Секрет, открывшийся под любовью идиота

♧♧♧♧♧♧♧♧♧♧

      Джею с его, как он сам считает, здоровым пофигизмом по отношению к учёбе нравится быть отличником, ведь у этого действительно есть плюсы. Например, иногда делают поблажки, если парень не успевает в сроки, или отпрашивается с пары, оправдываясь очень важными научными делами. И ведь никто не узнает, что Пак умудряется просрочить дедлайн не из-за того, что ответственно относится к заданию и основательно подходит к изучению вопроса, а потому, что в последний момент ему просто становится лень жертвовать сном.       Преподаватели же, видя синяки под глазами, охотно верят, что один из лучших студентов сильно старается, чтобы ничего не упустить. Здесь главное потом только действительно быстренько сделать достойную работу, ну и не пользоваться добротой профессоров слишком часто.       Однако порой приходится вспоминать и о некоторых обязанностях, которые приходится выполнять, чтобы поддерживать образ и статус отличника. Именно по этой причине Джей спускается по лестнице в университете, попутно ослабляя давно надоевший галстук. Сквозь открытые окна вечерний субботний воздух, влажный после дождя, наконец-то наполняет лёгкие парня, который думал, что задохнётся в душном актовом зале, и приятно холодит вспотевшую под рубашкой и пиджаком спину.       Недовольство из него, конечно, готово реками литься, но приходится сдерживаться до конца, мило улыбаться и кланяться выходящим вместе с ним людям, среди которых большинство — преподаватели. Потому что внеплановая от неизвестных Паку умных богатых дяденек лекция предназначалась как раз таки для них, но затащить на неё решили и некоторых выдающихся студентов.       Оказавшись на улице и идя уже в одиночестве по гравийной дорожке между зеленью, парень наконец-то позволяет себе расслабиться и насладиться погодой. Сегодня должна была быть единственная за многие недели выходная суббота, но руководство университета вчера поздно вечером решило иначе и испортило все многообещающие планы Пака отоспаться.       Только он придумывает новый план на вечер и решает, что успокоился, в кармане начинает назойливо вибрировать, заставляя подскочить от неожиданности. Пока Пак достаёт телефон и проклинает того, кто мог ему позвонить, лямка рюкзака соскальзывает и резко оттягивает руку вниз, отчего парень роняет смартфон и прикусывает язык, чтобы не выругаться на всю территорию. Одним движением он нервно поправляет рюкзак, а затем приседает и поднимает теоефон, который перестаёт звонить. Вместо этого сразу же приходит сообщение, и когда Джей снимает блокировку, он видит имя контакта, который уж точно не должен был звонить, зная о делах студента. От того, что «мой придурок» прислал ему, вмиг накатывает паника, поэтому он спешить набрать другу.       — Что произошло?! — чуть ли не кричит Пак, непроизвольно останавливаясь и усиливая хватку на телефоне, словно это поможет унять эмоции. — В смысле приехать к тебе в больницу?!       — Ой, только не ори, — вымученно возмущается на том конце Джейк. — Ну подумаешь машина слегка сбила, с кем не бывает. Но ты был бы очень кстати тут.       — Что значит машина сбила?! — спокойствие младшего только сильнее заставляет переживать Джея, сердце которого от ужаса готово остановиться. Да, его друг частенько находит приключения себе на голову, но не до такой же степени.       — Просто приедь поскорее, я потом объясню. У меня, вообще-то, всё болит и без твоих криков, — судя по голосу, Шим и правда не в идеальном состоянии, но живой, что уже хорошо.       — Я тебя убью, Джейк, — последнее, что говорит старший перед тем, как его сбрасывают.       Пак спешит выйти с территории университета и по дороге прикидывает, как ему добраться до нужной больницы побыстрее. Ехать туда надо на автобусе, но, посмотрев расписание, парень ужасается тому, как долго ждать транспорт, и, учитывая все остановки, добираться придётся чуть ли не больше часа. С другой стороны поджимает то, что стипендия подходит к концу и денег на такси попросту нет.       За размышлениями Джей не замечает, как к его напряжённой и очевидно потерянной фигуре подходят и аккуратно притрагиваются к плечу, привлекая внимание. Парень в очередной раз дёргается, но хотя бы телефон умудряется удержать в подрагивающих и потных от волнения руках. Он резко оборачивается и встречается взглядом с Сонхуном, который осматривает его с ног до головы, видимо пытаясь понять причину чужого состояния.       — Что-то случилось? — спрашивает младший, убирая свои руки за спину и чуть наклоняя голову вбок. Он выглядит так, словно тоже переживает, а старший даже не хочет сейчас думать ни о чём, кроме того, что это его шанс.       — Мне нужно в больницу срочно, — говорит он и выдёргивает чужую руку из-за спины, сжимая в своей. — Прошу, скажи, что ты на мотоцикле.       — Ну да, — слегка заторможенно отвечает Сонхун, опешив от напора того, кто его так-то избегал. — Тебе плохо?       — Нет, но вот Джейку, возможно, да, — стараясь пропустить лишние подробности, объясняет Джей, чувствуя, как внутри всё подпрыгивает от нетерпения убедиться, как там его друг, потому что воображение, вопреки здравому смыслу, рисует самые ужасные исходы. — Пожалуйста, можешь меня подвезти? — не думал парень, что жизнь дойдёт до того, что он будет просить что-то у Пак Сонхуна.       — Конечно, — довольно быстро соглашается младший и разворачивается в сторону парковки, утягивая за собой облегчённо выдыхающего Пака. И всё потому, что ему тоже плевать на всё, кроме того, что рука старшего всё ещё держится за него.       Скорость никогда не привлекала Джея, а мотоциклам он не доверяет, но в этот момент эта небезопасная красная металлическая штука кажется единственным шансом очутиться в больнице в ближайшие минут тридцать. Однако как только ладонь, которую младший всё же нехотя освобождает, обдаёт прохладой, в голову запрыгивают новые мысли.       Он сейчас поедет на мотоцикле с Сонхуном.       Несмотря на подставу от Пака, несмотря на пугающие слухи, несмотря на литры пролитых слёз, внутри становится неловко и жарко от осознания, как близко ему придётся прижаться к парню, чтобы как минимум не упасть. Да и просто снова находиться рядом с младшим приятно, что бы там ни произошло между ними.       — Надевай шлем, залазь сюда и держись за меня, — проводит краткий инструктаж Сонхун и сам садится на мотоцикл, поправляя свою кожаную куртку.       — А ты? — не понимает старший, указывая на шлем в своих руках, в то время как перекидывает ногу через сидение, оказываясь позади водителя.       — У меня нет второго, — признаётся Сонхун и пожимает плечами, пока его пассажир всё-таки надевает на себя защиту. — Я перестал его брать, чтобы Сону перестал использовать меня как личный транспорт.       — Нет, подожди! Так нельзя, это небезопасно, и вообще… — уже готовится начать тараторить Джей, но его перебивают.       — Ты слишком правильный, — закатывает глаза младший, радуясь, что второму Паку этого не видно. — Просто держись.       Он не дожидается, пока парень за ним скажет что-то, усядется удобнее или возьмётся за него. Сонхун просто аккуратно жмёт на газ, а Джей коротко вскрикивает, не ожидав резкого старта, и тут же обхватывает руками талию Пака, сцепляя ладони взамок и крепко прижимаясь к чужой спине. От оглушающего поначалу звука и обдувающего тело ветра парень морщится и жмурится, не решаясь даже посмотреть по сторонам.       Однако минут через пять любопытство берёт верх, а страх отступает, поэтому он всё же открывает глаза, видя, как они проносятся мимо машин на соседних полосах и людей на тротуарах. Головой Джей понимает, что Сонхун не превышает разрешённой по городу скорости, но по ощущениям, они будто на настоящей гонке.       На время Пак даже забывает про попавшего в больницу друга, про испорченный внезапной лекцией выходной и про свои истерики в последние дни, причиной которых является тот, кому он вверил сейчас свою безопасность. Узнай Джейк про это, точно голову оторвёт, но разве это так важно?       Когда они останавливаются на очередном светофоре, Джей осматривается по сторонам и, кажется, начинает понимать, почему некоторые люди так любят мотоциклы, ведь действительно есть что-то в этом. Задумавшись ненадолго, парень решает наплевать на все «правильно» и «неправильно» и чуть сильнее прижимается к чужой спине, счастливо выдыхая и прикрывая всё же глаза.       — Приехали, — останавливаясь у тротуара напротив входа в больницу, сообщает Сонхун и закусывает щёку изнутри, когда старший отлипает от него, слезая с мотоцикла.       — Спасибо, — благодарит парень и отдает шлем его хозяину. — Огромное.       — Да мне не сложно, правда, — смущённо уверяет младший и грустно улыбается. — Надеюсь, с твоим другом всё будет хорошо.       Джей только молча кивает пару раз, после чего разворачивается и спешит внутрь, отчётливо чувствуя обжигающий взгляд в спину.       В регистратуре приходится потратить минут пятнадцать за объяснениями, кого он ищет, кем он ему приходится и для чего хочет попасть к больному. Немыслимым чудом медсестра всё-таки верит в ложь про сводного брата, сдаётся и сообщает ему номер палаты и нужный этаж, правда, заставляет надеть бахилы и халат перед тем, как пройти дальше. Паку так и хочется закатить глаза, но понимает, что такие правила в больницах, поэтому делает ровно то, что ему говорят. Из-за нервозности он рвёт пару бахил, но в конце концов справляется с этим трудным заданием и шаркает к лифту, иногда скользя по идеально начищенному полу.       — Я жду объяснений, Шим Джеюн, — первое, что говорит парень, влетая в палату, и только потом замечает врача. Но сейчас не тот момент, когда он будет сгорать со стыда, хотя, возможно, ночью обдумает эту ситуацию несколько десятков раз.       — Ради всего святого и нет, не ори, — умоляет Джейк и откидывается головой на подушку, о чём сразу же жалеет и шипит от тупой боли. Врач, наблюдающий за парнями, решает не встревать в разворачивающуюся драму и тихо ускользает в коридор, пока Джей занимает его место, присаживаясь на край койки.       — Буду, чтобы ты знал, что не надо бросаться под машины, — хмурясь, бросает старший, пока осматривает друга с макушки до пят, оценивая полученные им увечия. — Выглядишь не очень, — комментирует он, слыша недовольное фырканье Шима.       — Ну спасибо, поддержал, — Джейк показывает Паку язык и скрещивает на груди руки, полностью покрытые синяками и ссадинами, скорее всего из-за столкновения с асфальтом.       — Я просто всё ещё в шоке, — признаётся парень и чуть расслабляется, видя, что Шим вполне себе сносно выглядит. Травмами отделался не такими сильными, какими мог бы, хотя, судя по гипсу на ноге, без перелома не обошлось. С другой стороны, он жив, и это главное. — Родителям сказал?       — Нет ещё, оставляю это на тебя, — отвечает на вполне ожидаемый им вопрос и довольно улыбается, глядя на страдальческую гримасу друга. — Если я скажу, что всё нормально, моя мать не поверит, а вот если ты, то поверит.       — Она всё равно начнёт заваливать вопросами нас обоих. Особенно тебя, ведь всё-таки ты её сын, а не я, — Джей слегка тыкает младшего в бок, прося подвинуться и коротко извиняясь, когда тот ойкает, и устало опускается на кровать больного с самого края. — Вот умудрился же ты, а нам теперь нервничать. У меня наверняка седые волосы появились.       — Это не от нервов, это от старости, — совершенно серьёзно произносит Джейк и уже ожидает, что его привычно треснут по лбу или дёрнут за волосы, но старший лишь накрывает его ладонь, лежащую на одеяле, своей.       — А если серьёзно, расскажи, как так вышло? — наконец-то спрашивает Пак, глядя в белоснежный потолок с встроенными в него яркими лампами.       — С работы выходил, а какой-то идиот решил, что ему очень нужно проехать на тротуар, — объясняет парень, хмыкая своим смутным воспоминаниям этой глупой аварии.       — Точно идиот, — соглашается старший, мысленно желая врезать этому человеку. — Надеюсь, его посадят. Или казнят.       — Ещё скажи, что электрическим стулом, — смеётся Шим и тут же морщится от боли, чем заставляет Джея встрепенуться и окинуть его взволнованным взглядом. — Да ляг ты уже и не мельтеши, — шлёпнув друга по руке, просит он. — Не помру я, ей богу. Мне ещё на свадьбе твоей гулять и собак твоих будущих няньчить.       — Почему сразу собаки? — не сдерживает улыбки Пак. — Почему не дети?       — Сомневаюсь, что два мужика смогут родить ребёнка, — под чужой смех говорит Джейк. — Только приёмных если, но я всё равно не вижу тебя отцом. Кошки и хомячки тебе не подходят, птиц ты не любишь, поэтому только собаки.       — Ну ты и придурок продуманный, — Джей слегка толкает младшего плечом. — Ладно, согласен. Но я вот с собаками твоими и твоего будущего мужа не буду возиться.       — Предатель ты, — толкает в ответ плечом и тепло улыбается больной.       Ещё около двадцати минут парни болтают, лёжа вдвоём на узкой кровати, пока Пака не прогоняет врач, сообщающий, что время для приёмов закончилось. Уже в коридоре один на один мужчина сообщает Джею подробности травм и сроки нахождения в больнице, а также просит привезти ему хоть какие-то вещи завтра. Как хороший "сводный брат", он на всё кивает и запоминает список того, что придётся на себе тащить через полгорода меньше чем через сутки.       Спускаясь вниз, парень наконец-то совсем успокаивается, неизвестность больше не мучает и внутри поселяется уверенность в том, что с Джейком всё будет в порядке. По всем традициям больниц, Пак чуть не забывает снять бахилы с ног, но добрая бабуля ему напоминает, посмеиваясь с погружённого в свои мысли молодого человека, который мечтает поскорее оказаться дома после такого насыщенного эмоциями дня. И он совсем не ожидает встретить Сонхуна, всё ещё стоящего около своего мотоцикла. Джей сначала хочет проскользнуть мимо него и смыться, но потом передумывает и подходит.       — А ты чего здесь? — спрашивает и непроизвольно улыбается, когда младший Пак дёргается от неожиданности и поворачивается к нему, глядя на него круглыми глазами.       — Жду, — коротко отвечает он и спешит отвести взгляд, цепляясь им за липучку на кожаной перчатке без пальцев. — Как там Джейк? — искренне интересуется.       — Жить будет.       Неловкость между ними, кажется, видна даже обычным прохожим, которые буквально сторонятся их. Обоим явно есть что сказать друг другу, но оба упёрто молчат, лишь прикусывая губы и избегая зрительного контакта. Джей и не замечает, как начинает ковырять кутикулу и дёргать заусенцы, умирая от смущения и неясной атмосферы вокруг них, но уходить тоже отчего-то не собирается, медля.       — Тебя подвезти до дома? — предлагает Сонхун, первым руша затянувшуюся тишину.       — Давай, — быстро соглашается Джей, игнорируя вспыхивающие внутри противоречивые чувства.       И всё же он называет младшему адрес, который тот вбивает в навигатор, и второй раз за день залазит на мотоцикл, на котором, помимо владельца, по слухам, только Сону и катался. Младший опять собирается протянуть шлем своему пассажиру, но Джей его останавливает и убеждает, что ему будет спокойнее, если водитель будет с защитой, ведь всё-таки больше доверия к тому, кто не жмурится от ветра, рискуя попасть в аварию. Сонхун долго не отнекивается, соглашается и лишь в самый последний раз спрашивает, уверен ли старший. А тот совершенно не уверен, но скрывает это.       Снова они едут по улицам Сеула, объезжая машины и стараясь не нарваться на сотрудников полиции, которые явно оштрафуют их за езду без одного шлема. Джей всё так же смущённо прижимается к кожаной куртке, даже через неё чувствуя чужое тепло, и ни в какую не хочет себе признаваться, как ему это нравится.       Когда они тормозят около подъезда дома, в котором живёт старший со своим другом, парни, словно сговорившись, медлят и задерживаются, не меняя позы, в которой они ехали. Лишь через несколько минут неловкого сидения на всё ещё не вызывающей доверия красной железяке Джей собирается с мыслями и разъединяет руки, сцепленные вокруг талии младшего. С трудом он заставляет себя отпустить его и слезть с транспорта.       — Ещё раз спасибо за всё, — прочистив горло, говорит парень. — Ты очень помог мне.       — Как я уже говорил, мне несложно, — сняв шлем, отвечает Сонхун и поджимает губы, останавливая себя от любых лишних слов. — Пока? — больше похоже на вопрос, нежели нормальное прощание.       — Пока, — вторит парню Джей и уходит до того, как чувства накроют его с головой и сподвигнут на очередные глупости.       Недосказанность так и остаётся висеть в воздухе, Сонхун ещё некоторое время не двигается с места, пялясь в одну точку перед собой и бесцельно водя пальцем круги по красному металлу. После глубокого вдоха и не менее глубокого выдоха он всё же надевает защиту обратно и жмёт на газ, возвращаясь на дорогу, где уже начинают образовываться пробки. Пак уезжает, оглушая двор громким звуком мотора, совершенно не догадываясь о том, что его провожают печальным взглядом из окна восьмого этажа.

