Не любимый.

И как я только умудрился вляпаться в это дерьмо? Находить приключения и проблемы на свою пятую точку — наследственное, что передалось мне от моего покойного папаши. История, в коей есть и моё место, занимает первую и главную роль. Если идти по порядку, то все началось… Никогда не любил сентябрь за его погоду, серость за окном и скорое наступление холодов. Месяц пролетел быстро, за это время я успел влиться в окружающий меня коллектив, смириться с ежедневными посещениями занятий и болтовней Мэтта. За столь короткий миг мой опекун превратился в моего друга. Мне не надоедали его общество и непрекращающийся над ухом гул. В нашем классе было всего двенадцать человек, из них десять парней и две девчонки. В первый же день я успел нахвататься взглядов, полных презрения. Все были разбиты на пары, и мне казалось, что я здесь лишний. Но все не так плохо, как могло бы быть. Мэтт в моем классе, мы сидим вместе и делим «радость» учёбы на двоих. Помню, как познакомился с Элисон. На первый взгляд она показалась мне стервозной, кичливой и не способной на дружелюбие. Но позже я понял, что ошибся. Ну, бывает, был не прав. Да, она выглядит сногсшибательно с длинными ногтями, дорогим парфюмом и идеальной причёской. Но это не отменяет того факта, как она приняла меня. По-человечески, что ли. Первый наш диалог я, наверное, запомню надолго. На большой перемене, когда я и Мэтт собрались на обед, нам по пути и встретилась Элисон. Бойд и Рейнольдс поздоровались и обменялись любезностями, а позже дошла очередь и до меня: — Кто это с тобой? — спросила девушка, указывая на меня. Ещё тогда я заприметил её длинные розовые ноготки, — Новенький? — Элисон — Нил, Нил — Элисон. Он на моём попечении, — представил нас друг другу Мэтт. Она окинула меня взглядом, полным недоумения, а потом встретилась глазами с Бойдом. Тогда я не придал этому никакого значения, а зря. Махнув рукой, мол проехали, она, нацепив на лицо ослепительную улыбку, произнесла: — Он иногда бывает болтлив, даже через чур, но не обращай внимание. — Элисон! — возмущенно встрепенулся Мэтт. — Ай, не повышай на меня свою тональность, — девушка бегло глянула на время в своем телефоне, что держала в руках, и продолжила, — извините, мальчики, меня ждёт Рене. Пока-пока! Мы проводили её недоуменным взглядом. Помню, как Мэтт сказал тогда: — Если меня вдруг не окажется рядом, можешь смело обратиться к ней. И почему-то эта фраза тогда не вызвала у меня подозрения. *** С появлением Мэтта в моей жизни изменилось многое. Мой список друзей пополнился. Я стал часто зависать в компании Элисон, её подопечной Рене и Ники. Ники Хэммик учился в одном классе с Рене и незаметно сблизился с нами. Но я и не был против. Одноклассники и их друзья, просто проходящие мимо, обходили меня стороной, будто я больной заразой. Правильно, ведь я для них — ахуевший выскочка. Не успел заехать на их территорию, как влился в шумную компанию. Но мне было плевать ровно до того момента, пока наружу не всплыла правда о Мэтте. *** Это случилось в середине октября. За окном был, как обычно, дождь. Добивал всю эту ситуацию скучный двойной урок немецкого. Для меня этот язык оказался прост на восприятие, и оценки по нему удовлетворяли и меня, и учителя. Странности начались тогда, когда с самого утра я не застал Мэтта. И Элисон с Рене запропостились. На звонки мне не отвечали, ответа в мессенджере не было. Все трое как сквозь землю провалились. Пришлось тогда разыскать Ники, но и от него толку было ноль. На перемене между уроками я предпочел остаться один в пустом классе. Шататься одному по коридору десять минут не имело смысла. Сидел я себе, вертел в пальцах ручку, как ко мне подсаживается неизвестный. Никогда его не видел и не заметил бы, если бы не татуировка на щеке. Шахматная фигура? Он молчит, и я молчу. Будто мы были старыми знакомыми, и подобное считалось между нами нормой. Но компания его мне приятной не была. Смотрит на меня своим изучающим взглядом, а затем вытаскивает из кармана пиджака сложенный вчетверо тетрадный лист. Протягивает мне и улыбается. — Это что? — интересуюсь я, но в ответ мне пожимают плечами, — Ну, и стремный же ты. Ненавижу тайны, но моё идущее вперёд