Да как так-то?

Я устало вздохнул, забирая импровизированный компресс из рук Аарона. Бережно прижав его к больному боку, я почувствовал, как боль отступает, уступая место ноющей тяжести. Я медленно обвёл взглядом лица, собравшиеся вокруг него. Аарон – хмурый, обеспокоенный, с маской равнодушия, скрывающей бурю эмоций. Ники – растерянный, напуганный, с глазами, полными невысказанных вопросов. И, наконец, Эндрю – спокойный, собранный, с ледяным взглядом, прожигающим насквозь, словно рентгеновский луч. — У меня есть несколько… — я запнулся, подбирая слова, словно выбирая яд —… недоброжелателей. Скажем так. Но я не уверен, кто из них стоит за этим… спектаклем. Я нахмурился, погружаясь в лабиринт воспоминаний. — Один уже давно должен был убраться из этого города — пробормотал он, словно разговаривая сам с собой — Второй… Он бы не стал действовать исподтишка. Скорее, сам бы мне физиономию начистил. Лично. Я задумался, пытаясь отсеять лишние варианты. В голове всплыл образ отца, но он тут же отбросил эту мысль, как нелепую. Натан был слишком самовлюблён, слишком уверен в себе, чтобы опускаться до таких мелочей. Он бы пришёл сам, лично, либо прислал бы своих самых верных людей. А эти… Эти были лишь жалкие дилетанты, не знающие своего дела. Кстати, об отце… В памяти всплыло мимолётное воспоминание о оригинале, упоминание о том, что Натан какое-то время провёл в тюрьме. Когда это было? Сколько он там просидел? Может, поэтому от него так давно нет никаких вестей? Может, он уже, хоть и временно, гниёт в какой-нибудь сырой темнице? Если это так, то и слава богу. Главное, чтобы его люди не вылезли из своих нор, и не начали активно искать меня. Преследуя по всему миру. Но кто тогда остаётся? Билли? Он бы не додумался до такого. В его духе это подойти плюнуть на пол и вмазать свой кулак мне в лицо, но никак иначе. Или же я его сильно принижаю. Может Эспис решил тряхнуть стариной и отомстить за то что пришлось бежать как крыса, и в добавок моську разбили? Вариантов было не много, но ни один из них не казался достаточно убедительным. Пока я погружался в свои мрачные размышления, Аарон хмурился, буравя его взглядом, словно пытаясь прочитать его мысли. Ники что-то тихо причитал, выражая своё беспокойство. Но из омута раздумий меня вытащил резкий голос Эндрю. — Может, расскажешь нам подробнее о своих подозрениях? — потребовал он, его голос звучал холодно и бесстрастно. Я, словно очнувшись от летаргического сна, встретился взглядом с Эндрю. В его глазах читалось нетерпение и скрытая угроза. — А тебе-то какое дело, кто хочет моей смерти? — огрызнулся я — Тебя это не должно касаться. Эндрю на мгновение прищурился, словно оценивая его слова. — Не должно — согласился он — И не касалось бы, если бы в это не был втянут Аарон. Он чуть не пострадал из-за твоих проблем. Его наверняка запомнили. И если эти идиоты добрались до клуба, значит, за тобой следят. Запоминают твоё окружение. И теперь, когда первая попытка провалилась, будут вторая и третья. И из-за того, что ты был с нами, на нас теперь тоже висит мишень. Так что давай, рассказывай. Кто это и почему? Слова Эндрю, словно ледяной душ, обрушились на меня. Я и не подумал о том, что мои проблемы могут коснуться и их. Я был слишком сосредоточен на себе, на своей безопасности. Я судорожно перевёл взгляд на Аарона. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах плескалась тревога. И Аарон едва не пострадал. Просто за то, что оказался не в том месте, не в то время. Чёрт! Это плохо. Эндрю прав. Теперь и на них могут напасть. Могут взять в заложники, чтобы надавить на него. Могут… В голове промелькнула страшная мысль, первым наверняка пострадает Ники. Он такой открытый и отзывчивый. Его так легко обмануть, заманить в ловушку. Я тяжело вздохнул. Пришло время открыть карты. Риск был велик, но молчать было ещё опаснее. Наклонившись вперёд, я посмотрел на Эндрю, который сидел, опершись локтями о стол и сжав руки в замок. Его взгляд был острым, как лезвие бритвы. Он ждал подробности, и ответы на свои вопросы. Переведя взгляд на нервного, встревоженного Ники и на хмурого, напряжённого Аарона, я принял решение. — Ладно — произнёс я напряженно — Я расскажу вам всё, что знаю. Или, по крайней мере, всё, что подозреваю. Хуже от этого точно не будет. Я глубоко вздохнул, ощущая