Смерть автора

— Я его ненавижу! — Шерлок крутился на сидении, как ужаленный, и всю дорогу твердил одно и то же. — Вот зачем мне туда ехать? Почему я не могу притвориться больным и полумёртвым? — Можешь, но это будет некрасиво. А у тебя и так не лучшая репутация, — Джон вёл машину и был вынужден выслушивать все недовольства своего любимого друга. — Так что, будь добр, появись хотя бы на одном вечере. Поговори с кем-нибудь, выпей, блесни умом. Всё, как ты умеешь. Шерлок не очень-то жаловал публичные выходы. Если он писатель, то это ещё не значило, что его интересовали светские беседы и непосредственное участие в своём продвижении. Ему это было и не нужно — собственное имя уже и так прекрасно работало на него. Для Шерлока не было трудностью с кем-нибудь поговорить ни о чём: это, можно сказать, было его специализацией. Но проблема была в другом. А именно — в присутствии на сегодняшнем мероприятии того, кого Шерлок ненавидил всем сердцем, душой и каждой клеточкой тела. Они вращались в одних и тех же кругах и знали одних и тех же людей, однако никогда не пересекались. С первого взгляда это могло показаться совпадением, но на деле было не совсем так. Шерлок намеренно избегал любой возможности оказаться с предметом своей ненависти в одном помещении. Получалось у него это вполне успешно. В какой-то момент даже люди из Твиттера обратили на это внимание, и тогда пачками начали сыпаться посты из разряда «а кто-то видел их в одной комнате?» или «а вдруг они — это один человек?». Шерлока это смешило. И, к счастью, с этим человеком его объединял разве что род деятельности. — А что, если ко мне подойдёт Он? Правда, Джон, ну вот что я там забыл? — от отчаяния Шерлок тянул кожу лица пальцами вниз. Глаза выкатились, а сам он выглядел так, будто был главным героем смертельного файла. — Шерлок, откуда у тебя вообще такое самомнение? С чего ты взял, что ему на тебя не всё равно? — Джон не знал, что его раздражало больше: бесконечные пробки на дороге или Шерлок со своим потоком чистого нытья. Ладно. Ответ был очевиден. Пробки хоть как-то рассасывались, а вот Шерлок униматься и не думал. — Во-первых, я один из самых издаваемых авторов и... — И он тоже, — добавил Джон, чем только больше выбесил своего друга. — Ну вот! Ты тоже всё сводишь к нему. Это не вокруг меня крутится весь мир, а вокруг него! — Шерлок обиженно надул губы и скрестил руки на груди. — А ты бы хотел, чтобы всё было наоборот? — отрицать его слова Джон не стал. Как минимум потому, что это было бы бесполезно. — Не то чтобы... — протянул Шерлок, почёсывая затылок. — Мне бы хотелось, чтобы это был кто угодно, но только не Он. Его имя не было каким-то запретным словом. Просто так сложилось, что Шерлок предпочитал к нему обращаться не как иначе, как просто «Он». И так было ясно, о ком шла речь, так что можно было и не утруждаться. — Я уверен, будь на его месте кто-либо другой, ты бы относился так же. Тебе просто не хочется признавать, что есть кто-то, кто лучше тебя. — это было опасно. Когда кто-нибудь говорил, что Он был лучше Шерлока, тот автоматически начинал закипать, как сломанный чайник. — Нет. И Он не лучше меня, — Холмс уже чуть ли не плевался. — Как минимум, я — настоящий, а не просто вылизанный и идеальный силуэт из Инстаграма. — Ты с ним даже не знаком, — Джон резко затормозил, когда машины встали на светофоре. — Ты нас угробить хочешь? Знаешь, я буду благодарен. Всяко лучше, чем ехать в этот курятник, — Шерлок не был таким уж плохим человеком. Обстоятельства вынуждали. — И вообще, с ним и так всё ясно. Вот