Новый паспорт, новый штат

Сегодня смотр...сегодня смотр! А точнее второй его день. На улице вязкая зима, но в помещении стадиона Эвермора жарко-жарко, и это никак не связано с температурой — она тут средняя. Кевину не нравится эта жара; жара обычно веет свободой, тяжёлой тренировкой, бурлящей от игры кровью, а сейчас наоборот — сковывает, душит, не даёт сделать ровный вдох и разгоняет холодный пульс, из-за чего кончики пальцев стынут. Мысленно Кевин всё ещё во вчерашнем дне. На другом конце пустой гостевой раздевалки сидит Рико, прижавши колени к груди и уткнувшись в них лбом. С самой встречи никто из них не проронил и слова. Оба думают об одном. Рико задушено всхлипывает и первым подаёт слабый, неестественный голос: — Кевин. Названный крупно вздрагивает, словно из транса выходит. Это не привычное обидчивое «Дэй!», не возмущённое «Кев!» и даже не вопросительное «Кеви-ин?». Это бесцветное оповещение, просто слово, не имеющее и доли эмоциональной окраски. Пустое и обречённое, с нотками апатии. Кевин не отвечает, даже головой не мотает — Рико всё равно не увидит — лишь сжимает в кулак кромку шорт и тоже подтягивает ноги на скамейку. Рико тихо продолжает: — Как думаешь, где сейчас Нат? Нет. Только не это имя. Кевин думает, что уже выплакал всё за бессонную, полную страха ночь, но тело непроизвольно начинает дрожать, ресницы намокают, а вторая рука тянется к и без того воспалённым глазам. Он плачет тихо, почти звуков не издаёт, пока истеричный шёпот, который сдерживать уже невозможно, не режет сухое горло: — Я не знаю... Не знаю, не знаю, не знаю, не знаю! — он тычется лицом в колени и расчёсывает короткими ногтями ногу, не в силах больше держать голову ясной. Подвывные рыдания рвутся наружу. Разум туманится и притупляется, глаза заслоняют чёрные мушки, и Кевин окончательно срывается на крик, вгрызаясь зубами в ребро ладони, даже не чувствуя боли. Мысли прыгают, разбегаются в стороны и меняют страшные картины одну за другой, пока не собираются в единое и воспроизводят первый день смотра. Самый разгар второй половины матча, спортсменов малой лиги разделили на несколько команд, на верхнем этаже замка Эвермор сидит много шишек из министерства и не только. Так вышло, что Рико Морияма, Кевин Дэй и Натаниэль Абрам Веснински оказались в одной команде под первой тройкой номеров. Кевин догадывается, что это далеко не случайность — Тэцудзи хочет видеть в «Воронах» их троих. Эта мысль воодушевляет, заставляет крепче ухватиться за клюшку, а по лицу сама собой расползается улыбка. Они с Рико в нападении и Нат в защите, как и тренировались, сейчас надо не только выиграть матч, но и максимально выложиться, показать себя. Настрой только на победу, они обязательно пройдут! И будут всегда играть вместе. Команды держатся нос к носу с отставанием в одно очко в пользу противников, времени остаётся не так много, а вражеский нападающий перехватывает мяч и прорывается через полузащитника. Вся надежда на Ната, Кевин оборачивается, заранее вставая в стойку, и напряжённо всматривается в происходящее, Рико повторяет его действия. Натаниэль ловко удерживает нападающего, что заметно превосходит его в габаритах, юрко уворачивается от силовых приёмов и лезет прямо под ноги, ни в какую не пропуская к голкиперу. Второй защитник тоже старается помочь, но всё равно остаётся в пассивной позиции. Ещё чуть-чуть, и Нат либо окончательно его продавит, либо нападающий получит карточку за удержание снаряда: ситуация раскладывается так, что другому нападающему отдать пас просто невозможно — их второй защитник всё-таки догадался его перекрыть, а полузащитника заслоняют Кевин с Рико. Вот Натаниэль практически дотягивается до мяча, но вместо ожидаемого столкновения рукоятей клюшек, случается нечто другое — противник резко меняет траекторию, просовывая головку клюшки Нату меж ног и бьёт ему по левой костяшке с внутренней стороны. Колени подкашиваются от неожиданности, и Натаниэль больно падает на ведущую руку, укатившийся мяч нападающий подбирает и забивает в ворота вместе с финишным гудком. Кевин, что всё время всматривался в их движения, бросает клюшку в сторону и тянет Рико к корчащемуся на полу Нату, пока другая команда уже во всю бежит обниматься. В голову лезет страшное, исход игры уже не так важен, что с рукой Натаниэля? А вдруг он... Кевин встряхивает головой и быстро опускается на колени рядом с пострадавшим, Рико не менее суетливо встаёт рядом, не до конца понимая происходящее. — Нат! — кричит прямо в ухо и встряхивает за плечо. Натаниэль шикает и наконец