♧♧♧♧♧♧♧♧♧♧

      Преподаватель по мировой экономике продолжает мучить бедных студентов, неожиданно вызывая их для ответа и не разрешая пользоваться ни телефоном, ни своими же записями. Все, кого ещё не опросили, сидят как на иголках и судорожно повторяют материал, молясь, что их всё же пропустят и не начнут донимать вопросами со всех лекций в семестре. Однако до начала промежуточных экзаменов остаётся всего пара недель, поэтому мужчина не жалеет никого и продолжает ставить неудовлетворительные баллы в свою тетрадку.       Джею же плевать на происходящее в аудитории, он самым первым вызвался ответить, поэтому остальное время просто отдыхает, смотря новое видео про какого-то убийцу-таксиста. Он бы с удовольствием оказался дома и сидел бы вместе с Джейком, которого дольше трёх дней не стали держать в больнице, на диване. Наверняка ведь этот жук сейчас опустошает их общие запасы вредной еды и радуется тому, что спал до часа дня. Но так и быть, Пак готов простить такие шалости восстанавливающемуся организму младшего.       Солнце, что после многих дней наконец-то ярко светит, припекает левую руку, которую не выходит спрятать в теньке, а через приоткрытое в конце кабинета окно проникает слабый ветер, колышащий жалюзи. Погода так и манит на улицу, но, к сожалению, впереди ещё несколько занятий, на которых придётся опять отвечать. И почему никто из преподавателей не хочет просто отпустить очевидно уставших от бетонных стен ребят на волю?       Пак задумывается об этом буквально на секунду, когда видео прерывается надоедливой рекламой, однако ответ преподаватель озвучивает вслух, пугая парня, который начинает сомневаться, не ляпнул ли он чего.       — Потому что если вы провалите экзамены, дамы, влетит и нам тоже, — поправляя очки, говорит старик и возвращается от двух девушек, которых, видимо, он и услышал, к другой, которая беспомощно стоит у своей парты и хлопает глазами, едва не плача. Явно не готова отвечать, Джей может только мысленно пожалеть однокурсницу и пожелать ей быть более продуманной в следующий раз.       Когда время пары подходит к концу, по аудитории пробегает куча облегчённых вздохов, а затем и ехидный смех довольного собой преподавателя. Студенты в спешке собирают свои вещи, боясь задерживаться в одном помещении с их мучителем, а Джей лишь спокойно убирает в рюкзак тетрадь и ручку, кладёт телефон в карман любимых чёрных брюк, параллельно пряча наушники. Только он хочет последовать за остальными, его окликают, задерживая.       — Пак Чонсон, можно вас на минутку? — в груди поселяется страх, что его могли спалить за сидением в телефоне, всё-таки вторая парта не так далека от преподавательского стола, но какое-то другое чувство подсказывает, что его подзывают не для того, чтобы отчитать. — Не могли бы вы передать вот это Пак Сонхуну? — и лучше бы уж его наругали.       Мужчина протягивает студенту небольшую стопку бумажек с приклеенным сверху жёлтым квадратным листочком, где от руки что-то написано. Джей не смеет вчитываться прямо сейчас, с опаской принимает бумаги и косится на преподавателя, внимание которого по большей части приковано к экрану компьютера, где краем глаза Пак замечает неизвестную ему игру.       — А нельзя попросить кого-то ещё? — находит в себе силы спросить парень.       — Я не видел никого, кто с ним общался бы, а вы уже делали работу вместе, — незаинтересованно объясняет старик. — Кстати, где его носит? Не видел его уже несколько занятий.       — Я не знаю, — абсолютно честно отвечает парень, потому что его и самого интересует, куда опять пропал Сонхун. На этой неделе в университете они не пересекались, да и мотоцикла на парковке видно не было.       — А я уж думал, вы друзья, — хмыкает мужчина и возвращается к своим материалам для следующих занятий. — В общем, разберётесь сами, просто передайте.       