Часть 2
26 февраля 2025 г., 12:00
Жизнь Драко Малфоя после войны была насыщенной и приносящей удовлетворение. Его недели были до краев заполнены значимой работой и увлекательными светскими мероприятиями.
Каждое утро он просыпался в своем родовом поместье, где жил вместе с матерью.
Да, он понимал, как это звучит, но на самом деле нужно было учитывать культурные нормы чистокровных. Хотя технически Драко унаследовал поместье после смерти отца, Нарцисса будет жить с ним до тех пор, пока у него не появится своя семья. И даже тогда она, скорее всего, просто переедет во вторую резиденцию в поместье.
Кроме того, его устраивало жить с матерью. Даже нравилось. Они всегда были близки, а теперь она была единственной семьей, которая у него осталась.
И что с того, что приглашение женщин потребовало от него некоторых хитроумных маневров? Да, он закрывал их в своей спальне, и они приходили и уходили через его личный камин, но никто никогда не жаловался на это.
Грейнджер была единственной птицей, которая гостила у него сейчас, и не похоже, чтобы она хотела исследовать его дом.
И вместо того чтобы, как обычный парень, приносить ей стаканы с водой и закуски из кухонного холодильника, он поручал эльфу доставлять ей еду в постель, что было объективно лучше, не так ли?
Так что да, условия жизни у него были отличные. Оплачиваемое загородное поместье в Уилтшире — есть. Он был счастливым волшебником.
Время от времени Малфой использовал компьютер в поместье и просматривал объявления о продаже недвижимости в маглловской части Лондона, где жила Грейнджер, просто для самоуспокоения.
Конечно, он сам никогда не был в ее квартире — зачем им встречаться в ее доме, если у него есть поместье, — но просматривать объявления было довольно забавно. Драко не мог представить, что будет платить столько галлеонов в месяц за маленькую квартирку, размером с коробку из-под обуви.
Это было бы близко к Грейнджер, но все равно. Это того не стоило.
Как бы то ни было, он ежедневно просыпался в Малфой Мэноре и завтракал с мамой, прежде чем отправиться на работу.
Работа была идеей Нарциссы, как способ вытащить его из дома после окончания домашнего ареста. Вероятно, она имела в виду ту работу, которой занимался Люциус: ведение счетов, общение с членами Визенгамота в клубе и тому подобное. Торговля властью и влиянием, как валютой. Никаких определенных обязанностей.
Но иметь работу было отличной идеей, и Драко устроился на первую попавшуюся. Он стал продавцом в лавку Горбин и Бэркес. После того как послевоенное законодательство захлестнуло экономику, это уже не был магазин темных артефактов. Но там продавался лучший магический антиквариат и предметы во всей Магической Британии, и Драко не ошибся, что эта работа привлекла его внимание.
Горбин взял его на работу мальчиком в магазин, чтобы обслуживать кассу и распаковывать грузы. Вскоре он доказал свою привязанность к артефактам, и список его обязанностей рос и рос, пока он не стал оформлять выставки и ездить на аукционы вместо Горбина.
Драко был нужен им не меньше, чем он сам — недавно Берк умер, всегда молчаливый партнер, а Горбин хотел провести лето на Майорке. Магазин никогда не был особенно прибыльным, но поставка темных артефактов помогала поддерживать прибыль в норме.
Теперь, четыре года спустя, вывеску магазина перекрасили.
«Горбин, Бёрк и Малфой», — гласила вывеска, вызывавшая бурные споры. Когда в прошлом году Горбин стал единственным партнером, он предложил «Малфой, Горбин и Берк» или «Горбин, Берк и Малфой». Но Горбин был упрямым ублюдком, и в итоге Драко был рад, что тот просто забрал деньги.
Собственно, это было первое, что сказала ему Грейнджер.
Она зашла в магазин восемь месяцев назад, увидела его за прилавком и воскликнула.
