Кислое молоко на завтрак, обед и ужин.

"Прости меня именно за то, что я выменял

Тебя на одну минуту прошлого

За что, на мою свалилась голову

Внезапная эта ностальгия?"

Звонкий стук маленьких каблуков наполнял небольшой зал эхом. Шаги становились всё быстрее и быстрее, и вскоре тишина в комнате сменилась беспорядочным ритмом, будто кто-то устроил здесь танцевальную площадку. — Ну когда уже?! — воскликнула Кенди Эпл, нетерпеливо переходя с ноги на ногу. Она ходила по комнате, словно взволнованный котёнок. Её яблочные хвостики колебались, пропуская сквозь себя свет из окна. Алые блики ложились на отполированный стол, дробились на мелкие отсветы, и, кажется, именно они мешали Сапфиру сосредоточиться, а не суетливый голос Кенди. — Довольно долго, — наконец выдал он, продолжая водить пальцем по столу. — Очень! Я не могу ждать! Игнорируя её, Сапфир пробормотал себе под нос: — Он же не может находиться рядом с Соул Джемом настолько долго... — Что ты там бурчишь? — нахмурилась Кенди Эпл, приближаясь к нему. — Ничего... просто... Договорить он не успел — воздух сжался, и резкий магический звук наполнил комнату.Оба вздрогнули и одновременно повернулись. Прямо в центре зала развернулся тёмно-синий разлом, воздух вокруг него задрожал, излучая знакомое, почти гипнотическое сияние. — Шедоу Милк! — воскликнула Кенди Эпл, тут же подбежав ближе. — Наконец-то вы...! Но её радостный возглас прервался, когда из портала выпало что-то... пушистое? Что-то мягкое шлёпнулось прямо перед её ногами. Кенди Эпл отпрянула, спрятавшись за спину Сапфира, и осторожно выглянула из-за него. — Кролик? Белый, аккуратный, с воротничком — точь-в-точь как тот, которого Шедоу использовал в своих фокусах. Преодолев замешательство, она шагнула вперёд, похлопала в ладоши, надеясь, что зверёк сам прыгнет к ней. Так и случилось — кролик без колебаний запрыгнул к ней в руки. — Кролик Шедоу Милка! — радостно выдохнула она. Но портал всё ещё не исчез. Следом из него вылетело что-то небольшое, похожее на конверт. Сапфир успел сделать два больших шага вперёд и схватил бумагу за край. Кенди Эпл тут же метнулась к нему, а кролик, оказавшийся у неё на руках, был беспощадно брошен за спину. — Эй! Это письмо от господина Шедоу Милка! Но Сапфир уже поднял руку вверх, не давая ей вырвать письмо. — Дай сюда! — заявила она, протягивая руку. Сапфир лишь приподнял конверт повыше, не отводя от неё испытующего взгляда. — Сначала успокойся. Это мгновенно превратилось в детскую игру: Кенди подпрыгивала, пытаясь достать конверт, а Сапфир беззастенчиво пользовался преимуществом в росте. Но он не учёл преимущества Кенди Эпл. Её каблук резко врезался ему в ногу. — Ай! Пока Сапфир корчился от неожиданной боли, Кенди Эпл ловко выхватила письмо. — Даже пахнет им, — пафосно заявила она, проведя носом по конверту. Сапфир устало выдохнул: — Читай уже, если умеешь. Проигнорировав его реплику, Кенди с нетерпением разорвала конверт, вытаскивая из него сложенный лист бумаги. Её пальцы чуть дрожали от волнения, глаза метались по строчкам, впитывая каждое слово. Но стоило ей дочитать первые строки, как азарт мгновенно улетучился. Лицо Кенди застыло, словно кто-то облил её холодной водой. Яркий румянец удовольствия сменился краской возмущения. Её пальцы сжались, и с негодующим вскриком она разжала ладонь, позволяя листку упасть на пол. — Что?! Воздух в комнате задрожал от её голоса. Она топнула ногой так, что эхо прокатилось по залу, звонко ударившись о стены. Руки скрестились на груди, а пухлые губы обиженно надулись. Казалось, что её лицо стало такого же алого оттенка, как её яблочки на голове. Сапфир, сохраняя невозмутимость, подошёл ближе. Он спокойно нагнулся, поднял с пола смятый конверт, развернул лист и скользнул взглядом по тексту. — Не