Сомнус

На следующий день Микаэль пришёл сам. Он постучал в дверь, и войдя, сразу перешёл к делу: — Вам нужны какие-то вещи? — Да, желательно мои... — несмело ответила я. — Исключено. Их сожгут сегодня. Все, кроме телефона и документов. Закажите себе через интернет всё, что будет необходимо. Аренду квартиры мы уже оплатили, и вернули хозяйке ключ. — Эммм... Ну хорошо, как скажете... — мне приходилось свыкаться с мыслью, что моей прежней жизни больше нет. — Далее: ежедневно завтрак, обед и ужин вы заказываете себе сами в этих ресторанах — он протянул бумажку с названиями. Насчёт оплаты не беспокойтесь, к вам вопросов не будет — просто назовите своё имя. Если понадобится что-то ещё — что угодно — тоже оформляйте и счёт присылайте мне на имейл, оплатим. Теперь главное: вот ваше расписание занятий на эту неделю. Основным преподавателем у вас будет Сомнус, дополнительные предметы буду вести я, некоторые дисциплины — Рафаил. Есть вопросы? — Я поняла, спасибо, Микаэль. А когда начнутся занятия? — Как только у Сомнуса появится время. Осваивайтесь в особняке, будьте осторожны в общении с парнями, они бывают... импульсивны. Не провоцируйте их лишний раз. Я кивнула. Микаэль попрощался и вышел. Ближе к обеду мне привезли документы и телефон. Хоть и маленькая — частичка прошлой жизни, навеяла меланхолию. Это чувство переросло в приступ паники: «Что я делаю?...» ...Но, поразмыслив немного, я всё же успокоилась — это просто сопротивление психики, естественная реакция на большие перемены. К тому же... Вчера Сомнус избавил меня от главного страха — мужчины не смогут мне навредить. Я же боялась близости, как огня... С другой стороны — поведение самого Сомнуса было более, чем противоречивым. Он явно забавлялся мной, и ему это нравилось. Однако, если бы он захотел получить большее — кто бы ему помешал? Никто. И он это прекрасно осознаёт... Значит, всё в порядке. Я просто себя накручиваю. Остаток вечера я провела в обнимку с телефоном: интернет-шоппинг оказался задачей не из простых, однако, я справилась. Уснула, как младенец. ...Мне приснился университет, пары, одногруппники... И вдруг всё это померкло, и на чёрно-угольном фоне вырисовались красные глаза… Голос, доносившийся будто отовсюду, окутал меня: — Ты не человек. Кто ты?.. Я проснулась в горячем поту. Долго пыталась усмирить бешеное сердцебиение. Что это было?.. И правда, КТО Я? Ответов не находилось — их предстояло отыскать самостоятельно. ***** Прошло ещё два дня. Занятия так и не начались. Я наконец-то получила свои заказы, и смогла надеть нормальные человеческие вещи. Как ни странно, они все подошли мне — сидели, как влитые. Я вышла в гостиную. — О, наша ведьмочка воскресла! — задорно отозвался кудрявый брюнет и продолжил — Теперь ты от меня не отвертишься! — Добрый день, Давид... Что ты имеешь ввиду? — настороженно спросила я. Он рассмеялся и похлопал меня по плечу: — Попробуешь мой коктейль! Я выдохнула. Никто не пытался посягать на меня. Да, у меня, оказывается, была настоящая паранойя на этот счёт... — Я бы с удовольствием, честно, но алкоголь мне нельзя. Я всё жду, когда начнутся занятия... — оправдывалась я. — Лааадно, так уж и быть! Услышь, весь мир: специально для прекрасной Одри я приготовлю это произведение искусства по новому рецепту! — почти прокричал тёмный Аполлон, и я рассмеялась. В столовую вошел Рафаил: — Что тут за шум? — Одри сводит меня с ума! — заявид Давид — Она заставила, буквально принудила создать для неё нечто особенное! — кудрявый красавчик, кажется, всегда был на позитиве, чем, конечно, сразу