Падший ангел целомудрия

Мужчину тащат под обе руки грубые прислужники, что сжимают плечи с особой силой, не позволяя ему выбраться. Чан из-за всех сил брыкается, но вскоре принимает ситуацию, смиренно вздыхая. Пару часов назад он, как и каждый день, работал в поле, но в один момент на горизонте показались скакуны, которые сейчас ведут его в замок короля. Недавно он объявил о своём сыне — Феликсе-Ёнбоке Ли, который с того дня помогает ему управлять их королевством. Чан слышал от народа, как те шушукались насчёт того, что принц ищет себе новую прислугу. Старая ему, понимаешь ли, разонравилась. Самовлюблённый кретин. Всё прекрасно знают что Феликс думает только о себе. Его никогда не волновали другие или их состояние. Он пользуется и вертит людьми как душе угодно, лишь бы самому по итогу выйти от этого в плюс. Чан всеми фибрами недолюбливает его. Младший вызывает в нём презрение и непонимание, как такого, как он, могли допустиить к престолу. Однажды, они случайно столкнулись на торговой дороге, тогда то Бан и встретился с ним впервые. Тот с насмешкой оглядел его, смешал с грязью и направился по своим делам как ни в чем не бывало. Сейчас, когда Кристофера силком тащят в замок, которого он принципиально сторонился, дабы не дай бог не встретиться с ненавистным принцем вновь, в голове он молился всем богам. Может, хотя бы Зевс снизойдёт и убьет его молнией, чтобы не видеться с тем, кого душа не желает переносить. Когда перед мужчиной отворились огромные врата, он поникшем взглядом оглядел охранников, которые и глазом не повели. Его протащили в замок, и тогда Чан смог рассмотреть помещение изнутри. Выглядит он уж слишком богато. По сравнению с его скромной деревушкой, каждый орнамент здесь стоит больше, чем всё домишки, которые он видел у себя. Расписные стены, огромные окна, лепнина и витиеватая лестница, ведущая наверх. Кругом уйма дверей, и парень не удивится, что потеряться здесь можно в два счета, если находится одному. Пока он оглядывался, мужчины потащили его наверх, заставляя шагать по ступеням самостоятельно. Глаза разбегались и на секунду он даже забылся, в каком положении сейчас находиться. Крепкие ладони в кожаных перчатках сжали его кожу через тонкую рубашку в последний раз, и силком втолкнули в просторный зал. Посередине — шикарный палас, который ведет к не менее великолепному трону. Он всегда думал, что это лишь детские сказки, и таких прекрасных дворцов в жизни простой не бывает. Хотя, чему тут удивляться, когда твой отец правит целым королевством? Чан даже не удивится, если узнается, что Феликс спит на кровати из чистого золота. Парня заставили самостоятельно идти вперёд, шагая по, на вид, очень мягкому покрытию, приближаясь к месту, где сейчас никого не было. Он шагал медленно и тихо, практически не издавая звуков, но помещение было настолько большим, что любой шорох отбивался от стен, отскакивая обратно в уши. Идя до трона, Чан разминал затёкшие от тисков руки, когда услышал приближающиеся позади шаги. Он прошёл ещё немного и медленно остановился, не смея поворачиваться назад. Он нутром чувствовал, кто идет сзади. Аура надменности этого принца ощущалась издалека, даже за пределами шикарного замка. Кристофер тяжело вздохнул, запрокидывая голову наверх. — Неужели мы снова встретились, — в чужом голосе слышалась насмешка, уж чересчур высокомерная. Не поворачивая головы старший чувствует, как парень за его спиной улыбается. Он громко шагает, видимо, по кафельному полу, разнося кругом громкий рокот своих каблуков. — Боялся, что ты не захочешь больше наведываться ко мне. — Не делай вид, словно это не ты приказал им притащить меня сюда, — Чан развернулся на пятках, с призрением вглядываясь в голубые глаза, что оказались совсем