теряйтесь в догадках — я жив, цел, и, разумеется, как всегда, прекрасен. К всеобщему удивлению, мои планы немного изменились, и я не смогу вернуться так скоро, как рассчитывал. Впрочем, теперь это зависит не только от меня, но, честно говоря, какая разница? Главное — не смейте отправляться за мной. Я же не прошу, правда? Сапфир выдохнул, пробежавшись глазами по тексту ещё раз, будто пытаясь убедиться, что не ошибся. Затем кивнул самому себе и заключительно произнёс: — Это точно почерк господина. Он поднял взгляд и увидел, как Кенди Эпл что-то торопливо прятала в карманы, одновременно поправляя платье, словно хотела скрыть своё волнение за привычной манерой. — Пойдём! Нужно скорее отправляться на поиски! — в её голосе звучала решимость, с которой не так-то просто было спорить. — Ты же читала, что написал милорд? — Сапфир скрестил руки на груди, давая понять, что не намерен участвовать в самовольной экспедиции. — Ты что, не понимаешь?! — воскликнула она, резко обернувшись. — Ты хочешь оставить его одного там?! Её возмущению, кажется, не было предела. Любовь и преданность Кенди Эпл к Шедоу Милку были неоспоримы… но в некоторые моменты это уже походило на помешательство. — Не уверен, что он один, — сухо заметил Сапфир, искоса наблюдая за её реакцией. — Вот именно! — её глаза сверкнули. — Я просто не позволю ему...! Он видел её беспокойство. И в глубине души понимал, что её страх небезоснователен. Слишком хорошо он помнил, что произошло после их проигрыша Пур Ванилле. Шедоу тогда был... слишком не в себе. Слишком эмоционален. И если он действительно снова оказался на долгое время рядом с Ваниллой, то последствия могли быть непредсказуемыми. Вероятно, Кенди думала о том же. В этом случае её решимость имела смысл. — Можешь и не идти! — фыркнула она, делая шаг назад. — Уверена, господин Шедоу Милк будет в восторге, когда узнает, как его любимый Сапфир бежал спасать его, сверкая пятками! Её ехидный смех эхом разнёсся по залу, а спустя секунду послышались удаляющиеся шаги. Сапфир молча смотрел ей вслед, внутренне разрываясь между долгом и здравым смыслом. Шедоу Милк был неоспоримо силён, но... он знал, как тот бывает безрассуден. Особенно, если рядом Ванилла. Кенди уже скрылась за дверью, когда он тяжело вздохнул и сжал в пальцах письмо. — Натворит ещё глупостей по пути… — выдохнул он, поднимая глаза к потолку. А потом, словно приняв неизбежное, направился следом. *** Лес казался живым — не в том смысле, в каком живы обычные деревья, а в более тревожном, настораживающем смысле. Стволы здесь были слишком высокими, их корни выползали из земли, извиваясь, словно огромные змеи. Кроны нависали густыми шатрами, пряча затянутое тучами небо, так что свет пробивался лишь узкими, ломаными полосами. Листья, несмотря на отсутствие ветра, едва заметно дрожали, издавая звук, больше похожий на перешёптывание, чем на обычное шелестение. Земля под ногами была мягкой, как будто давным-давно впитала в себя слишком много воды или… чего-то ещё. Каждый шаг сопровождался слабым, липким хлюпаньем. Аромат леса тоже был странным: он не пах свежей хвоей или влажной землёй, как обычные чащи вблизи Королевства. Здесь витал лёгкий привкус прелости, но в нём скользили незнакомые, непонятные нотки — как будто где-то неподалёку рассыпали специи. И самое странное — все было одинаковое. — Ты уверен, что мы не ходим кругами? — голос Ваниллы прозвучал спокойно, но в нем скользнула лёгкая тень сомнения. Лес вокруг не изменился — те же перекрученные деревья, тот же влажный воздух, пропитанный тревожным запахом. Они шли уже достаточно долго, но чем дальше, тем меньше было уверенности, что Шедоу вообще знает куда идти. Листва под ногами выглядела нетронутой, но Ванилла был почти уверен, что уже видел этот