Неудачу обнимут мягкие варежки

      Зал полон голосов - мужские, женские, детские. Все не сливаются в один громкий гул, а нарастают в совершенно изматывающие звуки. Кто-то играл в волейбол, что слышны звуки от скользких кроссовок и перекрикивающие друг друга оры.              Невозможно находиться. Невозможно сосредоточиться.       - Она опять пробует.       - Смотри, смотри.       Худое, перекошенное от нервов, тело Тсуны трясется, руки потеют, а неподъмные волосы лезут на лицо. Она не хочет, не хочет.       Она бежит, готовая выполнить хоть что-то, но подскальзывается на ровной поверхности пола спортивного зала.       Она не может.       Слышны все те же голоса, но к ним прибавились смех и перешептывания. Где-то сбоку учитель физкультуры смотрит, мотая головой, все так же ставя ноль баллов за прыжок через припятствие.       Тцуна хотела встать, зная, что ей никто не поможет, но подскользнулась опять, упав уже на сетку. Кто знал, что эта сетка удерживала все мячи. Посыпались волейбольные мячи, которые были внутри сетчатой корзины.       - Нет! - откликнули болельщики волейбола между мальчиками. Все мячи полетели к месту игры, не давая нормально бегать. Начался хаос.       Одна команда выйграла, другая проиграла, так как матч остановили из-за ловины мячей.       "Почему вообще все мячи лежат в хлипенькой корзине?"       - Неудачливая Тсуна, - слышалось от волейболистов.       Тсуна похрамывая, собирала мячи вместе с остальными. Точнее сказать, она собирала не "вместе", а "тоже ".       - Не то, что прыгнуть, - говорили девочки с другой части зала, - а даже просто добежать не может.       - И все тесты опять провалила. Учитель ругал ее после уроков, - продолжила подруга. - Глупая Тсуна.       Убирая мячи под бдительным вглядом учителя, Тсуна какой раз думала над тем, зачем она ходит в школу, если она идиотка и размазня. Это "хочу найти нов-". Нет. "Хочу поступить-". Нет.       - Тсуна, - Нана поднималась выше по лестнице с тем упрекаемым голосом, - мне звонили из школы. Ты опять игнорировала учителя.       Тсуна сидела на полу, читая очередную мангу в жанре повседневность, не сменив школьную форму Намимори - юбка скаталась у бедер, а рубашка лежала поверх юбки.       - Что ты собираешься делать после школы?       - Не знаю, - вяло ответила девушка, не вдумываясь в вопрос.       - Как можно относиится так к своему будущему? Возможно, тебе не светит университет, но постарайся закончить хорошо школу для будущей работы. Конечно-       - Можешь стать домохозяйкой, как я. Я слышала, - сразу перебила Тсуна. Но жизнь опять ей казалась безрадостной до такой степени, что ничего не хотелось.       - Нельзя говорить так сухо! - Нана то хмурилась, то воображала. - Я хочу, чтоб ты понимала, какой жизнь может быть классной!       Тсуна молчала, не поднимая глаз. Нана подумала лишь, как сложно говорить с подростком.       - О, боже... - она осмотрела комнату. Мусорка была переполнена исписанными тестами, стол завален учебниками и едой. Шкаф с одеждой превратился в склад мукулатуры. У ее дочери так мало одежды. - Тсу-тян, сегодня придет репетитор.       - Что? - удивилась Тсуна, не понимая, что даже встала с насиженного места. С мамой никогда не было разговоров на тему репетитора. Она не хочет.       - В почтовом ящике была интересная листовка, - она читает. - "Сделаем из вашего ребенка лидера нового покаления. Возраст и таланты не имеют значения".       - Мне не нужен репетитор! - Тсуна от беспокойства заправила рубашку в юбку. - Я не смогу ни с кем рядом находиться! - сжала кулаки. Ее мама никогда не понимала страх дочери перед незнакомцами.       - Чаосс! - послышалось внизу, около ног девочки. Новый голос.       Страх. Ноги не двигаются, прилипнув к полу. Глаза полностью раскрыты, не готовые увидеть незнакомца. Это липнет и липнет, наслаиваясь, что эмоции становятся неправильными. Сделай шаг - пуля в голове. Слелай два - ты взорвешься.       - Я прибыл на три часа раньше, но мы можем начать прямо сейчас, - послышался детский голос. Резко тело девочки отмерло и та качнулась, обратив взгляд на прибывшего.       - Ей, малыш, ты чей? - сразу же спросила Нана.       - Я? Я- Реборн, репетитор, - сказал маленький мальчик. Ему нельзя дать больше четырех, да и то он был очень низким. Хоть слова и были четкими, но высокий голос выдавал его.       