В следующей жизни

Соединённые Штаты Америки, Бостон.

18 октября 2021 год. Понедельник.

— Уважаемые Джон Дейви Харрис и Молли Браун! Сегодня важный и волнующий для вас день — день рождения вашей семьи. Вы приняли одно из главных решений в своей жизни — соединить две судьбы в одну и пройти одну дорогу жизни. — Женский голос разносится в стенах дворца бракосочетания, говоря о том, что ждёт новоиспечённых супругов в дальнейшем, но вот лицо жениха явно не выражает никакого счастья, лишь расплывчатые силуэты перед карими глазами, словно некий туман настигает мужчину, дереализация, которую стал ловить Джон в последний год или месяцев? Со счёта он явно сбился. — Выполняя высокий долг как представитель государства, я прошу вас ответить, является ли ваше решение стать законными супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным. Готовы ли вы принять на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей? Прошу ответить вас, жених, и вас, невеста.  — Как жаль, что слова согласия мужчины в строгом костюме оказались ложью, пока девушка улыбалась во всю, держа своего уже законного супруга за руку, обмениваясь кольцами. Оставалось только натянуть счастливую, но такую лживую улыбку на лицо, смотря в больше не любимые глаза блондинки, осознавая, какую ошибку совершил только что, и всю эту ношу придётся нести на себе, ведь ничего больше не сделать, невеста, теперь жена, ещё беременна.

Столько лет жизни потратить на эти отношения и в самый последний момент ошибиться. Свадьба с больше не любимой женщиной была самым ужасным решением в судьбе Джона, как и строить полноценную семью тоже. Харрис жалел, понимал, что делает что-то не то, словно это не его судьба, не он должен стоять на данном месте, не от него должен родиться ребёнок у Молли, но что оставалось сделать после всего произошедшего, всех этих новостей? Терпеть. Отыгрывать роль мужа, отца, но врать самому себе больше не оставалось сил. Каждый день ссора за ссорой, что длились уже целыми годами, на протяжении всех отношений ни одни выходные не обходились руганью, но Харрис не позволял себе поднять громко голос, не дай бог руку на девушку, да и сколько бы кареглазый не старался выйти из этих отношений, всё пришло к тому, что Молли привела их к семейному психологу, как же это было иронично, забавно со стороны человека, у которого три высших образования по данной профессии, но вот блондинка словно знала, куда надавить на Дейви, понимая, сколько лет они провели вместе, какие слова сказать, но и на удивление, разговоры помогли на время, и всё затянулось до того пика осознания, что вот-вот у тебя родится маленький человек. Казалось, что в жизни каждого альфы это было огромное событие, счастье и радость, что у него появится на свет первенец, сын, но почему в груди никакого тёплого чувства? Отцовство не проснулось до сих пор? Почему инстинкты защиты человека, что вынашивает твоего ребёнка резко пропали? Мужчина первое время даже боялся ребёнка на руки взять, покачать, пока роженица набиралась сил, могла спокойно в душ сходить после выписки. Запутался.

— Что в конечном итоге, мистер Харрис?

— Я облажался. Дал волю инстинктам.

— Вы считаете, что за последние годы проведённые вместе, вы не испытывали чувства любви, а лишь привязанности? Вы привыкли жить с этим человеком, верно?

— ...

— Вы испытываете любовь к новорождённому, Мистер Харрис?

— ...

— Мистер Харрис?

