По ком звонят колокола

Ангел вздрогнул, когда почувствовал на лице солнечные лучи, и заставил себя не удирать от них. Он поднял руку, прикрывая быстро заслезившиеся глаза. - Чёрт подери, Хармони, закрой долбанные жалюзи! Его секретарша закатила глаза от этой просьбы. - Ну, извини, что я подумала, будто после миллиарда лет в темноте ты можешь захотеть немного солнца… Ну, знаешь, раз ты здесь, где оно тебя не поджарит. Он потёр глаза, моргая, пока комната снова темнела до комфортного для него уровня. - Это просто слишком ярко, дьявольски. Она протянула ему чашку крови, бросив на его стол первый из дневных отчётов на подпись. - Может, если бы ты действительно провёл какое-то время с открытыми жалюзи, солнце не казалось бы таким ярким. Ангел зарычал, взяв ручку; они спорили об этом минимум раз в неделю с тех самых пор, как она стала работать на него. Он начал подписывать, а она всё ещё лепетала: - … у тебя нет причин иметь такой нездоровый цвет лица, когда ты работаешь… и живёшь… в этом здании. И к слову о жизни здесь. Ты вообще ложился спать вчера вечером? Твои волосы выглядят ещё безумнее, чем обычно, а костюм мятый. Ну и тоска. Он подавил зевок. - Работаю допоздна. - Какой шок, - пробормотала она. Он вяло слушал, как она протараторила его расписание на день, и улыбка тронула уголок его рта. Как бы он ни ненавидел признаваться себе – и он бы отрицал это перед кем бы то ни было ещё, даже под угрозой пыток, - он всё сильнее привязывался к легкомысленной вампирше. И, нехотя подумал он, она стала гораздо лучшим секретарём, чем когда-либо была Корди. Сия мысль вывела его из раздумий, и он встал. - Я обещал Корди, что верну ей это исследование к девяти, - сказал он в ответ на вопросительный взгляд Хармони. – Ей нужно знать, сколько новых провидцев она сможет набрать теперь, когда квартальный бюджет уже вступил в силу. Его секретарша протянула руку, а он покачал головой. - Нет, я отнесу. Мне всё равно нужно с ней поговорить. – Он оглядел себя. – После душа и переодевания. Она подняла бровь. - Ты сказал Фред, что встретишься с её отделом сегодня утром. - Перенесём? - Ты им должен, босс. По-крупному. Он вздохнул, направляясь к двери, ведущей в его личное помещение. - Я знаю. Можешь что-нибудь придумать? - Хорошо иметь деньги, - сказала она, выходя из его кабинета.

~ ~ ~ ~ ~ ~

Спустя некоторое время, приняв душ, переодевшись и чувствуя себя немного отдохнувшим, он направился в отдел своей провидицы. Ангел ухмыльнулся при этой мысли; его подруга действительно вернулась. Она оставалась в коме три с половиной года, и только неоднократные уверения из отдела Фред, мол, они медленно продвигаются вперёд, не давали ему отключить её от полумедицинской-полумагической системы жизнеобеспечения, на которой она находилась. Затем, внезапно, она начала медленно поправляться сама, и в конце концов проснулась, почти полностью сохранив память. Сперва всё шло напряжённо, но видно было, что она испытывает настоящие угрызения совести и отвращение от того, что вытворяло её тело, которым манипулировали. При поддержке друзей и благодаря некоторой физической - и метафизической - терапии вернулась прежняя Корди с удвоенной энергией. Поначалу между ней и Ангелом случались неловкие моменты. Корделия, пытавшаяся быть деликатной и, как обычно, потерпевшая в этом неудачу, заявила ему, что большинство эмоций, которые она может вспомнить, были результатом манипуляции, а не её собственными эмоциями; и она испытала облегчение - и лёгкое негодование, - когда он улыбнулся и сказал ей, что понимает. Годы, которые она провела без сознания, дали ему достаточно времени, чтобы обдумать свои чувства и обнаружить, что то, что он чувствовал, было в основном одиночеством. Он чувствовал сокрушительное горе и вину за смерть Баффи, а потом жаждал правильной семьи для своего сына. Было отчаяние из-за похищения Коннора, а затем замешательство из-за его странного возвращения, и Ангел не хотел сталкиваться со всем этим в одиночку. Он остановился на месте, закрыв глаза. Коннор. Его последней надеждой, лелеемой и скрываемой так долго, было то, что