близко. Младший одарил его ядовитой улыбкой, обнажая маленькие клыки. Белоснежные волосы переливаются от солнца и отблеска золота, придавая им жёлтый оттенок, а радужка, словно глубокий океан, бушует и нагоняет бурю. — Что тебе от меня надо? Мне казалось, ты всё высказал ещё тогда. — Будем честны друг с другом. Ты мне приглянулся. Хочу, чтобы ты был моим. Обещаю обеспечить тебе лучшие условия, — бровь старшего взлетела наверх, и он на секунду замолчал, перебирая в голове варианты ответов, лишь бы не засмеяться на всю комнату. — Ты в своем уме? В жизни не поверю что такому алчному и надменному парню вроде тебя может кто-то понравится. Хотя, если так посмотреть, в этом есть и некоторая выгода, не так ли?, — Кристофер взглянул на парня, слегка склонившись вперёд и засунув руки в карманы. Феликс молча наблюдает за ним, не выражая никаких эмоций. — И чего ты хочешь? Чтобы я встал на четвереньки и гавкал у твоих ног? Или мне нужно вылизывать тебя каждый раз, когда ты прикажешь? Феликс стоял, сложив руки на груди. Он терпеливо ждал, пока Чан выскажет всё, что думает, прежде чем схватить того под корни волос, заставляя осесть на пол. Фаланги сжали пряди, выбивая из старшего болезненное шипение. Тот от неожиданности уместился у чужих ног, через боль оглядывая принца. Ли потупил взгляд на мужчине, усаживаясь на корточки перед ним, заглядывая в тёмные, словно почву, глаза. Вторая рука легла на подбородок, очерчивая его большим пальцем. Он схватился крепко за него, притягивая парня вплотную к своему лицу. — По-моему, ты не в курсе, с кем сейчас разговариваешь. Я тебе не твои дружки с полей, ясно?, — горячее дыхание опалило Чановы губы, и он замер, не позволяя себе дышать. Глаза блуждают по белому лицу, пробегаясь по чересчур голубым глазам. Ох уж эта королевская кровь. Жаль, что вместе с ней отец не смог передать ему свой характер. — Ты прав. Притащить тебя сюда было моим приказом. Потому что я хочу, чтобы ты был со мной, или тебе нужно всё объяснять наглядно? — не дожидаясь ответа, Феликс притянул мужчину за волосы, впечатываясь сладкими губами в его. Чан замычал, упираясь руками в грудь младшего, заставляя Ёнбока отпрянуть. Ли нехотя выпустил парня, оглядвая того сквозь тяжёлое дыхание от переполняющего душу адренилина. А старший в страхе отполз назад, встретившись ягодицами с твердым полом. — Блять, ты что творишь? Прекрати играть в эти детские игры. Я не твоя игрушка и твоим прихотям подчиняться я не собираюсь. — Только есть одно но. Ты — житель моего королевства, и я решаю, кому сегодня следует умереть, а кого оставить в живых. И тебе, простолюдин, просто несказанно повезло иметь столь милое личико. Иначе, ещё в тот день бы умер под копытами моих лошадей. А теперь вставай и иди за мной. — Феликс поднялся и зашагал в сторону трона, не дожидаясь парня. Чан, все ещё сидя на полу, повернулся, оглядывая принца. Что за игры у него такие? Оказавшись у дверей, младший взгянул на парня, что не сдвинулся с места и велел страже привести его в свои покои. Кристофер замешкался когда двое огромных мужиков в очередной раз подошли к нему, подхватывая под руки. Он запричитал, что может и сам дойти, но те, естественно, его не послушали. В этом доме они подчиняются лишь королю Ли и его младшему. Пройдя длинный коридор и уйму дверей в оковах сильных рук, они втроём дошли до нужной. Чана словно мешок с картошкой забросили внутрь, захлопывая за ним дверь. Парень в последний раз оглядел её, в надежде все таки выбраться отсюда, но его внимание привлёк шум воды, что исходил откуда-то справа. Видать, принц решил освежить тело. Думает, что это поможет смыть с него всю грязь, что покоиться у того в душе. Старший кряхтя поднялся на ноги, оглядывая покои. Мебели