Звёзды.
Приятный пятничный вечер вот-вот готов подойти к концу, а стрелка часов пробила ровно одиннадцать вечера. Лололошка чувствовал себя странно в утекающие минуты. Не было привычного напряжения, страха или настороженности, что обычно окружали его мысли насчёт коллеги. Вместо этого – легкая, приятная усталость и какое-то новое, словно незнакомое тепло, разливающееся по телу. Головная боль не волновала, как и вечное состояние лёгкой паники, отдавая в самую грудную клетку, растекаясь в форме звезды, как собственное родимое пятно. Дейвисон часто смотрел ровно в карие глаза приятеля, замечая, как каждая ресница вздрагивает, и чувствовал, как что-то внутри него откликается на эту тихую, непонятную силу. Впервые за долгие дни вечного стресса на душе было спокойно, омега даже не стеснялся показывать лёгкую улыбку, когда до слуха доносились очередные истории из жизни Харриса. Лололошка бы соврал самому себе, сказав, что вечер ему не понравился: вкусный ужин, приятный разговор, обстановка, ничего крайне личного и интимного. Голубоглазому нравилось общаться, как оказалось, со столь грамотным и интересным человеком, и молчать было совсем неуместно во время всей встречи, и данная посиделка отличалась от изначальной в кофейне. Но всё равно омега ощущал, словно отголосками здравого смысла, что это было единоразовой акцией болтовни в ресторане, и уже в понедельник те вернутся к своим обязанностям преподавателей в университете, общаясь друг с другом как простые коллеги.
Бостон в ночные времена был городом контрастов. Тишина и уединение на набережной и в жилых кварталах соседствовали с оживлением и музыкой в барах и ресторанах. Величественная архитектура и современные небоскребы создавали неповторимый облик мегаполиса. Это было время, когда Бостон раскрывал свою более интимную, задумчивую сторону, приглашая каждого, кто еще бодрствовал в минуты, насладиться его ночной красотой. Но всё тепло моментально испарилось из организма, стоило двоим болтливым коллегам покинуть стены роскошного заведения, ведь прохладная температура давала о себе знать, плюсом и нахождения рядом с проливом, где игрался явно не обнимающий теплом ветер. Лололошка вздрогнул от такой погоды, ощущая, как по телу побежали тропы мурашек, заставляя молодого человека поджать плечи и своеобразно согреться, ведь тонкая рубашка не грела от слова совсем, а отказаться от приглашения на дальнейшую прогулку по небольшой набережной Ло не мог. Организм старался спасти самого себя, окутывая тело сладким ароматом и позволяя почувствовать себя более расслабленно, но для омеги это не было хорошо, да и тем более, когда тот проводит время рука об руку с альфой, всё же не хотелось привлекать сильный пол к себе ещё больше, голубоглазому хватило той попытки прикоснуться на долгое время. Но Дейви моментально уловил полюбившийся, хоть и слабый запах черники, обращая внимания на молодого человека, что шагал рядом и слушал болтовню коллеги. — Тебе холодно? — задаёт риторический вопрос кареглазый, останавливаясь на месте и давая спутнику сделать шаг вперёд. — У меня в машине есть толстовка, могу принести тебе, чтобы согреться, и погуляем дальше, или по домам. — Джон предлагает способы решения проблемы, замечая, как глаза Уильяма растерянно бегали по местности вокруг, словно тому предложили что-то запрещённое. Всё же омеге было не по себе до сих пор от осознания, что за ним как-то, но ухаживают, проявляют знаки внимания и интересуются, хоть и старался молодой человек относится ко всему скептически, нежели запудривать самому себе мозги смазливыми фантазиями. — Ну, давай. — с сомнением в голосе говорит Ло, смотря на мужчину, улавливая его положительный кивок головой и наблюдая за тем, как высокая фигура альфы постепенно отстраняется в сторону припаркованного автомобиля. Омега же остался ждать того недалеко от ресторана, всё ещё слыша приятные ароматы блюд и осматривая людей, что постепенно покидали заведение. Ночной ветер игрался с волосами голубоглазого, оставляя непослушные локоны в неприличном виде, а сам же молодой человек немного задумался, тому был слишком интересен один единственный факт: почему мобильный телефон Харриса был выключен до сих пор? За три часа их встречи альфа не удосужился банально посмотреть время, только спрашивал у приятеля и моментально, словно профессионально, переводил тему разговора на другую.— «Действительно что-то скрывает? Или же настолько погрузился во встречу, что не хотел отвлекаться? Странно». — На свои раздумия омега сузил очи, смотря в темень впереди и пытаясь разглядеть там Джона. — «Весь он какой-то странный». — Закатил глаза Лололошка, пытаясь отогнать от себя мысли, дабы сосредоточиться на завершении вечера.