скажи, Джон, я хоть раз в чём-нибудь ошибался? Джон ответил без колебаний: — Нет. Но это ещё не значит, что все твои выводы есть истина в последней инстанции, — они были знакомы так давно, что прекрасно знали ход мыслей друг друга. — К тому же, в людях ты разбираешься паршиво. — В людях, может, и паршиво. Но Он-то точно не человек, — учитывая, как Шерлок о Нём говорил, и правда складывалось впечатление, что речь шла о чём-то неодушевлённом. — Нет, называть его последними словами — это одно. Но сомневаться в его человечности — это что-то новое, — Джон покрутил головой. — Не надо было мне тебе приносить журналы об НЛО. — Американцы — идиоты, — заявил Шерлок. — Серьёзно, ни один в мире народ не верит настолько в конспирологическую хрень. Удивительно, что их средний IQ не на уровне третьего мира. — Это не отменяет того факта, что ты взахлёб прочитал всю стопку в отеле за ночь, — усмехнулся Джон. — Это называется научный интерес, — Шерлок поправил на переносице несуществующие очки. — Я в это не верю. — Да-да. И именно поэтому ты причисляешь его к внеземной цивилизации. — Я такого не говорил, — уточнил Шерлок. — Я сказал, что Он — не человек. Это не значит, что Он с другой планеты. — А что это по-твоему значит? — окей. Иногда Джон всё-таки не понимал его. — Я имею в виду, что Он не человек в прямом смысле этого слова. Он — просто образ, за которым ничего не стоит. Почему вообще людям так нравятся пустышки? — вздохнул Шерлок. — Имена, как ты выразился, пустышек не стали бы красоваться на первых страницах NYT. За ним точно есть что-то большее, чем просто лицо. Только ты этого не хочешь признавать. — Давай оговоримся: я всегда прав. Мы можем обсуждать с тобой всё что угодно, но ты должен помнить, что я вещаю словами истины, — Шерлок схватил указательными пальцами уголки рта и потянул их в стороны. Удивительно, что он не выдвинул таких требований раньше. — Спасибо за предложение, но я лучше останусь при своём мнении, — выдохнул Джон. — Да ну тебя! — прыснул Шерлок. — Тогда я скажу издательству, что мне нужен новый литературный агент. Этот — никуда не годится. — Да. И тогда ты останешься вообще без литературного агента, — недвусмысленно намекнул Джон, — потому что кроме меня с тобой никто ни за какие деньги не согласится работать. — Ну почему же сразу не согласится, Джо-о-о-он? — Шерлок потрепал своего друга по голове. — Потому что все прекрасно знают, что ты за человек. А ещё ты и сам в курсе, как издательство к тебе относится. Они скорее выгонят тебя совсем, чем будут искать кого-то, кто стал бы тебя терпеть. Вообще Джон был прав. В издательстве Шерлока недолюбливали, и вопрос о том, почему его оттуда до сих пор не выставили, оставался открытым. Возможно, потому, что он был одним из немногих, кто действительно приносил деньги. — Учитывая, какой там контингент, неудивительно, как они ко мне относятся, — буркнул Шерлок. — Я их всех... — Успокойся. Все и так в курсе. — Как думаешь, как мне лучше убить Его? — вкинул очередную фразу, под которой ничего не подразумевал, Шерлок. — Никак. Просто успокойся и, Бога ради, перестань нести несусветную чушь, — Джону казалось, что общался он не с общепризнанным в своей сфере гением, а с каким-то дегенератом. — Ну Джо-о-о-он! — Шерлок сделал такой взгляд, будто сейчас начнёт на коленях замаливать все свои грехи. — Поехали обратно. — Я уже сказал — нет. Тебе нужно понимать, что сейчас писатель — в первую очередь публичное лицо. Выполняй свои должностные обязанности. К тому же я везде буду с тобой. — Ладно. — на удивление согласился Шерлок.

