Часть 1
22 февраля 2025 г., 22:48
Анси. Первое место в спринте. Отставание второго места почти полминуты. Старт. Первая стрельба. Все мишени закрыты. Вторая стрельба. Все мишени закрыты. Третья стрельба. Два промаха. Ничего, бывает. Да, теперь преимущества над вторым местом никакого нет. Четвёртая стрельба. Он подъезжает к первому красному коврику. Молодая надежда сборной Франции не отстаёт ни на секунду и встаёт на второй коврик. Пока он изготавливался, параллельно слышал сбитое дыхание своего соперника и ощущал его присутствие. Первый выстрел. Попадание. Выстрел мальчишки слева. Взрываются трибуны. Несложно догадаться, что он попал. Йоханнес сглатывает слюну. Надо увеличить темп. Второй выстрел. Третий выстрел. Пауза. Неприятный порыв ветра. Чёрт. Чтоб его! Времени на какие-то посторонние мысли не оставалось. Параллельно ликовали трибуны, и закрывались мишени. Эрик не отставал. Даже решил рискнуть. Йоханнес мысленно хмыкает. Не сегодня, дорогой. Не сегодня. Четвёртый выстрел. Мишени практически одновременно зарываются с двух сторон. Йоханнес уже опытный спортсмен и не в первый раз сталкивается с подобными ситуациями, но на этот раз внутри него что-то слабо пошатнулось. Пятый выстрел. Попадание. Йоханнес первым заканчивает стрельбу и даже не оборачивается. Победа близка. Болельщики снова громко закричали. Понятно. Попал-таки. Йоханнес ускоряется и снова уходит в себя, не обращая внимания ни на кого. Ни на своих болельщиков, ни на чужих, ни на тренера, который бежал рядом и докладывал, что Эрик тоже попал. И даже на самого Эрика. Сейчас важно только победить. И всё.
Полтора километра до финиша. Йоханнес быстро оборачивается. Эрик близко. Он сократил минимальное отставание в пять секунд, если его вообще можно таковым назвать, которое было между ними после последней стрельбы. Бё младший мысленно ухмыляется. Осталось всего ничего до финиша. Он увеличивает темп, взбираясь на очередную горку. Эрик не отстаёт. Йоханнес снова чувствует его дыхание. Очень горячее дыхание. На спуске ничего не изменилось. Перро продолжал всё также двигаться за спиной младшего Бё и держать его темп. Йоханнес снова перестал всё замечать и просто плыл по течению. Точнее бежал на лыжах по трассе, что почти одно и тоже для него.
Последняя горка перед финишем. Отдавая почти все силы, норвежец чуть ли не перелетает эту возвышенность, надеясь, что Эрик потихоньку начнёт отставать. Однако Эрик держался. Расстояние между спортсменами не менялось. Йоханнес сжал челюсти. Финишную прямую он уже видел, однако сил осталось не так много. Тренер ещё напоминал, что Перро очень близко. «Спасибо, я и так это знаю. Точнее чувствую».
Финишная прямая. Силы на исходе. Темп немного замедляется. Он поворачивает голову влево. Эрик поравнялся с ним. Их взгляды на пару миллисекунд пересекаются. Эрик еле-заметно улыбается уголками губ. Последний рывок. Он падает без сил, тяжело дыша. Француз тоже. Почти рядом с ним. Йоханнес снова слышит чужое дыхание. Перед глазами всё плывёт. Шум болельщиков был где-то далеко. Он посмотрел на Эрика. Тот продолжал лежать, перевернувшись на спину. Его грудная клетка и живот быстро то поднимались, то опускались, а рот жадно хватал воздух. Йоханнес посмотрел на экран, где высвечивались результаты. Рядом с их фамилиями была надпись «фотофиниш». Видимо, слишком неуступчивая борьба. Молодец паренёк! Далеко пойдёт! Раз даже сумел на какое-то время побыть лидером общего зачёта.
Спустя секунду фамилии поменялись местами. Теперь Перро был первым. А он вторым, проиграв всего лишь на одну десятую секунды. Бё хмыкнул и в очередной раз убедился, что финишёр из него такой себе.
– Поздравляю с победой, – улыбнувшись, Йоханнес жмёт руку уже пришедшему в себя французу.
– Спасибо, – коротко отвечает Эрик и слабо улыбается. Йоханнес замер. Он легонько сжал ладонь, ощущая через перчатку чужое тепло. Йоханнес сначала смотрел в усталые карие глаза напротив. «У него всегда были такие красивые глаза и длинные ресницы?», – задался вопросом норвежец. Потом взгляд быстро скользнул к пухленьким розовым губам и вернулся обратно. «А он всегда был таким красивым?» Бё младший хмурится. – Эм, надеюсь, я почаще буду оказываться рядом с тобой на пьедестале почёта.
– Д-да, – приятный голос возвращает Йоханнеса на Землю, и он отпускает чужую руку, всё также хмурясь. Им обоим стало как-то неловко. Перро быстрым шагом подходит к Эмильену Жаклену, который финишировал третьим. Стоило его поддержать. Йоханнес продолжал задумчиво стоять и смотреть себе под ноги, иногда поглядывая на Перро. «О чём я только что подумал?»
