Тепло простых радостей

      Летний полумрак, просачиваясь сквозь жалюзи, играл пятнами света на гитарных постерах и полках с мангой в комнате Чана. Аромат свежесваренного кофе переплетался с запахом старых книг. Мужчина сидел за рабочим столом, внимательно наблюдая за Эмили с теплотой во взгляде.       Эмили, словно солнечный луч, красилась у зеркала, взволнованная предстоящим вечером. Она поделилась с Чаном, своим лучшим другом и невольным хранителем ее сердечных тайн, новостью о свидании с неким Дэниелом, которого она назвала «очень перспективным». Чан, тайно влюбленный в Эмили, как всегда, прятал ревность за маской дружелюбия.       Их дружба, завязавшаяся еще в школе, давно переросла для Чана в нечто большее. Эмили была его музой, вдохновением, всем. Он боготворил ее за жизнерадостность, музыкальный талант и умение видеть красоту в мелочах. Но признаться в чувствах он боялся, опасаясь разрушить хрупкую связь.       Годами он выслушивал ее рассказы о парнях, поддерживал в трудные моменты, тайно надеясь, что однажды она заметит его. Но для Эмили он оставался лишь лучшим другом, доверенным лицом. И вот, в преддверии свидания, ему вновь предстояло играть эту роль, скрывая свои чувства за натянутой улыбкой.       Закончив с макияжем, Эмили обернулась.       — Как я? — спросила она, грациозно кружась в легком платье, подарке Чана на прошлый день рождения.       — Прекрасно, — ответил Чан, чувствуя, как сердце сжимается. — Дэниел будет сражен.       — Надеюсь! — Эмили присела рядом с ним. — Но я немного… нервничаю.       — Из-за чего?       Эмили замялась, затем, смущенно улыбнувшись, выпалила:       — Вот представь, у нас с ним… дойдет дело до этого самого, — она покраснела, — а я… ну, я не умею это делать.       Чан удивленно вскинул брови.       — Ну, ты понимаешь, это. — Эмили неуверенно переводила взгляд с его глаз на его пах, намекая на то, что имеет в виду, — Я никогда никому…       Чан опешил. Мысль о том, что Эмили будет спать с Дэниелом, да и с кем-либо еще, была невыносима. Но тут же его мозг подкинул другую, более волнующую мысль: девушка хочет попрактиковаться на нем.       — Я понял, — сказал он. — Во-первых, я вообще не хочу это представлять, а во-вторых, заставлять девушку, да и вообще кого-либо, это делать против его воли… низко. И звучит так, будто он встречается с тобой сегодня только чтобы ты ему отс-… — он сделал вид, что прочистил горло, стараясь скрыть смущение, хотя оба и так всё поняли.       — Ну, Ча-а-ан, — протянула Эмили, — это же не прям для него, просто, для опыта… практика не помешает ведь…       — Для этого есть… разные способы. Не знаю, курсы, видеоуроки… — его щеки порозовели.       — Так, просто скажи, что не хочешь и разойдемся, — заявила Эмили, скрестив руки на груди.       Чан отвернулся, борясь с желанием и страхом. То, что он не хотел увидеть в ее рту свой член, было ложью. Он представлял, как берет ее прямо здесь, перед зеркалом, как слышит ее стоны удовольствия от каждого его касания. Он грезил о ней по ночам, в душе, при личных с ней встречах.       Когда они играли в приставку, Эмили часто усаживалась между его ног. В моменты победы, ерзая от радости, она невольно терлась о его член, заставляя мужчину с трудом контролировать дыхание и сдерживать свои чувства.       — Дело не в этом, — пробормотал он, глядя в окно. — Я не уверен, что это хорошая идея. Это… изменит все.       — Может быть, и к лучшему, — прошептала Эмили, ее голос дрожал от надежды.       Не то, чтобы Эмили совсем не знала, как это делать — она пересмотрела кучу видео и прочитала статьи. Но теория без практики — всё равно, что рецепт без ингредиентов. Или машина без бензина. В общем, бесполезно. А когда рядом есть лучший друг, да еще и довольно симпатичный…       Да, она знает, как глупо это выглядит со стороны, но и она к Чану неравнодушна. Его взгляды она замечала уже давно — все-таки выросли вместе. Но намеков не давала: не хотелось вот так просто разрушить связь, скрепленную годами крепкой дружбы, чтобы перейти к чему-то большему и, возможно, потерять все.       