21 день моей любви к тебе

За последние два дня парень ощутил огромный спектр эмоций, начиная от неконтролируемого гнева и заканчивая непонятным для него чувством привязанности к новоиспеченному родному человеку. Он должен был ненавидеть ее, должен был злиться и обвинять в том, что она бросила его еще когда-то давным-давно, но он не мог. Что-то не давало ему сделать это, и это «что-то» невыносимо раздражало, бесило и заставляло сердце болеть так, как никогда прежде. Единственный вопрос — «почему?» — не выходил из головы, поэтому Тилл чувствовал, что сходит с ума, и ему было нужно хотя бы что-нибудь, на что он мог переключиться от этого противного чувства. Их разговор не продлился долго, женщина обещала всё объяснить при встрече и просила не говорить об этом отцу, поэтому парня дико трясло пару дней, когда он думал, как мог уехать к ней, оставаясь незамеченным. Серебряноволосый подумал, что может попросить кого-то из друзей сообщить о липовой ночевке, но понял, что, в общем-то, просить оказалось некого. На ум пришел тот странный парень, который помог ему с уборкой в зале, и Тилл поспешил на занятия, надеясь столкнуться где-нибудь поблизости. В классе его не наблюдалось, поэтому серебряноволосый пошастал по школе в поисках брюнета, однако попытка провалилась. Оставался только один способ узнать его местонахождение, и парню совсем не хотелось им пользоваться — для этого было нужно посетить учительскую. — И-извините… Не могли бы Вы мне помочь? — заикаясь, произнёс Тилл. — Да, конечно, что случилось? — отозвалась добрая женщина-учитель. — Ну… Вы случайно не знаете, есть… Мм… П-парень, он где-то выше меня, у него черные волосы и… клык немного выпирает… — лицо серебряноволосого краснело всё больше. — Я хотел ему кое-что передать, но… Ээ… Нигде не могу его найти… Не подскажете, в каком он классе? — О, ты об Иване? Он пока не может посещать занятия, приболел… — вздохнула учительница, хмурясь. — Он в 3-а, но если это что-то срочное, ты можешь оставить мне, я отправлю по адресу его проживания. 3-а — это соседний класс Тилла, то есть… Он в параллельном? Мизи тоже там, получается, они в одном классе? — Нет-нет, спасибо, этого достаточно. И-извините за беспокойство. — Тилл откланялся и вышел из кабинета. «Как-то много нового за последнее время…» — подумал парень, нервно щелкая зажигалкой, ему ужасно хотелось курить. Иван показался ему интересным, во всяком случае, поговорить с ним насчет его одноклассницы было бы весьма полезно, однако в текущий момент он не мог помочь серебряноволосому в решении сложившейся проблемы. Не придумав ничего лучше, Тилл решил рискнуть и ничего не объяснять, возможно, его даже не хватятся, ведь такое уже бывало. Стоило определиться с покупкой билета и собрать часть вещей в дорогу — путь предстоял неблизкий, но это было даже хорошо, серебряноволосому давно хотелось развеяться и увидеть что-то необычное. Даже соседний город казался чем-то интересным для человека, который был заперт разными обязательствами и не мог вырваться на волю. Тилл раньше угрожал приемному отцу тем, что после совершеннолетия ноги его не будет в том доме, однако с возрастом понял, что больше идти ему некуда, поэтому прикусил язык. Теперь же появилась новая возможность, и какой бы страшной она ни представлялась в голове парня, он собирался ею воспользоваться. Новый город встретил его дождливой погодой, и серебряноволосый, непривыкший брать с собой зонтик, вымок до нитки. Настроение упало ниже плинтуса, всё шло не так, как фантазировал Тилл по дороге сюда. Он зашел в кафе около вокзала, в котором они заранее договорились встретиться, и почувствовал себя мокрой собакой — с волос капала вода, вещи висели как тряпки, подчеркивая худобу, — не вид, а просто смех. На ресепшене ему предложили воспользоваться уборной, чтобы немного привести себя в порядок, чем он и занялся на ближайшие десять минут, старательно пытаясь высушить хоть что-то при помощи автоматической сушилки. Это стоило определенных усилий, однако теперь он больше напоминал человека, чем до этого. Вернувшись обратно, серебряноволосый назвал имя, на которое был зарегистрирован столик, и направился за официантом, чувствуя, как собственное сердце пытается выскочить за пределы грудной клетки. — Пожалуйста, присаживайтесь. Вам подать меню сейчас или чуть позже? — произнес молодой человек, ожидая дальнейших указаний. — П-позже, спасибо. — Тилл во все глаза смотрел практически на точную копию себя, только в женском обличии. — Э-это и вправду ты… — ахнула женщина, прикрывая рот ладонью от шока. — Я до последнего сомневалась, что ты приедешь… Ведь