Сквозь тени

Утро обрушилось на Эмму свинцовым раздражением и колючим напряжением. Бессонная ночь и всего пара часов урывчатого сна, оставила её разбитой. И вот она, на тренировочной площадке, отчаянно пытаясь не смотреть на Леви. Эмма глубоко вдохнула, сжимая кулаки, но стоило Леви назвать её имя, вызывая на спарринг, как всё напряжение удвоилось. Леви стоял в центре площадки, скрестив руки на груди, — воплощение невозмутимости. Эмма, словно на эшафот, медленно шагнула вперёд. Тренировки никогда не вызывали в ней дрожь, но сейчас… Сейчас всё было иначе. Слова, тихие, но острые, как кинжал, преследовали её. «Больше не ошибайся.» Бесполезно… Эти слова въелись в память, отравляя каждый вздох. — Начнем, — Леви не дал ей времени на раздумья. Движение — молниеносное, выверенное, и Эмма едва успела подставить блок. Его стиль — безжалостная эффективность: минимум движений, максимум результата. Эмма отступила, попыталась контратаковать, но он перехватил её руку, выворачивая запястье в тугой спирали боли. Чёрт… Она рванулась, пытаясь вырваться, но он резким рывком повалил её на землю, подсечкой лишая равновесия. Удар спиной о землю выбил воздух из лёгких. Леви навис над ней, как тень. Дыхание ровное, ни капли пота на лице — словно и не было схватки. — Что-то не так, новенькая? — голос — тихий, обманчиво мягкий. Сердце колотилось в бешеном ритме — смесь напряжения и ярости. Резким движением Эмма вскочила на ноги. Леви лишь едва заметно приподнял бровь. — Готова снова? Кулаки сжались до хруста. — Готова, — на этот раз она не позволит себе отвлечься. Кроме Леви и её сослуживцев, на площадке никого не было. Петра, Гюнтер, Олуо и Эрд уже сошлись в яростном танце, обмениваясь ударами, толчками, короткими, гортанными выкриками. Но Эмме было не до них. Ночная встреча в столовой оставила горький осадок. И теперь, стоя напротив Леви, она вдруг осознала, насколько он… раздражающий. Особенно этот взгляд — холодный, оценивающий, пронизывающий насквозь. — Начнём, — коротко бросил он и атаковал первым. Эмма вновь едва успела поставить блок. Удар — мощный, точный, выверенный до миллиметра. Ни лишних движений, ни малейшей замашки — лишь чистая, беспощадная эффективность. Она отступила, отчаянно пытаясь найти брешь в его защите, но он не давал ей ни единого шанса прийти в себя. Контратака — парирование. Смещение в сторону — безуспешная попытка нарушить равновесие. Он стоял непоколебимо. Её удары либо скользили мимо, либо увязали в его непробиваемой защите. А его… Его удары находили цель. Рука. Ребро. Плечо. Он читал её движения, словно видел её мысли, словно заглядывал в самую душу. И даже не выглядел уставшим. Это раздражало до безумия. Рывок, отчаянная атака, в которую вложена вся сила, — и вновь он перехватил её. Сильный рывок — и она уже летит на землю. Удар спиной о холодный камень, сбитое дыхание. Леви, словно коршун, навис над ней, удерживая руку. — Всё? — голос — ровный, почти ленивый. В нём не было насмешки, но Эмма почувствовала укол. Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но он не отпустил. — Тебя что-то беспокоит? — голос звучал слишком спокойно. — Нет, — рывком выбила руку, вскочила на ноги, вновь заняла боевую стойку. Леви едва заметно приподнял бровь. Пауза. Затем он сделал шаг назад. — Хватит на сегодня. Эмма напряглась. «Хватит? Да я только разогреваюсь…». Но он уже отвернулся, спокойно удаляясь. Ярость клокотала в ней, как лава в жерле вулкана. Она смотрела ему вслед, чувствуя, как бешено колотится сердце. — Нет. — Что? — Леви остановился, медленно повернул голову. — Я не закончила, — голос прозвучал громче, чем хотелось бы, и в нём не было ни тени сомнения, лишь упрямая решимость. Она не могла так просто сдаться. Леви несколько секунд пристально смотрел на неё, и вдруг в уголках его губ мелькнула едва заметная усмешка. — Ну раз ты просишь, — он вновь занял боевую стойку. Теперь он был ещё быстрее, гораздо быстрее, чем прежде. Эмма не успевала за его движениями, и