Лучшая альтернатива драке

      Дни в Сомнуаре… Не то чтобы идут. Время исчисляется скорее в количестве снов, что успевают пролететь через систему, отсеивающую их. После «инцидента» Айвори ни разу не выбрался нормально поговорить с Эбони. Они занимались каждый своим делом, перекидываясь словами исключительно в рабочем русле. Тем более что этой работы было по горло, особенно как врата начали открываться за пределами Хуалонга. Благо Ровер тоже на месте не сидел и всегда был рад сотне-другой астаритов. Айвори предпочитал не вдаваться в причины такой одержимостью накоплением кристаллов. Выполнял свою часть сделки и хорошо, ресурсов не жаль, все довольны.       И все же… время шло. Белый стражник и сам не железный, поговорить особо в Сомнуаре не с кем, а и дальше находиться в условиях холодной войны явно не было хорошо ни для кого из них. В конце концов, одиночество еще большая сука, чем Эбони порой. А от него первого шага к перемирию можно было не ждать. Больше его травмы от постоянного стирания снов только его эго. Видит Лорд Арбитр, однажды и терпение Айвори лопнет. Но сейчас… Пришлось на время отложить работу, подняться и переместиться туда, где был занят Эбони.       Черный стражник тут же почувствовал его присутствие, легким движением руки убирая в сторону сон, над которым работал, и перемещая их в один из сохраненных в Сомнуаре. Айвори поежился. Гора Фримамент была прохладной даже во снах ее обитателей. Но рядом имелся горячий источник, так что было не так уж и плохо.       — Привет, — Айвори неловко помахал коллеге.       Эбони скрестил руки на груди.       — Чего тебе?       — Эм, поговорить? — Айвори издал неловкий смешок. Ну вот что это, куда делась его уверенность? Это Эбони накосячил и теперь должен добиваться его расположения, а не наоборот. С этими мыслями белый стражник кашлянул и выпрямился. — Мы долго работали, не хочешь выпить?       Айвори не мог видеть, но он был абсолютно уверен, что Эбони сощурился под маской. Но, прежде чем он успел ответить что-то явно язвительное, сзади послышался всплеск воды и чье-то частое дыхание. Белый стражник обернулся.       — Это… Ровер?..       — Сам видишь, — отозвался Эбони.       — Почему он… Эм, голый?.. Почему дискорды не атакуют его? — Айвори сделал шаг назад, на загривке поднялись волосы, ибо он уже понял, к чему все идет, но не хотел верить в это.       — Потому что это не сон про сражение, — спокойно ответил черный стражник.       — Надо же, это пояснение так полезно, — огрызнулся Айвори.       — Ты задал тупой вопрос и получил на него тупой ответ, — пожал плечами.       Белый стражник приложил пальцы к переносице.       — Допустим, — когда он начал говорить, по сну разнеслись стоны Ровера и рычание дискордов, — мать вашу… Почему это здесь? Как этот сон помогает в борьбе с Ламентом?       — Никак, — нахальная улыбка очень легко читалась по голосу Эбони. — Но с этим сном Ровер дважды подумает, прежде чем вмешиваться в наши дела. Иначе это будет сниться всем милым дамам, к которым он подкатывал шары за то недолгое время, как вновь проснулся.       Айвори закрыл лицо. У него заняло несколько секунд, чтобы проговорить все матерные выражения про себя и не выдать ничего вслух. Напомнил себе, зачем он здесь.       — Можем мы уйти в другой сон? Пожалуйста?       — Ну если ты так вежливо просишь, — язвительно отозвался Эбони. Потом он взмахнул рукой, и они оказались в другом сне. В этот раз в помещении. Довольно уютная комната. Чья-то спальня, свет был приглушен. Черный стражник упругой походкой направился к креслу в углу, сел в него, сложил руки в замок и слегка склонил голову, показывая, что слушает.       — Спасибо, — выдавил Айвори. — Так вот. Я хотел обсудить все, что произошло…       Не успел он добраться до сути, как дверь с хлопком открылась, в комнату влетела парочка, полностью поглощенная друг другом. Мужчина и женщина целовались так страстно, словно хотели поглотить друг друга. Айвори едва увернулся от улетевшей в сторону сумочки, весьма быстро вслед за ней на пол отправилась и одежда обоих партнеров. Белый стражник повернулся к Эбони, всплеснул руками.       — Серьезно?       — Что? Продолжай. Ты же сам понимаешь, во снах должно что-то происходить. Вот, происходит.       Айвори вновь закрыл лицо руками, маски ему явно было мало. Попробовал сосредоточиться на сне, чтобы хотя бы поставить его на паузу, но…       — Твоя личная коллекция? Это?       Пара тем временем принялась доставать секс-игрушки. Эбони пожал плечами.       — Мы не были рождены в классическом понимании этого слова, но работаем без выходных уже на протяжении многих столетий, считаю, мы вполне совершеннолетние, чтобы наслаждаться просмотром подобного контента, — отозвался черный стражник, уже по большей части наблюдая за развитием сцены сна, чем уделяя внимание собеседнику. Расставил ноги пошире, поправил штаны. — Раз ты все равно отвлекаешь меня от работы…       — Но ты же не будешь меня сейчас слушать. Все равно что со стенкой говорить.       — А ты бы сказал что-то содержательное? — фыркнул Эбони. — Не хочу тратить драгоценное свободное время.       И черный стражник принялся расстегивать штаны.       — Нет, ты, блять, серьезно? — не выдержал Айвори.       — Ой, не прикидывайся святой невинностью, я прекрасно знаю, что ты тоже смотрел на подобное и наслаждался собой. Ну и… Никто тебя не держит, ты волен идти.       Айвори даже обернулся, чтобы убедиться, что звуки совпадают с картинкой, рисующейся в голове. И да, был вполне уверен, что БДСМ не входило в его вкусы.       — Ты…       Белый стражник обернулся, чтобы назвать коллегу крайне неприличным словом, но тот уже сидел с вытянутым из штанов членом в руке и явно был абсолютно индифферентен к подобным эпитетам. Айвори замер, чувствуя, как кровь приливает не к тому месту. Он смотрел, да… Но будучи существом Сомнуара, единственным другим физическим обитателем которого являлся Эбони и изредка Ровер, никогда не испытывал. Как наверняка и его коллега. Тот тем временем имел наглость заявить:       — Слушай, подвинься чутка, ты не стеклянный.       Вот теперь… Теперь было обидно. Айвори из принципа стал так, чтобы Эбони ничего не было видно, еще и руки в бока упер. Черный стражник вздохнул.       — При всем уважении, но тебе придется сначала раздеться, чтобы я на тебя дрочил.       — А я вот возьму и разденусь.       — Ну вперед, я тебя об этом и попросил, — все таким же ровным голосом отвечал Эбони.       Стоило признать, Айвори ссыканул. Хлюпающие и хлопающие звуки сзади питали лишь его неловкость и никак не уверенность.       Через несколько долгих секунд бездействия, Эбони резко поднялся, подошел так близко, что их маски почти соприкасались. Он явно хотел что-то сказать, Айвори слышал, как его дыхание оборвалось. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Инверсии, но все еще зеркальные отображения. Белый стражник поднял руку и положил ее на грудь коллеги.       — Прости, — с тихим стуком их маски соприкоснулись. — Ты должен был прийти ко мне. Почему ты не пришел, если чувствовал себя так плохо?       — Я не думал, что ты поймешь, — голос Эбони тихий, контраст в сравнении с той наглостью и язвительностью, что была в нем до этого.       — Но ты даже не попробовал.       — Я знаю.       — Мне не понравилось сражаться против тебя.       — Мне тоже.       Айвори вздохнул и наконец обнял друга. Тот немного помедлил, но тоже обвил его руками. Звуки парочки, что были хозяевами этого сна, в какой-то момент исчезли.       — Это так утомляет, — тихо сказал Эбони.       — Да.       Через некоторое время черный стражник поднял голову, тихий шорох масок, трущихся друг о друга.       — Тогда можно… Я попробую?..       Айвори улыбнулся, думая об уютном вечере за чашечкой чая и перетиранием косточек создателям.       — Конечно.       Эбони выдохнул и толкнул друга на постель, на которой уже не было обитателей сна. Резво принялся расстегивать его штаны.       — А, эм, погоди, стой, стой, — в панике белый стражник перехватил его руки. Эбони склонил голову в непонимании. — Я… эм… подумал немного о другом.       — Ох, — черный стражник убрал руки       Айвори закрыл глаза, выдохнул.       — Погоди. Дай мне, пожалуйста, немного времени собрать мысли в кучу.       Эбони послушно сел и принялся ждать. Хватило его буквально на пять секунд.       — Теперь можно? — возбужденно стоящий член был исчерпывающим объяснением его нетерпеливости.       Айвори вновь вздохнул.       — Ты уверен?       — Альтернатива для нас обоих это Ровер. А учитывая его роль в нашем создании, люди бы назвали это инцестом, наверное. Хотя, полагаю, то же самое может относиться и к нам, если так задуматься. А, Иллюзия нематериальна.       Белый стражник мысленно закричал.       — Ты не делаешь это легче.       — Ну смотри, зачем нам члены, тогда?       — Почему мы оба мужчины, тогда?       Ненадолго Эбони задумался над этим.       — Чтобы не забывать, что мы можем быть кем угодно здесь? Если пол единственная преграда для тебя, можешь стать женщиной.       — Не понял. Почему это я должен быть женщиной?       Эбони подвинулся к нему вновь, смотря прямо в глаза.       — Потому что я хочу выебать тебя так, что ты увидишь звезды. Я могу стать женщиной. Но тогда ты познаешь прелести страпона.       Айвори сглотнул слюну.       — Ах, вот оно как.       Черный стражник коснулся его лица рукой, свободной от перчатки, а значит той, что он трогал член до этого. Его пальцы лишь слегка скользнули под маску, и вот тогда Айвори почувствовал себя окончательно побежденным. Столь простой жест, но он так быстро возбудил его… А ведь Эбони даже не коснулся его губ, остановился в нескольких миллиметрах, чтобы не нарушать границы, установленные слишком давно, чтобы помнить, кем. Послышался очередной глухой стук маски о маску. В этот раз словно Эбони пытался его поцеловать.       — Прости, но скорее всего будет больно. Но наслаждение будет стоить того.       Рука Эбони опустилась ниже, на шею. Он надавил, заставляя Айвори лечь на спину.       — Мы можем быть чем угодно, пока находимся в границах Сомнуара. Думаю, я могу быть тем, кто примет тебя полностью, — прошептал в ответ Айвори.       — Где ты нахватался таких слов? — с усмешкой в голосе произнес Эбони. — Продолжишь так болтать, и я кончу слишком быстро.       — Разве твое эго переживет что-то подобное?       — Я уже потерпел поражение от тебя и не рассыпался. Я буду в порядке.       Все это время оба стражника старательно работали над избавлением друг друга от одежды. Оба нервничали, но очень старательно не показывали это. Каждое прикосновение голой кожи к коже посылало импульсы электричества, члены давно стояли у обоих, требуя внимания к себе, но парни не спешили. Сейчас, без одежды, с сердец обоих спал камень, о котором они старались не задумываться. Может, однажды они и были идентичными, но теперь, после стольких лет сражений за порядок в Сомнуаре… Шрамы различали их.       — Так хочу поцеловать тебя… Везде… — выдохнул ему в шею Эбони.       — Да, я тоже, — тихо ответил Айвори, продолжая очерчивать узоры, в которые складывались шрамы.       Но маски должны были остаться. Несмотря на горящее желание, ни один, ни второй не попытались их снять. Эбони, нетерпеливый, как всегда, провел по члену Айвори, очертил его ягодицу, нащупал анус. Белый стражник резко вздохнул, когда почувствовал прохладную смазку. Вздохнул еще раз и подался вверх бедрами, когда первая фаланга пальца вошла в него. Эбони хохотнул.       — Ты такой сладкий.       — Я бы посмотрел на тебя, — бросил Айвори, а потом из него вырвался еще один полувздох, когда палец вошел глубже.       — Может… В следующий раз… — задумчиво сказал черный стражник. — Ты справляешься намного лучше, чем я ожидал. Хороший мальчик. Может, ты действительно сможешь принять всего меня.       Теперь целый палец исследовал стенки толстой кишки, а потому Айвори испытывал некоторые трудности с речью. Когда же он нашелся, что ответить, Эбони попал в нужную точку, оба парня вздрогнули, с губ белого стражника сорвался первый стон.       — Вау, — завороженно отозвался Эбони и прошелся по простате еще раз.       