тяжесть в груди, и медленно выпустил воздух, стараясь успокоиться. Пришло время выложить всё начистоту, как бы мне этого ни хотелось. Они заслуживают знать правду, или, по крайней мере, её часть. Эти ребята, волею случая, оказались втянуты в мою историю, и теперь их жизни тоже в опасности. — С кого бы начать? — произнёс я, стараясь говорить как можно спокойнее — Начну с того, что у меня есть один… не совсем друг, скажем так. Его зовут Билли. Он мой… сокомандник по игре в экси. Учимся в одной школе. Заметив их удивлённые взгляды, я мысленно усмехнулся. Кажись, они не ожидали, что я играю в экси, как и они. Ники посмотрел на меня с интересом, Аарон никак не выдал свои эмоции, а Эндрю еле заметно закатил глаза, наверняка думая - и здесь экси. Я сделал небольшую паузу, думая как продолжить. — У нас с Билли свои счёты — продолжил я, с трудом сдерживая раздражение — Мы друг друга на дух не переносим. Он тупой, самоуверенный качок, помешанный на своей силе и ни хера не понимающего в экси. Запутаться в своих ногах? Да раз плюнуть. Так, что-то я отошел от темы. Вообщем типичный спортсмен, у которого вместо мозгов — одни мускулы. Так что я не уверен, что у него хватило бы извилин, чтобы организовать что-то подобное. Хотя… В этот момент в разговор неожиданно вмешался Ники, видать за что-то зацепившись в моем рассказе, перебив меня на полуслове. В его голосе звучало явное недоверие. — Погоди, погоди — воскликнул он, хлопая глазами и махая руками — Ты сказал, учимся в одной школе, то есть ты школьник? Тебе вообще сколько? Хоть восемнадцать есть? Прошу, скажи, что есть! Я спокойно кивнул, не понимая, почему это так его удивляет. — Да, заканчиваю последний класс— ответил я, пожимая плечами — И, да, я совершеннолетний. Мне восемнадцать исполнилось, если что. Раз уж я сижу здесь и пью с вами. Ники, казалось, был в полнейшем шоке. Он смотрел на меня во все глаза, словно увидел привидение, и что-то бормотал себе под нос. — Ему всего восемнадцать…восемнадцать — прошептал он, обращаясь скорее к самому себе, чем к кому-то — Как так…а я хотел... Аарон тоже бросил на меня мимолётный, но оценивающий взгляд. В его глазах промелькнуло какое-то странное выражение, которое я не смог понять. Лишь Эндрю, вообще никак не среагировал на данную информацию. Я не понимал, что их так поразило. Неужели так сложно поверить, что я ещё учусь в школе? Или они ожидали, что я буду гораздо старше? Если бы они знали, что на самом деле мне всего семнадцать, и паспорт у меня — подделка… Вот это был бы настоящий шок. Впрочем, сейчас не время для таких откровений. У меня и без этого хватает проблем. — Можно я продолжу? — попросил я, стараясь скрыть раздражение в голосе — Если ты перестанешь меня перебивать, Ники. Ники неловко кивнул, прикусив губу. — Хорошо — продолжил я, возвращаясь к своей истории — Так вот… Есть ещё один человек, которого я подозреваю. Мой… бывший учитель истории. Его зовут Эспис. Произнося это имя, я невольно скривился. Воспоминания о том мерзком типе вызывали во мне лишь отвращение. — У нас с ним произошёл… небольшой конфликт — сказал я, подбирая наиболее мягкое слово для описания произошедшего, не вдаваясь в подробности — В результате которого я… сильно его избил, до неузнаваемости, и довольно жестоко. И вынудил покинуть школу и город. Ники поморщился, видимо, представив себе эту картину. Аарон, казалось, остался совершенно равнодушен. После того, как я дважды орудовал ножом и оставил за собой два трупа, его уже было сложно чем-то удивить. Эндрю тоже не выказал никакой видимой реакции на мои слова. Вероятно, он считал подобную жестокость нормальным. Так как сам не белый и пушистый. В конце концов, он и сам был не лучше. — Возможно, он решил отомстить мне за унижение, за то, что ему пришлось бежать, как побитой собаке, с изуродованным лицом — добавил я, опуская подробности того, как именно я изуродовал его лицо. В горле пересохло, и я сделал большой глоток виски, стараясь заглушить неприятные воспоминания. Я знал, что мои слова звучат жестоко и беспощадно. Но я не собирался приукрашивать свою историю, чтобы казаться лучше, чем я есть на самом деле. Я такой, какой есть, и не хочу от них это скрывать. Эндрю первым нарушил затянувшееся молчание. Его голос прозвучал как удар хлыста, от которого по коже побежали мурашки. — Рассказывай — потребовал он, прожигая меня взглядом — Подробности истории с Эсписом. Что за конфликт? Я ощетинился, словно загнанный в угол зверь, и скривился от отвращения. Воспоминания об этом мерзавце вызывали у меня лишь одно желание — стереть их из памяти раз и навсегда. — Нет — отрезал я, стараясь говорить как можно спокойнее, но получалось плохо, так как сказал я это довольно громко — Не буду. Это в прошлом, и я не хочу это вспоминать. Он сам виноват в том, что с ним произошло! Аарон удивлённо вскинул брови, поражённый моей резкой реакцией. Ники от моего повышенного тона чуть не подпрыгнул на месте. Лишь Эндрю оставался невозмутимым, но его нахмуренные брови выдавали недовольство. — Ты должен понимать, насколько серьёзно всё это — сказал Эндрю, стараясь говорить спокойно, но в его голосе чувствовалась потребность ответа — Взрослый человек возможно пытался тебя убить. Мы должны знать, с чем имеем дело. Я скривился от злости. — Что непонятного? — огрызнулся я — Я избил его. Как думаешь, насколько у нас всё серьёзно было? Аарон, нахмурившись, потребовал прекратить истерику и спокойно рассказать, что именно произошло между мной и Эсписом. — Да потому что он гандон и ублюдок! — заорал я, не сдержавшись — Вот почему! Аарон нахмурился ещё сильнее и стал наседать на меня, требуя объяснений. Я, словно сорвавшись с цепи, отвечал ему тем же. Ники попытался нас успокоить, но получалось плохо. Атмосфера накалялась с каждой секундой, словно перед грозой. Эндрю, устав слушать нашу перебранку, неожиданно схватил меня за шею сзади. Его пальцы крепко, но безболезненно сжали мою шею, словно пытаясь взять под контроль. От этого неожиданного действия по моей коже пробежала волна мурашек, и я застыл на полуслове, в полном шоке от действий Эндрю. — Успокойся — спокойно произнёс Эндрю, не отпуская меня — Не надо тут устраивать истерику. Может, тебе и неприятно это вспоминать, и этот твой Эспис заслужил получить по морде, но мне нужны подробности, чтобы понять, насколько всё серьёзно и подтвердить, что именно он причастен к покушению на тебя. Я злобно зарычал от раздражения, но почему-то под твёрдой хваткой, холодных пальцев Эндрю на шее, я начал расслабляться. Словно он держал в руках не мою шею, а все мои нервы, успокаивая их. Сделав глубокий вдох, я сквозь зубы прошептал. — Он… он меня домогался. Аарон, нахмурившись, нагнулся ко мне ближе, не расслышав моих слов. Ники тоже переспросил, так как не разобрал ни слова. Даже Эндрю, казалось, не услышал, настолько тихо я это сказал. Эндрю слегка сильнее надавил на мой затылок и прошептал на ухо. — Повтори. Я, чувствуя нарастающее раздражение, взял стакан с виски и залпом выпил его до дна. С грохотом поставив стакан на стол, я произнёс громче, но так, чтобы услышали только они. — Он меня домогался! Пытался изнасиловать! Позвал на дополнительные занятия, прижал к столу, навалившись сверху, трогал своими мерзкими руками, целовал и шептал, что трахнет до трясучки в ногах. В самый последний момент я смог отбиться. И в итоге… Я забил его ногами. Он захлёбывался своей кровью. Я угрожал ему, что если ещё раз увижу его, то убью. Как итог, он свалил из школы и города. Вот что произошло. Довольны?! С этими словами я откинул руку Эндрю от своей шеи, так как пока я рассказывал, его прикосновения стали меня напрягать. Скрестив руки на груди, я исподлобья посмотрел на удивлённых парней. Аарон смотрел на меня с широко раскрытыми глазами, словно увидел меня впервые. Ники ахнул от шока, начиная что-то невнятно причитать, наподобие что... как... почему.... боже.. Эндрю вообще, казалось, потерялся в своих мыслях. Он застыл, словно статуя, с пустым взглядом, устремлённым в никуда. Его челюсть была напряжена, а рука, которой он держал меня за шею, крепко сжата в кулак. Его глаза с каждой секундой становились всё холоднее и злее, словно в них собиралась гроза, готовая разразиться в любой момент. Аарон, словно очнувшись от оцепенения, прошептал, глядя на меня с немым ужасом. — Он… тебя… Ники же смотрел на меня с сочувствием, что меня жутко раздражало. Не нужна мне ваша жалость! Я сам разберусь со своими проблемами. Уже разобрался. Эндрю, оторвавшись от своих мыслей, посмотрел на меня каким-то странным, непривычным взглядом. Я не понял, что этот взгляд обозначает. — Ясно — произнёс он, прерывая