— Название просто отвратительное, — сообщила она, а затем осмотрелась, — а ведь это хорошая идея — совместить кофейню с антикварным магазином, — признала она, заставив его покраснеть.
— Спасибо, — сказал он, — у нас также есть подборка книг, вон там, если хотите полистать.
— Книги! — воскликнула она.
— Да, и, надеюсь, скоро у нас их будет больше, — сказал он, — мы подали заявку в Министерство на продление разрешения на чары, чтобы удвоит эту часть магазина. Это даст нам место для большего ассортимента.
Книги и эспрессо-бар, конечно же, были его идеей. Драко сам составлял список книг, предлагая только те, которые соответствовали его личному вкусу. В тот день аллея была переполнена грязнокровками, покупающими список книг для Хогвартса, поэтому он предпочитал новинки художественной литературы и поэзии.
А почему бы и нет?
В конце концов, владение книжным магазином в качестве члена земельного дворянства было приятно тем, что ему не нужно было получать прибыль.
Это был вторник в марте, и на ней было длинное пальто с короткой юбкой-карандаш. Черные колготки со швом сзади. Драко вспомнил, что мужественно пытался не смотреть на этот шов, когда она встала на цыпочки, чтобы осмотреть верхнюю полку. Гермиона была необычайно разговорчива, бормотала себе под нос — настолько, что ему было неловко за нее перед другими посетителями. Оглядываясь назад, можно сказать, что это было предвестием ее вокализаций в постели, но в тот день он не думал об этом в сексуальном плане.
В порыве каприза он обратился к своей кофемашине и приготовил ей латте в стаканчике. Он налил ей латте и нарисовал там сердечко, как это было принято у него при общении с клиентами, а затем накрыл крышкой, чтобы она не подумала ничего плохого.
Драко подошел к ней и протянул чашку, когда Гермиона стояла перед книжной полкой.
Он не был уверен, что она возьмет его. Малфой был готов к тому, что Гермиона швырнет в него латте. В конце концов, в послевоенное время ему приходилось страдать и от худшего.
Но вместо этого Грейнджер взяла его и держала в своих маленьких ручках. Она посмотрела на него снизу вверх.
— Кто выбирает книги? — спросила она.
— Я, — ответил он.
В ее янтарных глазах что-то промелькнуло. Удивление, догадался он.
— Ха, — это все, что она сказала. Гермиона сделала глоток латте, — вкусно, — сказала она, все еще оценивающе глядя на него.
Драко попытался ухмыльнуться, отступая от нее.
— Дай мне знать, если тебе понадобится помощь в поисках чего-нибудь.
Она задержалась еще на несколько минут, за это время Гермиона успела выпить кофе и прочитать на скорость большую часть его поэтического раздела. Потом Драко помогал другому покупателю с антикварной лампой, и к тому времени, как он проверил еще одного клиента, она уже ушла.
Драко не видел Гермиону Грейнджер еще несколько недель.
Когда он увидел ее в следующий раз, это был полный ужас.
Это было утро пятницы, и он приехал в магазин в семь, чтобы пополнить запасы товаров перед открытием ровно в восемь. Когда Драко подходил к магазину от места аппарации, его сердце гулко стучало и пропускало удары.
На этот раз в окна не летели камни — это уже кое-что, по крайней мере. После последнего случая вандализма он раскошелился на небьющиеся зачарованные окна.
Но это было еще хуже. Драко пересек булыжники и подошел к магазину.
На входной двери, входной колонне и передних окнах грязной красной краской было написано «Пожиратель Смерти». Красные подтеки краски искрились черным проклятием. Драко смиренно попробовал очищающие чары, но не удивился, когда они не сработали.
Антимагическая краска, не поддающаяся очищающим или снимающим чарам.
Он проклял фамилию Уизли, а затем схватил щетку и чистящие средства из подсобки.
Нужно было открыть магазин к восьми. Драко забыл, что сейчас час пик для посетителей Министерства. Аллея находилась в процессе джентрификации, что благоприятно сказывалось на бизнесе, но к югу от дома 13Б по Косой аллее был добавлен новый пункт аппарации, а значит, море спешащих на работу волшебников стали свидетелями его стараний с щеткой.