раздражение начало перерастать в ярость. Каждый его выверенный удар казался насмешкой, каждое движение — издевательством. «Ты слишком медленная.» «Ты предсказуема.» Она отчаянно пыталась найти хоть малейшую брешь, но он не оставлял ни единого шанса. Каждое его движение — под полным контролем. А её? Ярость душила, застила глаза. Она бросилась в атаку, вложив в удар всю свою силу. И в этот момент он её поймал. Ловко, стремительно — она даже не успела понять, как оказалась животом на земле. Леви не дал ей шанса вырваться. Одна рука зажата между лопатками, другая — прижата к пояснице. Дыхание окончательно сбилось. Грудь вдавлена в землю, его дыхание — у самого затылка. Близко. Слишком близко. — Хватит, Эмма, — он произнёс это спокойно, не приказывая, а просто констатируя факт. И только тогда она почувствовала, насколько обессилела. Леви медленно отпустил её и встал. Эмма оставалась на земле ещё несколько секунд, не в силах сразу подняться. Ярость схлынула, оставив после себя лишь выжигающую пустоту. После тренировки Эмма чувствовала себя вымотанной до предела, но не собиралась показывать этого. Когда они вернулись в здание, в воздухе уже витал аппетитный запах еды. Элитный отряд Леви собирался за одним столом. Эмма села рядом с Петрой. — Выглядишь так, словно тебя только что раскатали по земле, — фыркнул Оруо, ухмыляясь. Эмма бросила на него испепеляющий взгляд. — Просто ем, Оруо. Не надейся, что я слишком устала, чтобы тебя придушить. Эрд усмехнулся, Гюнтер покачал головой. — Да уж, тебе досталось. Леви не даёт слабину, — сказала Петра, протягивая Эмме кусок хлеба. — Я заметила, — Эмма взяла еду, стараясь скрыть раздражение. Она всё ещё чувствовала его дыхание у себя за затылке. Нужно было сосредоточиться на еде, но разговоры вокруг не утихали. — Слышали? Говорят, следующая вылазка будет уже скоро, — проговорил Эрд, понижая голос. — Ага, но пока не ясно, куда именно пойдём, — ответил Гюнтер. Эмма молча жевала, внимательно слушая. Они говорили спокойно, как о чём-то обыденном. Но внутри неё что-то сжалось. Она поняла — это её шанс. Участвовать в вылазке, и тогда… Эмма подняла взгляд и посмотрела на Леви. Он сидел, как всегда, с безупречной осанкой, держа в руках кружку чая. Лицо — непроницаемая маска, спокойное, сосредоточенное, безразличное. Но он замечал всё: как Петра обменивается взглядом с Эрдом, как Оруо в очередной раз отчаянно пытается подражать ему, как Гюнтер внимательно слушает разговор, слегка нахмурившись, как Эмма на него смотрит. На мгновение их взгляды встретились. Эмма даже не успела опомниться, как он уже читал её, словно видел её насквозь. Она не отвела глаз. Почему? Она сама не знала. Леви слегка прищурился, словно размышляя о чём-то, но ничего не сказал. Просто отвёл взгляд и продолжил пить чай, как будто ничего не произошло. Эмма взяла ложку и вновь опустила взгляд в тарелку. — После обеда всем заняться уборкой штаба, — голос Леви разрезал оживлённую беседу, и за столом воцарилась короткая тишина. Оруо подавился водой, Гюнтер тяжело вздохнул, а Петра лишь покачала головой с лёгкой усмешкой, словно уже знала, что это неизбежно. Эмма моргнула. — Что? — Плохо слышишь? — Леви спокойно поставил чашку на стол. — Уборка. Весь штаб. Полностью. Эмма невольно нахмурилась. Она только что выложилась на тренировке, еле дотащила себя до столовой, а теперь… уборка?! — Леви, ты же понимаешь, что мы только что тренировались? — рискнул спросить Эрд. Леви перевёл на него взгляд. — И? — Ну, обычно после тренировки дают немного времени на отдых… — Вы же сидите и едите, разве нет? — невозмутимо парировал Леви. — Вот вам и отдых. Оруо закатил глаза, пробормотав что-то себе под нос. — Разделитесь на группы. Эмма, ты со мной, — добавил Леви, убирая за собой посуду. Эмма едва не выронила ложку. — Что? Почему я? — Потому что я так сказал. Она хотела возразить, но тут же передумала — это было бы бесполезно. Петра прикрыла рот ладонью, скрывая усмешку, а Гюнтер с Эрдом лишь