вопросы Аарона и Ники, словно ставя точку в истории с Эсписом — Вероятно, это он и есть. Обижен за испорченное будущее и вынужденное бегство из города. Я склоняюсь к этой версии, но и про этого своего Билли не забывай. В понедельник последи за ним. За его реакцией. Если это он… Эндрю замолчал, словно обдумывая что-то, а затем, встретившись со мной взглядом, закончил. —…то скажи об этом мне. Я разберусь. Я удивлённо вскинул брови. Похожее выражение появилось и на лицах Аарона и Ники. Они, как и я, явно не ожидали такого предложения от Эндрю. — Зачем тебе это? — спросил я, не понимая, что им движет — Если это он, я сам с ним разберусь. Окей? Эндрю взял стакан с виски, слегка отпил и спокойно ответил. — Можешь и сам. Но ты же сам сказал, что вы враждуете, и все об этом знают. Так что если с ним что-то случится, все подумают на тебя. Да и он потом может рассказать, что это ты его подставил. А я — внешний фактор, совершенно с ним не знаком. Поверь, он даже ничего не поймёт. Я смотрел на него с удивлением, пытаясь разгадать его намерения. Ники прошептал Аарону. — Это точно Эндрю? С чего бы ему помогать? И тем более, участвовать лично? Аарон лишь пожал плечами, а затем сложным взглядом посмотрел на меня. Я, всё ещё не отрывая взгляда от Эндрю, неожиданно улыбнулся и тихо рассмеялся. От смеха у меня заболел бок, про который я успел забыть. — Хорошо — произнёс я, глядя в уверенные глаза Эндрю, и держась за бок — Если это он, то я расскажу тебе. О, мой рыцарь в сияющих доспехах. Эндрю лишь фыркнул в ответ, отводя взгляд. Атмосфера в комнате словно стала легче, напряжение немного спало. Я подумал, что приятно, когда за тебя заступаются и готовы помочь. Но, несмотря на желание Эндрю решить мои проблемы, я всё же позвоню дяде. Пусть проверит всю эту историю. У него явно больше влияния, чем у нас всех вместе взятых. Аарон отвлёк меня от размышлений, приподняв мою футболку и приложив к синяку уже не просто холодное полотенце, а мокрое. — Ой! — невольно вырвалось у меня, и я с укором посмотрел на него. Аарон закатил глаза и проворчал. — Держи. Отёк ещё не прошёл. Не хочешь же, чтобы стало хуже? Я фыркнул в ответ, но перехватил полотенце и стал держать его сам. Ники, глядя на нас, заулыбался, а затем, похлопав меня по плечу, сказал. — Не переживай, Нил. Прорвёмся. Я невольно улыбнулся ему в ответ. Его поддержка была сейчас очень кстати. Эндрю спокойно смотрел на всех нас, немного дольше задерживая взгляд на мне. В его глазах мелькнуло что-то, чего я не смог понять. Но этот взгляд вселял надежду. Может быть, всё не так уж и плохо. Мы немного посидели, обмениваясь ничего не значащими фразами, и я почувствовал, как напряжение постепенно покидает меня. С ними мне, почему-то было легко и спокойно. Словно нашёл тихую гавань после долгого шторма. Неожиданно Эндрю поставил стакан на стол и резко встал, нарушая царящую идиллию. — Пора домой — коротко бросил он, словно отдавая приказ. Аарон молча кивнул, соглашаясь с его решением. Ники, надув губы, тоже поднялся, демонстрируя своё недовольство. Я, не видя смысла спорить, тоже стал собираться, кинул мокрое полотенце на стол и, кряхтя, поднялся на ноги, держа кожанку в руке. Бок всё ещё болел, напоминая о недавней схватке. Выйдя на улицу, я уже собирался вызвать такси, как Эндрю выхватил мой телефон из рук. — Ты едешь с нами — безапелляционно заявил он, не оставляя мне выбора. Я в шоке посмотрел на него, не понимая, что происходит. — Чего? — вырвалось у меня. Аарон тоже удивлённо спросил. — Эндрю, ты уверен? Зачем ему ехать с нами? Ники, наоборот, оживился. — Ооо, Нил едет с нами! Классно! — воскликнул он — Не переживай, Нил, тебе у нас понравится! Я лишь отрицательно покачал головой, не разделяя его энтузиазма. — Нет, я не поеду с вами — твёрдо заявил я, забирая свой телефон обратно — Извини, Эндрю, но у меня как бы есть свой дом. Эндрю, проигнорировав мои слова, достал сигарету, поднёс её к губам и затянулся, выпуская струю дыма мне прямо в лицо. Я рефлекторно вдохнул дым, и в голове всплыли воспоминания о прошлом. Чёрт, как же я скучаю по сигаретам! Но это тело не хочется портить никотином. — Не спорю — спокойно произнёс Эндрю, невозмутимо наблюдая за моей реакцией — Но тебя не смутило, что нападавшие последовали за тобой аж в «Райские сумерки»? Они знали, что