практически нет, шкаф, кровать да пару тумбочек. За то много полок с разными дорогими побрякушками и шкатулками с переливающимися украшениями. Его взгляд привлекала подвеска в форме крыльев, словно ангельские. Она из серебра, и по всему периметру оббита драгоценными камнями, что на свету мерцают разными цветами. Бан коснулся её, проведя кончиком пальца по неровной поверхности. — Понравилось? Можешь забрать, — послышалось сзади и Чан в страхе отпрыгнул назад, чуть ли не сметя собой остальные полки. Перед ним красовался Феликс в темно-синем халате, перевязаном длинным поясом. — Напугал? Прости, не хотел. Решил принять душ перед тем как ты выполнишь одно из моих первых поручений. — Каких ещё поручений? Если ты забыл, то я ни на что не соглашался. Ты буквально силой затащил меня сюда, так что не думай, что я собираюсь плясать под твою дудку. — Не делай поспешных выводов. Ты ведь ещё не знаешь что я собираюсь поручить, не так ли? Может, это окажется тебе по душе, — хитро улыбнулся тот и медленно, словно лебедь, подплыл к старшему, прижимая его своим маленьким телом к стене. Чан глядел на него с непониманием, упираясь руками о поверхность позади, пока не почувствовал скользящую по животу ладонь, что без какого либо стеснения сползла вниз, сковывая хороших размеров член. — Давай заключим сделку. Я отпущу тебя и больше никогда не появлюсь на глазах, если позволишь мне оседлать твои бедра. Всего раз и ничего больше. Тебе не нужно ничего делать, просто предоставь это мне, — он протянул ладошку ошарашеному мужчине, снизу заглядывая в его черные глаза, бегающие по разным местам. Соглашаться категорически не хотелось. Отдавать свое сокральное тело какому-то мальчишке с завышенным эго? Нет уж, спасибо. Но мысль о последующем возвращении домой поселилась в голове и маленький демон нашептывал на ухо, заставляя согласиться. Он нехотя протянул руку, сжимая их в крепком рукопожатии. Феликс улыбнулся глазами, не расцепляя ладоней и повёл его за собой к той самой кровати, которую Чан заприметил как только оказался в этой комнате. Он всеми силами пытался найти в этом хоть каплю хорошего. Ну да, придётся переспать с парнем, которого он видит во второй раз, но уже ненавидит всеми фибрами, и что с того? Будто бы раньше он не встречал столь мерзопакостных партнеров. Но если так подумать, Ли один из самых привлекательных, по сравнению с теми, кого он видел прежде. Мокрые белоснежные волосы упали на плечи, но младший отыскал резинку, затянув их в неопрятную шишку. Кожа белая, словно тот никогда не выходил на солнце, а глаза голубые, прожигающие душу и разум. Феликс без промедлений усадил старшего на край кровати, оставляя его на пару секунд в одиночестве, чтобы вытащить из потайного ящичка смазку. Пояс темно-синего халата ослаб, оголяя плечо и грудь младшего, заставляя Чана громко сглотнуть сверху. Возможно, он поспешил с выводами. У него давно никого не было и секс для него был достаточно табуированной темой. Но сейчас, когда перед ним хрупкий принц, что сидит у стиснутых ног и облизывает губы, выбивает его из колеи. — Долго ещё будешь так бесстыдно пялиться? — Бан и не заметил когда тот поднялся, возвышаясь над ним. Ёнбок аккуратно взял чужую ладонь в свою, позволяя коснуться себя, проведя пальцами вверх по бедру. Он управляет им, скользя по коже, оглаживая ляжку и заводя руку под тонкую ткань. Кристофер глазами следит за движениями, чувствуя под пальцами содрогающееся от прикосновений тело. Член младшего дёрнулся, испуская смазку, когда Чан коснулся живота, щекоча его. Ли уложил ладонь на плечо старшего, опираясь о него, чувствуя, как в глазах начинает темнеть от прикосновений. Дыхание участилось и сердце забило в бешеном ритме. Феликс и представить себе