Молли была прекрасной мамой, любящей омегой, которая тряслась над своим желанным чадом, в её-то двадцать шесть родить такого здорового сына было счастьем. Странно, что от Джона малыш практически ничего не взял, лишь карий взгляд, а в остальном сынок схож на родную маму, успокаивался только в её руках, слушался лишь Браун, а вот лицо родного отца так и не мог запомнить. В груди Дейви до сих пор не было никакого тепла к мальчику, когда был рядом с ним — Марк плакал, просился к матушке, а горе-отец, как прозвала его Молли, лишь старался не выругаться на что-то неживое в комнате. Харрис окончательно в работе погряз, как-никак, но он единственный источник дохода в семье, возвращался поздно через силу, выслушивал ругань от супруги, ведь никакого желания возвращаться в дом не было, ночью не высыпался, ребёнок постоянно плакал, то болит что-то, то есть хочет, то на ручки хочет. Вся эта дереализация напрягала альфу, жизнь поменялась конкретно, словно мужчина не в своём теле находится, ему не хочется проживать этот этап, это не для него создано, он занимает место альфы, который может полюбить, обеспечивать и воспитывать и ребёнка и Молли. Каждый день проведённый в квартире становится тошным, больше нет никакого тепла к омеге, не хочется проводить время вместе, целовать, обнимать, касаться, заниматься сексом — нет. Лишь пустота в душе, которая по-своему болела и рвалась в другое место, в неизведанное. В последний год спасала только работа, мужчина был строг в своей сфере, в преподавании, иногда и дома закрывался в собственном кабинете, не слушая ни разговоров жены с ребёнком, ни собственные навязчивые мысли, мрак преследовал. Харрис уже не был тем любящим парнем, который сделает всё ради любимой, не порвёт каждого, если кто-то что-то не так скажет его девушке, теперь только деньги в дом приносил, и не маленькие. В университете держались за Джона как за надежду в преподавании, зарплату поднимали, казалось, всего двадцать восемь, а мозг работает в разные стороны, что не делает, то умничает, а студенты и слово боятся сказать Дейви, посещаемость на его парах обязательна должна быть сто процентов, иначе каждый замучается бегать за мужчиной, что пошлёт на пересдачу, а с неё и на другую. Соединённые Штаты Америки, Бостон. 1 сентября 2024 год. Воскресенье. — Как же я устала от твоего холода, Джон, хоть бы с ребёнком время провёл, плевать на меня. Я весь день с ним ношусь, то в поликлинику, то по магазинам. - Проносится тихий голос Молли в темноте спальни, отвернувшись на другой бок в постели. Супруги даже не смотрели друг на друга когда в покои ложились, отворачивались, не желали спокойной ночи, мороз так и чувствовался между теми, но как же женское сердце болело, понимало, что её больше не любят, не желают и не хотят. — Если бы не я, этого всего не было. И ещё раз скажу, сейчас начнётся учебный год, у меня уже завал с работой, повесили дополнительные часы у первого курса. - Тяжело выдыхает альфа, стараясь держать глаза закрытыми, желая просто не сорваться сейчас и не накричать, сжимая челюсть, слыша, как девушка переворачивается на спину, при этом шурша одеялом. Супруга решает хоть как-то внимания добиться, прикладывая руку на плечо рядом лежавшего мужа, но даже малейшее прикосновение ощущается льдом, будто всё тело мужчины состоит из него и температура ненормальная, низкая, зная, что внутренний альфа отталкивает от себя омегу. - Завтра у меня собрание преподавателей в университете, сходи в детский садик, я договорился о месте для Марка, сам придти не смогу. - Спонтанно заявляет мужчина, вставая с кровати и поправляя ткань пижамы, что немного закаталась на левом рукаве, пока ноги вели мужчину на балкон. Тишина. Словно гробовая тишина стояла в квартире, стоило Харрису выйти на балкон, а рука уже машинально потянулась к пачке сигарет, что лежала на длинном подоконнике, словно дожидалась хозяина, пока костлявые длинные сами пальцы поймают своё успокоительное. Альфа чиркает зажигалкой, а сам затягивается посильнее, дабы раскурить попавшую в рот сигарету. Ночь помогала расслабиться, балкон стал вторым любимым и тихим местом после своего кабинета в квартире, здесь мужчину никто не трогает, он может спокойно постоять и