вызывал расположение. Рафаил улыбнулся и ответил: — Не знал, что тебя так легко свести с ума. — Я сам в шоке! — отозвался Давид и продолжил свою барную магию. Рафаил обратился ко мне: — Как вам здесь? Осваиваетесь? — Спасибо, хорошо, привыкаю. — просто ответила я. — Замечательно. Как только Сомнус даст добро, я буду учить вас работать со Стихиями, а пока — он протянул мне какую-то вещицу — Это вам. — Что это? — удивилась я. — Амулет из одного очень редкого камня. Он усилит вашу интуицию и проводимость энергии. Вы очень... Хрупкая... В таком теле большую силу не удержать, поэтому вам её придётся высвобождать, чтобы она не навредила вашему здоровью. — Спасибо, Рафаил... — я тут же надела украшение на шею и моментально почувствовала головокружение. Меланхоличный парень взял меня за руку и сказал: — Это сейчас пройдёт. Камень сонастраивается с вашими энергиями. Я кивнула. И через несколько секунд действительно почувствовала облегчение. — Эй, так не честно! — раздался наигранно недовольный голос Давида — Значит, коктейль для Одри готовлю я, а за руку её держишь ты? — он обращался к Рафаилу. Тот лишь улыбнулся и отпустил мою руку. — Вот, так-то лучше! — констатировал супербармен — Ну, давай, ведьмочка, попробуй моего зелья! — он протянул мне стакан. Я взяла его и вдохнула аромат содержимого — ананас, ваниль, нотки цитрусовых — должно быть вкусно! Я поднесла коктейль к губам и сделала глоток. — Ну, что скажешь? — нетерпеливо спросил тёмный Аполлон — Как тебе? — Божественно! — выдохнула я — Ничего вкуснее в жизни не пробовала. У тебя настоящий талант! — напиток и вправду был потрясающим. — Именно! Всё самое вкусное — у Давида! — подмигнул он и был явно рад, что мне понравилось его творчество — Назову этот коктейль твоим именем, ты не против? — Это слишком большая честь для меня, Давид — пошутила я — Но я не против. Большое спасибо! — Пожалуйста, наслаждайся! Я с удовольствием допила ароматное зелье, ещё раз поблагодарила обоих парней и отправилась к себе. Время тянулось долго. Я перечитала все свои записи по магии в телефоне, посмотрела пару фильмов, приняла горячий душ — и меня сморил сон. ...Глубокой ночью я проснулась от того, что почувствовала прикосновение. Я подскочила на кровати и увидела, что в кресле рядом сидит Сомнус. — Ну что, спящая красавица, ты готова к уроку? Я протёрла глаза и попыталась собраться с мыслями: — Сомнус... Да, готова... Сейчас... Мне только нужно переодеться... Я хотела встать, но мой новый преподаватель не позволил мне этого сделать — он вдруг оказался рядом, склонился надо мной, перехватил мои запястья и прижал обе руки к подушке. Я ощутила его дыхание с ароматом кофе всей кожей лица и шеи. Он пристально посмотрел мне в глаза и сказал: — Не нужно. Я поначалу растерялась. Но, понимая, что спорить с ним бесполезно и даже опасно — кивнула головой. — Молодец. Привыкай. Ты теперь моя ученица, и должна доверять мне, как никому другому — с этими словами он отпустил мои руки и снова сел в кресло. — Итак, начнём. Знаешь ли ты, что за сила живёт в тебе? — Н... Нет — неуверенно ответила я, усаживаясь на кровати и натягивая одеяло до самого подбородка. — Что ж, открою маленький секрет: когда ты танцуешь — ты светишься. Я беззвучно захлопала ресницами, не веря тому, что услышала. Он продолжил: — Что ещё ты делаешь с таким же удовольствием? — Не знаю... Ничего, наверное... — Наверное? Хорошо. Задам вопрос иначе — что ты чувствовала, ощущала во время танца? — Свободу... Радость... Полёт... — Ещё? — Наслаждение... — Точнее, Одри. Мы не в детском