Воспоминания, что стучат в дверь

      Ночной Хоббитон выглядит просто волшебно. Окна норок излучают тёплый приглушённый свет, отовсюду доносятся весёлые голосы хоббитов, а луна поистине невероятна. Большая обрамлённая меридианами звёзд. Такую луну Торин видел только в Эреборе, ещё до его падения. — Да где этот чёртов дом? — гном ещё раз осмотрел округу. Волшебник сказал ему искать изумрудно-зелёную дверь, но в ночной темноте, даже при свете луны было не разглядеть ничего на расстоянии трёх шагов. Да и все двери выглядели одинаково чёрными. Торина крайне удивила разрозненность полуросликов. Гномы всегда жили большими семейными общинами, совсем рядом друг с другом. В Горе не нужно было держать скот и ухаживать за садом, не было озер и рек в которых можно ловить рыбу. Всё это гномы просто меняли на золото, оружие или ювелирные изделия у людей из Дэйла. Откуда провизия появляется у людей никого не волновало. Так что обширные участки земли, которыми владели хоббиты и отдалённость домов друг от друга поражала. Дубощит ещё раз прошёлся по улице, надеясь что удастся кого-нибудь встретить. И правда, перед ним возникло две фигуры, которых ещё полчаса назад не было. Одна в высоком цилиндре, крупная и коренастая, определённо это был взрослый мужчина. Рядом такая же коренастая, в шляпке, но с ярко-выраженной талией, благодаря пышной юбке. Логично было бы предположить что эта женщина, но Торин думать логический уже не мог и решил что вторая фигура - это молодой парень. Мало ли какие причуды у этих босоногих коротышек. — Господа, прошу прощения... — Гном поклонился, но договорить не успел. Вторая фигура издала пронзительный визг и в гнома прилетела маленькая, украшенная цветами, плетённая сумочка. — Что вы себе позволяете? Что это вообще? — женщина схватилась за руку, как можно понять, своего мужа и копризно топнула ножкой. Если можно так выразиться. Внешне она походила на розовощекого маленького поросёнка, правда темная шапка волос несколько портила эту ассоциацию. — Простите мне мою бестактность... — И гнома снова перебили, но теперь уже мужчина. — Не представляю себе, дорогая. Может это кто-то из племени приречных? Хотя даже эти дикари обычно более учтивы. — Разглядеть лица хоббита Торин не мог, но был уверен что по его фигуре только что проехались, как телегой по лягушке, презрительным взглядом. Подобного пренебрежения Торин давно уже не встречал. Люди, которых встречали гномы во время своих скитаний, конечно были не особо добры, но и подобных выходок себе не позволяли. Даже самые противные из людского народа давали представиться и рассказать что гному вообще нужно. С эльфами Дубощит старался дел не иметь, но его сородичи про длинноухих ничего плохого не говорили, так что можно предположить что общение ладилось. Пока гном продавался размышлениям, пара уже двинулась с места. Они пошли в противоположном от изначального направлении, продолжая спорить о чем-то. И вскоре совсем скрылись из виду. Торин снова остался один блуждать по ночному городку, надеясь что вообще сможет найтись. По дороге ему попался ещё один хоббит, но тот был в усмерть пьян и разговаривать не было смысла. — Да чтоб этих полуросликов. Все они похоже невежды и пьяницы. Если с нами в поход пойдёт подобный, то это будет катастрофа и умру я раньше, чем доберусь до Горы. Торин посмотрел на запад, туда где стоит Одинокая Гора. Внимание гнома привлек сияющий в лунном свете символ, на ярко освещенной изумрудно-зелёной двери. И как он мог не заметить эту дверь раньше? Плутал тут несколько часов, а мимо нужной двери прошёл. С тяжелыми мыслями гном поднялся по каменной тропинке и позвонил в колокольчик. Спустя несколько секунд дверь открылась и перед ним предстал Гэндальф Серый, собственной персоной. Чтобы открыть дверь, Волшебник согнулся пополам. Он приветливо улыбался гному. — Гэндальф. Ты говорил это место будет не трудно найти. Я потерялся. Дважды.

***

Гном проснулся рано. Раньше чем его непутёвые племянники и хоббиты. За окном ярко светило солнце, наровя уронить свои лучи прямо в глаза. Было непривычно. В горных городах гномов солнца не было. Они не делали окон наружу, только двери, и то пользовались ими крайне редко. Торин вышел в сад и вдохнул холодный осенний воздух. Бильбо вчера говорил что-то про какие-то там цветы, предлагал посмотреть, но гном отказался. Он вчера был взбешён глупой выходкой Фили и Кили. Мальчишки поломали всю малину, в попытке её подвязать. Одним словом – опозорились по полной. А сегодня он уже успокоился. Дубощит осмотрелся, но никаких цветов не увидел, только того самого поросёнка, которого встретил полтора года назад. Женщина яростно топталась по клумбе, что-то бормоча себе под нос. — Леди, что это вы делаете с цветами Бильбо? — Торин конечно не понимал что здесь происходит, но это явно не значило ничего хорошего. — Не твоё... Ах, это ты! Да, да, ты! Тут самый странный мужчина. — Поросёнок оторвался от цветов и выпучил на гнома глаза. На женщине было до нелепости цветастое платье, розового цвета, что придавало ей ещё большей схожести с домашним скотом. Торин прыснул от своей же мысли, а потом и вовсе рассмеялся в голос. Хоббитянка сейчас как свинья компалась в чужом саду, будто ища чтобы слопать. — Да как ты смеешь смеяться, лохматый ты пёс! Немедленно прекрати!! — Женщина взвизгнула и яростно сверкнула глазами, готовясь напасть на мужчину. Но это только ещё больше позабавило Торина. — Что здесь происходит? Лобелия, что ты делаешь с моими гортензиями? — Бильбо выскочил на улицу прямо в пижаме. Ему явно тяжело дался бег до сада и хоббит легко подрагивал на ветру, опираясь на невысокий забор. Не переставая смеяться Торин взял Бильбо под руку, давая опереться на себя. — Думаю этот поросёнок просто потерялся и решил что может съесть корни твоих цветов. Вырастут ещё, а теперь пойдём в дом. — Торин Дубощит! Что ты себе позволяешь? — Хоббит, совсем слабо, шлёпнул гнома по голому предплечью, но было видно что он тоже готов расхохотаться в голос. Так они и вошли в кухню, под руку и тихо хихикая. Свинка ещё что-то верещала на фоне, но было уже всё равно. Цветы ещё вырастут, а Лобелия скоро сорвёт голос и утро снова станет спокойным.