садится, поворачиваясь к нему. — Не кричи так, живой я, — Кевин уже хочет выдохнуть, раз этот придурок в силах возмущаться, значит всё не так плохо, но Натаниэль продолжает, — мы вообще-то проиграли. Кевин раздражённо цокает. — Не так важно, победа не определяет отбор. Ты сам как? Натаниэль криво улыбается и прячет за спину руку. — В порядке. Простой ушиб. Кевину ответ совсем не нравится, он беспардонно перехватывает чужое запястье, Нат издаёт болезненный писк. Часть кисти уже начала заметно опухать, краснея. — Какой ушиб?! Да тут вывих, придурошный! — Кевин ослабляет хват, теперь еле касаясь пострадавшего запястья, а на закатывание глаз Ната отвешивает ему неслабый подзатыльник, — Поднимайся, идём к медикам! Рико, что до этого всё время молча вглядывался в судейскую зону, оставив Натаниэля на Кевина, вдруг подаёт голос: — Эй, что на счёт штрафных? Приём запрещённый, мы должны пробить. — А ведь правда, он меня покалечил вообще-то, — Нат мигом оживает, огонёк надежды на победу загорается вновь. Кевин рывком поднимает его на ноги, на что Натаниэль морщится и приподнимает левую ногу. — Он тебе ещё и ноги угробил? Рико, держи его, я разберусь со штрафными. Рико легко подхватывает миниатюрного Натаниэля, позволяя опереться себе о плечи, и ведёт в сторону медпункта. Кевин же трусит в сторону судей. Кевин вновь впивается ногтями себе в бедро, душа всхлипы, Рико совершенно незаметно появляется рядом, обхватывает с боку за плечо, сжимая пальцы на коже через ткань, головой утыкается Кевину в локоть. Оба сидят согнутыми, словно стараясь казаться меньше, один уже не может выносить происходящего, рыдая громко и отчаянно, второй плачет тихо, но не менее беспомощно, слизывая солёные капли, вытирая нос о чужую форму. — Ублюдки! Отчётливо же было видно, как он дёрнул Ната! Кевина завуалировано послали. Буквально, старший судья лишь развёл руками, мол, нарушения никто не видел, и вообще ваш игрок сам споткнулся, а на просьбу Кевина пересмотреть запись —отправил прочь, приговаривая, что руки уже все друг-другу пожали, надо было раньше. Рико возмущается уже минут десять, Кевин проорался до этого, а сейчас сидит в пустующей комнате отдыха с непривычно молчаливым Натаниэлем. Тому уже вправили кисть, наложили повязку, а ногу помазали чем-то от ушибов. Странно, что он первым не побежал восстанавливать справедливость, предпочитая привалиться Кевину на плечо с непонятным выражением. Вопли Рико прерывает короткий стук в дверь, чуть погодя в комнату заглядывает мужчина в униформе, охранник, судя по всему. — Вас ожидает Тэцудзи Морияма, я проведу. Рико обнадёжено улыбается и тянет друзей к выходу за мужчиной. Наверняка дядя всё исправит. Кевин тоже мгновенно светлеет, тренер Морияма по-любому видел нарушение! Один Натаниэль остаётся в прежнем зажатом состоянии, идя последним, даже прячась за спинами ребят. Лифт быстро доезжает до последнего этажа, и предполагаемый охранник идёт в сторону массивных двупольных дверей, пропускает внутрь подростков, а сам остаётся снаружи. Кевин бегло оглядывает помещение и самих присутствующих. Большие экраны во всю заднюю стену сейчас выключены, боковое окно зашторено. По середине на кресле восседает тренер Морияма, по левую его сторону у окна стоит женщина средних лет с вежливой улыбкой, по правую за спинкой второго кресла стоит другая женщина, одетая в вишнёвого цвета смокинг, тоже улыбается, но, в отличие от первой, скорее хищно, на самом же кресле сидит мужчина в брючном костюме, он закинул ногу на ногу, а руки сложил в замок, но стоит перевести взгляд на лицо...он очень напоминает...Натаниэля?! Медные потемневшие с возрастом волосы, такого же цвета уложенная щетина, серо-голубые глаза, более тёмные чем у Ната, но всё же. — Отец... — раздаётся сзади срывающийся шёпот. Кевин непроизвольно дёргается, и вновь всё нутро пронизывает надрывный, ломаный, но не долгий крик — Рико быстро соображает и зажимает ему ладонью рот. Пальцы на губах затыкают, но не прогоняют образ Натана Веснински, или же Балтиморского Мясника. Тэцузди покачивает в ладони трость, хлопает по внутренней стороне. — Выходи, Натаниэль, — приказ. Нат делает шаг вперёд, Кевин хочет его схватить, спрятать обратно, но в последний момент себя одёргивает. Рико стоит более невозмутимо, хоть и явно чувствует неладное. В первую очередь Натаниэль смотрит на отца, только потом переводя загнанный взгляд на тренера. Пришедшие словно приговора ждут, хотя изначально надеялись на защиту. Женщина у окна нервозно ёрзает, вероятно, она из министерства спорта. Тэцудзи