саду. — В... Возбуждение? — робко предположила я. Признаться в этом, даже самой себе, было стыдно. — Именно. Я увидел это сразу. Твоя главная сила — сексуальная. Кундалини в чистом виде, если быть точнее. Это большая редкость. — удовлетворённо кивнул он. — В самом деле? — опешила я — Но... Но разве это не у многих так? Сексуальность, мне кажется, есть у всех... — Верно. Но не у всех она превращается в силу. Ты — смогла. Не знаю как, но смогла. Каким было твоё детство? — Если коротко, то ужасным... — вздохнула я. — Подробнее. — приказал он. Я набрала воздуха в грудь и выложила ему всё: — Я сирота. Меня подбросили под монастырь, когда мне было всего пару месяцев. Я росла там. Меня часто били. — За что? — Я не знаю... За всё. — Кто бил? — Мужчины, в основном — розгами и кнутом. Женщины — чаще по лицу и за волосы... — на моих глазах выступили слёзы, и я поспешила их смахнуть. Не знаю, показалось мне или нет, что Сомнус в этот момент напряжённо сглотнул... — Когда начали бить? — Я не помню... — Что ещё было там, в монастыре? — Мне пытались навязать веру, но безуспешно. Чем больше меня «наставляли на путь истинный» — тем больше я его ненавидела. — Что было дальше? — Я несколько раз сбегала оттуда. Но... Я была несовершеннолетней, и меня находили, возвращали, снова били, закрывали в подвале, морили голодом... А потом я выросла — и сбежала окончательно. Пришла сразу в полицию и попросила помочь с документами — ведь у меня их не было. Тогда меня поместили временно в социальное общежитие, где находились выпускники интернатов и люди, не имеющие крыши над головой. А затем, получив паспорт, я поступила в колледж. Отучилась. Выплаты от государства были мизерными, но я смогла собрать немного денег, приехала сюда — и подала документы в ВУЗ. Меня приняли. Дальше — вы знаете. — Да уж... Не позавидуешь… — выдохнул он — И всё это никак не вяжется с проявлением твоей силы — наоборот, это должно было закрыть её навсегда... Значит, вариант остаётся один… Расскажи о личной жизни. — Нет у меня никакой личной жизни — просто и честно ответила я. — И не было? — удивился Сомнус. — И не было... Кроме одного случая... — замялась я, чувствуя нутром, что врать этому мужчине или скрывать от него что-то — нельзя ни в коем случае. — Одри, я ожидаю от тебя откровенности. Не заставляй меня извлекать из тебя информацию другими способами — его взгляд был требовательным и проницательным. Мне совершенно не хотелось погружаться в эту, болезненную для меня, тему — но я приняла на днях решение, что буду стараться на максимум, сделаю всё от меня зависящее. Поэтому вздохнула и произнесла: — Хорошо... Я расскажу... В общем, стипендии на жизнь в городе мне не хватало катастрофически. Ежедневно нужно было ездить в библиотеки, и даже по студенческому билету это было дорого. Я жила тогда в общежитии, и думала, как могу начать подрабатывать. В кафе — ночные смены — не вариант, я бы не смогла учиться. Да и вахтёры бы среди ночи не впустили обратно. Для другой работы ни опыта, ни знаний у меня не было. И однажды во сне, мне пришла идея варить сахарную пасту для депиляции — сам рецепт. Я проснулась, записала его, на последние деньги купила все ингредиенты, сварила в кастрюльке на общей кухне — и получилось. Но мне нужна была ещё тара, наклейки и постоянный доступ к газовой плите — а в общежитии она была одна на шестнадцать комнат... Помощи ждать было неоткуда. И тогда я подумала... — у меня перехватило дыхание — Я подумала, что могу... — Смелее, Одри. Не испытывай моё терпение. — жёстко потребовал Сомнус. — В общем, я продала одному знакомому свою девственность... — выдохнула я и отвернулась. Боль в горле стала просто невыносимой. — Вот как… — глухо сказал он — И за сколько продала? ...