меня любопытство взяло верх. Я выхватил этот листик, собираясь развернуть. На секунду задумался, а стоит ли оно того? Мало мне авантюр в жизни было? Хуй с ним, будь что будет. И этот парень, что молча встал и ушел, тихо посмеиваясь себе под нос. Да что происходит? Я всё же развернул листик и от прочитанного прихуел. «Сучка Бойда» — было нацарапано чёрным цветом, еще и не с первой попытки. У них что? Ручка не писала нормально? Смяв в пальцах записку, я поднялся из-за стола и вышел из класса. Странно это всё. Сначала отсутствие Мэтта и остальных, затем чудной парень с татуировкой. Словно череда неудачных совпадений. Непонимание ситуации в целом загоняло мои мысли в тупик. Не успел я дойти до туалета, как двое неизвестных подошли ко мне со спины. — Иди вперёд, до конца. Последний неиспользуемый кабинет. Тебя там ждут. Попробуешь свалить — потащим силой, — предупредили возникшие из ниоткуда парни. Не знаю, розыгрыш это или на полном серьёзе происходит, но я просто последовал в указанном мне направлении. Я дошёл до конца и остановился напротив двери, о которой мне ранее говорили. Что ж, была не была. Я резко распахнул ее и зашёл, запнувшись о собственные шнурки. Представляю, какое сейчас я посмешище со стороны. Распластался на полу перед неизвестным мне человеком, а во всём виновата моя чрезмерная лень. Шнурки выбились из ботинка. На этот раз я предпочел завязать их туго. Стоило мне подняться, я принялся осматривать место, куда меня отправили. Этот класс не использовали для проведения занятий уже как год. Вроде бы всё было на месте, как и в других кабинетах. Неясно. Я понимал, что был здесь не один. Очевидно же, здравствуйте новые приключения на жопу. *** Пару раз в неделю в нашей комнате с Бойдом происходило что-то вроде ребяческих посиделок. Безалкогольное пиво, настольные игры и разговоры по душам. В последний раз мы позвали к нам присоединиться девчонок. Сначала мы решили сыграть в «вопрос-ответ», затем смотрели сериал, и, когда заняться было нечем, а до отбоя час времени, Рене предложила нам посмотреть школьный альбом. Мэтт возражал, мол, ничего интересного в этом нет, но я настоял. Не знаю, чего это он, фотки как фотки, ничего примечательного. Но подавленность в лице Мэтта и его нежелание обсуждать прошлое выдавали его с потрохами. Тогда-то я и поинтересовался, что не так. И не зря. Элисон взяла на себя роль объясняющей. — Мэтт у нас парень непростой, как, впрочем, и все присутствующие здесь, — ребята переглянулись между собой, игнорируя меня в своем кругу, — Мы с ним поступили в одно время и сразу же сдружились, одногодки как-никак. Вот только, понимаешь, он здесь, как и ты, не из элиты. Пропихнули в систему знакомые вместо своего сынка, да бабла накинули столько, что хватит ещё лет на десять. Мэтту на тот момент поставили в кураторы его, — и находит страницу с фото. Мэтт с дредами, улыбается, а подле него парень на голову ниже. Блондин приятной внешности, — Эндрю Миньярд, сын владельца нефтяной недвижимости. На первый взгляд, ангел божий, одуванчик, мухи не обидит. Но на самом деле… Элисон не успела договорить, как Бойд прервал её речь: — Мы уже пережили этот период, давай не будем возвращаться к этому, окей? — он строго посмотрел на подругу. Элисон стушевалась и затихла. Мэтт повернулся ко мне, — Хорошо, что твоим опекуном стал я. Здесь полно придурков и отбитых. Попади ты к подобному типу, наверняка бы уже сожалел о своём нахождении в этих стенах. Стать их игрушкой для воплощения омерзительных идей — плохая затея. Держись нас, и всё будет в порядке. Я не имел понятия, в какое дерьмо вляпался Мэтт и как выбрался, но отчётливо понимал, что ничего хорошего не было. *** И зачем только я понадобился Эндрю Миньярду? Чего ради стоило затаскивать меня сюда? Поговорить о погоде, обсудить матч по волейболу, что удачно выиграли наши спортсмены? Вот он, передо мной собственной персоной. Сидит на подоконнике, крутя пачку сигарет в руках, смотря на всех свысока. Вживую он, конечно, выглядел куда прозаичней. Для меня лично Эндрю не был уродлив. Я смотрел на его лицо, изучая каждую деталь. Волосы цвета стали, зачесанные назад, виски выбриты. В правом ухе две серьги, обычные колечки из