Корделия неким образом вспомнит его сына, если когда-нибудь проснётся. Но когда он оговорился и упомянул имя мальчика в одном из их первых разговоров, он не увидел в её глазах ничего, кроме любопытства-замешательства, которое он видел в глазах всех своих друзей в то или иное время. Ангел сделал ненужный выдох, пресекая этот болезненный поток мыслей, прежде чем пойти дальше. Он подавил очередной зевок, вежливо кивнув паре сотрудников, когда проходил мимо, и спрятав свою ухмылку от того, что они заметно выпрямились при его приближении. Он ощутил прилив гордости, который по привычке попытался усмирить, прежде чем остановить себя и дать ей расцвести. Заголовок свежего номера «Л. А. Таймс» привлёк его внимание, и он ухмыльнулся, прочитав, что уровень насильственных преступлений в Лос-Анджелесе снижается четвёртый год подряд. Политики из большинства других крупных городов страны умоляли мэра - который был сбит с толку, но оттого не менее готов присвоить заслугу себе, - рассказать им, как он этого добился. - Вот тебе, Холланд, - пробормотал он, проходя через дверь Отдела Провидцев, название которого, как со смехом сказала ему Корди, вызывало у неё те же мигрени, что когда-то были от самих видений. Он прошёл через отдел и уже был у её двери с поднятой рукой, готовясь постучать, когда услышал внутри телефонный звонок. Звукоизоляция, которая обеспечивала офисную конфиденциальность для сотрудников, не создавала проблем для его обострённого слуха, о чём он постоянно забывал упомянуть на проходящих раз в полгода собраниях, посвящённых состоянию дел в фирме. - Чейз, - лаконично ответила она, а потом: - Ксандер! Ты рано встал. Ангел поморщился и повернулся, чтобы уйти и вернуться позже. Он был рад, что Корделия восстанавливает дружеские отношения с людьми, которых знала в Саннидейле, но немного жалел, что она решила начинать с Ксандера Харриса. Он сделал два шага, когда его остановил её голос, повышенный от изумления. - Ты шутишь! Когда?! Встревоженный, он приготовился постучать снова, но её смех заставил его замереть. - Июньская свадьба. Может ли она быть более банальной? Ладно, ладно! Да, это мило. Она заслуживает чего-то нормального. У неё такая странная жизнь. Ну, да, как и у всех нас, я полагаю. Тревога Ангела утихла, когда он понял, что никто не ранен и не убит, и вновь усилилась, когда до него полностью дошёл смысл слов. - Свадьба? - прошептал он. «Успокойся, - увещевал он себя. - Может, Уиллоу, или... или одна из Кордетт*, или даже Фэйт». [* Кордетт – так в школе называли группу учениц, лидером которых была Корделия; прим. пер.] - Значит, подружкой невесты будет Уиллоу? Неудивительно. Ангел моргнул, его страх усилился. «Ладно, не Уиллоу. А если она подружка невесты, то, вероятно, не одна из Кордетт и не Фэйт». - Так как он выглядит? - спросила Корделия, а потом рассмеялась. - Ксандер! Ты же знаешь, он ненавидит, когда его так называют. Ладно, да, Мертвец - это в точку, но всё же. Ну, по крайней мере, она миновала этап интереса к кое-кому высокому, тёмному и погружённому в мрачные раздумья. Давно пора. Ангел отпрянул от двери, растерянный, напуганный и слегка уязвлённый замечанием Корди. - Разумно. Джайлс всегда был для неё отцом больше, чем её настоящий отец. Ему следует вести её к алтарю. Отчёт, который он собирался ей отдать, выскользнул из его пальцев и полетел на пол. Поражённый, он повернулся и пошёл прочь от её кабинета, едва услышав, как она сказала Ксандеру: - Ну, я жду, что скоро на моём столе появится элегантное официальное приглашение. Абсолютно не обращая внимания на окружающую обстановку, Ангел, чуть ли не спотыкаясь, поплёлся обратно в свой офис. Хармони встала, когда он приблизился к её столу, но её обеспокоенный взгляд остался совершенно незамеченным им. - Ангел?   - Отменить сегодня, - сказал он безжизненно. - Всё? - спросила она, ошеломлённая. - Всё, - ответил он, закрывая и запирая дверь своего кабинета. Он смутно слышал, как она подёргала ручку, прежде чем постучать в дверь и позвать его по имени, но не отреагировал. Как-то автоматически он пересёк тёмную комнату и нажал кнопку на панели у окна. Жалюзи щёлкнули-открылись, наполняя комнату солнечным светом, и Ангел прижался лбом к тёплому стеклу, мимолётом пожелав, чтобы окна не были некрозакалёнными. Боль от ожога не могла быть хуже, чем то, что он чувствовал сейчас. - Замуж, - тупо сказал он. Ангел напряг мозги, пытаясь вспомнить каждое слово из каждого электронного письма, которое Баффи ему отправляла (для них это был наименее душераздирающий и наиболее удобный способ общения). Он не смог вспомнить, чтобы она хоть раз упоминала кавалера, с которым у неё всё серьёзно. В своём последнем письме он сообщил ей, что у него есть кое-что важное, что он хочет сказать ей лично, и её ответ был шутливо угрожающим. Она написала ему, что такое интригующее начало обязательно приведёт её к двери его кабинета с колом наизготовку, - перспектива, которая не столько напугала его, сколько вселила в него надежду. Не было никаких упоминаний о её собственных больших новостях. - Зачем ей рассказывать тебе о парне? - прорычал он. - Ты, вероятно, должен был быть последним, кто узнает об этом. Он вспомнил беззаботный тон Корди и закрыл глаза, скривившись. Боже, до чего же больно было слышать, как она столь небрежно обсуждает гибель всех его тайных надежд. Ангел вздохнул. Он так дьявольски хорошо научился скрывать свои эмоции по поводу всего касающегося Баффи, что его друзья, без сомнения, думали, будто эти эмоции прекратили своё существование. Он и Баффи были друг с другом вежливы, но держались на расстоянии, и упоминание её имени больше не вызывало у него никаких внешних проявлений чувств. Он знал: её друзья считали, что она давно двинулась дальше. И, видимо, они были правы. В конце концов, она помолвлена. Он ударил кулаком в, к счастью, укреплённое стекло окна. Он сидел за своим столом и набирал её номер, прежде чем понял, что делает, и в ужасе бросил телефон обратно в держатель, словно телефон этот бы окунут в святую воду. Потребность позвонить ей и умолять сказать ему, что это неправда, сдерживалась страхом, что в итоге он лишь услышит, как её прекрасный голос скажет ему - в восторженно-блаженных тонах, - что это правда. Он не мог справиться с этим сейчас. Чёрт, он был почти уверен, что не сможет справиться с этим никогда, но сейчас-то точно. Интересно, как она собиралась ему рассказать. Интересно, велела ли она Ксандеру передать Корделии, чтобы та рассказала Ангелу. Интересно, удастся ли Корди сдержать этот хихикающий, сплетнический тон, когда она будет рассказывать. Его кулаки сжались. - Мне нужно что-нибудь убить, - решил он. Быстрая остановка возле сундука с оружием, а затем он направился к главному столу регистрации, чтобы забрать пачку анкет с пометками «Угроза/Демон/Нашествие». Существа, которых он мог заставить истекать кровью без помощи кого-либо из своих людей.

~ ~ ~ ~ ~ ~

В офис Ангел вернулся уже после наступления темноты. Он был избит, покрыт синяками, окровавлен и измотан, но взбудоражен не меньше прежнего. Он потерял счёт демонам, которых убил, и гнёздам, которые уничтожил. К тому времени, как жажда крови немного утихла и он додумался снова включить свой мобильный телефон, набралось семнадцать пропущенных звонков. Четыре от Хармони, три от Корделии, два от Лорна, три от Уэсли, четыре от Фред и один от Ганна. Последнее его удивило; Ганн в эти дни редко снисходил до столь простого общения с кем-либо. Его друзья, должно быть, очень волновались, раз привлекли Ганна. Аккумулятор мобильного телефона, который Ангел так и не приучился держать полностью заряженным, сдох до того, как он успел ответить на любой из звонков, и Ангел решил просто вернуться и лично поговорить со всеми, прежде чем потащить свою задницу в постель. Он направился в офис Уэсли, полагая, что они, вероятно, засели там, планируя поиски по всему городу. Он попытался почувствовать себя виноватым за то, что потревожил их, но его эмоции были приглушены усталостью, за что он был так благодарен, как только мог в данный момент. Здание было почти пустым. Свет горел только в нескольких кабинетах и кабинках – на территориях скрупулёзных