***

Проехать до Пятой авеню, да ещё и остановиться — задачка со звёздочкой. Но Джон не из робкого десятка (это можно было сказать про всех, кого Шерлок добавил на свой закрытый аккаунт), так что, чуть не ввязавшись в драку с местными авторитетами, ему всё же удалось припарковать машину. — Иногда мне становится интересно, что будет, если все небоскрёбы Нью-Йорка в один день дружно рухнут, — говорил Шерлок это с такой интонацией, будто собирался проверить на деле. — Ничего хорошего, — как обычно отреагировал Джон, и они зашли в помещение. Интерьер был в лучших традициях принципа «дорого, но не аляписто»: диваны с обивкой из тёмного бархата, неброские узоры на стенах, мебель из красного дерева. Вот-вот, и из-за угла бы вышла Рита Хэйворт или Лорен Бэколл. Красота. Разве что высокоскоростные лифты плохо вписывались в общую картину. Но без их наличия строить многоэтажные здания — настоящее преступление против человечества. Джон и Шерлок прошли в кабину. Нужный этаж — тридцать пятый. Играла какая-то незамысловатая мелодия. — I make elevating music, you make elevator music, — не удержался от комментария Шерлок. — Только не забывай, что ты не Эминем, — Джон опёрся спиной о стену. Кабина была просторной, здесь спокойно бы вместилось с десяток человек. — Конечно. Я — лучше, — сверкнул Шерлок белоснежными зубами. До конца поездки он качал головой из стороны в сторону под лёгкие биты, а Джон мысленно спрашивал у всех существующих и несуществующих богов, за что ему досталось это нечто. Наконец лифт остановился на нужном этаже, и они оба вышли в коридор. Разобраться, куда идти, было задачкой со звёздочкой номер два. Но Джон не растерялся и тут. Пока Шерлок тщательно обдумывал план побега, его схватили за руку, чтобы он точно никуда не делся. Вселенная несправедлива. Чем ей так не нравятся задроты? Фейсконтроль раньше казался Шерлоку если и не выдумкой, то уж точно чем-то, что осталось в гламуре нулевых и покоилось на дне сумочки Пэрис Хилтон. Только вот пара бугаев на входе растёрла эти мысли в порошок и снюхала. И всё-таки, немного покосившись на Джона, их пропустили. Шерлок шагал с таким лицом, будто собирался на каторгу. Впрочем, большой разницы он даже не заметил. Стоило ему перешагнуть за порог, так глаза сразу заприметили несколько знакомых лиц. Они не были конкурентами даже близко, так что и говорить с ними было не о чём. Хотя и с конкурентами — точнее, с одним-единственным конкурентом — общаться он бы тоже не стал. Что ж, причины его безудержного ворчания и покусанных локтей здесь не было. Можно выдыхать. А ещё можно пустить по паре мятных джулепов, сделать немощный вид и закрыться где-нибудь в уборной до конца вечера. Причём так, чтобы об этом не узнал Джон. План созрел в голове Шерлока моментально. Для начала, главное — полчаса поприкидываться дураком и таки завязать с кем-нибудь беседу. Как-то раз он рассказывал какому-то начинающему писателю, что свои кудри накрутил на трусы одной из официанток. Отличная тема для разговора, не так ли? Отпугивать навязчивых людей Шерлок мог, умел и практиковал. Это было одной из причин, почему в профессиональных кругах о нём ходили различные слухи, а сам он становился объектом неприязни некоторых отдельных персон. И это было взаимно. Но неприязнь — это одно. Ненависть — совсем другое. — Итак, я иду к бару, — заявил Шерлок, пока его верный товарищ занимал место в углу комнаты. — Тебе что-то взять? — Да. Воды, будь добр, — Джон не пил, однако предложений опрокинуть за воротник чего-нибудь эдакого меньше не становилось. — Так и быть, — Шерлок спрашивал об этом каждый раз, и каждый раз получал один и тот же ответ. Иногда ему хотелось подмешать Джону в воду экстази и посмотреть, как он бы себя вёл. Всё во славу науки! Правда, руки до этого так ни разу и не дошли. Размеренной походкой Шерлок прошёл к бару. Некоторые из присутствующих — в основном те, с кем он лично знаком не был — откровенно пялились. Смущало ли это? Ни разу. У стойки его поприветствовала молодая барменша с ярко-рыжими, явно крашенными волосами. — Шерлок Холмс? — удивилась девушка. — Чего точно не ожидала. — Долг зовёт. Или как там, — долгов у Шерлока не было. Как и совести. — Мятный джулеп и стакан