— Держи, согрейся. — Спокойный голос разнёсся по местности, давая задумчивому Лололошке понять, что альфа вернулся. Мужчина же протянул чёрную толстовку своему приятелю, пока второй осторожно её забрал и уже улавливая на тканях одежды запах феромонов альфы, который одновременно нравился, но также вызывал рвотный рефлекс из-за сильного аромата алкоголя, пока вишня терялась на фоне. Предложенная одежда была слегка велика в размере, впрочем, это было видно даже по телам двоих, что-что, но ни одного альфу в этом мире не обходит мимо крепкое телосложение. — Спасибо. - Поблагодарил Дейвисон, продолжая идти дальше с коллегой по распростёртой дороге рядом с проливом. Омега несильно закатил рукава, дабы те не болтались на его руках, параллельно вслушиваясь в очередной рассказ Джона из жизни, да и так, по мелочи, о погоде. Нравилось это спокойствие и особенно моментальное тепло, которое придала не только отданная на время толстовка, но и грудная клетка, вызывая на лице омеги лёгкую улыбку. Тот уже не стеснялся показывать своё расслабленное состояние, ведь усталость от активного времени давала о себе знать. С одной стороны, хотелось лечь в мягкую кровать, дать отдохнуть спине и прислушиваться к мурчанию домашнего питомца, а с другой — гулять по ночной набережной дальше, болтать о всякой ерунде, не затрагивая работу, и вдыхать уже более приятный запах, что доносился не только от одежки, но и спутника, что идёт рядом. Это ощущение, словно Дейвисон знал Харриса не первый год, вновь вернулось, и Джон не успевал закончить предложение, болтать о умном, как его перебивал Лололошка, и все слова сходились, вызывая лёгкий смех с уст мужчины. Но больше всего кареглазому нравилось слушать хрипловатый, сонный и расслабленный голос омеги, что словно растягивал каждое слово на устах и заставлял тем самым обратить на себя внимание. Оказывается, Уильям не очень-то грубый человек, он банально боится разговаривать с кем-то незнакомым долгое время, а тем более сближаться и открывать душу. Джону, как психолог, как человек, который понимает людей по одному движению, сразу приглядел парочку проблем в голове молодого человека, осознавая, что путь сближения до хотя бы статуса «приятели» будет очень долгим.«Я давно не ощущал такой лёгкости, этого душевного спокойствия. Улыбка не сходит с лица весь вечер. Не помню того момента, когда при Молли я вёл себя так же. Полгода назад? Наверное. Радует, что и голова не болит, свежий воздух помогает, как и приятные разговоры».