ты так ничего мне и не написал… — она зарыдала, и у парня сжалось сердце. — Я… Я просто не знал, получится у меня или нет, пожалуйста, не плачьте… — у него самого в глазах стояли слезы и собирался комок в горле. — Извините, я… — Ничего, всё хорошо, я так рада тебя видеть, Тилл… — сказала она сквозь рыдания. — Я так счастлива, что ты всё-таки согласился со мной встретиться. Серебряноволосый почувствовал, как огромный пласт эмоций собирался тронуться, словно льдина, однако изо всех сил держал его при себе, боясь нарушить атмосферу и сказать что-нибудь лишнее. Ему было больно, однако в то же самое время он был счастлив, что эта женщина нашла его и так сильно стремилась увидеться с ним. — У меня так много вопросов… Я даже не знаю, с какого начать, простите, в голове каша… — честно сказал Тилл, рассматривая свою мать и невольно улыбаясь. — Наверное, для начала мне стоит спросить, как к Вам обращаться… — Пожалуйста, зови меня Ио, и давай перейдем на «ты», ладно? — женщина накрыла ладонь парня своими и улыбнулась. — Думаю, мне стоит начать первой и объясниться, почему меня так долго не было в твоей жизни и зачем я объявилась только сейчас… Ох, это будет долгая история. Ты голодный? Ну, конечно, ты голодный, давай закажем что-нибудь, я угощаю, пожалуйста, выбирай все, что тебе захочется. Спустя полчаса их диалог продолжился, как только они поели и были снова настроены на тяжелый разговор. — Во-первых, мне очень жаль, что мы встретились с тобой вот так, а не при каких-то других более приятных обстоятельствах, однако в свою защиту скажу, что у меня правда не было возможности связаться с тобой. Давным-давно мы были одной семьей, но однажды меня отправили в командировку по работе, когда ты был еще совсем крошкой… Тогда я думала только о том, чтобы собрать как можно больше денег и уволиться из этого неблагодарного места, поэтому согласилась на поездку. К сожалению, мне сказали о месте назначения уже лишь во время пути и сообщили, что я больше не смогу вернуться… Я работала на компанию, которая на самом деле занималась нелегальными вещами, и, как полагаю, меня планировали устранить, ведь мои задачи включали в себя работу с их базами данных. И нет, я не шпион и не хакер, просто… оказалась не в нужном месте и не в нужное время. Понимаю, звучит как какая-то небылица, однако всё это время именно эти отвратительные люди скрывали тебя от меня, они сказали мне, что убьют тебя, если я не соглашусь поступать так, как они прикажут. Я послушалась и осталась работать на них дальше… Мне было страшно.., какая мать станет рисковать собственным сыном? Через пару лет мне удалось найти хорошего адвоката и начать процесс поисков материала, чтобы подорвать эту дурацкую компанию. Это заняло время… Мучительные двенадцать лет ожидания окупились тем, что наконец-то большую часть верхушки посадили и компания обанкротилась. К сожалению, это коснулось и меня, так что я отбыла условно-досрочно, не знаю, как тот адвокат сделал так, чтоб меня не посадили пожизненно за соучастие… Еще благодаря этому человеку я узнала о тебе… Где ты, с кем ты, и, по правде говоря, мне было так страшно снова заговорить с тобой, я думала, что стану лишь помехой — в конце концов, ты столько лет жил без меня, и тут я внезапно появилась из ниоткуда… Но я не смогла устоять от возможности позвонить. И теперь, когда я вижу своего мальчика перед собой, мое сердце наконец-то спокойно. — Ио всхлипнула и посмотрела на сына, полностью замеревшего и потерянного. — Во-вторых, у меня наконец-то есть все документы на оформление опеки, так что… Тилл, я хотела бы спросить тебя, хочешь ли ты… снова жить с мамой? Серебряноволосый почувствовал, как слезы градом полились наружу, словно прорвало плотину давних закупоренных эмоций. У него началась истерика, и Ио быстро подсела к нему рядом, крепко обнимая и удерживая. — Я знаю, что тебе нужно время, чтобы всё обдумать, поэтому не спеши, я подожду столько, сколько тебе будет нужно. — произнесла женщина, ласково поглаживая парня по спине. — Обещаю, я больше никуда не уйду и никогда тебя не оставлю, пожалуйста, прости меня… Тилл никогда так много не плакал, как в тот день — казалось, будто все его страхи, обиды и чувства наконец-то нашли способ проявиться, и это было чертовски больно. Он цеплялся за эту женщину, которая называла себя его мамой, и ощущал, что она говорила правду, во всяком случае ему хотелось верить в это. Пусть она даже и солгала о том, чем занималась и почему так долго отсутствовала, однако ее взгляд, ее прикосновения, ее улыбка разбивали сердце серебряноволосого снова и снова, заставляя чувствовать