Драко держался спиной к толпе проходящих мимо волшебников. Его плечи постепенно поднимались по мере того, как он чистил, и он молился, чтобы никто его не узнал. Малфой сохранил стрижку, оставшуюся после короткого пребывания в Азкабане пять лет назад, и не так часто выходил в свет, чтобы быть известным в городе, но не нужно было быть гением, чтобы увидеть молодого человека с платиновыми светлыми волосами перед магазином с надписью Малфой.
Большинство прохожих были слишком сонными и целеустремленными в своем стремлении к пунктуальности, но он услышал несколько насмешек и свистков. Драко усердно драил окна и дверь.
— Дорогой, тебе действительно стоит поискать работу в другом месте, — посоветовала ему одна старая ведьма, ковыляя мимо, — такой трудолюбивый молодой человек, как ты, не должен общаться с этими мерзкими Малфоями.
Драко просто кивнул, избегая встречаться с ней взглядом, чтобы она не узнала серые глаза Люциуса.
К четверти восьмого он убрал буквы П, О и Ж. Открыться вовремя он не успеет. При таком темпе Драко мог бы нацелиться на десятичасовое открытие.
Он почувствовал рядом с собой надвигающееся присутствие. Малфой усилием воли заставил свои мышцы расслабиться. Конечно, ни один мститель не захочет ввязываться в драку с ним на оживленной улице перед началом рабочего дня. Впрочем, Малфой уже ничему не удивляется. Он медленно повернул голову, чтобы посмотреть на фигуру.
Гермиона Грейнджер стояла в нескольких шагах от него и смотрела на беспорядок.
Драко вспомнил, как внутренне отметил, что она довольно маленькая, чтобы нанести такой урон. Она даже не доставала ему до подбородка.
Сегодня на ней был тот же черный тренч, что и в прошлый раз, подпоясанный поверх серых брюк. Вязаный шарф перекинут через одно плечо. Уродливые ботинки, отметил он. Хотя для прогулок, наверное, подойдут.
— Антимагическая краска Уизли, — сказала ему Грейнджер.
Драко снова повернулся к кирпичу.
— Очевидно, — проворчал он. Он продолжил оттирать написанные буквы.
— Очень безответственно с их стороны продавать ее. Она может быть использована для гнусных целей. Я неоднократно говорила об этом Рону. Но это один из их бестселлеров.
Драко надеялся, что эта шалость не приведет к лекции о его собственной испорченной морали. В то утро он не мог этого вынести.
— Не позволяй мне задерживать тебя, Грейнджер, — сказал он коротко и, надеюсь, не грубо.
— Ты обращаешься с ними, как с жирным пятном, — сказала она, — с магловским мылом и щеткой из щетины. Я думаю, могла бы…
Драко повернулся, чтобы посмотреть на нее, когда она уронила сумочку на булыжники и просунула руку до плеча в отверстие. Она прикусила губу, просовывая руку в сумку.
— Могу поклясться, что я… Ах, да. Вот оно.
Она достала пластиковую бутылку с невероятно синей жидкостью в ярко-оранжевой упаковке и протянула ему.
— Маггловское мыло? — повторил он, нерешительно принимая ее предложение.
— Да, используй это. Покрой ими все надписи и оставь, а потом вернись к ней через пятнадцать минут. Антимагическая краска сразу же сойдет.
Он посмотрел на пластиковую бутылку с мылом, которая так эргономично ложилась в его ладонь, потом на Грейнджер. Почему она помогала ему? Это была вторая часть розыгрыша? Та часть, которая действительно опустошит его?
Но он ничего этого не сказал. Он просто поблагодарил ее.
— Спасибо, Грейнджер.
Гермиона уже взяла свою сумку и уходила.
— Опаздываю на работу. До встречи!
Маггловское мыло оказалось очень кстати, и он открыл магазин в 8:15.