ты здесь, и готовились. А это значит, что они за тобой следили. И есть вероятность, что сегодня тебя уже поджидают у дома. Ты ведь приехал на такси? Я в шоке кивнул, осознавая, что он прав. Эндрю продолжил, словно озвучивая мои самые мрачные мысли. — Ну вот. Возможно, таксист - подставной и выдал твою информацию. Поэтому, для твоей же безопасности, ты едешь с нами. Я не знал, что сказать на такое проявление… чего? Заботы? Аарон, нахмурившись, вмешался. — Эндрю, ты уверен? А что, если тогда они будут знать, где мы живём? Эндрю лишь отмахнулся, словно отметая его опасения. — Не догонят — коротко ответил он, а затем развернулся и направился к машине, как бы молча говоря — За мной. Ники, словно щенок, повилял хвостом и вприпрыжку отправился за ним, весело хлопнув меня по спине, подталкивая вперёд. Аарон хмуро прошёл мимо, бросив на ходу. — Не стой столбом. Я, ничего не понимая, пошёл следом, гадая, что задумал Эндрю и зачем ему всё это. Мог просто оставить меня здесь, но нет, потащил к себе, аж в дом, под свою крышу и на свою территорию. Что это значит? Приблизившись к машине, Эндрю открыл дверь, сел за руль, продолжая затягиваться сигаретой. Ники, полный энтузиазма, тут же нырнул на переднее сиденье, весело подмигивая. Аарон, нахмурившись, сел на заднее сиденье, скрестив руки на груди и не отрывая взгляда от водительского сиденья, где был Эндрю, словно пытаясь предугадать его следующие действия. Я вздохнул, качая головой, и, не видя иного выхода, сел на заднее сиденье рядом с Аароном. Эндрю выбросил сигарету в окно и завёл машину. Из динамиков полилась какая-то энергичная, но немного мрачная мелодия, которую я слышал впервые. Ники, не теряя ни секунды, начал подпевать, выстукивая ритм пальцами по панели. Мы тронулись с места, плавно выезжая с территории «Райских сумерек». Я всё ещё не понимал, какого чёрта я здесь забыл. Аарон время от времени бросал на меня взгляды, словно хотел что-то спросить, но так и не решался. Вскоре я заметил, что скорость постепенно возрастает. Эндрю вёл машину уверенно и агрессивно, обгоняя другие автомобили. Через какое-то время мы уже неслись на бешеной скорости, словно за нами гналась сама смерть. Аарон, почуяв неладное, пристегнулся от греха подальше. Я повторил его действия, понимая, что улететь в лобовое стекло — не самая лучшая перспектива. Эндрю, казалось, не обращал на нас никакого внимания. Ники, похоже, было абсолютно всё равно. Он продолжал подпевать музыке, хлопая в ладоши в такт. Я перевёл взгляд в окно, наблюдая за размытыми от скорости контурами улицы. Мне почему-то было спокойно. Наверное, адреналин. Мне нравилась эта бешеная скорость, это ощущение свободы, когда все заботы и проблемы остаются позади, словно их уносит ветром. Казалось, что сейчас мы уезжаем от всех бед и невзгод, и они никогда нас не догонят. Может, и мне стоит купить себе машину? Водить я умею, так что это не проблема. Нужно будет подумать об этом на досуге. Внезапно Эндрю, произнёс. — Держитесь. Не успел я и рта открыть, как он резко повернул руль. Машина заскользила по дороге, затрещала и заскрипела шинами. Всех ощутимо качнуло в сторону. Ники вскрикнул и вцепился в ручку двери, боясь вывалиться из салона. Аарон, как сидел, хмурясь, так и продолжил сидеть, только ещё крепче ухватившись за ремень безопасности. А мне неожиданно стало весело. Я даже засмеялся. Мне действительно понравилось это ощущение. Эндрю бросил на меня короткий взгляд через зеркало заднего вида и, хмыкнув, повторил этот лихой манёвр на следующем повороте. Аарон в этот раз не выдержал и выругался, крича. — Не убей нас, придурок! Тогда никакие наёмники не понадобятся! Ники, казалось, молился, пытаясь одной рукой пристегнуться, а мне было весело, что аж дух захватывало. И, кажется, Эндрю тоже получал от этого удовольствие. На его лице появилась лёгкая, едва заметная улыбка. Минут десять мы неслись по ночным улицам, словно сорвавшиеся с цепи. Потом скорость начала постепенно снижаться, и вскоре мы подъехали к двухэтажному дому, освещённому тусклым светом уличных фонарей. Кажется, приехали. Эндрю заглушил мотор и первым выскочил из машины, направляясь к входной двери. Ники, словно вывалившись из консервной банки, жадно хватал ртом воздух. — Чёрт, Эндрю! — воскликнул он, хватаясь за грудь — Ты зверь! Зачем так гонять? Эндрю