Нана ахнула, а Тсуна вздохнула, убирая тяжесть с груди. Иногла ей казалось, что люди страшней, чем они есть.       - Мама, это розыгрыш, - хмыкнула Тсуна, показывая пальцем на ребенка. - Такое мог написать только ребенок, - засмеялась она.       - Так это ты Тсуна, - послышалось снизу. Ребенок, не мигая смотрел в ответ на девушку.       - Мне совершенно нечему у тебя учится. Иди-иди домой, - махала руками Тсуна.       Неожиданно, одну из ладошек девушки схватили, что было не вытащить, опуская ниже. Ее это удивило, где-то в создании начали всплывать нехорошие мысли, которые она не могла собрать в одну идею.       - Это твоя комната? - спрашивал ребенок. Нана медленно отходила, замечая, что ее девочку уже взяли под контроль. Хотя этот маленький мальчик был странным.       - Ма... - хотела пожаловаться Тсуна, но ее взгляд перехватили, сев перед ней. Другой рукой взяли бантик, который еще в школе потерял свою форму, с силой хватаясь за него. И отбрасывая на кровать! Одним движением.       Тсуна валялась на кровати с неразвязанным бантиком, не понимая физики случившегося.       - Что ты за ребенок? Это ненормально! Я не знаю физику, но ты можешь делать так, если твоя масса больше моей! - кричала Тсуна на ребенка.       Тот не поменял взгляла черных глаз-бусинок, но поправил шляпу или пиджак, встал посередине комнаты.       - Запомни, я всегла начеку. На самом деле я наемник, - говорил, не делая больших пауз. - И пришел сюда для того, - вытащил сзади что-то похожее на оружие, только зеленого цвета. - Чтобы сделать из тебя босса мафии.       Внутри теперь не говорило, а орало на непонятном языке.       - Я не понимаю, это глупо! - начала спешно Тсуна, сползая, передвигаясь ближе к выходу. - Ты глупый и ненормальный ребенок! Нельзя носить оружие просто так, даже, если оно ненастоящее!       - Может выстрелить разок? - задал вопрос мальчик, целясь дулом в девушку.       - Что? - сердце начало стучать, руки затряслись. Один шаг - пуля в лоб. Казалось, Тсуна видела через дуло оружия темную пулю.       - Но не сейчас, - дуло подняли вверх, приглашая к выходу. В животе у обоих заурчало.       Мальчик сбежал прыжками вниз, пока Тсуна смотрела ему вслед.       Нужно уйти. Нужно уйти. Тсуна поправила одежду, накидывая тонкую кофту. Нужно уйти. Сбежать. Она не понимает. Один шаг - пуля в голову.       - Тсу-тян, обедать будешь? - спросила мама.       - Нет, я поем в том месте. Дай... Хии? что? Почему этот ребенок тут? - от шока Тсуна подпрыгнула, обнимая себя.       Мама лишь рассказала про контракт репетитора.       Тсуна больше ничего не хотела говорить, надевая обувь. На улице было солнце, подувал ветерок.       Было выбрано место, куда хочется ходить обедать. Тихое место, закрытое кустами и деревьями, где опрыскивают от насекомых, а рядом стоит автомат со снеками и сэндвичами. Это место далеко за домами, но оно безопасно.       Неожиданно сбоку появился этот ребенок в черном костюме. Интуиция даже не предсказала, что он находиться рядом. А прошлое нервное состояние почти исчезло, заменившись на раздрожение.       - Мне это не нравится! Не ходи за мной, ты не будешь моим репетитором! Закончи сначала начальную школу, - горячо говорила Тсуна.       - Наемники не ходят в начальную школу, - сразу ответил ребенок.       - Это странно и глупо, опять же... - закатила глаза Тсуна. Дети.       Она почти дошла до конца этих однотипных домов, как увидела знакомый силуэт, сразу же забившись в угол на уровень с ребенком.       Сасегава. Девочка из школы Намимори. Она часто на слуху у других, хоть Тсуна знает только ее внешность и популярность. Главное правило - не встречаться с одноклассниками и вне школы тоже.       Девочка была запоминающаяся - светлые прямые волосы, которые сейчас держат короткими, милая улыбка и всегда счастливые глаза. Эта та девочка, которой пойдет любая школьная форма.       - Ааааах. Какой миленький! - воскликнула она, присев на уровень мальчика. Тот поздаровался той же фразой, все в той же незаинтересованной манере. - А почему ты в костюме? - спросила Сасагава.       - Потому что...       "Только не говори глупостей".       - Я мафиози.       - Ой, так здорово, - воскликнула девушка, сцепив руки вместе, - удачи, пока-пока.       - Чао-чао!       Сасагава ушла легкой походкой. Тсуна хотела выбраться из своего укрытия, но ее вязанная кофта зацепилась за забор. В такие моменты надо аккуратно выходить из положения, но Тсуна просто дернула со всей девчачей силы. Послышался звук рвущейся ткани. Свободный полет вниз.       Камень, земля. Голова Тсуны неудачно стукнулось об землю, но не на большой скорости.       Тсуна ойкнула, поглаживая лоб. Из-за боли ей пришло воспоминание, что она не осмотрела рану, полученную в спортивном зале.       - Эй, Тсуна, - напомнил о себе мальчик, но она не хотела сейчас на него обращать внимание. Пусть идет к Сасагаве, раз он ей так понравился.       - Я забыла посмотреть, - она задрала юбку почти до конца бедра, чтоб увидеть небольшой участок стертой кожи. "Давно все засохло, часть, наверное, на штанах". - Ничего страшного...       - Эй, Тсуна, - еще раз откликнул мальчик ее, но не получив ответа, подпрыгнул и зарядил ладонью по лбу, рядом с покраснением. Это произошло так быстро, что Тсуна упала назад, ударившись затылком.       - Так нельзя делать! - Тсуна держала голову обеими руками, слегка потирая.       Голову девушки повернули прямо, полностью обращаясь к мальчику, что встал на ее колени.       - Не витай в облаках, - начал серьезно говорить ребенок, хотя голос остался тем же. - Встань с земли и приведи себя в порядок, - слез с колен одним длинным прыжком назад спиной.       "Это очень странный ребенок". Тсуна медленно встала, все еще ощущая в голове звонкий удар об землю и бетон.       И она, и в правду, выглядела неподобающе! Юбку быстро опустили вниз и еще ниже, опустив до низкой талии, чувствуя себя немного распутно. Обычно она рассматривает свои ссадины одна, а тут появился какой-то ребенок. Как можно сильней кутаясь в порванную кофту, она чувствовала себя неуютно.       - Почему ты избегаешь эту девочку? - спросил мальчик.       - Какое тебе дело? - начала защищаться Тсуна. Но она знала, что он не поймет ее.       - Ты хочешь с ней поздароваться? - сразу же продолжил мальчик, не замечая к себе пренебрежения.       - Нет! - сказала Тсуна. "Может быть когда-нибудь хотела", - думала она.       - Почему не можешь это сделать?       - Ты странный, хоть я это и не чувствую, - Тсуна повернулась, - я пойду обедать!       - Какие причины могут быть?       - Отвяжись! - крикнула Тсуна, готовая покинуть это странное знакомство.       Мальчик что-то говорил уходящей фигуре, но это было не так важно. Сбоку послышался шорох. Один шаг - пуля в голову. Два шага - взрыв.       - Ты хочешь постоянно показывать всем спину и бояться сказать привет? - спросил знакомый голос.       - Да! - сказала Тсуна и подумала: "я так делаю уже давно".       - Тогда, - спрыгнули, что опять оказались перед Тсуной, - умри. - Показывая дулом уже маленького пистолета.       - Это несмешно, - появилась строгость в голосе. - Не издевайся над старшими! - она не упускала из виду игрушечное оружие, делая шаг. - Зачем меня убивать?       В ответ появилась улыбка у маленького мальчика: "Узнаешь, когда умрешь".       Тсуна сделала шаг вбок, услышав лишь гул и свист воздуха. Что-то врезалось в нее, что опрокинуло. Она не могла сдвинуться, лишь только лились бесконечным потоком мысли.       Я умру. Сейчас я расстанусь с этим миром. Если бы у меня было последнее желание, я бы наверняка спросила самую популярную и красивую девочку, как научится дружить. Я хочу спросить у нее, несмотря на страх и неуверенность. Мое предсмерное желание...       Тело Тсуны упало на газон, который появился тут совершенно случайно, хотя его быть здесь не должно. Послышались крики людей, которые заинтересовались звуком, похожим на выстрел.       Тело на газоне зашевелилось, как из кокона, из кофты начала вылезать фигура худощявой девушки. Тонкие руки, сутулые плечи, на которые накинута майка бежевого цвета. Выпутались кривые ноги, которые у многих азиаток в подрастковом возрасте, на бедрах в облипку трусы-шорты.       Поднялась голова с вихрами волос, а на лбу горело маленькое пламя, почти не движимое. Фигура воспряла телом и крикнула: "Реборн!", смотря назад, откуда только ушла, с кулаками наизготовку.       - Мое предсмерное желание- , - голос поднялся на несколько тонов, редкие брови нахмурились в жесткое выражение лица.