воды, пожалуйста. — Будет сделано. Шерлок остался ждать у стойки. Повернулся лицом в сторону зала, изучая знакомые лица. Мысленно подмечал, как по-нелепому были разодеты некоторые гости. Мрак. Он мог поругаться у себя в голове на пущую безвкусицу, но в общем и целом не было ничего такого, что могло бы выбить из колеи. А ещё, никого из тех, с кем Шерлок мог бы завести хоть какой-нибудь диалог. Окей. Видимо, придётся играть на нервах секьюрити, пока они сами не решат его отсюда выставить. Девушка похлопала Шерлока по плечу, когда коктейль был готов. Он в ответ ей приулыбнулся и оставил пару купюр. Можно презирать кого угодно, но только не того, кто наливает. Шерлок вприпрыжку вернулся обратно. Удивительно, но ему даже удалось ни капли не пролить. Только вот Джон выглядел как-то взволнованно. Что ж, это было неудивительно, потому что они оба не любили подобные мероприятия. — Что уже случилось? — Шерлок догадывался, что в его отсутствие уже успело что-то произойти. — Ничего криминального. Мне сказали, что с тиражами какие-то проблемы, — вздохнул Джон. — О, ничего нового. Как всегда всё идёт чёрт-те как, — Шерлок устроился в самом углу и протянул ему воду. — Мне сказали, что без меня там не справятся. Мне нужно ехать, — Джон одним глотком осушил стакан и поставил его на стол. — О, значит они и без меня не справятся! Отлично, едем, — Шерлок тут же воодушевился. Бумажная волокита ему казалась как никогда привлекательной. — Нет. Ты там не нужен, — сказал, как отрезал, Джон. — И я не могу взять тебя с собой. Так что ты остаёшься здесь. — Что?! — Шерлок выпучил глаза, ставшие почти идеально круглыми. — Ты же говорил, что будешь со мной всю ночь. Ну куда ты собрался! — Это непредвиденные обстоятельства. Не забывай, что я уже давно в первую очередь не просто твой друг, — сказал Джон, схватил свои вещи и уже собрался уходить. — Если ты эти обстоятельства не предсказал, то это ещё не значит, что они непредвиденные, — буркнул Шерлок и откинул голову назад. — Это что-то из фонда твоих золотых цитат? Короче, делай что хочешь, только пробудь здесь хотя бы несколько часов. Думаю, до отеля ты как-нибудь сможешь доехать самостоятельно, — Джон вздохнул. — И не вздумай уходить сразу после меня. Я всё равно узнаю. — Бла-бла-бла, — кривлялся Шерлок. — Иди уже. И Джон пошёл. Правда, вплоть до самого выхода он оборачивался. Так, на всякий случай. Шерлок остался один — насколько то вообще было возможно в людном месте. И одному здесь было совсем скучно. Джон и правда при желании мог бы узнать, как долго Шерлок здесь пробыл. Так что, в теории, уйти-то было можно, но это означало неизбежную ссору. А Джон и так был чуть ли не единственным человеком, который готов был терпеть его выходки. Надо иметь хоть чуть-чуть уважения. Вариант забаррикадироваться в туалете всё ещё рассматривался. И Шерлок, схватив с собой бокал и свои вещи, решил так и поступить. Нет, ну а что? Технически он никуда не уходил. В уборной оказалось чисто и просторно, в воздухе стоял запах цветочного освежителя. Отлично. Самое то, чтобы просидеть здесь пару часов и не навлечь ненужного внимания. Шерлок подошёл к зеркалу и оглядел своё отражение. Выглядел он ничуть не менее вычурно, чем другие люди. Разве что, если все остальные в пиджаках и зауженных брюках смотрелись органично, то он всё так же оставался расхлябанным. Немного отпив из бокала, Шерлок поставил его на раковину. Там же он обнаружил маленький огрызок чёрного карандаша и взял, чтобы его разглядеть. Насколько негигиеничным было бы накрасить им глаза? Разницы не было, потому что Шерлок именно это и сделал. Что ж, из орбит у него ничего не повылетало и видел он всё так же. Как относиться к своему обновлённому облику, правда, Холмс не знал, но смывать карандаш не решился. А вот план проторчать в уборной ближайшие несколько часов пошёл трещиной. В одной из кабинок кто-то кричал и стонал так громко, что Шерлоку даже стало неловко, что он кого-то потревожил. Да, и такое бывает. Конечно, можно было бы и подождать, но Шерлок предпочёл заняться этим снаружи. Желания стоять и подслушивать у него как-то не было. Не он ответственный за сплетни, в конце концов. Шерлок положил карандаш обратно, взял свой бокал и тихо, чтобы