серебра. Чёткие брови вразлет на тон темнее волос. Тёмные глаза, карие или же шоколадные? Я еще не успел разглядеть. Но взгляд казался глубоким, проницательным, уставшим. Прямой нос, чувственные губы. Он выглядел расслабленным, скучающим. Будто он здесь и отсутствует одновременно. Пиджак снят, а верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, обнажая вид на впалые ключицы. Я не привык настолько долго задерживать взгляд на человеке, но с ним почему-то иначе. По-другому. Энергетика, скапливающаяся вокруг него, не была похожа на остальных. Мне были непонятны собственные эмоции. Но уверенность в том, что от его одного взгляда загибаются вселенные, была и есть. Поначалу я хотел сохранить дистанцию, но ноги сами вели к нему. У меня получилось остановиться рядом с Эндрю, в полуметре от него, позволяя себе разместиться на подоконнике. Смотря на него, я ищу подвох, но не вижу. Он раскрывает пачку сигарет и достает одну, протягивая мне. Не смело, но я беру. Не сказал бы, что я заядлый курильщик, но иногда могу позволить себе выпустить дым, пока Сета нет рядом. Вставляют лишь первые тяги, потом смысла нет. Эндрю чиркает зажигалкой, и мне, и себе. Я устраиваюсь поудобнее, садясь вплотную спиной к окну. Делаю первую тяжку, прикрывая глаза от удовольствия. Да, всегда вставляет беспроигрышно. Я не сразу обратил внимание, что у сигареты приятный, травяной вкус. После еще одной затяжки я замечаю, что сигарету из рук забирают, затушивая её о стену. — Тебе и этого хватит, — слышу я приглушенный голос Эндрю в свою сторону, — А ты, укуренный, прикольный. Он усмехается, а у меня перед глазами всё плывёт. Сквозь дымку в голове я чувствую его, ощущаю на себе прикосновения. Эндрю развёл мои ноги в стороны, встав между ними, и тут же резко притягивая к себе. Если бы не он, я бы слетел на пол. Он укуренный, я укуренный, и мы оба на полном расслабоне. Я не чувствую ничего, кроме его рук на своём теле. И меня это не парит. Не сейчас. Возможно, в будущем я испытаю стыд, что повёлся как идиот на его развод, но, блядь… — Если бы Бойд не украл тебя у меня, то и не было бы никаких проблем. Нил, Нил, Нил, — повторяет на выдохе мое имя он. Послышался треск. Эндрю разорвал мне рубашку, запуская под неё свои пальцы. То ли дурь так действует, то ли я такой чувствительный, не знаю. Сердце колотится так бешено, готовясь отбить мне ребра к чёртовой матери. Я прерывисто дышу, когда его пальцы нарочно скользят по моим выпирающим костям, грубо давя на кожу. — Ты вставляешь покрепче травы, — едва различаю его шёпот мне в губы я. Миг, и он впивается в меня смазанным поцелуем. Сначала пробуя, смакуя на вкус. А дальше жадно погружается в мой рот, втягивает мой язык к себе, кусает губы, больно, до крови. Металлический привкус никогда не был приятен, но не сейчас. Он отрывается, зализывая ранку на губе, и отходит от меня. — Сойдёт, — говорит Эндрю, явно довольный своей работой. Блять. Это не весело от слова совсем, потому что я возбудился и чувствую, как стояк больно упирается мне в ширинку. — Встретишь Бойда, передай ему, что Дэн у меня. И всё это, Нил, на твоей совести. Да, Мэтт тоже виноват. Будет, — усмехнулся он, — Но данную проблему можно решить иначе: откажись от его опеки и стань моим подопечным. Условия выгодные, и мне хорошо, и Бойду с его подружкой. Может, я и нахожусь в странном для себя состоянии, но мозг все же продолжал работать. Я улавливал его речь, разбирал слова и понимал, в чем была вся соль. Вот только в обломе людей был свой кайф. — Иди ты нахуй, Миньярд, — произнес я серьёзно, смиряя его пренебрежительным взглядом, — Я не бесплатное приложение для ваших извращенных игр. Может, такого эффекта, как хотел, я и не произвёл, но улыбка с его лица пропала. — Видимо, ты чего-то не понял. Ладно, в любом случае ты мне наскучил. Ещё свидимся, Нил, — он отчеканил каждое слово, сделав акцент на моем имени. Выблядок. Стоило ему выйти, я забрался с ногами обратно на подоконник. Лицо впечаталось в холодное, но в то же время приятное стекло. Эффект травы незаметно улетучивается, а на плечи падает тяжёлый груз осознания. И нет, это не из-за Миньярда с его приколами. Из головы не выходили слова про Мэта и Дэн.