Водка, кофе и сладкая вата

Водка противно обжигала глотку. Кто бы мог подумать, очередной парень бросил его и смылся, не оставив и следа. Тилл сидел в клубе, полном людей, и старался выпить как можно больше. Было душно, жарко и невыносимо плохо. Шум раздражал, от него закладывало уши, перед глазами постепенно начинало плыть. Он считал, что заслуживает этого. Заслуживает сидеть сейчас здесь, заливая в себя алкоголь литрами. Снова и снова его бросали. Черт возьми, что же с ним не так? Может, лицом не удался? Поток его постепенно перемешивающихся мыслей прервало лёгкое касание к плечу. — Мизи сказала мне, что я смогу найти тебя здесь. Только его не хватало. Тилл уже узнал голос, но все же обернулся, чтобы подтвердить свою догадку. Иван. За этим парнем толпами бегали девчонки, хотя и люди его пола тоже часто подкатывали. А он будто в упор этого не замечал и, чаще всего, при разговоре отводил взгляд или словно смотрел сквозь человека, совсем не обращая на него внимания. Тилл уже давно понял: единственный, на кого Иван правда смотрит - он сам. Только в моменты, когда они пересекаются взглядами, брюнет меняется в лице и будто правда видит перед собой человека. Этот болван называл себя его лучшим другом, вечно шлялся за ним, словно преследовал. Однако был один неоспоримый плюс: он всегда выслушивал его жалобы на каждого нового бывшего, порвавшего с ним по еще одной глупой причине. — Проваливай, - недовольно выдохнул Тилл, - не мешай, я тут горе запиваю. — Мизи мне всё частично объяснила и попросила отвезти тебя домой, - его рука слегка сжала плечо сидящего на барном стуле парня, отчего тот дернулся и оглянулся с постепенно закипающим взглядом. — Мне это не нужно, я же сказал тебе, чтобы ты шел вон отсюда, - его тон, казалось, не терпел возражений, но Иван сделал вид, что ему сказали что-то вроде "трава зеленая, а небо голубое". — Ты едешь со мной, - он достал из кармана купюру большого номинала и уверенно вложил ее в чужую ладонь. Недовольный парень изменился в лице, взглянув на яркую бумажку в руке, которая то и дело меняла оттенок из-за яркого света софитов. До Тилла вдруг дошло. Иван платит за ночь. Хочет привезти к себе в пьяном виде, это ведь самый простой способ, не так ли? Какое заезженное клише. В любой другой ситуации Тилл бы просто вмазал тому, кто захотел бы подобным отвратительным образом купить его, но ему сейчас было настолько плевать, он так сильно устал, а в душе извивалась такая сильная горечь, что он лишь неожиданно даже для самого себя тихо прошептал, спустившись со стула и сунув немного помятую купюру в карман серых джинс: — Поехали. Иван придерживал его за пояс всю дорогу до машины. Затем открыл дверь, осторожно усадил на переднее сиденье и пристегнул ремень. Тилл безвольно откинул голову и так и лежал, пока они не выехали с парковки, а брюнет вдруг не заговорил: — Ты не против поехать ко мне? Мой дом ближе, и я в нем лучше ориентируюсь, так что смогу найти нужные медикаменты, если тебе станет плохо. Сколько ты выпил? Тебя не тошнит? У Тилла на душе сделалось мерзко. Этот придурок везёт его к себе, чтобы трахнуть, так ещё и делает вид, что ему есть дело. Лучше бы молчал. Но раздувать конфликт было глупо, поэтому он лишь выдавил кривую ухмылку и показал жест в виде кулака с поднятым вверх большим пальцем: — Все заебись, - второе слово он произнёс по слогам, - вези, куда считаешь нужным. - Иван окинул его недоверчивым взглядом, но больше вопросов не задавал, все же кивнув: в конце концов, каких адекватных ответов можно ожидать от пьяного человека? Алкоголь и правда дал в голову куда сильнее, чем ожидалось. Уже минут через десять, когда они подъехали к частному дому Ивана, Тилл почти не мог держаться на ногах. Брюнет практически втащил его в дом, уложив на большую двуспальную кровать в своей комнате. Мир вокруг вспыхивал и гаснул, кружился и размывался, словно Тилл смотрел странного вида психоделическое кино. Иван начал снимать с него футболку, после стянув и джинсы без какого либо сопротивления. Тилл уже почти в забытье раздвинул ноги, приготовившись к неизбежной грубости, когда услышал растерянный вопрос: — Что ты делаешь? Невероятным усилием воли парень сконцентрировал свой взгляд на лице Ивана. Тот стоял с его одеждой в руках и всем своим существованием выражал полное непонимание происходящего. — Ну ты... - язык явно не слушался, слова превращались в кашу из нечленораздельных звуков, - ме-еня трахнуть ж... Хо..чешь?... Брюнет выглядел едва ли не потрясенно. Глубоко вздохнув, он положил пропитавшиеся запахом алкоголя и пота вещи на кресло и, развернувшись, произнес: — Нет, не хочешь. Я привез тебя сюда, чтобы мне было легче позаботиться о тебе, если тебя будет тошнить, - он отвел взгляд, - ты серьезно обо мне настолько низкого мнения, что считаешь, будто я способен забрать пьяного человека из клуба, чтобы воспользоваться моментом и заняться с ним сексом? - в его глазах не было и намека на злость. Одна только печаль, которую Тилл видел очень смутно сквозь пелену своего нетрезвого состояния. — Ну.. Да?... - его голос уже не был таким уверенным, однако говорила в нем совсем не адекватность, а простой подсознательный анализ наличия аргументации того, что его точка зрения ошибочна. — Тилл, - он подошел ближе, взяв с полки своего шкафа чистую одежду, - сейчас мы будем спать. И да, я действительно имею в виду самый обычный сон. Скажи мне, если будешь плохо себя чувствовать, понял? Только заранее, чтобы я успел довести тебя до туалета. Нет, Тилл совсем ничего не понял. Зачем тогда было давать деньги, зачем приезжать, зачем вообще беспокоиться о его самочувствии? Да он бы и сам добрался до дома как-нибудь... Ну или не добрался бы. В любом случае, на следующий день он пришел бы в себя, и все было бы в норме. А тут приехал этот болван на своей машине, привез его к себе домой, раздел, а теперь хочет просто... Спать?.. Что еще за черт? Прервав долгие раздумья Тилла, Иван надел на него свежую футболку и штаны, посчитав, что вести настолько пьяного парня в душ себе дороже. Он принес из ванной небольшой тазик на всякий случай, а также из кухни стакан прохладной воды, который аккуратно практически влил в рот Тилла, затем сам переоделся, выключил свет и лег рядом. — Разбуди меня, если что-то понадобится, - а после добавил тихо, - я знаю, ты это забудешь.. Но я действительно очень ценю тебя. И я не хочу тебя ни к чему принуждать. Я, наверное, не лучший человек в твоей жизни, но хочу всегда поддерживать тебя, поэтому и приехал сегодня. А деньги я дал лишь чтобы ты поехал со мной, чтобы не оставался там один, пьяный и разбитый.. Давай поговорим утром и обсудим все, что тебя беспокоит. Спокойной ночи, Тилл. Спи крепко. Парню в состоянии алкогольного опьянения хватило сил лишь на то, чтобы отвернуть голову. По щеке медленно скатилась и упала на холодную ткань подушки единственная горькая слеза. Переизбыток чувств? Переутомление? Кто его знает. Единственное, что осталось неизменным фактом - после этого Тилл сразу же провалился в глубокий сон без сновидений, полный неожиданного умиротворения.