Карта судьбы

Лес наконец отпустил их, сменившись небольшой поляной, окружённой густыми зарослями. Листья деревьев колыхались от лёгкого ветра, в воздухе витал запах влаги и прелой листвы. Где-то вдали стрекотали ночные насекомые, а неподалёку журчал небольшой ручей. Модди первым опустился на землю, с силой выдохнув. Он не чувствовал ног от усталости, плечи ныли от напряжения, а ладони всё ещё дрожали после схватки с пиратами. Секби рухнул рядом, тяжело дыша. — Ну, профессор, — прохрипел вор, закинув руки за голову. — Это был ещё один из тех моментов, когда ты думаешь: «А зачем я вообще в это ввязался?» Модди хмыкнул. — Уже давно перестал считать. Они оба замолчали. Только шум леса заполнял тишину, напоминая, что мир не остановился, несмотря на всё, что произошло за этот день. Спустя несколько минут Модди поднялся, собрал немного сухих веток и развёл костёр. Пламя быстро разгорелось, отбрасывая тёплые отблески на уставшие лица. Секби сидел, вытянув повреждённую ногу ближе к теплу, потирая её пальцами. Щиколотка ещё болела после падения в яму, но теперь он хотя бы мог наступать на неё. — Надо было обмотать её потуже, — заметил Модди, наблюдая за ним. — Спасибо за заботу, но я как-нибудь справлюсь, — усмехнулся вор, но всё же послушно начал перематывать ногу. Модди вытащил из рюкзака немного сушёного мяса и кинул кусок Секби. Тот ловко поймал, внимательно посмотрел на угощение, а потом без лишних слов начал жевать. — Значит, ты и этот Хайди… — осторожно начал археолог. Секби усмехнулся — История длинная, но если коротко: он хотел обмануть меня, а я просто опередил его. — Скажем так, тебе не очень везёт с союзниками, — заметил Модди. — А тебе везёт? Модди задумался — Не знаю. Я всегда работал один. Секби кивнул, бросая в костёр веточку. — Знаешь, профессор… Это странно. Обычно я не особо доверяю людям. Но почему-то с тобой... — Что? — Кажется, что ты не такой, как все. Модди посмотрел на него через огонь. В глазах Секби отражались пляшущие языки пламени. — Может, потому что я не собираюсь тебя предавать? Секби на секунду замер, потом улыбнулся— Ну, надеюсь, что нет. Какое-то время они молчали, наслаждаясь тишиной. — У тебя есть семья? — неожиданно спросил Модди. Секби взглянул на него с лёгкой ухмылкой — Какое-то слишком личное для нас двоих. — Просто любопытно. Вор посмотрел в костёр, нахмурившись — Была. Давно. Модди понял, что дальше спрашивать не стоит. — А ты? — спросил Секби, поднимая на него глаза. — Родители умерли, когда я был молод. Всё, что у меня было — это книги, карты и мечты. — То есть ты всегда хотел быть исследователем? — Да. А ты? Секби рассмеялся — Думаешь, кто-то мечтает стать вором? — Кто знает? Может, тебе просто нравится эта жизнь. Секби замолчал — Когда-то мне казалось, что да. Но теперь… — Он покачал головой, не договаривая. Модди понял его без слов. Костёр медленно догорал. Секби первым лёг на спину, подложив руки под голову. — Мы многое пережили за эти несколько дней, профессор. — Ты заметил? — О да. И что-то мне подсказывает, что дальше будет только хуже. — Возможно. — Но если мы выберемся из этого, я буду считать тебя не просто напарником. — А кем? Секби закрыл глаза и усмехнулся — Разберёмся, когда выберемся. Модди ничего не ответил, просто смотрел в небо. Луна висела высоко, словно серебряная монета, и её холодный свет мягко ложился на поляну. Белёсые лучи скользили по кронам деревьев, заставляя листья переливаться оттенками синего и серебра. Костёр трещал тише, будто сам уважал эту тишину. Модди сидел, привалившись к стволу дерева, а Секби уже почти дремал, но всё ещё следил за огнём сквозь полуприкрытые глаза. В ночи царила хрупкая гармония: журчание ручья, редкий шелест ветра и спокойное дыхание рядом. И вот — звёзды начали бледнеть. Луна, будто уставшая, медленно опускалась за горизонт, растворяясь в дымке. С каждым мигом свет становился теплее: сначала робкий золотистый отсвет прорезал дальние облака, потом небо загорелось нежными красками рассвета. Солнце вступало в свои права. Оно вытесняло ночную прохладу, наполняя воздух новым днём, обещанием пути и неизвестных открытий. И среди этого перехода — из лунного серебра в солнечное золото — двое сидели рядом, словно часть этого мира, и знали: что бы ни ждало их впереди, ночь всегда будет сменяться рассветом.