***
В третий раз, когда Гермиона Грейнджер пришла в магазин, Драко был готов к ее приходу. Он надеялся, что она заглянет к нему. Очень, очень подсознательно. Но да. Колокольчик, прикрепленный к двери, звякнул в следующий вторник, и он увидел, как она топает ногами по коврику у входа. На ней были те же черные колготки, что и в первый раз. Те самые, со швами сзади. И белые носки с черными мокасинами. Драко кивнул ей через стойку и принялся за латте, пока она шла к книжной полке, чтобы выбрать что почитать. — Вон на той полке — наши новые поступления, — сказал он, — не думаю, что они были, когда ты приходила в последний раз. В магазине больше никого не было. Она улыбнулась и кивнула, пройдя к стеллажу. Он занялся ее латте. Подумал, не спросить ли ее, не хочет ли она ароматизированный сироп, но решил воздержаться. Это было бы слишком, верно? Затем он подошел к ней у книжной полки и молча протянул ей чашку. — Спасибо, — пробормотала Грейнджер. Она глубоко вдохнула аромат исходящий от чашки и счастливо вздохнула, — ты действительно сам выбираешь книги? — спросила она. Он не смог скрыть фырканья. — А кто же еще, Грейнджер? Думаешь, Горбин заказывает этот список книг? — Хм, — хмыкнула Грейнджер, покачав головой, чтобы посмотреть на полку, а затем, взмахнув локонами, оценила его, наклонив голову. Она оценивала его долгое мгновение, — у меня обеденный перерыв, — сказала она наконец, — я работаю в Министерстве, в отделе магических существ. Драко кивнул. — Я знаю. Я живу не в пещере, Грейнджер, — все знали, что Гермиона Грейнджер — самая молодая глава департамента Министерства с 1700-х годов. Последние два года о ней постоянно писали в газетах, с тех пор как разработанный ею закон о домовых эльфах прошел все слушания в Визенгамоте и был принят. Грейнджер самозабвенно ухмылялась, что было… удивительно мило. На переносице у нее были веснушки, и Драко заметил, как они меняют форму при ее улыбке. — Точно, — сказала она и вскинула руку в непринужденном жесте, — я просто хочу сказать, что сегодня я могу пообедать подольше. Если ты захочешь показать мне заднюю часть магазина. Он моргнул, затем сглотнул. Конечно, она не предлагала… Она застенчиво спрятала локон за ухо. Драко взмахнул палочкой, чтобы перевернуть надпись «Открыто» на «Вернусь через пятнадцать минут». Затем он галантным жестом указал на дверь в заднюю часть магазина. Малфой проследовал за ней, пробежавшись глазами по стрелкам ее черных колготок, пока она шла перед ним. Как только Гермиона завела его в подсобку, она накинулась на него, как дикая кошка. Через тридцать минут она уже поправляла юбку. — Неплохой способ снять стресс, — сказала она, поднимая латте и делая изящный глоток. — Просто немного веселья, — согласился он, запыхавшись. Она остановилась у двери, собираясь уходить. — Уверена, твоё окружение не одобрило бы этого, — ее голос был осторожным, размеренным. Вот это поворот. Он не смог сдержать рвущийся наружу смех. — Твои друзья содрали бы с меня кожу живьем. Она выдала странную полуулыбку-полугримасу. — Они могут быть слишком заботливыми. Так что: осторожность, никогда не повредит. Он пожал плечами, а она кивнула и вышла за дверь. Драко остался сидеть за задним столом в состоянии послеоргазменного ошеломления. Она записала адрес его камина и пообещала связаться с ним, но он не попросил ее. Это была их первая связь. Первые несколько раз это было неловко. Они встречались на условиях Грейнджер. Она присылала ему записки, когда он был ей нужен — по крайней мере, вначале. Гермиона всегда была практичной и пугающе прямой. Она никогда не обижалась, если он был занят, когда она звонила, да и он не так уж и часто бывал занят. Она заставила его предоставить результаты анализов на венерические заболевания, прежде чем