переглянулись. Эмма глубоко вдохнула и выдохнула. Прекрасно… Спарринг с ним утром, уборка с ним после обеда… Может, ещё и чай вместе попить предложит? — Начинаем через десять минут, — напоследок изрёк его Величество и ушёл. Эмма сжала челюсти, наблюдая, как Леви спокойно покидает столовую. — Эмма, ты, кажется, в особом почёте, — с усмешкой протянул Оруо, скрестив руки на груди. Она одарила его коротким взглядом. — Ещё слово — и я вытру пол тобой. Оруо открыл рот для ответа, но Петра его перебила: — Привыкай. Леви любит держать новеньких под присмотром. Мы уже бывали на вылазках и немного знаем о нём, но ты только вступила в ряды Разведкорпуса и сразу попала в Элитный отряд. Вот он и держит тебя под присмотром. Эмма не ответила. Она молча доела еду, выскочила из-за стола и направилась в сторону уборочной. Через десять минут Эмма стояла в коридоре, скрестив руки на груди. Леви появился ровно в назначенное время, как всегда безупречно собранный, держа в руках чистые тряпки. — Держи, — он протянул ей одну. Эмма молча взяла, ожидая инструкций. — Будем чистить окна, пыль, полы. Всё должно быть идеально, — монотонно произнёс он, словно диктовал боевой приказ. Эмма вскинула бровь. — Ты серьёзно? — Разве я когда-нибудь шучу? — он даже не посмотрел в её сторону. Она прикусила язык. Честно? Нет… Она заметила, как другие члены отряда Леви разбрелись по разным комнатам, вздыхая и не особо торопясь. Видимо, они уже привыкли, а вот Эмма ещё нет. Она подошла к ближайшему окну, раздраженно смочила тряпку и принялась натирать стекло. В голове роились злые мысли о том, что, чёрт возьми, она творит со своей жизнью. Минута тянулась за минутой. Бросив тряпку обратно в ведро, она отступила на шаг, оценивая свою работу. Стекло почти сияло, как вдруг рядом возникла тень. Леви, не говоря ни слова, провёл пальцем по поверхности. Взглянул на оставшийся след, затем испепелил её взглядом. — Отвратительно. Ещё раз. Эмма едва не задохнулась от возмущения. — Ты издеваешься?! Он смотрел на неё с пугающим спокойствием. — Нет. Стиснув зубы до скрежета, она снова схватила тряпку и принялась с остервенением натирать стекло, представляя, что под тряпкой его лицо. — Если бы ты терзала своих противников так же, как это стекло, цены бы тебе не было, — бесстрастно прокомментировал он. — Заткнись, — шепнула Эмма сквозь зубы, но Леви услышал её и едва заметно усмехнулся. Два часа спустя Эмма чувствовала себя так, словно сражалась с титаном. Вода в ведре давно превратилась в грязную жижу, тряпка, казалось, приросла к руке, а запах чистящих средств въелся в кожу, но Леви, похоже, был доволен. — Ну, после такой работы можно будет нормально уснуть, — пробормотала она, выжимая тряпку. Леви слегка склонил голову набок, разглядывая её. — Разве? — Что ещё? — раздражённо поморщилась она. — Я заметил, что ты двигаешься в бою так же, как я. Она замерла, пальцы судорожно сжали мокрую ткань. Глаза Леви буравили её лицо, словно он пытался разгадать тщательно скрываемую тайну. — Ты копируешь мои движения, даже не осознавая этого. — Что? Глупости. Леви хранил молчание. Она посмотрела ему прямо в глаза и медленно произнесла: — Разве ты сам не говорил, что надо учиться у лучших? Его взгляд стал ещё более… проницательным, на мгновение в нём мелькнула тень, затем он кивнул. — Хороший ответ, — и, резко развернувшись, направился к двери. Эмма выдохнула, почувствовав, как сковывающее напряжение в груди немного отпустило. На следующее утро по приказу Эрвина мы все прибыли в главный штаб Разведкорпуса. Гул голосов заполнил зал, пока громкий голос командора не перекрыл все разговоры. — Внимание, Разведкорпус! Эмма, стоявшая у окна, резко обернулась. В зале воцарилась тишина. Эрвин окинул взглядом собравшихся, а Леви, как всегда, стоял рядом, скрестив руки на груди. — Через три дня мы отправляемся за Стену. Маршрут стандартный, но возможны изменения. Основная цель — проверить активность титанов в восточной части и собрать разведданные. Эмма