никто даже не узнал о его временном присутствии, вышел обратно в зал. Быть незаметным у него почти что получалось. Если за ним кто-то следил со стороны всё это время, то наверняка подумал, что он ходил скурить косяк. Ах, если бы. Место в самом углу всё так же пустовало. Это говорило о том, что Шерлок чуть ли не единственный, кому так сильно не хотелось сюда идти. И, вероятнее всего, ему таки придётся отпугивать от себя людей странным поведением и байками про пробабку. Он вернулся на своё место. Алкоголь — это весело, но только когда с тобой кто-то есть. А когда ты один, алкоголь становится вынужденной мерой. Шерлок залпом выпил всё, что оставалось в бокале. Мятный вкус обжигал горло и в голову как будто бы немного дало. Скучал он, правда, недолго. — Здесь занято? — раздался до ужаса знакомый голос. Шерлок испугался, что ему вместо базового коктейля налили что-то очень тяжёлое, и теперь у него начались звуковые галлюцинации. Однако мимо: он был скорее трезв, чем нет. Это был Он. Шерлок даже не представлял, как ему реагировать. Так. Спокойно! Сейчас он скажет, что здесь занято, и они больше никогда в жизни не пересекутся. — Нет, свободно, — вопреки своим мыслям сказал Шерлок. И что это вообще такое? Он не планировал этого говорить. И сказал не потому, что не умел отказывать — скорее наоборот. Он растерялся? Может быть. Ну за что ему это всё? — О, прекрасно. Я здесь один, много места не займу, — Он просиял своей дежурной улыбкой и сел рядом. Уильям Джеймс Мориарти. Как же Шерлок его ненавидел. В чём вообще причина? Хороший вопрос. Если у него спрашивали об этом напрямую, он никогда не мог ответить. Потому что как таковой причины не было. Или он не мог объяснить её словами. Уильям был идеальным. Во всём, везде и всегда. Это было неестественно. И это бесило. Он был настоящим феноменом, потому что без угрызений совести играл на два фронта. Самое главное — он был белым цисгендерным мужчиной-гетеросексуалом. Не было ли это описанием и Шерлока? Само собой. Но есть нюанс. Уильям был вежлив с фанатами, а соцсети оставались эталоном того, как надо делать. Его одежда всегда была идеально выглажена, он мило чихал и постоянно находился в работе. А ещё никогда не был замешан хоть в каких-то скандалах. Его репутация была как чистый лист. Он сам был как чистый лист — никакой. Он буквально был этим накрахмаленным воротничком белой рубашки YSL. Шерлоку казалось, что если когда-нибудь биороботы начнут писать книги, то Уильям будет считаться их прямым предшественником. Он правда не походил на человека. Скорее на живую куклу. Или на франкенштейна. Тут уж как посмотреть. Это и раздражало. Шерлок завидовал, потому что знал, что никогда в жизни не будет таким. Он никогда не сможет так же нравиться людям любого пола и возраста. И он никогда не будет им. Но больше всего его раздражало, что Уильям откровенно врал: в каждом своём слове, жесте, вздохе. Он был искусственно созданным образом. И это было настолько на поверхности, что зубы Шерлока сводил скрежет от того, что никто этого не замечал, кроме него самого. Суть такая: Уильям был по всем фронтам идеальным примером для подражания — именно это и раздражало. Шерлок думал, что если они когда-нибудь встретятся, то он плюнет ему в лицо. Пока такого желания не возникало: либо он держал себя в руках, либо алкоголь сделал его чуть добрее, чем обычно. — Вау. Не видел никогда тебя с накрашенными глазами. Тебе идёт, — Уильям говорил дружелюбно и в целом был расположен к разговору. Шерлок от такого заявления скорчил лицо; правда, это осталось без внимания. Вот зачем он вообще сказал, что здесь свободно? И чего от него теперь хотели? — Ага. Спасибо, — буркнул Шерлок, явно демонстрируя, что не был в восторге от такой компании. Уильям либо действительно был тупым, либо специально решил действовать на нервы: — Ты меня не знаешь? — он изогнул бровь. В его тоне не было и капли какого-то высокомерия или сарказма. Нет. Шерлок мог просто проигнорировать. Но он не удивился, если бы на следующий день увидел статьи, где его называют самовлюблённым и эгоистичным. Вообще-то так и было. Но Джон считал, что прессе об этом лучше не знать. Поэтому Шерлок решил портить настроение в ответ. И что ему