трудяг-карьеристов, пытающихся пробиться на вершину корпоративной лестницы. Теперь, когда убийство больше не было приемлемым методом продвижения в лос-анджелесском филиале «Вольфрам и Харт», молодым новичкам приходилось полагаться на другие средства. Метафорические удары ножом в спину и жестокие союзы по-прежнему оставались популярны, несмотря на все усилия Ангела, но достижение успеха собственными силами очень медленно входило в моду. Ангел бродил по тихим коридорам и остановился, когда почувствовал знакомое покалывание. Он раздражённо стряхнул это ощущение. - Психосоматика, - пробормотал он. Он мучился из-за Баффи весь день; неудивительно, что ему почудилось, будто он ощущает её поблизости. Однако чем ближе он подходил к офису Уэсли, тем сильнее становилось покалывание, и, повернув за последний угол, он не так уж удивился, увидев её. Она сидела в одном из плюшевых кресел для посетителей в приемной Уэса, рассеянно поигрывая колом. Дверь во внутренний офис была закрыта. - Баффи. Она резко подняла голову. - Ангел. – У неё расширились глаза, когда она увидела его раны, его рваную одежду и покрытый кровью топор, который он держал. - Тяжёлый день в зале заседаний? - Что ты здесь делаешь? - рявкнул он, ненавидя себя за такой грубый тон и будучи совершенно не в состоянии удержаться. В её глазах промелькнула боль. - Мы были в гостях у папы. Я пошла прогуляться. Наткнулась на очень большую демоническую штуку. Всё, что у меня было, это кол. Я подумала, Уэс может сказать мне, что это и как его убить. - Где Уэс? Она обеспокоенно смотрела на него, указывая большим пальцем на дверь у себя за спиной. - Пошёл за книгой, или так он сказал. Его офис переполнен, и я думаю, они забыли обо мне, что неудивительно, ведь они сходят с ума, потому что кто-то весь день оставался в режиме радиомолчания. У тебя всё нормально? «Она явно не знает, что ты знаешь», - сказал он себе. - Порядок, - буркнул он. – Надо было кое-что уладить. - Ты уверен? Я… Я просто скажу им, что ты здесь. – Она спорхнула с кресла и направилась к двери внутреннего офиса.   Он схватил её за запястье, дёрнул назад и отпустил, когда почувствовал её тепло на своей коже. - Ангел... Он сделал глубокий успокаивающий вдох. «Я буду счастлив за неё, - поклялся он. - Нормальная жизнь. То, чего она всегда хотела. То, ради чего для неё я её оставил – чтобы она могла это иметь». - Я так понимаю... - Его голос сорвался, и он остановился, прочищая горло. «Нормальная жизнь». Он подумал о новости, которую так хотел ей сообщить, и сдержал невеселый смешок. «Какой, чёрт возьми, теперь смысл?!» Он будет счастлив за неё, даже если это убьёт его. И это, вероятно, убьёт. - Я так понимаю, поздравления уместны, - сумел выдавить он. Она улыбнулась ему, и то, что осталось от его холодного сердца, разбилось вдребезги. - Ты уже слышал. Не в силах говорить, он кивнул ей. - Я была... «удивлена» - недостаточно сильное слово. «Огорошена до умопомрачения» - и то едва подходит, - ухмыльнулась она. - Это определённо был бурный роман. Агония медленно угасала… нет, не угасала. Ее попросту затопило бездумным возмущением. Как она могла стоять здесь и говорить об этом так? Случалось, она набрасывалась на него в гневе, но никогда не была с ним столь бессердечно жестока. - Я так и подумал, - сказал он без эмоций. – Раз уж ты даже не упоминала о нём. Мгновение она странно смотрела на него, а потом неловко пожала плечами. - Он хороший парень. Умный, милый в ксандеровском стиле. Он художник. Я думаю, он тебе понравится. Ревнивая ярость закипела. - Ты думаешь... - Гнев перекрыл его слова, и он резко сглотнул. - Ты думаешь, он мне понравится. Усилием воли он затолкал все эмоции глубоко внутрь себя, вправду боясь, что иначе может сломать ей шею. Раздался едва слышный треск, и, посмотрев вниз, Ангел увидел, что его кулак так сжал рукоять топора, что она раскололась. - Я капаю кровью на ковёр, - бесстрастно произнёс он. - Мне нужно привести себя в порядок. Пожалуйста, скажи им всем, что я в своём офисе. Не говоря больше ни слова, он прошёл мимо неё и двинулся по коридору. Наступила ошеломляющая тишина, а