— Джон, а почему у тебя весь вечер выключен телефон? — всё же решается спросить Лололошка, слегка щурясь и смотря на лицо собеседника, которое словно побледнело под светом фонарей. — Это так важно? — слегка хмурится альфа, не понимая, почему омега обратил внимание на этот момент, да и для чего? Карие глаза мужчины быстро метнулись на левую ладонь, но, не заметив на ней блестящего обручального кольца, тот выдохнул с облегчением. — Не особо, просто ради интереса спросил. - Пожал плечами Лололошка, скрещивая руки на груди и продолжая прогулку, дыша свежим воздухом вперемешку с ароматом феромонов альфы, что грели душу. — Банально не хочу, чтобы уведомления или неожиданные звонки не мешали нашему времени. — Спокойно отвечает мужчина, разглядывая профиль лица Ло и сопровождая того взглядом до лавочки. Дейвисон лишь подтвердил факт того, что Харрис слишком увлечен встречей, аж до такой степени, когда не волновал гаджет. Голубоглазый уселся на пустую лавочку, откинув голову на спинку сидения и сверкнул глазами в блестящее небо, на котором постепенно проявлялись звёзды, уж не слишком радовал Бостон своей погодой, постоянными тучами и проливными дождями, из-за чего мерцающего тёмного полотна над головой не было видно уже долгое время. Кареглазый решил составить компанию коллеге, усаживаясь рядом и поднимая голову идентично первому. Тот и сам любил подобную красоту, заглядывался, рассуждал на какие-то темы сам с собой, но сейчас был хороший повод поговорить с кем-то, с тем, кто подобно ему заинтересован. — Тебе тоже нравится смотреть на звёзды? - Тихонько спрашивает Джон своего собеседника, но даже по его голосу слышно, как улыбка пробивается сквозь уста. Альфа покосился на Лололошку, но тот не сводил пристальный взгляд с неба, которое так притягивало по-особенному. — Есть такое. Давненько их не было видно, то тучи, то дожди, то ещё что-то, а звёзд всё нет и нет. — Объясняет омега. — Мне нравится выходить на балкон, отключать голову и просто смотреть за таким видом, параллельно отвечая на свои вопросы в голове, или просто размышлять о чем-то, да о банальном существовании всех людей на свете. — Рассказывает более тихо Ло, медленно моргая и вслушиваясь в дыхание Харриса, в лёгкий гул города и журчания воды. — Ещё стал замечать одну особенность: каждый год под конец августа в небе горят две очень яркие звезды, от них конкретно не хочется сводить взгляд, да ещё и находятся очень близко друг к другу. — Начинает рассказывать Дейвисон дальше, думая, что собеседнику это интересно, да и на деле голубоглазому хотелось выговориться, ведь до этого никто не заводил с ним тему насчёт звёзд. — Прям как эти? — довольно мягко спрашивает Джон, тыкая пальцем в небо и заставляя Ло обратить внимание на две блестящие звезды. — Сейчас же середина сентября, а не конец августа. — Слегка стебётся альфа, вызывая ответный смешок на лице омеги. — Да, это они. — С улыбкой на лице говорит Лололошка, сам того не замечая, как невероятный всплеск огня пробежался на родимом пятне, но свой взор он не переводил от вида.— Тепло на душе.
— Согласен.
И прощаться не хотелось от слова совсем.