впустить его в себя, что было вполне разумно, но период ожидания результатов анализов необъяснимо заставлял его внутренне бушевать, как пещерного человека. Через несколько месяцев они пришли к тому, что стали проводить вечера по пятницам, изредка устраивая вечера в будни. Дело не в том, что она держала его на поводке, если так можно выразиться. Просто Гермиона была так занята, с ее требовательной работой в министерстве и постоянными социальными обязательствами. Она постоянно откуда-то приходила и куда-то уходила. Тем не менее у него тоже была своя светская жизнь. По вечерам в понедельник он вместе с Тео и Блейзом играл в квиддич. Во вторник и среду он старался ужинать с матерью в Мэноре. В четверг вечером у него был еженедельный прием у доктора Родригеса, его целителя. Вечером в пятницу, конечно же, он ужинал с Грейнджер, хотя она иногда приходила только после того, как отрывалась по полной со своими друзьями — в час или два ночи. И она всегда уходила после. (Ну, он и никогда не просил ее остаться, не так ли?) Субботы и воскресенья были посвящены восстановлению сил после рабочей недели. Нарцисса, участвовавшая во многих клубах и благотворительных организациях, включая Общество мастеров-гербологов, часто приглашала его с собой на какие-нибудь светские мероприятия или экскурсии. Нарцисса всегда находила способ познакомить его с очень милыми и симпатичными ведьмами. Такими, которые знали толк в танцах на котильоне. Но сейчас его график был переполнен. Он не думал, что сможет ухаживать за какой-нибудь ведьмой должным образом. К тому же, если Драко начнет ухаживать за кем-то, то не сможет сохранить договоренность с Грейнджер. Не то чтобы они когда-либо обсуждали моногамию. Просто он бы почувствовал… ну, нет. Поэтому, когда Нарцисса попросила его сопровождать ее на ежегодный бал мастеров-гербологов, который состоится в ближайшую пятницу, он согласился лишь с внутренним ворчанием. Разумеется, в черном костюме, и если вы думаете, что на мероприятиях садоводческого общества не принято знакомиться с ведьмами, вы ошибаетесь. После войны все древние семьи перебрались из большого общества волшебников в меньшие, только для приглашенных. В местах, где уважали старые традиции. Нарцисса, как президент Общества мастеров-гербологов, создала клуб как бастион для людей с домами волшебников, которые, как правило, имели обширную территорию. Здесь не было речи об общественных садах или проектах по оказанию услуг… нет, это общество садоводов было сосредоточено на редких видах магических растений и новаторских выставках волшебных весенних луковиц. Мать Драко управляла обществом железным кулаком, ее боялись и уважали. И она действительно не требовала от него многого. Нарцисса поддержала его в том, что он спокойно отменил помолвку пять лет назад, после войны. И да, она подталкивала его к танцам с ведьмами, но позволяла откладывать начало ухаживаний. Поэтому он быстро набросал письмо Грейнджер: Грейнджер, В эту пятницу я вернусь в поместье только поздно вечером. Я сопровождаю маму на ежегодном балу орхидей. Встретимся в полночь? — ДМ Он отправил письмо со своим филином и уже начал ждать, когда тот вернётся через час. Он с трепетом раскрыл письмо. Драко, Какое совпадение. Я тоже буду присутствовать. Увидимся там, ГГ Драко провел рукой по гудящей голове. Гермиона Грейнджер на балу его матери? Он с трудом мог поверить в это. Он задавался вопросом, не покажется ли ей все это душным. Интересно, знает ли она старые танцы… Ну, Драко был воспитан на этих танцах, и он был хорошим лидером, так что, возможно, он сможет… Он понял, что ухмыляется как идиот. Гермиона Грейнджер на ежегодном балу орхидей. Увидимся там, — написала она. Он вскочил со своего места, чтобы осмотреть шкаф. Ему нужно выглядеть идеально.