не мог, что чужие руки вызовут в нём столько эмоций. Она прошлась по округлой груди и парень заскулил, закрывая глаза. Всё это время Чан наблюдал за ним, отставив свою гордость в дальний ящик. Младший выглядит словно недосягаемый цветок, что распускается, если за ним правильно ухаживать. И вот, сейчас, в его руках он превращается в нуждающуюся лужу, что желает чтобы ей дали то, чего она хочет. Сжимая между пальцев бусинки розовых сосков, вырывая из младшего пронзительный визг, Чан спускает руки на талию, рывком опуская младшего на себя. Ошарашеным взглядом Феликс оглядывает его, хватаясь за шею. В его планы явно не входила самовольность со стороны старшего, но раз уж Кристофер решился на это и теперь без зазрения совести прокатывается по его голым ягодицам своим членом сквозь штаны, то почему бы просто не отдаться сильному мужчине? И Ли подчинился ему. Скользнул руками ниже, крепче сцепляя их в замок за спиной старшего, и сам проехался по бугорку, тяжело выдыхая. Чан глядел на него слегка разнежено, ладонями задирая халат, оголяя младшего наполовину. Пальцами он коснулся обоих сосков, покручивая их. Феликс захныкал от стимуляции, утыкаясь носом в шею, вдыхая терпкий аромат исходящий от парня. — Забудь про прелюдия, Кристофер. Я хочу почувствовать тебя в себе, прошу. — старший не сразу обратил внимания, продолжая дразнить младшего, как неожиданно в голове что-то перемкнуло и он остановился, озадачивая этим парня перед собой. — Я ведь не говорил тебе своего имени. Откуда знаешь?, — глаза прожигают чужие, что в его сторону не смотрят. Неужто принц впервые не отвечает колкостями, а просто молчит, не смея ничего сказать? — Ты следил за мной, ведь так? Признайся честно, Ёнбок, — Чан сжал бусинку в руках, прокручивая, вызывая у младшего скулеж. Он замотал головой, не думая больше отпираться, да и сил на это уже не оставалось. Всё, чего хотелось, это члена в заднице, дабы утихомирить ноющий узел внизу живота. — Давай поговорим об этом позже. Я не выдержу, если ближайшие пару минут не буду заполнен тобой. — в доказательство своих слов он прокатился на массивных бедрах, испуская из себя вздох удовольствия. Чан спустился на ягодицы, сжимая те в руках, самостоятельно толкаясь в младшего через одежду. Плечи оголились из-за спавшего с них халата, и Бан не удержался дабы не коснуться губами впадинки между ключицами. В голове стучало целомудрие, говоря о неправильности их действий. Но зачем слушать непорочных ангелочков, когда можно продать душу дьяволу, чтобы ощутить на себе тело падшего святого, желающего сполна вкусить плод похоти? Ли не желал больше ждать. Все внутри гудело, горело и пульсировало. Мужчина влёк к себе как самый сильный феромон, и он подчинялся этому желанию. Младший развязал пояс и скинул халат на пол, оставляя себя нагого на чужих коленях. Пальцами он коснулся молнии и быстро с ней расправившись, отогнул резинку боксер, выпуская на свободу просящий внимания член. Во рту моментально выделилась слюна. Он держится из-за всех сил, чтобы не упасть на него, вобрав в себя до основания. Он схватил бутылек с кровати, звонко щёлкая колпачком и выдавил немного на стоящий орган. Рука размазала всё по длине, а после он помог мужчине спустить штаны ниже, дабы удобнее устроится над ним. Не медля ни секунды, Феликс обхватил член ладонью, направляя в себя. Только Чан хотел возразить что-то насчёт растяжки, как тот с громким хлопком опустился до упора. По комнате прошёлся громкий стон, что отразился от стен и младший сжал пальцы на чужих плечах, оставляя там красные отметины. Он, как и обещал, делает всё сам. Опускается резко и медленно поднимается, царапая кожу старшего. Чан же в свою очередь позволяет ему вести, лишь уложив руки на тонкую