поваленный ствол с причудливо скрученными корнями. Или ему просто казалось? Шедоу, летящий на приличные пару шагов вперед, повернувшись отозвался: — Конечно уверен. Мы ходим квадратами. Просто очень, очень круглыми. Он усмехнулся, но в его глазах промелькнула лёгкая тень беспокойства. Хоть он и не подавал виду, но ощущение, что лес будто играет с ними, тоже начинало его раздражать. Ванилла не мог прочесть его мысли, но было ли там хоть немного задумчивости о том, что делать дальше? В плане подготовки. Сумки теперь не было. Ни воды, ни еды, ни карты, ни компаса, ничего. Они остались буквально с пустыми руками. Благо ему удалось удержать на мосту свой посох, иначе это "путешествие" можно было считать окончательно провальным. Если план Шедоу не включал в себя посещение какого-нибудь жилого поселения печенек, как изначально планировал сам Ванилла, то как они собирались восполнить потери, оставалось огромной загадкой. Он взглянул на спутника, но выражение лица того оставалось неизменно самодовольным, как будто ничего не случилось. Ванилла вздохнул, внутренне надеясь, что у Шедоу действительно есть хоть какой-то план, а не только желание язвить и изображать непринуждённость. Ванилла тяжело вздохнул, собираясь с мыслями, и наконец заговорил: — Куда ты меня ведёшь? Мы остались без еды, без воды, без карты... Нам нужно как-то восполнить запасы, иначе долго гуляя по лесу не протянем. Шедоу замедлясь, лишь хмыкнул и лениво бросил через плечо: — Ах да… Ты же выбросил сумку в обрыв. Он остановился, повернувшись к Ванилле, и картинно сложил руки на груди, наклонив голову, словно искренне задумался. — Ну и как, не стыдно тебе? — в его голосе скользнула едва скрытая усмешка. — Оставил нас без всего самого необходимого. — Ты шутишь?! Это ты раскачивал мост, пока я пытался перейти! У меня не было выбора! Шедоу развёл руками, как бы соглашаясь. — И тем не менее, факт остаётся фактом. Именно ты был с сумкой. Теперь её нет. — Потому что ты устроил цирк на мосту! — Ванилла удерживал себя в руках, но... Он чувствовал что-то непривычное для него. Раздражение. Оно расползалось в груди, тяжело оседало в горле, просилось наружу с резкими словами, которых он не позволял себе. Он всегда знал, что гнев порождает только новый гнев. Он всегда помнил, что печеньки злы не просто так, что они сами прошли через боль и несправедливость. И поэтому он никогда не отвечал грубостью на грубость, не позволял себе вспыхивать, даже если было больно. Но с Шедоу всё было иначе. Он несомненно как и все заслуживал прощения. Там, во время того как Ванилла чувствовал его душу, он казался несчастным, сломленным и обиженным на мир. Но сейчас он как всегда смеялся, провоцировал, с лёгкостью разрушал любое спокойствие. И ему это нескончаемо нравилось делать. А больше всего ему, кажется, нравилось видеть Ваниллу другим. Шедоу будто наслаждался каждым моментом, когда Ванилла, пусть даже на секунду, переставал быть благородным, терпеливым, спокойным. Когда его голос звучал громче, чем обычно. Когда в его взгляде вспыхивало нечто непохоже на то что он показывает сотням других печенек. — О, ты злишься, — протянул он, наблюдая за ним с нескрываемым интересом. — Нет, — резко ответил Ванилла. — Конечно, нет, — усмехнулся Шедоу. — Ведь ты же у нас святоша. Он снова специально провоцировал, проверял границы. Ждал, сорвётся ли тот. Ванилла закрыл глаза, глубоко вдохнул. Нужно взять себя в руки. Нужно помнить, что злость — это не выход. Но почему-то, когда он открыл глаза, Шедоу уже довольно ухмылялся. Как будто ему нравилось даже это. Размышления Ваниллы прервал лёгкий, почти неощутимый стук по ткани его мантии. Один, второй… третий. Он моргнул, словно выходя из оцепенения, и неуверенно поднял ладонь перед собой. На ней растаяла