лишь хмыкнул в ответ. — Я же говорил, не догонят — бросил он, заходя в дом. Ники поплёлся следом, ворча что-то себе под нос. Выйдя из машины, я на мгновение застыл перед домом, внимательно осматривая его. Ничего особенного. Обычный двухэтажный дом, ничем не отличающийся от других. Аарон, словно очнувшись, взял меня под локоть и потянул внутрь, ворча. — Стоишь как истукан. Давай заходи. Чувствуй себя как дома, но не наглей и веди себя тихо. Я фыркнул от смеха на его ворчливые наставления. — Слушаюсь, мой повелитель — шутливо ответил я. Аарон лишь испепелил меня косым взглядом. Зайдя в дом, я огляделся. Обычная обстановка. Гостиная с мягким диваном, журнальным столиком, большим телевизором и полкой с книгами. Арка вела на кухню, где уже вовсю хозяйничал Ники, копаясь в холодильнике. Лестница уходила на второй этаж. Эндрю нигде не было видно. Аарон посадил меня на диван и коротко скомандовал. — Жди. Я непонимающе посмотрел на него, но через несколько секунд он вернулся с аптечкой в руках. Я понял, что он решил обработать мой синяк. Когда он попросил меня снять футболку, я напрягся. На моём теле было слишком много не очень приятных глазу шрамов. В клубе их не было так хорошо видно из-за приглушённого света и стробоскопов, но сейчас, при обычном освещении, они будут бросаться в глаза. Заметив мою заминку, Аарон нахмурился и спросил. — Чего ломаешься? Когда меня раздевал, был гораздо увереннее. Я вздохнул и, посмотрев ему прямо в глаза, тихо сказал. — Обещай не пугаться и не спрашивать, хорошо? Аарон нахмурился ещё больше, но серьёзно кивнул. Собравшись с духом, я медленно снял футболку и, стараясь не смотреть на Аарона, стал ждать его реакции. Аарон застыл в шоке, и в его глазах отразился какой-то первобытный ужас. Да, синяк просто мерк по сравнению с моими шрамами. Я видел, как взгляд Аарона скользит по моему телу, останавливаясь на каждом шраме, словно пытаясь прочитать мою историю. Я видел как его взгляд скользит от шрама от ожога утюгом на плече, на пулевое ранение рядом с ключицей, и заканчивается самый большим — на боку, где была содрана кожа, оставив полосатый, уродливый шрам, который ничем не скроешь. Взяв себя в руки, Аарон сосредоточился на синяке, словно игнорируя остальное. Он присел на корточки и принялся осторожно ощупывать ушибленное место. Я был благодарен ему за то, что он не задаёт вопросов. Неожиданно сбоку послышался вскрик. Я резко повернулся, увидев Ники, который прикрывал рот рукой, словно пытаясь сдержать крик ужаса. — Нил… — прошептал он, глядя на меня с жалостью и ужасом. Я лишь отрицательно покачал головой, давая понять, что не собираюсь ничего объяснять. Ники смотрел на моё тело и не знал, куда деть глаза, чтобы и не пялиться в открытую, и не обидеть меня. Я вздохнул, глядя на его мучения. — Расслабься, Ники — сказал я, стараясь говорить как можно спокойнее — Это всё в прошлом. Ники прошептал. — Это какое же у тебя прошлое, Нил? Я лишь ответил. — Точно не радужное. Я почувствовал приятный холодок мази и прикосновение рук Аарона к своему боку. И на мгновение забыл обо всех своих проблемах. Мы немного помолчали, переваривая произошедшее. Ники, не желая смущать меня своим сочувствующим взглядом, пожелал спокойной ночи и, словно испуганный зверёк, скрылся на втором этаже. Аарон, закончив с обработкой синяка, наклеил пластырь с марлей и, отойдя на шаг, внимательно осмотрел свою работу. — На этот бок лучше не ложись, чтобы пластырь не отклеился — посоветовал он, глядя на меня с какой-то странной смесью жалости и уважения. Я кивнул, принимая его заботу. В этот момент послышались шаги, и на лестнице появился Эндрю. В руках он держал подушку, плед, простынь и комплект сменной одежды. Застыв на секунду рядом с диваном, он окидывал взглядом моё обнажённое тело, словно оценивая его повреждения. Его взгляд был холоден и бесстрастен, но я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Затем, словно очнувшись, он положил вещи на диван и произнёс. — Спишь на диване. Вот сменная одежда. Должна подойти. Я посмотрел на вещи и сразу понял, что футболка очень похожа на ту, что обычно носит Эндрю. Значит, это его вещи. Аарон, вернувшийся из ванной, посмотрел на одежду и недоверчиво произнёс. — Серьёзно, мои штаны? Ты уверен, что он в них влезет? Может, всё же возьмём у Ники? Эндрю