талию, поглаживая её массивными ладонями. Он чувствует, как волшебно младший принимает его, стонет и извивается на венистом органе, проходясь красной головкой по чувствительной простате, вызывая у Ли скулёж смешанный со стонами. Весь этот парень казался таким пушистым из-за своего тоненького голоска. Но становился он таким только в период сильной стимуляции, ведь встретил его серьёзный принц с басом, глаза которого не выражали ничего, кроме презрения и холода. Сейчас же, когда он словно белый лебедь скачет на старшем, выстанывая его имя между других громких звуков, то становится в разы меньше и беззащитнее. Ли улёгся на чужое плечо от сверхстимуляции, чувствуя, как дрожат его бедра. Чан воспринял это как приглашение, и скатился руками на ягодицы, сильно ударяя младшего вниз. Тот вскрикнул, когда Бан ещё пару раз прошёлся толстым членом по простате, заставляя Феликса излиться с громким криком на губах, позволяя полюбившемусю имени ударится о стены. Кристоферу долго ждать не пришлось и чувствуя, как его сжимают внутри, даже не успел выйти, да и младший не позволил, глубже насаживаясь, заставил его кончить внутрь с гортанным рыком. В комнате воцарилась тишина, не считая тяжёлых вздохов обоих. Феликс, обессиленный и уставший устроился на плече старшего, не слезая с него. Чан запустил ладонь в мягкие блондинистые волосы, поглаживая затылок, а другой обвил талию, большим пальцем водя туда-сюда по ребру. В голове у Кристофера ангелок гонялся за демоном с маленькой дубинкой, колотя его по самой макушке и крича вслед: «Ты, простофиля, кто тебя пустил вообще? Говорил я отцу с самого начала согнать тебя в ад и в котле сварить! Что ты здесь устроил вообще?», и парень тихо посмеивался с этого. И с того, что по итогу вышло. — Ты прости, что насильно заставил заняться со мною близостью, — тихо послышалось сзади. Маленькие пальчики выводят на оголённой части узоры и горячее дыхание опаляет шею, пока парень медленно моргает, не смотря на старшего. — Только не держи на меня зла, ладно? Я знаю, что в твоей голове я уже предстал чёртом с трезубцем, который рубит головы всем, кто под руку попадет. Я просто не знаю как правильно общаться с людьми. — Ты совсем чуть-чуть алчный, требовательный, высокомерный выскочка, но на удивление, в постели совсем другой. В чем секрет? — младший засмущался, поднимая голубые глаза на Чана, руки уложив на щёки. — Не знаю. Возможно, твоя компания заставила меня стать немного другим. И да, свою часть уговора ты выполнил, поэтому, у меня больше нет причин тебя держать. Ещё раз прости, что все так вышло. — по комнате прокатилась грусть и младший нехотя заставил себя подняться с колен, поднимая с пола свой халат. Взгляд направлен в пол, но почувствовав горячую ладонь на своей, поднял его, оглядывая Чана, который, на удивление, все ещё сидел перед ним. — Ты всё ещё ужасно раздражаешь меня, даже спорить не буду. Но знаешь, пока мой демонёнок лежит побитый, ангелок рассматривает тебя влюблёнными глазами, — Феликс непонимающе оглядел его, сощурив глаза. — Это я так, метафорами говорю. Я хотел сказать, что хоть характер у тебя скверный, но наедине ты расцветаешь прекрасным цветком. Напоминаешь самую чистую в мире лилию. И всё, что я сейчас делал, было и моим желанием. — То есть... Ты не зол? И даже не хочешь уйти, громко хлопнув дверью, оставив меня одного? — Если тебе так будет легче, даже останусь с тобой. Ещё на какое-то время. А может, и намного дольше, чем рассчитывал. Феликс, не сдерживая эмоций, с разбегу влетел в старшего, повиснув на его шеи. Всё ещё голый, но такой счастливый, он целовал его, слыша от Чана смех, чем ещё больше радовал младшего. Он и не знал, что монета ненависти имеет другую сторону под названием «любовь».