себя кем-то новым, ему непривычным. Он уже был сыном, но рядом с ней Тилл впервые ощутил себя желанным ребенком, которого хотели любить просто потому, что он есть. Ио обсудила вопрос о местонахождении парня с его приемным отцом по телефону, пообещав, что встретится с ним лично и обсудит дальнейшие действия, если серебряноволосый захочет остаться с ней. Они провели вместе замечательные три дня, однако Тиллу пора было возвращаться обратно, долго прогуливать уроки ему никто не разрешал. — С-спасибо. — робко произнёс серебряноволосый, теребя край новой футболки. — Я правда рад, что мы… Ну, ты, вернее, связалась со мной. Мне понравились выходные… — Мне тоже. Спасибо, что выслушал меня и позволил… Побыть с тобой. — женщина улыбнулась и взяла Тилла за руку. — Звони мне или пиши в любое время, я обязательно отвечу. А еще… Если вдруг захочешь погостить, то… В общем-то, это твой дом, и ты можешь вернуться сюда, когда захочешь, и… Хочу сказать, что здесь тебе всегда рады. Тебе и твоим друзьям, конечно же. — Да, спасибо. Я напишу. И позвоню. — парень улыбнулся в ответ. — Буду делать это почаще. Они обнялись на прощание, и это было одно из самых приятных объятий в жизни серебряноволосого, настолько, что Тилл задержался в руках своей матери на лишние несколько секунд перед тем, как побежать на посадку. Весь полет обратно он обдумывал предложение об опеке и пока никак не мог сформулировать свой ответ: с одной стороны, ему исполнялось восемнадцать, и это уже не имело особого значения, но с другой — она его мама, и ему хотелось, чтобы так было даже на бумажках. За проведенное с ней время парень осознал, что абсолютно не злится и, более того, чувствует себя намного счастливее, когда она рядом. Возможно, женщина пыталась возместить упущенное, но серебряноволосому это очень льстило, поэтому он упирался довольно слабо, все же позволяя ей делать то, что она хотела. Ему очень понравился тот факт, что его любили. Парень написал ей сразу после того, как оказался в чертогах своей комнаты, и случайно заснул, откинувшись на кровать и не увидев ответного сообщения. Его разбудил настойчивый стук в дверь, будто кому-то срочно понадобилась соль или что там еще просят соседи в такой поздний час. Не до конца проснувшись, Тилл на автопилоте спустился, открыл дверь и поздоровался, пока знакомая внешность наконец-то не идентифицировалась на подкорке сознания: — Эм, ты…? — П-привет. — Иван натянуто улыбнулся и помахал, он казался взволнованным. — Извини за поздний визит, я просто… О, эм, забеспокоился, что ты отсутствовал несколько дней, поэтому подумал навестить, спросить, всё ли в порядке… Может быть, нужна помощь или… — Откуда ты знаешь, где я живу? — спросил серебряноволосый, удивляясь источнику информации парня. — Я… Прости, не могу сказать. — брюнет покраснел и отвел глаза. — Мм… Не станешь сдавать эту крысу, которая не умеет держать язык за зубами? — поддразнил Тилл, разглядывая, как Иван смущается и отрицательно качает головой в ответ. — Так… Значит, хорошо себя чувствуешь? — неловко спросил парень. — Ну да. Эм, спасибо, что зашел. — Тилл лениво почесал затылок, оглядываясь внутрь дома, стоило пригласить брюнета внутрь, но он так устал, что вырубился бы прямо здесь и сейчас. — Перед тем как я уехал, тебя же тоже в школе не было, да? — Да, я с сегодняшнего дня стал снова посещать занятия. Мне показалось странным, что тебя нигде нет, поэтому я поспрашивал твоих одноклассников, тогда и узнал, что ты отсутствуешь уже несколько дней. — Понятно. Ну… Тогда увидимся завтра в школе? — спросил Тилл, громко зевая и потягиваясь, усталость давала о себе знать. — Извини, из-за перелета не выспался. — Перелета? — оживел Иван, и то, как сильно он хотел узнать информацию, показалось серебряноволосому забавным. — Да… Скажем, семейные обстоятельства. — пока он не мог сказать больше, однако и не солгал. — Ах, я понял… — улыбка на лице парня немного померкла. — Извини за беспокойство еще раз. Тогда спокойной ночи и до встречи завтра в школе. Тилл кивнул и махнул на прощание рукой, закрывая за собой дверь. Перед тем, как серебряноволосый снова добрался до кровати, в его голове мелькнула мысль о том, что было довольно мило со стороны абсолютно чужого человека беспокоиться об его состоянии, учитывая, что они даже не особо общаются друг с другом. Иван буквально примчался к нему прямиком со школы, если судить по форме, поставив Тилла в приоритет, и это было приятно, хоть и странно. Парень подумал, что они могли бы поладить, и вспомнил про разговор о Мизи — да, точно, стоило попросить его помочь. На этой мысли серебряноволосый и заснул.