Время подходило к полуночи, а коллеги лишь наслаждались этими минутами, но пришлось разъезжаться по домам, как бы те не хотели заканчивать встречу. Ло впервые было спокойно на душе с данным человеком, интересно, и этот приятный осадок времени вместе грел изнутри, даже не волновал никакой холодный ветер на улочках. Но стоило температуре на улице замениться на салон автомобиля, стало моментально жарко. Лололошка устроился поудобнее, его глаза все еще были полны звездного света. Харрис даже не обратил внимания на то, что Дейвисон не собирался вылезать из теплой толстовки, что так приятно пахла феромонами альфы. Тишина в машине была не неловкой, а скорее наполненной общим опытом, невысказанными за вечер словами и тихим пониманием. Пустые дороги мегаполиса конкретно радовали, на что Дейви не боялся гнать по трассам и время от времени выслушивать лёгкую ругань со стороны Лололошки, который делал ему замечание, чтобы он не давил на педаль газа на полную мощность. И постепенно за окнами чёрного автомобиля пробегали знакомые новостройки, мелькали закрытые кафе, офисы и открытые ночные бары, гуляющие, пьющие люди. Омега толком не заметил то, насколько же быстро пролетели минуты в салоне автомобиля, как Харрис завернул к нужному дому и останавливаясь у самого подъезда жилья. — Спасибо за хороший вечер, Джон. — Поблагодарил Лололошка, обернувшись на Джона и встречаясь с его глазами напротив своих. Омега немного опустил свой взор вниз, понимая, что всё это время провёл в его толстовке, хватая пальцами подол одежки и начиная снимать её, дабы вернуть владельцу. — Не стоит благодарностей. - Отмахнулся Дейви. - Оставь себе толстовку. - Перебил Джон, останавливая парня в действии, заметив, как тот немного смутился. — Это же твоя вещь, и мне она не нужна, — попытался отказаться Лололошка, но альфа остановил его, услышав недовольное ворчание и цоканье языком. — Я всё равно постираю и верну её в понедельник, — сказал Ло, закатив глаза. — Говорю же, не надо. — Выдохнул тяжело кареглазый, но был рад тому, что Ло всё же согласился оставить у себя толстовку, как на память о хорошем вечере.И стоило этому черничному аромату исчезнуть из салона автомобиля, на лице мужчины моментально пропала улыбка, пока рука машинально потянулась в карман бежевых брюк, нащупывая там обручальное кольцо. Осмотрев украшение, Дейви поморщился, осознавая, что его ждут очередные разборки с супругой, ведь не зря же он отключил телефон.
В полночь в полупустой квартире было довольно тихо, но стены хранили за собой два женских голоса, раздающихся по спальной комнате, которая была пропитана нелюбовью и разочарованием. Пока в детской комнате ребёнок видел десятый сон, Молли же не могла найти себе места, даже в компании лучшей подруги. Омега то и дело что ходила из угла в угол, жалуясь на всё происходящее, на чёртову жизнь вместе с Джоном, на странное поведение супруга и боялась осознавать то, чего она боялась больше всего. Пока блондинка размышляла вслух, на мягком ложе сидела вторая, что прожигала зелёным взором подругу и закатывала глаза на каждый поступок суженного той. — Уже полночь! Ну не мог же он задержаться у отца настолько. Зная Джона, он бы поскорее свалил из компании Саймона. Ладно, я ещё могу поверить в то, что он напился и остался на ночь, но он даже на звонки не отвечает всё это время! Это абсурд! — конкретно взъелась Браун, хватаясь за локоны волос и стараясь сдержать слёзы из-за несправедливости и обиды, что поглощали омегу. — Карамелька, я же столько раз тебе говорила, что твой муж полный козёл. — Протяжно произносит беловолосая, рассматривая свои длинные ногти и закатывая зелёные зенки, выражая недовольство насчёт поведения супруга своей лучшей подруги. - И вообще, знаешь, пора бы тебе поиграть в зеркало с ним. - Продолжает Андерсон, переводя обратно взор на девушку, что остановилась и скрестила руки на груди, смотря на сидящую. — Сайрисса, даже если бы я и стала так делать, уходить куда-то по-середине вечера, то с Марком кто будет сидеть? - Цокает Браун, даже не