будет? — Откуда я должен тебя знать? — Шерлок закатил глаза, будто общался с пустым местом. Впрочем, и это тоже было незамечено. Интересно было посмотреть на Уильяма, выбитого из зоны комфорта. Он-то привык слышать только хвалебные отзывы критиков и ощущать, как все остальные вылизывали ему пятки. И, кажется, это сработало. Уильям на секунду опешил, а его взгляд быстро-быстро забегал. Правда, он сразу же вернулся в норму: — А? Не должен, но я тоже писатель. И я тоже из Лондона. Мы печатаемся в одном издательстве, — как ни в чём не бывало рассказывал Уильям. Он сейчас издевался? О. Шерлок как никто другой знал о том, как издательство относится к нему самому, и как к Уильяму. Причины на то были сомнительные, но это никому не мешало закрывать глаза. — Да? Как-то не интересуюсь современниками, — кажется, пока Шерлок только сам себя закапывал. Ну вот надо было вообще Уильяму подходить? Свободных мест было предостаточно, какое плохое зло ему сделал Шерлок? — Вообще-то, я тоже. Но твои книги не мог обойти стороной, — нет, Уильям определённо издевался. — Это потрясающе, — и к чему это было? — Да ну? — Шерлок делал вид, будто вообще не понимал, о чём шла речь. Какой чёрт его дёрнул за язык? — Я серьёзно, — заявил Уильям. — Сейчас я читаю твою последнюю книгу. Знаешь, у тебя как будто свой отдельный жанр. Это свежо, ново, ни на что не похоже! Что-то на стыке детектив и метамодерна... Метадетектив? Вообще-то слушать, как тебя хвалят, всегда приятно. Даже если брать в расчёт, что этого человека ты не переносишь на дух и понимаешь, что тебе решили просто польстить. Шерлок представлял на месте Уильяма какого-нибудь анонимного комментатора из Интернета, и сразу становилось легче. — Спасибо, — пожал плечами Шерлок, воспринимая это как должное. Он мог говорить о своих книгах часами, но только не с этим человеком. — Это всё, что ты хотел сказать? По лицу Уильяма было видно, что он не привык сталкиваться с таким к себе обращением. Его это немного напрягало, но он продолжал оставаться спокойным, как буддистский монах. И какой же он всё-таки невыносимый! Как с ним вообще мог хоть кто-то общаться? — Я просто хочу поддержать диалог. Я вижу, что ты, как и я, здесь один. Почему бы не составить друг другу компанию? — интересно, он со всеми так общался? Шерлок крайне сомневался в том, насколько ему нужна такая компания. А ещё он знал, что от Уильяма так просто отделаться не получится. С другой стороны, а что он теряет? — Ладно. Почему бы и нет, — Шерлок сделал вид, будто никак не был в этом заинтересован. На самом деле это было далеко не так. Ему было любопытно, что скажет Уильям. Но больше его волновало, что он выкинет сам. — Ты давно пишешь? — начал Уильям. Он в интервьюеры, что ли, записался? — Лет с двенадцати, — наобум сказал Шерлок. Вообще точного ответа не было, потому что всегда, как только он себя помнил, у него была компания в виде ручки и клочка бумаги. — Ничего себе. Я — с пяти, — рассказывал Уильям. — Правда, тогда получалась какая-то чушь. Сам понимаешь. О, ну конечно. Уильям был безусловно лучшим во всём, и опыта у него, очевидно, было больше. А ещё у него наверняка куча других талантов. Да и знал он столько, сколько голова Шерлока в себя бы никогда не вместила. Как же Шерлок завидовал. Не популярности, не лояльности аудитории, не каким-то внешним фактором. Он завидовал тому, насколько Уильям был умён. Шерлоку этого признавать очень не хотелось, но отрицать очевидное он бы не смог при всём желании. Раньше они никогда не общались, и это факт. Только вот не надо было заводить разговор, чтобы в этом убедиться. Достаточно было прочесть пару страниц из любой книги Уильяма, и всё становилось ясно. Шерлока удивляло, как при всей элитарности, с которой Уильяма позиционировали, он смог стать настолько продаваемым автором. Люди любят косить под умных, хотя они не понимали ни одного из смыслов написанного. А Шерлок понимал. — В каком жанре ты пишешь? — он решил продолжить разыгрывать карту неведения. Ему нравилось делать вид, что он понятия не имел, кто такой Уильям. Это было даже смешно, учитывая, что они нередко оказывались в одних и тех же номинациях. Было интересно, что Уильям сам расскажет о себе: — Я тоже пишу