Айвори приглушил вздох в этот раз, но потом понял, что уже какое-то время их члены трутся друг о друга, и уже стон намного громе пронесся по комнате, когда палец задвигался быстрее. Дыхание Эбони тоже стало тяжелее.       — Если ты продолжишь быть таким замечательным, твои шансы оказаться сверху будут уменьшаться.       — Мгм, постараюсь не возбуждать тебя так сильно.       — Поздно.       И с этими словами Эбони принялся вводить второй палец. Начало было самым неприятным, как и ожидалось. Но постоянное стимулирование простаты облегчало привыкание. Когда же мышцы расслабились достаточно, дискомфорт почти не ощущался. Смазки было предостаточно, несмотря на явное нетерпение, Эбони делал все аккуратно и даже мягко.       — Я продолжу? — спросил, когда Айвори привык к его пальцам.       Белый стражник кивнул. Нда, не так он планировал этот день. Совсем не так.       Пальцы покинули его, оставив после себя неожиданное ощущение пустоты. Но не успел Айвори как следует огорчится, когда почувствовал, как их место пытается занять член.       — Я продолжаю, — подбодрил Эбони уже скорее себя, чем партнера.       Стоны вырались у них обоих, когда Эбони начал входить в Айвори. Ощущения, какие они не испытывали ни разу за свою жизнь, поглотили их. Ни один, ни другой не заметил, как Черный стражник был внутри белого по самые яйца. Комната заполнилась тяжелыми вздохами, стонами, запахом пота и секса. Немного они просто пробыли в состоянии эквилибриума, привыкая друг к другу.       — Так… тесно… — только и смог выдавить Эбони.       Айвори не был в состоянии воспроизводить слова, он только нетерпеливо пошевелился, стараясь попасть по нужному месту членом Эбони.       — Ты куда, сука, ерзаешь, — тяжело выдохнул черный стражник. — Я ща… А бля…       И он тоже принялся двигаться. Сначала медленно, надеясь, что не причиняет партнеру слишком много боли, но потом Айвори крепко сжал его за ягодицы и сам попробовал задать более быстрый и жесткий темп. Дважды просить не нужно было. Эбони усилил толчки, с каждым разом выбивая стон из Айвори, каждый раз и сам доводя себя почти до края. Но переступить черту сейчас — значит прервать это наслаждение слишком быстро.       Поэтому он держался. И это было своего рода пыткой и удовольствием. Айвори под ним двигался в унисон, выгибаясь так, что его член терся о низ живота Эбони. Он не лгал. Он был готов взять его целиком и судя по тому, как звуки наслаждения становились громче, не против был бы даже большего. Дать все. Было что-то правильное в этом. Два отражения наконец объединенные, целые.       Он двигался, входя и выходя все быстрее, стараясь поймать идеальный момент, но несмотря на все усилия, закончилось все слишком быстро. Сначала кончил Айвори, но как только сперма разлилась между ними, Эбони просто сорвался. Чувствуя, как Айвори сжимает его, как внутри, так и ягодицы снаружи, как он распадается от удовольствия под ним… Это было волшебно.       Эбони свалился на партнера, не в силах поддерживать себя трясущимися от экстаза руками. Какое-то время они оба просто тяжело дышали, отходя от пережитого.       — Так… Лучше… Чем драться… — в итоге пробормотал Айвори между вздохами.       — Это не отменяет философских проблем, — упрямо возразил Эбони.       — Вот ты просто не можешь быть приятным собеседником хоть пару секунд, да? — проворчал белый стражник.       — Это выше меня. Это дело принципа.       — Ты сволочь.       — И ты со мной застрял. Сочувствую, — Эбони издал легкий смешок.       — Расплатишься за это в следующий раз.       — Ты слишком загорелся этой идеей.       — Смеешь меня винить?       — Нет. Это чудесно, — Эбони сполз в сторону, выходя из Айвори, нежно провел по его маске. — Ты был замечателен.       Белый стражник фыркнул.       — Разумеется.       Они недолго помолчали, когда Айвори вздохнул и собрался встать, работа так-то все еще имелась и не уменьшалась со временем, Эбони схватил его за руку.       — Может, полежим еще немного?       Белый стражник улыбнулся.       — Хорошо.       Обниматься было намного лучше, чем сражаться.