заметила, как у Петры напряглось лицо. Оруо нахмурился, сцепив руки в замок. Похоже, даже для элиты вылазка всегда оставалась риском. — Каждый должен быть готов. Никто не проронил ни слова. Эрвин удовлетворённо кивнул и шагнул назад, давая понять, что объявление окончено. Леви задержался всего на секунду, его взгляд скользнул по лицам и на мгновение замер на Эмме. Она выдержала его пристальный взгляд. «Я готова» Но так ли это? Там, за Стеной, ей предстояло не просто сражаться. Она должна была выполнить заказ, найти момент и убить капитана Леви. В голове Эммы бушевал ураган. Ее пальцы непроизвольно сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Леви. Его имя звучало в ее мыслях, как набат. Она знала, что это неизбежно, но сейчас, глядя на его спокойное, почти безразличное лицо, она почувствовала, как что-то внутри нее дрогнуло. Он был как лезвие — острый, холодный, смертоносный. И она должна была стать тем, кто его сломает. Эмма сжала зубы. Она должна была сделать это. Через три дня небо встретило их свинцовой серостью. Ветер нёс по улицам клубы пыли, а воздух был наэлектризован напряжённым ожиданием. Эмма стояла у своего коня, в последний раз проверяя крепления УПМ. Пальцы быстро и точно перебирали ремни, но мысли… Мысли были там, за Стеной. Вскоре все стояли на лошадях перед распахнутыми воротами. Напряжение висело в воздухе, ведь каждый понимал, что ни одна вылазка не обходится без жертв. Через несколько мучительных минут ворота заскрежетали, медленно, тяжело открываясь, а затем в лицо ударил простор. Свобода и чистый воздух, избавленные от запаха тлена Подземного города, без душных коридоров и гнетущих стен. Лошади рванули вперёд, копыта выбивали ритм, который отдавался в груди Эммы, как барабанный бой. Она вцепилась в поводья, чувствуя, как мышцы животного напрягаются под ней, как будто сама земля под копытами была живой и жаждала их унести как можно дальше. Стена осталась позади, её тень больше не нависала над ними, не давила на плечи. Эмма впервые за долгое время почувствовала, как её лёгкие наполняются воздухом, который не пахнет плесенью и страхом. Её пальцы сжали поводья так крепко, что суставы побелели. Лошадь под ней, мощный гнедой жеребец, мчался, как будто сам ветер подгонял его. Ветер бил в лицо, обжигал щёки, заставляя её щуриться, но она не закрывала глаза. Нет, она хотела видеть всё. Каждый кусочек этого мира, который раньше был для неё лишь слухами и страшными сказками. Её сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Она слышала его стук в ушах, смешивающийся с рёвом ветра и топотом копыт. Всё вокруг было таким ярким, таким живым. Трава под копытами лошади казалась изумрудным морем, а небо — бескрайним океаном, в котором она могла утонуть. Она чувствовала, как её дыхание сбивается, но это было не от страха. Это было от свободы. Она чувствовала, как её волосы развеваются на ветру, как будто они сами по себе стали частью этого безумного полёта. Лошади мчались по равнине, их копыта выбивали ритм, который отзывался в её крови. Она чувствовала, как её тело наливается силой, как каждая клетка кричит от радости. Она хотела закричать, засмеяться, заплакать — всё сразу. Она наклонилась вперёд, прижавшись к шее лошади, и закрыла глаза. На мгновение ей показалось, что она летит. Ветер, словно живое существо, обвил её, ворвался в лёгкие, заставил сердце биться в унисон с копытами, дробящими землю. Она не могла сдержать улыбку, растянувшую её губы, несмотря на страх, несмотря на неизвестность. В эту минуту, пока их окружало лишь бескрайнее поле и необъятное небо, Эмма не думала о титанах. Не думала о заказе. Не думала о Леви, которого должна убить. Она думала совсем о другом. Сейчас она свободна. И эта свобода… была пугающе прекрасна. Когда отряд достиг назначенной точки, Эрвин поднял руку, подавая сигнал к остановке. Лошади замерли, земля перестала дрожать от топота копыт, и всё вокруг погрузилось в напряжённую тишину. — Распределяемся, — голос