Тут же, словно испугавшись собственной смелости, она встала и накинула куртку:       — Ладно, я побежала. Пожелай мне удачи.       Чан проводил ее взглядом, чувствуя, как внутри него бушует ураган противоречивых эмоций. Он понимал, что упускает шанс, возможно, единственный. Он был в шаге от воплощения своих самых сокровенных фантазий, но страх разрушить их дружбу парализовал его.       — Эмили, подожди! — выкрикнул он, прежде чем она успела открыть дверь.       Девушка обернулась, в ее глазах читалось нескрываемое удивление.       — Что случилось?       Чан глубоко вздохнул, собираясь с духом.       — Ладно, — произнес он, стараясь говорить как можно спокойнее. — Я… я согласен.       Эмили нахмурилась, словно не расслышала.       — Согласен на что?       — Научить тебя, — выпалил он, краснея. — Ты захотела попробовать? Я просто покажу тебе… с чего начать.       Глаза Эмили расширились от восторга.       — Ты серьезно?       — Только… — Чан поднял палец, — только один раз. И никаких чувств. Это просто… урок.       — Само собой, — заверила Эмили, — Просто практика! — она застенчиво улыбнулась.       — Да, — пробормотал Чан, чувствуя, что ввязывается во что-то опасное. — Просто… обучение, — повторил он, не веря самому себе.       Эмили бросила куртку на кровать и приблизилась к Чану, сверкая глазами.       Чан сглотнул. Вблизи Эмили казалась еще прекраснее, ее губы манили, а запах ее духов сводил с ума. Он сделал шаг назад, пытаясь восстановить контроль над ситуацией.       Он схватил ее за руку и потянул к себе.       Чан сдался. Он забыл о страхе, дружбе, последствиях. В этот момент существовала только Эмили, ее горячее дыхание на его щеке и обещание чего-то совершенно нового, чего-то невероятного.       Он медленно сел в кресло, усаживая девушку между своих разведенных ног. Его сердце бешено колотилось. Он почувствовал мурашки по коже от одного лишь прикосновения ее рук к его бедрам.       — Окей, — прошептал он, стараясь говорить спокойно. — Самое главное — расслабиться. Не нужно напрягаться.       Он обхватил ее лицо ладонями, нежно поглаживая щеки большими пальцами.       — Просто… представь, что это что-то приятное. Что-то, что доставляет тебе удовольствие.       — Хорошо, — прошептала Эмили, глядя ему прямо в глаза. Ее дыхание участилось.       Прямо сейчас девушка уже пожалела, что попросила друга о помощи.       «Хей, Чан! Можно я на тебе поучусь делать минет? Ну и что, что ты мой лучший друг и мы знакомы с детства, но ты же мужчина, у тебя же есть член»       — Боже, так тупо… — но этот вид снизу ей уже начинал нравиться.       Он взял ее руку и медленно повел ею к своему члену. Эмили вздрогнула, но не отстранилась. Ее пальцы робко коснулись плотной ткани джинсов, натягивая ее на бугристой твердости. Чан глухо застонал, испытывая одновременно желание и страх.       — Хорошо, — прохрипел он. — Можешь расстегнуть…       Руки Эмили дрожали не только от волнения, но и от осознания того, что она делает, от власти, которую ей дарит этот момент. Словно в замедленной съемке, она расстегивала пуговицу на его джинсах, чувствуя, как подрагивает его плоть под её прикосновением. Медленно, дюйм за дюймом, опустила молнию, освобождая то, что так долго томилось в ожидании. Перед ней, пульсируя, возвышался его член. Эмили почувствовала трепет где-то глубоко внутри себя, смесь страха и любопытства.       — Обхвати его, — девушка послушалась, — Теперь… немного сильнее, — прошептал он, чувствуя огонь, разливающийся по венам, — Но не дави. Просто… скользи.       Эмили, послушно начала скользить рукой снизу вверх, чувствуя, как его естественная смазка обволакивает ее пальцы. Член мгновенно реагирует на ее действия наливаясь кровью, становясь все тверже и горячее. Мужчина зажмурился, борясь с рвущимся наружу стоном, который грозил выдать всю испепеляющую силу его желания, всю бездну, которая разверзлась в его душе.       — Ну… — прошептала она, словно спрашивая разрешения, но в этом шепоте уже звучала уверенность.       — Оближи губы, — Он завороженно наблюдал, как кончик ее языка медленно обводит сначала верхнюю, затем нижнюю губу. В её невинном взгляде это простое действие казалось невинной провокацией, соблазном, перед которым невозможно устоять, — Теперь, язы-… ммм, — мужчина откинулся на спинку кресла, закрыв глаза, позволяя ей руководить им.       Волна тепла прокатилась по телу Чана, разгораясь от кончиков пальцев до самой макушки, когда она обхватила головку его члена губами, словно нежным поцелуем, и начала дразнить его языком. Мужчина тяжело дышал, чувствуя, как нежные и влажные прикосновения сводят его с ума, стирают грань между реальностью и фантазией. Она была неумелой, может быть даже немного неловкой, но в её искренности, в её неподдельном желании доставить ему удовольствие было что-то невероятно трогательное и возбуждающее.       Руки начали блуждать по его животу, забираясь под футболку, проводя ногтями по напряженному прессу, спускаясь к бедрам, возвращаясь к члену, обхватив пальцами яички и начав массировать их ритмичными движениями.       Он крепче вцепился в подлокотники кресла. Из полуоткрытых век он наблюдал за ней, как она играет с ним, хватает и медленно ласкает… Это было слишком. Он терял рассудок. Его дыхание участилось, превращаясь в прерывистое хрипение, тело начинает непроизвольно подрагивать в предвкушении неминуемого взрыва.       — Никаких чувств, — напомнил он себе безуспешно. — Просто урок.       Он перебирал её волосы пальцами, а краем глаза изучал их отражение в зеркале. В памяти всплывали недавние мгновения, когда она, полная предвкушения, готовилась к свиданию. И он, наблюдавший за ней, не смел даже мечтать о том, что сейчас она будет сидеть между его ног и вылизывать его член так, будто — это самое вкусное мороженое. Он убрал прядь волос с ее лица, полностью поглощённый этим моментом.       — Да, вот та-… чё-ё-ёрт, — как только девушка вобрала его целиком, он мог лишь простонать и зашипеть от получаемых ощущений, как член скользнул по задней стенке её горла.       Она продолжала не останавливаясь, делая это мокро и грязно, меняя давление губами и ртом, обращая внимание на его реакцию и делая все, чтобы заставить его стонать громче.       Девушка отстранилась и слегка засмеялась, продолжая нарабатывать рукой, она облизала мокрые, от него, губы и улыбнулась. Эмили перекинула распущенные волосы на одну сторону и наклонилась вбок, проводя мокрую дорожку языком по стволу, не прерывая зрительного контакта.       В этот момент разум померк. Все правила и обещания рассыпались в прах под натиском нахлынувшей страсти.       Не в силах сдерживаться, он наклонился к ней и грубо потянул за волосы, притягивая к себе ближе. Его губы накрыли ее с жадностью, требуя ответа. Нежность уступила место первобытному желанию, от которого кружилась голова. Он хотел почувствовать её вкус, её тело, здесь и сейчас, словно впитывая в себя все годы томительного ожидания. Мужчина жадно касался её губ, как будто доказывая ей, что Дэниел никогда не сможет занять это место — ни в её сердце, ни в её объятиях.       Поцелуй углублялся, становясь все более чувственным и жарким. Эмили обвила его шею руками, поддаваясь его напору. Он потянул её вверх, помогая уставшим ногам обрести опору, и одним движением усадил к себе на колени. Столкновение тел обдало жаром, разжигая пламя желания еще сильнее.       Ей нравилось, как он берет инициативу в свои руки, с какой уверенностью и властью завладевает ею. В его напористости сквозила такая отчаянная, такая всепоглощающая любовь, что последнее сопротивление растаяло, словно под лучами палящего солнца. Отвечая на поцелуй с неистовой страстью, она полностью доверилась его безумному, обжигающему чувству.       Ее руки скользнули под футболку, смело очерчивая рельеф его спины, и через мгновение та уже валялась на полу, обнажая его спортивное, натренированное тело. Он, не отрываясь от губ, изучая каждый миллиметр ее рта своим языком, провел ладонями по талии, очерчивая изгибы фигуры, пока не накрыл ладонями ее грудь.       