Уважение этому ничтожному!

***

      Подхватывая главу Аньдин на руки, Лю Цингэ направляется прямиком на Цяньцяо. Эти двое уже побывали несколько раз на общих заданиях, и, неудивительно, каждый раз Шан Цинхуа возвращали на пик с кучей ушибов, в лучшем случае. После последнего раза, об этом узнал шиди Му и настойчиво попросил Лю Цингэ: во первых, не калечить бедного Шан шисюна; а во вторых, доставлять его на пик врачевания. Вообще, быть честным, на Лю Цингэ почти орали, упрекая, словно маленького ребенка. Не слишком похоже на Му Цинфана. Видимо не свезло попасться под горячую руку, но больше свою удачу и терпение шиди испытывать желания не имелось. Да и Шан Цинхуа действительно после каждого задания требовалась медицинская помощь.       На самом деле, почти все совместные миссии были инициативой лорда Байчжань. Первая, конечно, являлась просто совпадением. До этого парочку раз главы пиков встречались на общих заданиях, еще во времена их ученичества. Тогда Шан Цинхуа никак не зацепил Лю Цингэ. Возможно, даже оттолкнул. Он показался ему человеком особенно слабым и трусливым, совсем не то, что ценит Лю Цингэ.       В этот же раз все было немного иначе. Дело в том, что их представления, как нужно разбираться с проблемой, несколько различались. Лю Цингэ, не изменяя себе, талдычил о том, что с коварным демоном разговор простой. Шан Цинхуа же хотел обойтись без лишней крови. В конце концов, это был не просто какой-то тупой зверо-демон. Это был суккуб. Девушка, работающая в борделе, и, время от времени поедающая своих клиентов. Как минимум нужно быть юрким и не лишенным интеллекта.

***

      — Шиди Лю! Мы ведь не можем просто переубивать всех людей. Мы даже не уверены, в каком именно здании работает дамочка! — мужчина пытался звучать обходительнее.       — Не дамочкк, а грязный демон, — Лю Цингэ же, в свою очередь, тон не подбирал.       — Да! Шиди Лю, ты прав, это грязный демон. В отличие от других, э, возможных присутствующих, — Шан Цинхуа попытался выдержать театральную паузу, что вышло не очень, так как Лю Цингэ момент не очень понял и уже было собирался начать препираться, но Шан Цинхуа вовремя опомнился и поспешил продолжить: — Столько невинных душ! — пытался он давить на жалость, — Для начала нужно узнать где именно пропадают люди, затем провести расследование уже относительно внутренней работы весеннего дома...       — Долго, — бесцеремонно перебил владыка Байджань.       — А ты предлагаешь переубивать всех без разбору?       — Просто зайдем во все бордели и допросим каждого, — отвечал Лю Цингэ с таким лицом, будто объяснял очевидные вещи ребенку.       — Ах, — тяжело вздохнул владыка Аньдин, уже сам, будто уставая от несносного мальчишки, — Суккубы ведь не обычные чертеныши. Живя бок о бок с людьми нужно быть хоть малость смышленным. Каков шанс того, что мы с первого раза попадем в нужный дом? А ведь как только мы выйдем, не добившись от допроса ничего, сразу поползут слухи, о которых тут же узнает демоница и слиняет. И даже если мы каким-то чудом сразу попадем в нужное место, уверен, мы вряд-ли нарвемся на нужную персону. А в ином случае она снова обо всем быстро узнает и так же быстро сдрыстнет! — мужчина выдохнул. Он почти протараторил речь, боясь оказаться недослушанным. Впрочем, Лю Цингэ все это время терпеливо ждал.       И все же, он лишь скептично фыркнул, мотая головой в сторону.       — Ты утверждаешь, что я не смогу поймать какого-то жалкого демона? — сейчас он выглядел слегка оскорбленным.       Шан Цинхуа поспешил оправдаться: — Конечно нет! — он немного заикался, — Я ведь объяснил, как это работает! Да и, будь дьяволица настолько жалкой, послали бы сюда двух горных лордов?       — Меня часто отправляют на такие задания, — заметил заклинатель.       — Но часто ли приставляют кого-то еще? Уверен, суккуб, мало того, что силен, но и очень хитер! — не специально намекнул Шан Цинхуа. К его счастью, мужчина напротив ничего не понял.       Боже, он ужасно устал. Он ведь даже не врал! Ни капли лжи! Очевидно же, Цинхуа сюда прилепили только потому, что знали ранее описанные самим Лю Цингэ методы. Наверное, вы еще зададите вопрос, почему именно Самолет? Ответ до смешного прост: остальные главы пиков либо заняты, либо вовсе отсутствуют на хребте. Либо Шень Цинцю. В общем, других вариантов не было. Разве что, отправить на задание ученика, но это слишком рискованно и вовсе не в принципах секты. Мало того, что он сумеет повлиять и убедить владыку Байчжань не лучше, чем сам Цинхуа, так еще и подвергнется куда большей опасности. Лорд жалкого пика Аньдин, быть может, и далеко не воин, все-таки будет посильнее обычного ученика. Да и, даже если ребенок каким-то чудом убедит Лю Цингэ в надобности плана, то придумать его уже не сможет. И вообще, повторюсь, это совсем не в принципах секты! А вот Шан Цинхуа придумать план способен. И способен он придумать план даже если владыку Байчжань убедить не получится.       Вот после этого случая Лю Цингэ и зауважал Шан Цинхуа.       Уговорить воителя не получилось, хотя, Цинхуа не слишком пытался. Как ему подумалось, сделать все за Бога Войны и подтереть следы будет легче, чем терять кучу времени на объяснение очевидного.       И нет, уважение появилось не потому, что шисюн Шан смог предотвратить всю ту ахинею, что могла возникнуть из-за действий его шиди. Не то, чтобы он обратил на это внимание. Дело в том, как героически для Лю Цингэ выглядел шисюн!       Ну и да, естественно, изначально эта деталь в плане Шан Цинхуа отсутствовала: тяжелый кулак упал прямо на лицо шиди. Другого выбора не было! Да и бедный владыка Аньдин растерялся! Суккуб околдовал Лю Цингэ. Секунда промедления, и Шан Цинхуа, без помощи какого-нибудь другого сильного заклинателя, в жизни бы не вывел из грез эту машину.       В остальном, слава Господи, все сработалось хорошо. Пока Лю Цингэ приходил в себя, Цинхуа уже со всем разобрался. Слава богу, уже без кулаков. Первое и единственное задание, которое он закончил, Боже упаси, без особого ущерба своему здоровью. Хотя на счет ментального можно было бы и поспорить. Бог ты мой.       — Лучше бы меня одного послали... — а еще лучше, вообще не посылали бы.