крошечная капля. — Дождь… начинается? — едва слышно проговорил он, наблюдая посохом, как новые капли оставляют короткие, призрачные следы на его руке. Воздух вокруг стал другим — свежим, влажным, пропитанным тревожным ожиданием. Где-то вдалеке, за кронами деревьев, медленно раскатывался первый глухой гром, а капли с неба лишь усиливались. Ванилла быстро снял свою мантию и расправил её, оценивая, как лучше закрепить. — Мы можем использовать это как укрытие, — предложил он, оглядываясь в поисках подходящих веток. Шедоу склонил голову набок, внимательно разглядывая его. — Значит, так просто? Берёшь и отдаёшь свою мантию? — Она немного защитит нас от дождя, — спокойно ответил Ванилла. Шедоу ухмыльнулся, подойдя ближе. — А ты не боишься? Без неё ты будешь слишком... узнаваем. Ванилла не отвёл взгляда, но его пальцы чуть сильнее сжали ткань. — Сейчас важнее не промокнуть. — А если кто-то случайно нас встретит? Ты скажешь: «Ой, да это просто случайное совпадение, что я похож на Пур Ваниллу, не обращайте внимания»? Ванилла пару раз моргнул в такт своему посоху. Шедоу рассмеялся, качая головой. — Ладно, ладно, раз ты настаиваешь… но если простынешь, не жди от меня заботы. — Ничего подобного я и не жду, — тихо ответил Ванилла, уже привязывая ткань к веткам, создавая хоть какое-то подобие укрытия. Шедоу скрестил руки и с лёгкой усмешкой наблюдал за ним, но потом всё же шагнул вперёд. — Дай сюда, ты не умеешь крепко завязывать узлы. Ванилла немного растерялся от того, с какой настойчивостью Шедоу взялся за дело. Тот шагнул ближе, уверенно протягивая руки к ткани. — Я умею. — Нет, не умеешь! — …Просто помоги, если хочешь, — тихо сказал Ванилла, не отвлекаясь от узлов. Тот ловко закрепил два края мантии на ближайших деревьях, но с последним возникли проблемы. Узел никак не хотел держаться, а держать два конца руками было неудобно. Он попробовал придержать ткань одной рукой, но та тут же начала сползать. Ванилла наблюдал за этим, заметив, что тот узел, что уже завязан и лежит под рукой Шедоу, вот-вот разойдётся. — Давай, я подержу… Он осторожно положил руку поверх чужой ладони , собираясь помочь зафиксировать ткань, но едва пальцы коснулись его холодной кожи, как Шедоу дёрнулся, будто от удара током, и резко убрал руку. Мантия потеряла опору, узлы разошлись, и тяжёлая ткань рухнула вниз, сбивая Ваниллу с ног. На мгновение воцарилась напряжённая тишина. Ванилла выбрался из-под мантии, стряхнул с себя капли воды и, не глядя на Шедоу, молча подошёл к дереву. Он аккуратно взял край ткани и без лишних слов привязал его так, как надо. Узел затянулся крепко, надёжно удерживая импровизированное укрытие. Закончив, он оглянулся. Шедоу стоял в нескольких шагах, молча, не двигаясь. Дождь усилился, тяжёлые капли стекали по его одежде, скапливались на волосах, но он не делал ни единой попытки спрятаться. Ванилла вздохнул и, отряхивая ладони, негромко сказал: — Там ливень, — он кивнул на улицу, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Ты будешь весь мокрый. Шедоу не ответил сразу. Только перевёл взгляд на Ваниллу, затем на укрытие. Казалось, он колебался, словно решая что-то в голове. Ванилла не торопил его. Просто отошёл вглубь мантии, оставляя место. Ливень продолжал усиливаться. Шедоу ещё пару секунд оставался на месте, словно проверяя, насколько Ванилла будет его уговаривать. Но тот просто стоял, не пытаясь ни давить, ни торопить. Наконец, с лёгким раздражённым вздохом Шедоу сделал шаг вперёд, затем ещё один, пока не оказался под укрытием. Он тряхнул мокрыми волосами, сгоняя с них капли воды, и усмехнулся: — Какой заботливый. Не думал, что ты так переживаешь о моём комфорте. Он скрестил руки на груди и прислонился к ближайшему дереву, бросая на Ваниллу взгляд с оттенком насмешки. Но