понимая, как глупо звучали её слова. Длинноволосая лишь распахнула глаза и вылупилась на девушку, не понимая данного высказывания. — Ты шутишь сейчас? — Пропустила смешок альфа, закинув нога на ногу. — Он папаша вашего ребёнка, вот и пускай посидит с ним, а не только ты, которая и так постоянно в квартире, и свежим воздухом, дай бог, с балкона подышишь. — Продолжает старшая, говоря конкретные факты. — Если это подобие на мужа ещё посмеет возразить тебе, я тресну ему по лицу ещё раз. — Стервозно, с некой угрозой в голосе говорит Рисса, замечая разочарование на лице Молли. Девушка нащупала лежавший рядом телефон, смотря на время, а позже на подругу. — Короче, мне плевать. Собирайся, мы поедем в ночной клуб, посидим, выпьем, поболтаем и не будем вспоминать имени твоего муженька. - Заявляет Сайрисса, вставая с кровати и распахивая шкаф с одеждой, осматривая весь гардероб. — Какой клуб?! Ты чего, с ума сошла? - Не успела возразить омега, как альфа заткнула ей рот своей ладонью, прося девушку помолчать. Андерсон отпустила свою руку с лица Браун и стала рассматривать все варианты платьев, что давненько никуда не выгуливались. — Ну-ка давай примерь его и собирайся, красавица. — Спокойно говорит Сайрисса, протягивая лучшей подруге простенькое, но идеальное по фигуре Браун белое, длинное и обтягивающее платье с красивыми пышными рукавами. — Надо поддерживать свой статус прекрасной девушки. — Поддерживает длинноволосая, замечая, как та слабо улыбнулась. Что-что, но Рисса всегда знала, как поддержать девушку, иногда заставить её отдохнуть и выбраться, снять розовые очки с глаз и взглянуть на реальный, суровый мир.Запах свежего леса заполнил стены квартиры, проникая между щелей и оставляя за собой шлейф, словно сразу давая понять, что альфа находится здесь. Но не только запах привлёк пришедшего, но и чужие чёрные туфли, что красовались на пороге квартиры. Джону не пришлось долго думать, кто конкретно находится в его собственном жилье, поэтому сразу двинулся быстрым шагом в спальную комнату, прислушиваясь к двум весёлым голосам. Кареглазый неспешно открыл дверь, привлекая на себя внимание и замечая то, что его супруга стояла собранная куда-то, в вечернем платье, на каблуках со своей подружкой под ручку, любуясь в зеркале.
— А куда это вы собрались на ночь глядя, дамы? - Интересуется Джон, стоя в проходе дверей и скрещивая руки на груди, осматривая девушек. — Гулять. — Прямо отвечает Сайрисса, с презрением рассматривая Харриса, который соизволил вернуться домой в половину первого ночи. — Тебе, видимо, можно, а твоей жене нет, раз начал с предъявы? — Вновь грубит Андерсон, разглядывая мужчину с ног до головы. Молли же стояла с довольно холодным лицом, таким же, как и её взгляд, что передавал лишь обиду и боль в глазах, стоило той только увидеть супруга. Блондинка сделала аккуратный пучок на голове и тяжело выдохнула. — Буду поздно, а может, останусь у Риссы. Марк на тебе, ведь папа же дома, нагулялся, как я вижу, с отцом посидел хорошо. — Заявляет Браун, хватая свою собранную белую маленькую сумочку со всеми вещами и постепенно выходя из спальни, оставляя мужчину смотреть на их спины.— От тебя несёт черникой, хоть феромон и слабый, но к тебе он сильно пристал, вот и пахнет. Мудак. — Останавливается неподалёку Рисса, принюхиваясь ко второму альфе и шепча эти слова, дабы мужчина осознал, что поймали того с поличным. — Хоть бы постыдился так нагло врать в лицо собственной супруге. — С отвращением в голосе произносит Андерсон, дёрнув собственным плечом тело Джона, но тот не дёрнулся ни на миллиметр.
— «Вот же стерва. Приезжает ещё постоянно по первому звоночку Моли, я же знаю». — Пронеслось в голове кареглазого, замечая, как две девушки скрылись в коридоре, а после окончательно покинули квартиру, принципиально громко хлопнув дверью, дабы показать, что они ушли. — «И слава богу, что от меня черникой пахнет, нежели карамелью». — Нахмурился Дейви, заходя в спальню полностью и распахивая все окна, дабы позволить запахам раствориться на ветру ночи.