детективы. Но не такие, как ты. Я пишу про проблемы, которые нахожу актуальными и которые меня волнуют. Это звучало абсурдно. Какое к нему имели отношение индейцы из Панамы? Справедливости ради, повестка была не во всех его книгах; а там, где была, не выходила на первый план. Но это всё равно получалось комично. — Остросюжетно-социальный детектив? — Шерлок говорил так, будто придумал это только что. На самом деле он уже давно обзывал все книги Уильяма этой абракадаброй. — Не думал об этом в таком ключе. Но звучит подходяще. Попрошу в следующий раз, чтобы мои книги так и подписывали, — честное слово, Уильям мог попросить у издательства хоть остров во владение — ему бы никогда не отказали. Жаль, что он не говорил, по какой причине вообще оказался в издательстве. Если все эту тему предпочитали игнорировать, то Шерлок провёл целое расследование в домашних условиях, чтобы вывести полную цепочку причинно-следственных связей. Он любил усложнять простые вещи. Но Шерлок предпочёл не говорить на эту тему. Как минимум, чтобы не выдать свой маленький обман. А вообще у него было не то настроение. — Ты пил что-нибудь? — перевёл он тему. Разговаривать можно было о чём угодно. Но только не о работе. — Нет ещё. Я только пришёл, — пожал плечами Уильям. Так. Значит он всё-таки пьёт. Не то чтобы это было минусом в карму или ещё что-то такое. Просто Шерлок старался подмечать каждую мелочь, чтобы выстроить наиболее точный портрет. — Сходи на бар, возьми мне что-нибудь, — он протянул Уильяму несколько купюр и уже собрался махать ручкой. — Не стоит. Я оплачу. В конце концов, это я начал разговор. Так что и выпивка с меня, — он сунул деньги обратно, оставив Холмса немигающе смотреть ему в след. Вот что с Шерлоком не так? Зачем он вообще на это подписался? «Знакомство» — это уже не просто хи-хи и ха-ха на один вечер. Это значит, что они снова пересекутся. Какой кошмар. И либо Шерлоку надо было прямо сейчас сверкать пятками, либо делать это потом, при любой возможности ещё раз встретиться с Уильямом. Первый вариант звучал проще, но таковым не был. Потому что для этого минимально надо было подняться с дивана, а сил в себе на это найти не удавалось. Вернулся Уильям достаточно быстро, маневрируя между людьми и держа в руках два бокала с розовой жидкостью. — Космополитен? — поинтересовался Шерлок, рассматривая плескающийся алкоголь. — Бинго! — Уильям выглядел довольным. Он по пути успел туда плюнуть, что ли? — Мы же в Нью-Йорке, в конце концов. Ну да, им только «Секса в большом городе» не хватало для полного счастья. — Мне скоро улетать, — обмолвился Шерлок. Вот чего он не мог просто промолчать? На брудершафт не звали, и на том спасибо. — Да? Мне тоже, — Уильям вздохнул. Очевидно, ему нравилось в Нью-Йорке — с такой большой американской фанбазой это и неудивительно. — Странно, что мы раньше не пересекались. Столько возможностей было, если подумать. Да, странно. Очень странно. Сам Шерлок здесь, разумеется, ни при чём. — Меня работа интересует больше, чем корпоративы. — Но ты же всё равно время от времени где-то появляешься, — Уильям говорил так, будто следил за каждым его публичным выходом. — Кстати, можешь подписать мне книгу? Она у меня с собой. Почему-то Шерлок ощущал это так, будто Уильям сам всё спланировал и подстроил. Конечно, с реальностью такие мысли не имели ничего общего. Но чувства неискренности и наигранности так и сквозили из каждого слова. А Уильям аж светился от счастья. Ещё чуть-чуть и точно бы запрыгал. Его поведение очень контрастировало с тем, что он писал. Но зато идеально соотносилось с публичным образом. Когда Шерлоку протянули ручку и издание, он не сдержался, чтобы не пролистать. Учитывая, что это был его же текст, никакого смысла в себе это не несло. Но он обнаружил то, что его приятно удивило. Книга изобиловала закладками и была испещрена подписями на каждой из страниц. Где-то текста оказалось так много, что были прикреплены отдельные цветные листы самоклеющейся бумаги — такие обычно используют для заметок. Книгу определённо читали, и читали внимательно. — Где подписать? Спереди, сзади? — Шерлок щёлкал механической ручкой. Это успокаивало. — Как тебе будет удобно, — Уильям был в неподдельном восторге. Ему