лишь пожал плечами, показывая, что ему всё равно. Затем он посмотрел на меня и добавил. — Располагайся и не броди по дому. С этими словами он развернулся и направился наверх. Аарон вздохнул и тоже пошёл к себе, бросив на прощание. — Не сдохни во сне. Я в ответ пожелал ему сладких снов с моим участием, затем вздохнул и принялся заправлять диван. Расстелив простынь, я положил подушку и плед. Потом отправился в ванную, чтобы умыться. Встав перед зеркалом, я задумался, что делать с линзами. Спать в них нежелательно, а запасной пары у меня нет. В конце концов, я махнул рукой. К черту! Они видели моё тело, от настоящего цвета глаз в обморок точно не упадут. Поэтому я снял зелёные линзы и выкинул их в мусорное ведро. Всмотревшись в своё отражение, я увидел свои настоящие глаза — насыщенно-голубые, напоминающие лёд и зимнее небо. Я так редко их вижу в последнее время. Вернувшись в гостиную, я стал переодеваться. Футболка Эндрю была мне слегка великовата в плечах, но в целом сидела неплохо. Штаны Аарона подошли идеально, если не считать длины. Они были мне немного коротковаты, доставая лишь до щиколотки, но это лучше, чем ничего. Выключив свет, я лёг на диван и попытался уснуть. Я был в полудрёме, но так и не смог полностью расслабиться. Что-то меня беспокоило. В конце концов, я решил подышать свежим воздухом. Тихо открыв дверь, я вышел на веранду и понял, что не единственный, кто решил подышать ночью. На ступеньках сидел Эндрю, ко мне спиной, и курил сигарету. На нём была широкая футболка, которая немного перекосилась набок, серые мягкие штаны и тапочки. Волосы были растрёпаны, словно он долго ворочался на подушке. Не оборачиваясь, он произнёс. — Долго будешь сверлить мой затылок? Я оценив это как приглашение, присел рядом с ним, стараясь уловить ускользающий аромат табачного дыма. Мы сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Потом Эндрю медленно повернулся ко мне лицом, и я сделал то же самое. Он пристально посмотрел в мои глаза, словно пытаясь разглядеть в них что-то скрытое. — Голубые — прошептал он, словно произнося заклинание — Что же ты ещё прячешь, лисёнок? Я тихо фыркнул в ответ, стараясь скрыть свою растерянность. — Слишком много — ответил я — Для твоего же блага, колючка. Эндрю нахмурился, услышав своё прозвище, но ничего не сказал. Лишь затянулся сигаретой, выпуская дым в ночное небо. Я вздохнул поглубже, вдыхая терпкий запах табака. Он заметил это и спросил. — Занимаешься пассивным курением? Не легче самому закурить? Я покачал головой, отказываясь от его предложения. — Не хочу портить лёгкие — ответил я — Но желание покурить есть. Справляюсь как могу. Он хмыкнул в ответ, переводя взгляд на звёзды. Я повторил его действия, любуясь мерцающими огоньками. С Эндрю было спокойно, когда он был в адеквате и не принимал всё через призму напускного веселья. Даже жаль, что завтра с утра он, скорее всего, вернётся в своё привычное состояние. Нарушив тишину, Эндрю произнёс. — Ты ведь притворялся, что на тебя подействовали наркотики. Это прозвучало как утверждение, а не вопрос, поэтому я просто кивнул в знак согласия. — Да — подтвердил я. — Ты знал, что я так сделаю? Откуда? — спросил он, не отрывая взгляда от звёзд. Я усмехнулся на его вопрос. — Я просто был готов ко всему — ответил я — К тому же, ты сам постоянно под какой-то хренью. Поэтому я решил, что ты и мне можешь что-то подсыпать. Не просто же так ты меня пригласил в клуб "пообщаться", где сделать это легче лёгкого. Эндрю посмотрел на меня с иронией. — Готов ко всему, да? — хмыкнул он — Кажется, ты слишком часто оказываешься в дерьме. Я тяжело вздохнул, признавая его правоту. — Чаще, чем хотелось бы — пробормотал я. Эндрю продолжил, не обращая внимания на моё состояние. — Тебе повезло, что я был под той дрянью и сразу не заметил твою ложь. А то точно не стал бы с тобой так спокойно разговаривать. Я мысленно согласился с этим. Если бы Эндрю раскусил меня раньше, неизвестно, чем бы всё закончилось. Нас снова окутала тишина. Спустя некоторое время, нарушив молчание, я задал вопрос, который мучил меня с самого начала. — Почему ты так прицепился ко мне? Он помолчал, словно подбирая слова, а потом ответил. — Ты слишком нескладный. Будто не хочешь выделяться, но при этом все взгляды прикованы к тебе. Ты слишком неформально к нам