главнокомандующего был чёток и уверен. — Основной отряд двигается вперёд по запланированному маршруту. Группа прикрытия занимает позиции по флангам. Леви, твоя команда в центре. Если что-то пойдёт не так, ждём сигнала ракеты. Зелёная — продолжаем движение. Красная — отступаем. Все кивнули, хотя и без того знали правила. — Выдвигаемся. Приказ — и снова движение. Эмма ехала справа от Петры, чуть впереди Леви. Вся команда держалась рядом, внимательно следя за местностью, но Эмма… Она следила не только за горизонтом. Она следила за Леви, выискивая слабое место, выжидая удобный момент. Воздух прорезал резкий хлопок. Эмма резко натянула поводья, сердце бешено заколотилось. Красный дым. — Чёрт, — напряжённый голос Оруо раздался рядом. Лошади нервно переступали с ноги на ногу, чувствуя, что что-то пошло не так. Эмма сжала поводья до побелевших костяшек. Что случилось? Где титаны? — Меняем маршрут! — Эрвин мгновенно оценил ситуацию, его голос прозвучал как выстрел. — Группа Леви, держитесь ближе к основному строю! Но Эмма едва слышала его. Желудок скрутило в тугой узел. Она не видела, что произошло впереди, но этот сигнал… Это не просто опасность, это угроза всему и вся. Леви молча пришпорил коня, и остальные последовали за ним. Эмма поехала следом, мысли метались в голове. Что, если эта суматоха — её шанс? Прямо сейчас? Но в этот миг земля содрогнулась под ногами. Не успела она и глазом моргнуть, как из-за холма, словно из самой преисподней, поднялся титан, а за ним ещё один. Огромные, выше десяти метров, с искажёнными лицами и хищными оскалами. Их безумные глаза мгновенно устремились на них. Сердце Эммы сжалось от ужаса. — ТИТАНЫ! — чей-то отчаянный крик пронзил воздух. Лошадь взвилась на дыбы, в панике пытаясь вырваться из-под контроля, но Эмма уже схватилась за рукоять меча, быстро оценивая ситуацию. — Группами! Держим дистанцию! — голос Леви, как удар хлыста, прорезал хаос. Эмма бросила взгляд на него, но он уже был в движении атакуя первого титана. Петра и Эрд устремились к флангам, Оруо занял левую позицию. Гюнтер крикнул: — Эмма, справа! Она действовала на автомате. Рывок в воздух. Сталь блеснула в лучах солнца, когда она взмыла вверх, направляя себя к затылку второго титана. Ветер свистел в ушах, адреналин бурлил в крови. Она скользнула вдоль спины титана, прицеливаясь в затылок, и вдруг, с неестественной скоростью, он дёрнулся! Эмма не успела среагировать. Гигантская ладонь устремилась прямо на неё, приближаясь с ужасающей скоростью. Она поняла, что не успевает уклониться полностью. Инстинктивно дёрнулась в сторону, но безуспешно. Тёплая, грубая кожа коснулась её бока, и мощный удар сбил с курса. В глазах мелькнули земля и небо. Её отбросило в сторону, она пролетела несколько метров, чувствуя, как одежда рвётся о траву, а тело пронзает острая боль. — Чёрт… — стиснув зубы, Эмма попыталась подняться. Но титан уже развернулся к ней, склонился ниже, оскалился. Огромная ладонь тянулась, чтобы схватить её. — ДВИГАЙСЯ! — рявкнул Леви. В следующую секунду он был уже там. Зелёный плащ мелькнул в воздухе, и его мечи пронзили глаза титана. Рёв боли и ярости сотряс воздух. Монстр взвыл и отшатнулся, но этого было достаточно, чтобы Эмма пришла в себя. Рывком перекатившись, она снова взмыла в воздух, объятая яростью, и на этот раз она не промахнётся. Выстрелила крюками в плечи титана, натягивая тросы до предела. Молниеносный рывок прямо к затылку. Мечи сверкнули, рассекая воздух. Хруст, и она разорвала его шею, и титан рухнул на землю, сотрясая землю. Эмма перекатилась в воздухе, плавно приземляясь на ноги. Дыхание сбилось, руки дрожали от напряжения, но она сделала это! Это был её первый титан, которого она смогла одолеть в одиночку. Рядом с ней приземлился Леви. Медленно выпрямившись, пытаясь отдышаться, она встретилась с его взглядом. — Не тупи в следующий раз, — глухо произнёс он, развернулся и пошёл к лошадям. Эмма сглотнула. Она не знала, что это было: упрёк или похвала. Колонна