Мне до тошноты не хотелось отвечать на этот вопрос. Не хотелось, но пришлось... — За две тысячи долларов. Мой мучитель замолчал на несколько секунд, и затем спросил: — И что было дальше? — Я сразу сняла квартирку — ту самую, купила всё необходимое для работы, и наконец-то смогла жить иначе. — Так, с этим понятно. Непонятно одно — ты сказала, что отношений у тебя не было, кроме этого случая? Или всё-таки были, позже? — Не было. Я окунулась в работу, учёбу и магию с головой, даже на свидании не была ни разу... — Потрясающе... — проговорил Сомнус, и было совсем не разобрать — восхищается он или издевается. — И что, Одри, тебе не приходила мысль и дальше зарабатывать таким лёгким способом? — Никогда. Это было самое жуткое из того, что со мной произошло. И я это сделала только ради того, чтобы никогда и ни за что не попасть в безвыходное положение снова. К тому же… Я до дрожи боюсь... Мужчин... И самой близости... Я говорила спокойно, но внутри уже была на грани истерики. Я сидела на кровати в одной ночной рубашке и заламывала пальцы, пытаясь усмирить эту боль. Сомнус вдруг встал и вложил мне в руки мягкую игрушку — зайчика... Серенького, милого, с большой яркой морковкой в лапках... — Это тебе. — тихо проговорил он. ...В этот момент меня просто оборвало. Я обхватила подарок руками, прижала к себе, и завыла... Наставник молча наблюдал за мной, а затем сел ближе, на кровать, опустил ладонь на мои волосы и несколько раз погладил по голове. — Ты хорошая девочка, Одри... Милое дитя... — его голос был ласковым и тихим, но зазвенел в моей голове как колокол… Я постаралась взять себя в руки, вытерла слёзы, но зайку не отпустила. — Спасибо... — всхлипывая, сказала я — У меня никогда не было СВОЕЙ игрушки... — Однако, Одри, однако... — задумчиво произнёс Сомнус — Теперь вообще чёрт знает, как это понимать. Из всего, что ты рассказала, ничто не могло помочь тебе взрастить силу. Наоборот — всё это должно было её похоронить... Тогда... Тогда получается, что ты ещё сильнее, чем я предполагал. Вот это сюрприз... Я смотрела на него заплаканными глазами, и не знала, что сказать. — Будет сложнее — внезапно подытожил он — И тебе, и мне. — Почему? — переспросила я. — Потому что ЭТА сила раскроется в твоём случае только в доверии. А доверять — это самое трудное для тебя. — А почему тогда это сложнее для вас? — Потому что я не умею очаровывать. С моим характером найти к тебе подход — та ещё задача. Однако, я и не из тех, кто легко сдаётся... Ладно. Попробуем. Но только в единственном случае. — В каком? — осторожно уточнила я. — Ты делаешь ВСЁ, как я скажу. Будешь строить из себя овечку, бояться или сопротивляться — вышвырну вон отсюда. Хотя свой выбор ты уже сделала… Так что начнём. Ложись поудобнее и зайца убери подальше пока. Я с неохотой рассталась с этим пушистым сокровищем и сползла вниз по подушке, поправила свою длинную сорочку. Сомнус поинтересовался: — Тебе не холодно? — Нет. — Тогда это лишнее — с этими словами он рванул с меня одеяло. Я вздрогнула. Он прошёлся взглядом по моему, едва прикрытому, телу — но не как мужчина, а скорее, как доктор. — Расслабься, Одри. Я вдохнула и выдохнула. — Закрой глаза — послышался приказ. Я подчинилась. — А теперь сосредоточь внимание только на ощущениях — с этими словами он, не прикасаясь, занёс руку над моим животом и остановился чуть ниже пупка, в районе матки. Я почувствовала сначала тепло, затем — жар, а после — пульсацию энергии. Рвано вдохнула и выдохнула. — Хорошо, есть контакт. — кивнул Сомнус, но руку не убрал. ...