Воздух стал необходим обоим, и они неохотно отстранились друг от друга. Лбы соприкоснулись, дыхание сбилось, глаза сияли. Чан, едва слышно, прошептал, прикрывая веки:       — Чёрт, я ждал этого целую вечность… и мне страшно, что сейчас я проснусь.       Эмили нежно провела пальцами по его щеке. Заглянула в его полные тревоги глаза и, нежно улыбнувшись, вновь прильнула к его губам. Поцелуй был легким, почти невесомым, но вдруг стал более требовательным, когда она слегка прикусила его нижнюю губу, посылая по телу Чана электрический разряд. Отстранившись, она прошептала, глядя ему прямо в глаза:       — Это не сон. Я здесь, и это реально.       В его глазах промелькнуло такое облегчение, такая неподдельная радость, что сердце Эмили забилось быстрее. Она почувствовала, как желание в его взгляде становится все более явным и обжигающим. Девушка подалась вперед, нежно провела губами по его шее, оставляя легкие, дразнящие поцелуи. Добравшись до его уха, слегка прикусила мочку, и прошептала:       — И я хочу закончить начатое, — и прежде, чем он успел что-либо ответить, она уже отстранилась, скользнула с его колен обратно на пол.       В этот раз она завладела его телом, вцепляясь пальцами в его бедра, заставляя кожу гореть под ногтями. Она слышала каждый прерывистый стон, и ей льстило, как ее власть опьяняла его, как он терял контроль       Фраза гласит, что: «Хороший секс минет дружбе не помешает», так?       Но сказать сейчас, что Чан — для неё просто лучший друг — было бы чудовищной ложью. Да и когда это было правдой? Почему она так долго молчала о своих чувствах? Чёрт знает. Возможно, ей льстила его скрытая ревность, едва заметная в подрагивающих желваках на скулах, когда она рассказывала о своих новых отношениях. Но теперь эта игра казалась глупой и бесполезной. Поэтому сейчас, когда мужчина вдалбливал, в прямом смысле, свой член ей в глотку, было для нее самым желанным и правильным наказанием, за то, что так долго мучила его.       — Подожди, — его голос стал совсем низким, — Эми-…       Мужчина хрипло простонал и излился ей в рот, девушка этого и желала. Она отстранилась и демонстративно проглотила. Её глаза, прикованные к его лицу, лучились игривым вызовом. Эмили медленно провела языком по влажным губам, облизывая каждую складочку с явным удовольствием. Уголки ее рта тронула легкая, дразнящая улыбка, и она томно приоткрыла губы, на мгновение показав кончик языка.       Чан шумно выдохнул, его взгляд был прикован к её губам, словно он не мог отвести глаз. Он сглотнул, пытаясь привести дыхание в норму.       — Эмили… — прохрипел он, и в этом одном слове звучало столько невысказанного желания, мольбы и изумления, что оно эхом отозвалось в самой её душе.       Ища опору в его коленях, коснувшись их ладонями, Эмили подалась вперед. Руки обвились вокруг его шеи в нежном объятии, и она прильнула к нему ближе. Мужчина подхватил девушку, уверенно охватив талию и бедра, притягивая к себе. Она склонила голову, положив её на его плечо. Он прикрыл глаза, на мгновение отдавшись сладкому ощущению её близости, её аромату.       — Я думаю, — прошептал он, — что ни с каким Дэниелом ты больше не будешь встречаться. Как минимум, я тебя точно не отпущу.       — А, как максимум? — девушка игриво улыбнулась, её глаза искрились озорством.       Чан усмехнулся, провел большим пальцем по ее щеке, нежно поглаживая кожу.       — Как максимум, — прошептал он, понизив голос до хриплого шепота, — я проведу с тобой всю ночь, до рассвета, до тех пор, пока ты не забудешь, как вообще кого-то зовут, кроме меня.       Щёки Эмили покрылись румянцем, но взгляд остался вызывающим.       — И ты уверен, что тебе хватит сил на всю ночь? — она приподняла бровь, испытывая его.       Чан усмехнулся, обхватывая её лицо ладонями.       — Дорогая, — прошептал он, — я не просто уверен, я совершенно точно знаю, что тебе понравится проверять мои силы всю ночь.       Его слова растворились в нежном, но страстном поцелуе, полном предвкушения и обещаний, которые они оба были готовы исполнить.