затем Баффи окликнула его по имени. Он ускорялся, пока в итоге не побежал к лестнице, которая уведёт его от неё в его логово, где он сумеет зализать свои раны, а может, свернуться калачиком и умереть. Она, опередив его на полшага, прижалась спиной к двери. - Что, чёрт возьми, с тобой? - закричала она. Как ни странно, именно страх в глазах и запахе Баффи удержал его от того, чтобы схватить её за горло, хотя был момент, когда это лишь подтолкнуло бы его к убийству. - Ангел, я знаю, что Дон всегда тащилась от тебя, но я не думала, что потеря её внимания заставит тебя так себя вести. Ангел уставился на неё, и топор, выпав из его руки, с металлическим стуком тяжело приземлился на пол. - Чт... - тупо произнёс он. - Д-дон? - Э... да. Что... - Её глаза округлились, а челюсть отвисла. - О. Боже. О боже мой. Ты... ты думал... я... Она пискнула, когда он прижал её к двери. Его руки оказались в её волосах, а его губы - на её губах. Он укусил её за нижнюю губу, заставив застонать, а потом его прохладный язык скользнул внутрь, чтобы исследовать тепло её рта, заявляя и восстанавливая права на неё. Собственнический рык раздался из глубины его груди, и он затрясся от облегчения. Он прижался своими бёдрами к её, и она захныкала, схватившись за его широкие плечи, обвив одной ногой его бедро, чтобы притянуть Ангела ближе. Наконец он отстранился, и она прижалась к нему, тяжело дыша, у неё дрожали ноги. По его щекам текли слёзы, и она нежно смахнула их кончиками пальцев. - Боже, Баффи, - простонал он. - Я... я думал... - Ты идиот, - ласково сказала она. После чего нахмурилась. - И как, чёрт возьми, ты узнал, и кто так сильно переврал сообщение? Какой-то дьявольский испорченный телефон! Он смущённо улыбнулся. - Типа того. Я подслушал звонок Ксандера Корди. Она приподняла бровь. - Это отучит тебя подслушивать, тихушник. - Она опустила взгляд на себя. Её кожа и одежда теперь были щедро измазаны кровью, которой был покрыт он. – Фу-у-у. Душ бы не помешал. Может, из пожарного шланга. - Моя душа закреплена, - выпалил он. Она уставилась на него, одна рука застыла в попытке стереть грязь со щеки. - Это и была твоя большая новость, насколько я понимаю, - сказала она дрожащим голосом. Он кивнул, и она схватила его за лацканы плаща и потянула вниз для ещё одного жгучего поцелуя. Когда они оторвались друг от друга, она, тяжело дыша, спросила: - Как? Он пожал плечами. - Фред. Уэс. Магия и иглы. Кровь. Сферы и цепи. Она недоверчиво рассмеялась. - Похоже, за этим стоит очень длинная история. - Когда он открыл рот, чтобы заговорить, она остановила его, приложив палец к его губам, и вздрогнула, когда он нежно поцеловал его. – Которую ты можешь рассказать мне позже. Кажется, я припоминаю, что слышала о роскошном номере, принадлежащем генеральному директору этой славной фирмы. С большой двуспальной кроватью и огромной ванной комнатой. С душем. Он посмотрел ей в глаза, неосознанно подняв руку, чтобы убрать прядь волос с её щеки. - Я думал, тебе нужно время. - Пять лет - достаточный срок, ты так не считаешь? Особенно в нашей маленькой банде бестолковых искателей приключений. Я не хочу больше ждать, Ангел. - Она бегло коснулась его груди. - Не сейчас, когда нам ничто не мешает. - Она прикусила нижнюю губу, опустив глаза. - Я имею в виду... если ты хочешь... Он рассмеялся, приподняв её подбородок пальцем. - Моя реакция на этот маленький фарс не является для тебя ответом? Я люблю тебя, Баффи. Всегда. Слёзы наполнили её глаза и полились по щекам. - Я тоже тебя люблю. - Она прижалась щекой к груди Ангела и поморщилась, когда щека эта прилипла к его рубашке. - Ладно, фу. Насчет душа... - Это маленький душ... может быть тесновато. - Его улыбка была отнюдь не праведной, и от неё у Баффи подогнулись колени. - Я уверена, мы справимся. - Она взяла его за руку и застопорилась. - Может, нам стоит дать им знать, что ты дома? - Я позвоню им из своего офиса, - сказал он нетерпеливо, и она рассмеялась. - Ладно, большой начальник, покажи мне, что у тебя есть. - Я твёрдо намерен так и сделать, - прорычал он, потянув её за собой на лестницу.