тот, кажется, не собирался втягиваться в его игру. Он лишь пригладил мокрые рукава стряхивая с них влагу и выдохнул: — Просто отдохни пока. Мы долго шли. Дождь скоро пройдёт. Надеюсь... Шедоу на секунду замер, но ничего не ответил. Только молча наблюдал за тем, как капли дождя тяжело падают на землю за пределами их укрытия. Ливень бил по земле с такой силой, что казался стеной из воды, скрывая от глаз всё, что находилось дальше нескольких шагов. Мокрые листья дрожали под его напором, а редкие вспышки молний на мгновение озаряли их укрытие. Они стояли на небольшой возвышенности, и пока что лужи не подбирались к их ногам. Но Ваниллу это волновало меньше всего. Гораздо сильнее ощущалась пересохшая глотка, горло будто сжалось, не давая даже нормально заговорить. Он попытался сглотнуть, но это только подчеркнуло, насколько сильно хотелось пить. Вода была везде – шумела, лилась потоками, стекала по мантии – и всё же оставалась недосягаемой. Казалось необоснованное решение пришло само. Ванилла шагнул ближе к краю их укрытия, вытянул руки и сложил ладони лодочкой. Ливень тут же наполнил их, холодные капли стекали по пальцам. Он знал, что пить дождевую воду не самое разумное решение. Но сейчас у него не было другого выбора. Иногда ему казалось, что фраза "нет выбора" стала его личным девизом. Шедоу молча наблюдал за тем, как Ванилла сложил ладони, позволяя дождю наполнить их водой. В полумраке ливня это выглядело почти… отчаянно. Он фыркнул, скрестив руки на груди. — Вот уж зрелище, — проговорил он с ленивой насмешкой. — Может, ещё начнёшь молиться ведьмам за подачку? Ванилла молча поднёс ладони к губам и сделал несколько осторожных глотков. Вода была холодной, смешавшись с его вкусом она была со слабым привкусом ванили, но сейчас это не имело значения. Он жадно сглотнул, смачивая пересохшее горло, затем вытер губы тыльной стороной ладони и поднял взгляд на Шедоу. То, как дернулось его горло и как взгляд на мгновение задержался на наполненных водой ладонях, говорило само за себя. — Ты хочешь пить, — спокойно заметил Ванилла, чуть приподнимая руки. — Давай, сделай как я. От пары глотков тебе станет легче. Шедоу лишь скептически фыркнул, качая головой. — А, нет, этот способ мне не подходит. Да и вообще... не люблю мокрые ладони, знаешь ли. Ванилла не стал спорить. Вместо этого он молча набрал воды снова, поднес ладони ближе и развернулся к Шедоу с мягкой, едва заметной улыбкой. — Тогда ты можешь выпить из моих, — повторил он, подавая ладони чуть ближе. Шедоу уже приготовился в очередной раз язвительно ответить, но на этот раз слова застряли у него в горле. Ванилла смотрел прямо на него — спокойно, мягко, с той самой выраженной добротой, от которой у Шедоу порой скручивало желудок. Шедоу замер, чувствуя, как по спине пробегает неприятный холодок. Это было нелепо. Слишком... странно. Какая нормальная печенька вообще может сказать такое с полной серьёзностью? — Ты все же умеешь шутить, да? — фыркнул он, пытаясь перевести всё в привычное русло. — Это не шутка. Шедоу фыркнул и отступил на шаг назад, скрестив руки на груди затараторил. — Пожалуй воздержусь от такого щедрого предложения. И вообще нам стоило спрятаться вон под тем деревом. Такое густое, что земля аж сухая! Ванилла не удивился. Он вообще и сам до конца не осознавал то, насколько его предложение звучало глупо. Просто он так привык. Если нужна помощь, то уже и ведь нет разницы в каком виде и какой печеньке её давать. Даже если это Шедоу. Ванилла тихо вздохнул, позволив воде стечь с его ладоней обратно на землю. — Как знаешь, — сказал он спокойно, бросая короткий взгляд на Шедоу, который так и не двинулся с места. В этот момент Ванилла заметил, что над их укрытием ткань начала провисать под тяжестью скопившейся воды. Если не слить её сейчас, мантия может не выдержать. Он аккуратно взял посох и подтолкнул ткань снизу, направляя поток воды вниз. Только вот он не учёл одной маленькой детали — направления этой стекающей воды. Холодный поток обрушился прямо на Шедоу. — Ты?! Что ты?! Шедоу замер, медленно подняв на него взгляд, с абсолютно возмущённым выражением лица. Или это было удивленное лицо. Ванилла явно не смог бы описать ту эмоцию, которую он наблюдал на его лице. Вода стекала по его волосам, капала с кончика носа. Выглядело это все слишком...