покурить, выпустить из головы мысли, что возвращались после перерыва, или же они никуда не уходили? Скорее второе, особенно цеплялся в раздумьях вопрос о разводе, никто из супругов уже не выносил друг друга, а связывал двоих только лишь полуторагодовалый ребёнок, хоть и малыш, но всё равно видел то, как родители общаются, скорее, живут как соседи: «Привет-привет, пока-пока, хорошего дня». Напрягало всё. Мужчина не знал как поступить, супруга не работает, и в ближайшее время не устроится из-за декрета, ребёнка не оставить на проживание только с матерью, родители Молли подключатся и устроят скандал, нежели отец Джона, что забьёт на происходящее в очередной раз. Харрис считал себя никудышным как мужчиной, так и альфой, что связал судьбу не с тем человеком, либо же осознал происходящее слишком поздно, почему именно ближе к тридцати стало хуже? Кризис? Так много вопросов плавает в голове, а сам кареглазый делает лишь очередной затяг сигареты, облокачиваясь локтями на преграду балкона, разглядывая столицу Америки, и вид с двенадцатого этажа стоял невероятный: идентичные новостройки блестели по-своему, лампочки в окнах создавали уют других семей, повсюду стоял гул в одиннадцать вечера, кто-то в бар заходил, кто-то пьяный разгуливал, даже и самому Дейви хотелось напиться с друзьями и пропасть на неделю, не появляться дома. Нет, Джон не изменял, на это банально не было времени, желания, жизнь стала серой и скучной, превратилось в то, чего он боялся: не любимый человек, работа, дом, ребёнок. Или вина в самом мужчине? Запутался. Запутался. Запутался. Но иногда в запутанных мыслях проскакивают и счастливые воспоминания, как он, ещё будучи студентом, познакомился со своей будущей супругой в университете, вспоминал, как помогал разобраться в учебном заведении, жаль, что факультеты не совпадали, Харрис ошивался на факультете психологии, Молли же была совсем недалеко от того, училась по профессии биохимика, даже вспомнить страшно, сколько за всезнайкой и занудой первокурсницей бегали как девушки, так и парни, а урвал Джон, словно два ума сошлись в одной черепушке. Харрис и ухаживал красиво, осыпал комплиментами, интересовался каждой мелочью, водил по ресторанам, зарабатывал, обеспечивал, а со временем стал задумываться. Молли влюбилась по уши, да и тем более, когда такой альфа ухаживает, тут грех не вступить в отношения, радовалась каждой мелочью, но с годами кареглазый буквально высох, что в учебе, что на работе, старался устроиться хоть куда, дабы деньги были, а при получении второго высшего образования и попал в университет как преподаватель, там и не за горами и заочное обучение на третье высшее, учился альфа всегда, пока омега не понимала, где возлюбленный время находит? Были такие грандиозные планы на будущее, всё складывалось хорошо, а Харрис угасал, держался на тонкой ниточке, да подвёл собственный гон, вступив в половой акт с продолжением. И вот ты перед алтарём, даёшь клятву любви не любя, возишься с девушкой, имея лишь инстинкты в голове, что говорили заботиться, Молли даже казалось, что это был самый счастливый период после их совместной жизни после того, как съехались. Дейви ходил на УЗИ с возлюбленной, но с каждым разом было сложнее, то задержался, то только встретил, а всю беременность девушка провела будто одна, но физически рядом с альфой дома. Джон не удосужился и разочек повести себя как будущий отец, что ждёт ребёнка, в живот не целовал, какие-то фотосессии, как любили беременные, не устраивал, лишь работал и обеспечивал. Но выписка из роддома прошла красиво, единственный хороший период на тот момент. Букет цветов супруге, собственный автомобиль украсил, на котором виднелись ленточки голубых тонов под сына, всегда Джону нравился этот цвет, словно он был родным, обустроенная детская комната со всеми удобствами. И с того момента всё полетело в пропасть.

— Звёзд нет уже второй день подряд. Удивительно. - Говорит в небо Харрис, выдыхая густой сигаретный дым из лёгких, прикрывая глаза и вслушиваясь в гул города. Так привык кареглазый к красивому звездному небу, даже тридцать первого числа не было, первого тоже. Странно. Любил альфа смотреть на две яркие звезды, что мешаются в одну, но они пропали в этом году.