продолжила движение. Шум копыт, шелест плащей на ветру, но для Эммы весь мир сжался до одного человека — Леви. Он ехал впереди, как всегда собранный, с прямой осанкой, с тем же хмурым взглядом, словно ничто не могло поколебать его. А её колебало. Всю жизнь она была уверена в себе, в каждом решении, в каждом движении. Всё было просчитано до мелочей. Но сейчас… Впервые в жизни она не знала, как поступить правильно. Она знала, зачем пришла сюда. Её цель была проста, ясна, логична. Найти Леви. Выждать момент. Убить. Почему она не могла даже представить, как вонзает меч в его шею? Эмма стиснула зубы, глядя ему в спину. Его голос «ДВИГАЙСЯ!» спас ей жизнь. Разум отказывался повиноваться. Она наблюдала за его взаимодействием с другими. Его нельзя было назвать добрым. Да, он был резким, требовательным, почти всегда холодным, но при этом… Он заботился. По-своему, грубо, без лишних слов, но заботился. Он мог отчитывать Петру за плохо заточенные клинки, но в тот же вечер лично проверить её снаряжение. Это не поведение предателя. Не поведение того, кто просто так бросает своих. Тогда почему он это сделал? Почему поднялся на поверхность и предал своего заказчика? Всё, что она знала, была лишь одна сторона истории. А что, если всё было не так просто? Что, если он не предавал? Что, если он ушёл, потому что иначе было нельзя? Эмма стиснула зубы. Раньше её это не волновало. Она должна была просто выполнить приказ. Но теперь… Теперь у неё были вопросы. И самое страшное — она хотела знать ответы. Ни Крис, ни Эмма не смогли убить его. Всё прошло успешно. Нападение отбито, привал разбит. Казалось, долгожданный миг настал. Леви был рядом, утомлённый битвой, но, как всегда, настороженный. Она могла оборвать его жизнь, но не сделала этого. Пальцы сжали рукоять клинка, внутри всё замерло в ожидании, но в тот самый момент, когда казалось, что час пробил… она не смогла. «Не сейчас.» Не потому что она побоялась, а из-за внезапно возникшей неуверенности. А что, если предатель не он? Стиснув зубы, глядя в его спину, Эмма решила отложить свой приговор. Нужно узнать правду, и лишь потом решать. Обратный путь всегда кажется короче, но не сегодня. Они почти достигли стен, когда землю прорезал чудовищный грохот. Земля содрогнулась, и из-за деревьев возник титан. Эмма резко обернулась. — Чёрт! — прошипела Эмма, обнажая клинки. Команда рассыпалась, уходя с линии атаки. Леви, словно молния, ринулся вперёд, первым вступив в бой. Эмма действовала на автомате. Взмыв в воздух, скользя на тросах, она выискивала уязвимое место. Слаженность их действий была поразительной, словно годами оттачивали каждое движение. Леви отвлекал внимание титана, а она, воспользовавшись моментом, бросалась к его шее. Всё бы получилось, но в последнее мгновение титан дёрнулся. Эмма поняла, что потеряла скорость, что оказалась слишком близко. Мощный удар обрушился на её бок. Взрыв боли пронзил тело, резкий, обжигающий. Не успев среагировать, она полетела вниз. Воздух выбило из лёгких, тело с глухим стуком врезалось в дерево, а после рухнуло на землю. Звон в ушах. Чей-то крик, зовущий её по имени, пробивался сквозь пелену боли. Она закашлялась, ощущая во рту привкус крови. Тело не слушалось, не было сил подняться, но вдруг в поле зрения мелькнул зелёный плащ, и молниеносное движение. Лежа на холодной земле, сквозь пелену агонии, Эмма видела, как Леви исчезает в вихре стали и крови. Снова. Он снова спасает её… Если бы он знал, что на этой вылазке она могла убить его… А он защищал её, как одного из своих… Слабая судорога пробежала по пальцам, последние искры сознания пытались удержаться, но тело отказывалось повиноваться. Боль пульсировала в боку, словно что-то сломалось внутри. Крики, звон клинков — всё становилось всё тише и дальше. Она хотела бороться. Хотела подняться, но темнота настойчиво тянула её в бездну. Последнее, что она почувствовала, прежде чем провалиться в небытие, — чей-то резкий голос и тепло шершавых рук, подхвативших её.