забавно. Ванилла прикрыл рот рукой, но было поздно — искренний смех вырвался сам собой. — Ох, ты… — Шедоу не стал заканчивать фразу. Вместо этого он резко схватил край навеса и, не раздумывая, рванул прочь. — Эй! — Ванилла кинулся следом, пока тот несся прямиком к большому дереву, под которое они ещё днём решили не идти. В голове прозвучал вполне логичный вопрос "Как он так быстро оторвал мантию от деревьев?". Думать об этом было некогда, скорость бега нельзя было сбавлять ни в коем случае. Выбора не было и пришлось бежать поднимая второй край мантии над головой. Всё это походило на детское развлечение под дождём. Ноги давно промокли у обоих, а края одежды липли к телу. Но ничего не имело значения, пока на лице была видна едва заметная улыбка. Шедоу нырнул под раскидистые ветви того самого дерева, что указал ранее. Земля здесь действительно была почти сухая. Шум дождя, тяжелое дыхание после бега, хлюпающая обувь на ногах. Ванилла ещё не отдышался после беготни, но вдруг его накрыло ощущением чего-то знакомого. Вкус давно знакомой ему ностальгии. — Что? — Шедоу бросил на него косой взгляд, когда Ванилла вдруг замолчал, прикрыв глаза. — Ничего, — тихо ответил он, но в голове уже плыли образы. Тот же шум дождя, другой день, другая компания. Вайт Лили рядом, сдержанная и тихая, под зонтом. Он тогда посмотрел на неё, улыбнулся и шутливо протянул руку: — Давай просто пройдёмся. Без зонта. Она покачала головой: — Зачем мокнуть без причины? Ванилла помнил, как почувствовал лёгкое разочарование, но отступил и просто начал идти под дождём один. Вода стекала с его волос, а лужи распадались на брызги от его весёлых шагов. Лили тогда лишь неловко улыбнулась и посмотрела, будто невольно осуждая. «Так странно…» Но почему-то сейчас, стоя под деревом с Шедоу, весь мокрый и замёрзший, эта сцена казалась не такой уж глупой. Он бросил взгляд на того, кто стоял рядом — недовольного, раздражённого, но не осуждающего. — Ты чего завис? — буркнул Шедоу, выжимая рукав. Ванилла усмехнулся и потряс головой: — Да так. Будет ли он хорошим другом и дальше, если сейчас не спросит то, что его волнует? Эта мысль уже давно вертелась у него в голове. Если Шедоу появился в его Королевстве в образе Лили, то… он должен был быть уверен, что Ванилла не встречал её раньше. Если всё так, то Шедоу должен знать, где она сейчас. Это нужно было спросить. Срочно. Но язык не двигался, слова будто застряли в горле. Он чувствовал, как внутри него нарастает тревога, но знал, что откладывать дальше нельзя. Шедоу, скорее всего, будет не в восторге. Но он обязан спросить. — Шедоу, я хотел спросить тебя… Резкий шорох сзади прервал его. Тихий, но отчётливый звук не похожий на обычное постукивание капель по листьям. Шелест кустов, что-то тяжёлое двигалось среди веток. Ванилла напрягся, инстинктивно подавшись вперёд и прикрывая Шедоу рукой. — Ты серьёзно? — последовал раздражённый вздох, ясно передающий всю степень недовольства без лишних слов. Тем временем силуэт осторожно выбрался из зарослей. В слабом свете сквозь пелену дождя стало видно невысокую тёмную фигуру. Шаг. Ещё шаг. И тут из кустов раздался тяжёлый голос, принадлежавший, судя по всему, печеньке преклонных лет. — Заблудились?