ставит трость на пол, но не встаёт, тяжело смотрит на Натаниэля. — Ты облажался, Веснински, — Нат нервозно сглатывает, Кевин напрягается ещё больше, а Рико неожиданно перебивает тренера: — В смысле, дядя? Вообще-то чужой нападающий его сбил, а Нат... — Тэцудзи резко его одёргивает, даже не повернувшись в сторону племянника, — Рико. Названный затыкается моментально, а тренер Морияма вновь обращает всё внимание на Натаниэля. — Нет. Я не так выразился. Вы облажались. Ты как защитник, что не проявил внимательность и позволил так позорно себя свалить, а твои сокомандники как нападающие, которые изначально не смогли подстраховаться и набрать очков. Но в итоге проиграли вы в основном из-за твоей ошибки. Вас всех следует наказать. Кевин поражённо выдыхает, на лице Рико застывает непонимание. Натан Веснински поднимается с места и встаёт рядом с Тэцудзи. Натаниэль молчит. А вот женщина из министерства напоминает о своём присутствии: — В каком смысле наказать?! — цокает острыми шпильками и заслоняет собой подростков, — Они же... — договорить она не успевает. Далее происходит то... что Кевин описать просто не сможет. Отец Натаниэля, ни на секунду не меняя выражения, хватает женщину за ворот блузки, разворачивая спиной к себе и лицом к тройке, та только пискнуть успевает, Мясник проворачивает в руке ранее поданный спутницей в смокинге керамбит и всаживает закруглённый конец прямо в шейную связку справа, тянет поперёк, разрезает плоть под гортанью, задевая трахею, заводит лезвие вверх, под конец вводя в сонную артерию. Натан действительно даже не моргает. Кровь хлыщет, пачкает собой всё вокруг, заливает блузку на груди женщины. Кевин и Рико с воплем отшатываются к двери, один Натаниэль стоит ни шелохнувшись, пока красная жидкость брызжет нему в лицо. Кевин видит, как на кофте Ната появляются пятна, видит, как женщина замертво запрокидывает голову, как Мясник выдёргивает остриё и отбрасывает уже труп в сторону. Хлипкий звук режет слух, в голове белый шум, разум отказывается воспринимать происходящее. Что. блять. Почему Натаниэль просто стоит? Почему никто не реагирует? Почему Нат выставляет в сторону руку, закрывая их с Рико? ПОЧЕМУПОЧЕМУПОЧЕМУПОЧЕМУ!!!!! Кевин мотает головой, беспомощно смотрит смотрит на Рико, с носа которого стекает красная струйка, а сам он сжался и зажмурился. Взгляд невольно падает на...труп. Тошнота поступает к горлу, тело мёртвой изогнуто в неестественной позе, губы застыли в крике, закатившееся глаза с расширенным зрачком смотрят прямо на него, из разреза на шее видно внутреннее органы, залитые кровью. И Кевина тошнит, тошнит прямо Рико на плечо, но тот всё равно глаз не открывает. Кевин обессиленно падает на колени в лужу непонятного цвета, смотрит на Натаниэля. Разговор между Веснински не слышен, уши закладывает, ему до зуда хочется броситься к Нату, оттащить его от убийцы, но Кевин не может. Всё тело сковано, движение сделать невозможно, голова кружится. Рико рядом тоже падает. Последнее, что ловит Кевин перед отключкой: надрывное «Не трогай их!» голосом Натаниэля словно через толщу, и как Натан резко впечатывает сына в стену. Далее ему уже рассказали, что Мэри Веснински сбежала в ту же ночь с Натаниэлем Абрамом Веснински. Рико сильнее жмётся в Кевина сбоку, стискивает пальцы на предплечье, другой рукой зажимает ему рот, приглушая истошные вопли, и сам прячет мокрые дорожки на щеках в его футболке. Кевин держится за волосы, дёргает пряди, сам цепляется за Рико, постепенно успокаиваясь от измотанности. Сил просто не остаётся, и он стихает окончательно, лишь иногда всхлипывая. Рико за затылок притягивает, заставляя зарыться себе в взмокшую макушку. Поза крайне неудобная, но менять её никто не собирается. — Ты такой плакса, — говорит тихо, с грустным, не менее усталым смешком. Кевин сам слабо хмыкает. — А сам-то. У меня всё плечо от тебя мокрое, — следует тычок в бок, и Кевин возмущённо шипит. — Ничего, потерпишь. Пару минут они сидят молча, хватаясь друг за друга, не давая себе вновь погрузиться в холодное отчаяние, которое растекается по телу вместе с кровью, ползёт по венам и артериям, но не доходит до мозга благодаря чужим рукам, удерживающим в реальности. — Рико. В ответ вопросительное мычание. — Мы обязаны пройти. За Ната, — в словах столько решимости и противоречивого страха одновременно, что Рико моментально отвечает согласием. И Кевин печально-печально улыбается, понимая, что без победы отсюда не уедет. Они пройдут отбор, а после найдут Ната, и он сплетёт ему новую фенечку. Обязательно.