Решая больше не спорить, Джей вежливо кланяется и прощается с преподавателем, выходя в коридор, кишащий студентами. До следующей пары ещё есть время, так как у него сейчас окно между занятиями, поэтому, стараясь ни в кого не врезаться, он пробивается к подоконнику и садится на него, вчитываясь в бумажки, которые ему вручили. Это оказываются те же самые листы с задачками, что им всем раздали ещё в понедельник, сказав обязательно сдать решёнными до начала экзаменов.       Парень быстро отписывается другу, жалуясь на ситуацию, а тот только и рад оказывается, не помогая. То ли Сону действительно завербовал Джейка, то ли Шим по своей воле продолжает заставлять его поговорить с младшим Паком и прояснить ситуацию между ними. В любом случае, Джею это не нравится, хоть после неожиданной встречи в субботу пару раз он порывался написать парню, набирал сообщение, но неизбежно стирал его и закрывал диалог.       Взглянув на время в углу экрана, студент понимает, что времени у него ещё полно, но сидеть вот так на подоконнике в одиночестве не очень хочется. Сюда бы Джейка с его нескончаемыми историями с работы и из детства в Австралии, но, увы, не судьба, даже попереписываться с ним не выйдет, ведь он утопал на свой дневной сон. Джей завидует.       Количество студентов в коридоре вмиг уменьшается, что означает начало пары, которой у Пака нет, поэтому он медленно идёт к лестнице, стараясь не издавать громких звуков подошвой любимых белых кроссовок. Рюкзак так и грозится соскользнуть с плеча, но, чисто из принципа, Джей не надевает вторую лямку, вновь и вновь поправляя свою тяжёлую ношу. И всё из-за атласной рубашки с коротким рукавом, которую пара человек, в том числе и любимый придурок Джейк, назвали пижамной из-за формы воротника и ткани, только вот парню плевать, ему она очень нравится.       Дверь всё же чересчур громко хлопает, заставляя поморщиться, когда Джей спускается по ступенькам на первый этаж, поскольку собирается заранее дойти до другого корпуса. Отчего-то его так и тянет посмотреть через перила на несколько пролётов вниз, и он поддаётся, замечая уж больно знакомую блондинистую макушку. Первый порыв, конечно же, сбежать, чтобы Сону не начал опять угрожать, однако потом в голове проносится одна мысль, под действием которой парень только быстрее бежит вниз, чтобы перехватить Кима.       — Привет, — первым здоровается Джей, сталкиваясь лицом к лицу с не горящим энтузиазмом студентом, который не изменяет себе и пестрит яркой красной надписью на футболке и такими же вишнёвый серёжками-гвоздиками.       — Чего надо? — вновь пропуская приветствия и формальности, спрашивает Сону и слегка хмурится, после чего тянется пальцем с цветными кольцами к лицу и чешет около пирсинга на крылышке носа. Джей как-то не замечал его раньше.       — Я хотел попросить тебя передать кое-что, — прежде чем младший успевает открыть рот, Пак выудивает бумажки и показывает их. — Нам преподаватель их выдал, а Сонхуна нет всю эту неделю. Можешь отдать ему?       — Не могу, — отрезает Сону и хочет двинуться дальше вверх по лестнице, но его останавливают, схватив за запястье. Он удивляется подобной наглости и предостерегающе приподнимает бровь, глядя прямо в глаза старшему, который тушуется и отпускает. — Ты с ним ходишь на этот курс, вот ты и отдавай. Заодно поговоришь с ним.       — Сону, — чуть ли не хнычет Джей, поражаясь своей слабости, но страх от близкого общения с Сонхуном выше гордости. — Ну пожалуйста, ты же его лучший друг.       — И что? — закатывает глаза парень. — Именно по этой причине в моих интересах устроить его счастливую личную жизнь. Поэтому сам отдавай эти бумажки, чем бы они ни были.       — Пощади меня, — отчаивается старший. — Не знаю, про какую там жизнь ты говоришь, но не полезу я в его дела. Пусть разбирается со своей мафией, а я дальше спокойно жить буду, не мешая больше. Пожалуйста, просто передай задачки и мы разойдёмся навсегда.       — Какая мафия? — раздражённо вздыхает Сону и сжимает переносицу пальцами, понимая, что перед ним ещё одна жертва слухов, верящая в теории заговора. — Вот как бы ни старался, не понимаю, почему Сонхун тебя умным называет. Как по мне, вылитый идиот.       — Пусть так, но задания передай, — продолжает выпрашивать Джей, игнорируя оскорбления.       — Ручка или карандаш есть? — неожиданно спрашивает Ким, чем вынуждает старшего замяться и пару раз похлопать глазами.       — Есть.       — Доставай.       Джей, ничего не понимая, молча слушается и лезет в рюкзак за пеналом, откуда достаёт первый попавшийся простой карандаш, протягивая его младшему, листающему телефон. Сону берёт из чужих рук ещё и листы с задачками и быстро переписывает что-то с экрана на свободном месте приклеенного преподавателем стикера, а затем возвращает всё Паку. Тот настолько потерян в догадках, что и не думает о том, чтобы по-быстрому сбежать, избавить себя от необходимости передавать поручение самому. Вместо этого он стоит на месте и читает, как оказывается, адрес на бумажке.       — Найдёшь там Сонхуна, — отвечает на висящий в воздухе вопрос студент. — Только советую приезжать одному, без своего дружка.       — Почему? — пугается Джей, понимая, что Джейка с его переломом в любом случае не сможет взять с собой.       — Увидишь, — пожимает плечами Ким и разворачивается, продолжая путь по ступенькам. — А, и ещё, — на секунду останавливается. — Если поедешь в будни, то успей до семи вечера. Иначе придётся искать его по всему Сеулу.       Сону уходит быстрыми шагами, а Пак так и остаётся стоять на лестнице, сжимая в руках бумагу. На всякий случай перечитывает адрес, убеждаясь, что видит его впервые, и пугаясь ещё сильнее. Он совершенно без понятия, что это за место и в какой части города находится, благополучный ли это район или пристанище преступной банды младшего Пака, которое Ким так легко ему раскрыл, заманивая в ловушку.       Сплошные загадки вокруг этой парочки друзей.       Его же не убьют? Хотя кто знает, вдруг он на себе узнает, чем занимается в свободное от учёбы время Сонхун, испачкает и своей кровью чужую одежду, глядя на которую другие студенты будут потом гадать, чья же она. Вдруг его будут пытать? Это, конечно, с одной стороны бессмысленно, а с другой, вполне разумно потребовать потом у его родителей выкуп. Подсознание никак не хочет облегчать мучения Джея, подкидывая яркие картинки его последних минут жизни.       Для собственного успокоения парень фотографирует бумажку и отправляет снимок в чат с Джейком, кратко объясняет ситуацию и просит кремировать его, а не хоронить так, даже если тело найдут по кусочкам. Проверив время, Пак забивает адрес в навигатор, не находя никакой информации о том, что же там находится, и прокладывает маршрут. Оказывается, не так далеко, но всё равно придётся потратить минут сорок на автобусе, а потом ещё пятнадцать пешком по более мелким и узким улочкам. Если первым свалит из аудитории после конца последней пары, успеет добраться до семи.       И почему он так рвётся поехать? Жить точно не надоело, только вот даже его жуткое чувство страха перебивается другим, которое ну никак не выходит игнорировать. Чёртов Пак Сонхун, умудрившийся влюбить его в себя и заставивший отказаться от спокойной жизни. Тахикардия, аритмия и прочие сердечные болезни просто обеспечены Джею, успевающему проживать десятки эмоций одновременно, а говорить про бардак, творящийся в мозге, вообще не хочется, ведь даже хозяин головы там беспомощен.       Он боится встречи с Сонхуном.       Но как же он хочет его увидеть.

♧♧♧♧♧♧♧♧♧♧