. До меня донёсся запах палёного мяса. Я прервал заклинание. Подойдя ближе, я быстро оценил результат. Люциус был всё ещё жив. Без сознания, с сильными ожогами, но жив. Это хорошо, не хочу потом объяснять своей семье и Гарри нахрена я его убил. В этот момент тело Люциуса снова свело особенно сильной судорогой. Он хрипло застонал. Браслеты на наших руках вспыхнули и рассыпались золотистой пылью. А я вдруг почувствовал, как между мной и кем-то ещё возникает связь. И в этой связи главным был я. Этой связи что-то пыталось сопротивляться, какое-то чужое воздействие. Оно ещё держалось, но ритуал уже ломал его, не оставляя не малейшего шанса.