Чем сильнее становилась пульсация внутри, тем больше я ощущала... возбуждение. Лежать смирно стало невозможным. Я подняла обе руки и накрыла ими своё лицо. Желание росло, и я не знала, что с этим делать. Наконец, не выдержав, я взмолилась: — Сомнус... — Я знаю. Ещё немного. Я по-прежнему не прикасаюсь к тебе. Это только твои ощущения, Одри. Всего лишь движение твоей собственной энергии — спокойно и как-то мечтательно ответил он. Меня стала бить дрожь. Я металась по подушке и немного согнула ногу в колене, от невозможности выдержать эти состояния. Ступня заскользила по мягкой поверхности простыни вниз — и меня накрыло... Я спрятала лицо, отвернувшись от мужчины и закрылась руками, до боли свела ноги вместе, и тихо заскулила. Я и подумать не могла, что оргазм можно получить без физического контакта... Раньше я сама себя удовлетворяла, но сейчас ощущения были сильнее, кажется, в десятки раз. Я не смогла сдержать придушенный стон... ***** ...Её грудь тяжело вздымалась и опускалась, она дышала рвано, прерывисто. Внутри будто взорвалась ядерная бомба, и просочилась в каждую молекулу её существа. Она не знала, как на это реагировать. Ей было невыносимо стыдно от мысли, что Сомнус это всё видит... И было невероятно сладко от самих ощущений. Такой яркости она не переживала никогда ранее. А он... Он получал свой, ни с чем не сравнимый, кайф, просто глядя на экстаз этой маленькой смертной. Ему до дрожи нравилось быть иництатором, причиной и свидетелем её оргазма. Одри — совсем не ровня ему... Но она влекла, манила, как наваждение. Эти два дня он никак не мог отделаться от мыслей об этой хрупкой, пусть и не самой красивой в мире, девушке... Да, это был его собственный, ещё никому не известный, фетиш. Маленькое тело, едва прикрытое ночной рубашкой, дрожало от удовольствия прямо перед ним. Казалось бы — протяни руку — и получи всё и сразу, зачем церемониться? Но нет. Он не из слабаков. Он хочет постепенно. Медленно. Долго. Ласково. До изнеможения. Хочет упиваться ею не единственный раз, а каждый... После её откровений, у него появилась ещё одна цель — снять с неё эти оковы страха. Чтобы она доверилась без остатка и нырнула в омут с головой... В ЕГО омут... ***** — Ч.. Что это было? Зачем? — пересохшими губами прошептала я. — Активация, милое дитя. Подобные тренировки ждут нас регулярно, так что привыкай — с ухмылкой ответил он. — А... А есть какой-то другой способ? — взмолилась я. — Что тебя терзает, Одри? — Мне некомфортно... Стыдно... Страшно... — я рискнула признаться. — Это пройдёт. Иначе я тебе помочь не смогу. Тебе ПРИДЁТСЯ ко мне привыкнуть — отрезал он и добавил: — Кроме того — то, что смущает тебя, меня не смущает совершенно. Я видел не только голых или возбуждённых женщин, но и освежёванных. Меня уже мало что способно зацепить. И я не прикасаюсь к тебе, дитя. Бояться нечего. Ты просто получаешь оргазм, и всё. Считай, что ты на приёме у доктора. Ему плевать. Представь, что это вид терапии такой. Терапии, в которой ты остро нуждаешься... ***** Он, конечно, врал. Ему было далеко не плевать. Но ей сейчас об этом знать вовсе не обязательно… ***** — Л.. Ладно... Я постараюсь — выдавила из себя я. — Вот и славно — кивнул наставник — А теперь отдыхай. С этими словами, Сомнус исчез. Вот что за магия такая?.. Я ещё несколько часов не могла уснуть — терзаясь, мучаясь, борясь сама с собой. А затем обняла зайку, и сон моментально окутал меня...