***

      — Шиди Лю, я тебя заверяю, со мной все хорошо! Тебе следует отпустить меня, чтобы я самостоятельно добрался до своего пика, — Шан Цинуха кивнул, злобно взглядываясь в непроницаемые глаза шиди.       Лю Цингэ скептично взглянул на него, а потом выразительно опустил глаза вниз — летели они высоко, над скалами. Шан Цинхуа на это лишь испуганно дернулся, но все равно продолжал что-то бурчать.       Тогда Лю Цингэ еще кое-что заметил: — У тебя сломана нога, как ты полетишь? И где твой меч?       — Сломана всего лишь лодыжка, я могу стоять, да и на крайняк, можно полететь, ммм, например сидя. И где мой меч? — особо не задумываясь, Шан Цинхуа сразу начал отвечать, и только сейчас до него дошло.       Где его меч?!       О черт, придурок, как вообще можно было потерять, мать его, духовное оружие? Мужчина принялся оглядывать себя, что было немного затруднительно, учитывая его положение. Спустя секунду он положил руку на привычное место хранения меча, и... Он был на месте?       — У меня сердце чуть не в пятки не ушло, — смотря в пустоту выдохнул Шан Цинхуа, полуошарашено-полуравнодушно. Потом он разозлился, — Зачем так пугать?! Вот же мой меч! Все на месте!       Лю Цингэ, впрочем, на вспышку шисюна отреагировал неярко: — Понял.       Да что он понял? Это начинает бесить.       Придурочную ухмылку лорда Байчжань Шан Цинхуа не заметил.       Продолжить своеобразную ссору не вышло: заклинатели прибыли на Цяньцяо. Спрыгнув с меча, тем не менее, отпускать груз Лю Цингэ не спешил. Из-за чего сам груз надулся еще сильнее. Хотя то было логично. Просто стоять на мече легче, чем ходить, так с чего бы сейчас эту задачу перекладывать на больного?

***

      По лицу Му Цинфана было видно, что он еле сдерживался от того, чтобы не отчитать Лю Цингэ за очередную травму их шисюна. Видимо у него в последнее время завал, ну или почему он все время на нервах? Тем не менее, лекарь ограничился только осуждающими зырками, так как, по-хорошему, учитывая всю непробиваемость владыки Байчжань, его можно было бы и поблагодарить, что он выполнил прошлую просьбу саоего шиди.       Раздражение Цинфана чувствовал и Шан Цинхуа. От чего Лю Цингэ приходилось терпеть недовольное поглядывание и от него. Цинхуа уж очень не любил заглядывать на пик врачевания с целью воспользоваться его прямым назначением. Но вот общения с горным лордом, то было приятно: один из немногих, кто уважал его и его деятельность на хребте. С недавних пор, к этому немногочисленному списку ценителей прибавился Лю Цингэ. Больше всего Цинхуа, наверное, удивился не тому, что сам Бог Войны обратил внимание на кого-то вроде него, а тому, что когда-нибудь он будет не рад хорошему отношению. Хотя, у владыки Байчжань было странное представление о "хорошем" отношении.       — Травма не страшная, просто не нагружай себя физическими нагрузками, — управился врач быстро. Впрочем, выглядел он все равно не слишком обрадованным. Осуждающий взгляд переместился на больного: они оба знали, что Шан Цинхуа не может не бегать по всему хребту. Его ноги и будучи(относительно) здоровыми болели от этих изнемогающих прогулок, а сейчас что?       Чуть хромая, Шан Цинхуа медленно удалился на улицу в сопровождении Лю Цингэ. Второй, демонстрируя остатки проницательности, спросил: — Как ты будешь выполнять свою работу?       — Что-нибудь придумаю, — знатно выдохшись за прошедший день, мужчина не стал утруждать себя вразумительным ответом. И все же, снова, он ведь даже не врал! Он совсем не собирался гонять по всем двенадцати пикам с переломанными ногами. Он бы действительно что-нибудь придумал!       Черт бы его побрал.       — Я помогу, — и его шиди тоже побрал.       Уважения — ноль!

***