действительно нравилось? — Я обычно не аннотирую. По крайней мере, так много. Но с твоими книгами не могу иначе. Шерлок поджал губы. Он не верил ни единому слову, но попытка была хорошая. На форзаце он оставил своё имя и размашистую подпись, которую сам Шерлок называл восьмёркой в шляпе. Он передал книгу обратно. — Спасибо огромное, — Уильям широко улыбался и прижимал книгу к груди. — Слушай, а ты не мог бы дать мне пару советов? — Советов? — Шерлок на секунду забылся о том, что вообще-то ничего не знал и знать не хотел. Какие вообще Уильяму могут нужны быть от него советы? Как перестать быть лжецом, что ли? — Да. Я восхищаюсь всем, что ты делаешь, и мне хотелось бы кое-что у тебя узнать. Если ты не против, конечно, — каким же Уильям был тошнотворным. Нет, он точно издевался. — Ну давай, — из интереса согласился Шерлок и отпил немного космополитена. — У меня скоро презентация новой книги, — так, об этом он был в курсе. Он вообще знал о Уильяме больше, чем, наверное, Уильям о себе сам. — Я волнуюсь. А ты всегда выглядишь так уверенно, будто зачитываешь состав шампуня. Отличный комплимент. — Так и запишу, — покрутил головой Шерлок. — Нет, я не это имел в виду! — поспешил оправдаться Уильям. — Просто, ты так спокоен, будто тебе это вообще ничего не стоит. У меня так не получается. Он себя со стороны никогда не видел? — Да, я понял, — усмехнулся Шерлок. — Я сам пишу свои тексты, поэтому всегда знаю, что о них говорить. Всё просто. Это был не просто камень в огород — это был целый валун. Те самые горе-конспирологи, которых так презирал Шерлок, нередко подозревали, что Уильям не сам пишет свои книги. Мол, он — просто угодное публичное лицо, а вообще за ним стоит целая команда профессиональных писателей. Но как бы Шерлок не мог на дух переносить Уильяма — по многим причинам — он знал, что это было не так. Подобные слухи ходили чуть ли не о каждом первом, да и сам Шерлок не был исключением. Сейчас он просто проверял, к чему это всё может привести. — Я тоже пишу свои книги сам. Но всё равно волнуюсь, — признался Уильям. Ну, как признался. Шерлок продолжал думать, что его собеседник точно так же придумывал всё на ходу, как и он сам. — Ты новичок? — Не сказал бы. Мы с тобой начали публиковаться в один год. Но я никак не могу избавиться от ощущения, что делаю что-то не так, — на разный случай у Уильяма были разные маски. — Не знаю тогда, — пожал плечами Шерлок. — Может, это зависит от темперамента и в целом отношения к жизни. У меня всё просто, я много разговариваю и самопрезентуюсь. Не вижу в этом никакой проблемы. — Наверное, ты прав, — Уильям медленно потягивал из трубочки коктейль. — Я не могу так просто ко всему относиться. Знал бы ты, чего мне стоило к тебе подойти. Ага. Сейчас ещё начнёт затирать про бренность бытия, низкую самооценку и проблемы в жизни. Знаем, проходили. Такое хорошо продаётся, и Уильям прекрасно это понимал. Товаром были не только его книги; он и сам был товаром. Хорошо (или не очень) выстроенным образом. — Бывает, — сказал Шерлок и допил содержимое бокала. — Кстати, как тебя вообще зовут? Да. До него только сейчас дошло, что он даже не попросил Уильяма представиться. Он и так прекрасно знал его имя, но сам собеседник-то об этом не был в курсе. — Уильям, — коротко ответил он. Конечно, он не стал говорить свою фамилию. Шерлоку было очевидно, по какой причине, но сам спрашивать об этом не стал. Потому что тогда всё бы пошло совсем не в то русло. — Идеальное имя для писателя. Как Шекспир, как Моэм, как Теккерий, — вместо этого усмехнулся Шерлок. Какой же это был абсурд! У него даже имя идеальное. Шерлок же о своих тёзках никогда и в помине не слышал. — В том-то и проблема, что людей с таким же именем очень много. А у тебя наоборот. Будто псевдоним. Необычно звучит, это цепляет взгляд, — Уильям превращал всё в холодный расчёт и мог сделать из любого слова проблему. Это ведь тоже в каком-то роде талант, да? — Не знаю, — безучастливо ответил Шерлок. — Хочешь ещё выпить чего-нибудь? Нет, ну если предлагают, то отказываться никогда не стоит. — Почему бы и нет? — Шерлок хитро улыбнулся. Может, вечер и вовсе не был таким уж плохим, как он думал.

И как он возвращался в отель, Шерлок уже не помнил.