относишься, хоть мы и не знакомы. К тому же, ты опасен. А я привык любую угрозу знать вдоль и поперёк, либо же избавляться от неё. Я подогнул ноги, положив на них голову и глядя на Эндрю снизу вверх. — До сих пор считаешь меня угрозой? — спросил я с иронией. Эндрю выдохнул дым, и его лицо на мгновение осветилось в отблесках сигареты. — Ты - проблема — ответил он — Которая каким-то образом привязалась к нам хуже сварной стали. Я издал тихий смешок, поражённый таким странным сравнением. Эндрю бросил на меня короткий взгляд и перевёл его на моё плечо, скрытое его футболкой, где находился шрам от утюга. — Откуда у тебя эти шрамы? — спросил он — Они… насильственные. Я напрягся, почувствовав, как воспоминания нахлынули на меня. Инстинктивно прищурившись, я задал ответный вопрос. — Что у тебя под нарукавниками, раз ты их не снимаешь, даже ночью? Он промолчал, словно не расслышав мой вопрос. Затем, потушив сигарету, он закурил новую. Мы снова погрузились в молчание, которое казалось бесконечным. Только я решил, что разговор окончен, и собрался встать, как Эндрю внезапно произнёс. — Давай, правда за правду. Я удивился его предложению. В трилогии Нилу он предлагал то же самое. Интересно, неужели он так сильно хочет узнать обо мне больше? Но… это интригует и к тому же равноправно. Он узнает правду обо мне, а я о нём. Потому что, хоть я и знаю половину из книг, передо мной сейчас живой человек, а не персонаж книги. У него есть свои чувства, и он живёт своей жизнью, а не действует по шаблонам автора. Поэтому я согласился. Мне тоже интересен Эндрю. Я хочу знать о нём больше. — Хорошо — ответил я, глядя ему прямо в глаза — Но всегда есть право не отвечать на вопрос, если он слишком личный или ты не готов пока на него отвечать. Эндрю кивнул, принимая мои условия. — Договорились — произнёс он и повторил свой вопрос — Откуда шрамы? Я мысленно ухмыльнулся. — От прошлой жизни — ответил я, стараясь сохранить невозмутимый вид. Эндрю нахмурился, внимательно изучая моё лицо. — Конкретнее — потребовал он. Я весело рассмеялся. — Какой вопрос, такой и ответ — пожал я плечами. Эндрю закатил глаза, показывая, как его раздражает моё ребячество, и, затянувшись сигаретой, перефразировал вопрос. — Откуда у тебя шрам на плече? — спросил он — Выглядит как ожог. Болезненно. Я слегка помрачнел, но ответил честно. — Подарок отца. Слишком громким был, наказали. Эндрю обдумывал мой ответ, смотря на моё плечо, а потом кивнул, принимая его и не требуя конкретики. — Твоя очередь — произнёс он, туша сигарету о перила веранды. Я задумался. Что я действительно хочу знать об Эндрю? И решил всё же спросить про таблетки, которые он принимает. Мне было интересно, только ночью можно застать его трезвым или и в другое время тоже. — Что за препарат ты принимаешь, из-за которого ведёшь себя так неадекватно? — спросил я — И ты только ночью трезвый или и в другое время тоже? Эндрю помолчал немного, затягиваясь сигаретой, и наконец ответил. — Два вопроса под видом одного? Отвечу на оба, один авансом. Это антидепрессанты, прописанные судом. Они поднимают мне дофамин, из-за чего я реагирую слишком бурно на любые действия. Я не контролирую свои действия в полной мере. Трезв большую часть времени я именно ночью, так как организм к этому привык. Я должен, по предписанию суда, принимать их по расписанию, ведь если меня застанут без них, то я сяду за нарушение условий моего испытательного срока. Я мог бы и днём быть трезвым, но тогда меня застанет ломка. Он ответил довольно подробно на мой вопрос, чем меня удивил. Затем он положил сигарету в пепельницу, встал и, бросив на меня мимолётный взгляд, сказал. — На сегодня хватит откровений. И, развернувшись, зашёл в дом. Я ещё немного посидел, глядя на звёзды и думая о сегодняшнем дне, о допросе Эндрю, о нападавших, о том, кто мог быть заказчиком, о моём срыве, когда требовали подробности об Эсписе, о быстрой поездке и о парнях в принципе. Мне с ними слишком хорошо. Это ненормально. Я встречаюсь с каждым из них всего 2-3 раза, и уже привязался. Мне плевать на мою команду по экси (не считая тренера), хотя я с ними уже несколько месяцев. Обо мне никто не знает столько, сколько знают они. Эх, странно всё это. Слишком быстро я прикипел к ним. Но, может, это не так уж и плохо? — думал я, глядя на яркие звёзды в ночном небе.