***
Йоханнес настолько глубоко погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как стоял рядом с шестёркой лучших, ожидая награждения. Эрик совершенно не давал ему покоя. Мало того, что смог вырвать у него победу в последний момент, что уже само по себе вызывает интерес, так он ещё и симпатичный! А если вспомнить, как специальная синяя форма облегала всё его тело, копировала почти каждый изгиб: тоненькие, словно веточки, руки, еле-заметную, но не менее привлекательную талию, стройные, словно у модели, ножки, а также не менее аппетитную, упругую и в меру накаченную задницу. Приятный импульс пробежался по всему телу и сосредоточился внизу живота. Чёрт, да что же это такое! Где твоя хладнокровность, Йоханнес? Из грязных мыслей его вывел сам виновник торжества. Эрик звал его и легонько подталкивал. Йоханнес замечает какое-то беспокойство в чужих неотразимых глазах. Спустя секунду Бё осматривается, понимает, где находится, и сразу же бежит к подиуму, слабо улыбаясь публике. Он быстро жмёт руку Эмильену, поднимается на ступеньку под аплодисменты и делает вид, что рад своему второму месту. Когда ты столько раз побеждаешь и бьёшь рекорд за рекордом, не можешь не привыкнуть к этому, поэтому любое место, кроме первого, уже не устраивает. Победами никогда нельзя насытиться. Ему сначала вручают плюшевую игрушку, грамоту в виде твёрдой картонки, и одевают серебряную медаль поздравляя. В общем, всё по стандарту. Диктор называет имя Эрика Перро. Французские болельщики громко выкрикивали его имя и аплодировали. Француз просто сиял, одаряя всех своей неотразимой, лучезарной улыбкой, махая руками, чтобы зрители поддерживали его ещё активнее. Он победил самого Йоханнеса Бё. Короля биатлона. Прямо на финишной прямой. При своих родных трибунах. О чём ещё можно мечтать? Наверное, только о большом хрустальном глобусе. Как он поднимется на трибуну в конце сезона, все будут ему аплодировать и поздравлять с самым важным трофеем в карьере. Он будет стоять и ждать момента истины, всё ещё не веря, что это происходит на самом деле. На небе нет ни одного облачка, лучи яркого солнца заставляют белый снег поблёскивать. И вот ему вручают большой хрустальный глобус. Руки трясутся, по щекам текут слёзы радости. Он кое-как берёт главную награду. Она немного тяжёлая. Он целует хрусталь и под рёв болельщиков он поднимает глобус вверх и улыбается. Кажется, за всю жизнь он столько не улыбался. Точно будут болеть щёки, но какая уже разница. Всё это будет завтра, а сейчас нужно наслаждаться моментом. Моментом, о котором мечтал с самого детства, когда ещё смотрел биатлон по телевизору. Однако сейчас только начало сезона. Да и француз ещё не достиг идеала. Поэтому стоит вернуться с небес на землю. Эрик сначала быстро жмёт руку Эмильену, который что-то ему сказал на французском. Скорее всего просто поздравил. Йоханнес всё это время наблюдал за французом. Как тот искренне радуется своей победе, улыбается, активно взаимодействует с болельщиками. Такой прекрасный. Глаз не оторвать! Настала очередь жать руку Бё. Француз на секунду нахмурился, после чего практически сразу расслабился и ответил на поздравления норвежца такой же улыбкой, которой озарял трибуны. Сердце Йоханнеса сжалось. Даже в моменте он почувствовал, как его щёки стали немного гореть. Как же его угораздило влюбиться в тридцать один год? Ещё и в двадцатитрёхлетнего! Приняв все поздравления и рукопожатия, Эрик поднимается на верхнюю ступеньку. Положительные эмоции с новой силой захлестнули француза. Казалось, что ликование трибун было слышно во всей Франции. Все яростно размахивали флажками и трясли колокольчиками. Перро тоже громко вскрикнул, послал воздушный поцелуй трибунам и невысоко подпрыгнул, разведя руки в стороны. Не описать словами, как он счастлив. Эмильен улыбался и хлопал в ладони. Да, они скорее соперники, чем приятели на трассе, но искренне порадоваться за коллегу он может. Всё же они представляют одну страну. Выступают под одним флагом. «Приносят» очки не только себе, но и Франции. От этого никуда не деться. Перро также вручают призовой набор в виде миленькой белой плюшевой игрушки с грамотой, где написано, что он занял первое место в гонке преследования в этом биатлонном сезоне. И, конечно же, золотая медаль на шее. Самое главное. Самое нужное. Медаль, которая будет помогать ему поверить, что он смог добиться максимального результата. Жаклен тем временем случайно перевёл свой взгляд на Йоханнеса, которой как-то пристально и даже заворожённо наблюдал за Эриком. Норвежец медленно покусывал свои губы и не спускал глаз с «дарования» сборной Франции. Эмильен напрягся. Он впервые видит такого Йоханнеса. Норвежец замечает, что Жаклен тоже его рассматривает, поэтому переводит свой взгляд на него. В нём прямо читается «Какие-то проблемы? Тебя это не касается». Такая реакция, будто Эмильен застукал его за чем-то максимально постыдным. Он хмурится и решает больше не участвовать в этой странной битве, поэтому переводит свой взгляд на что-то более приятное и приветливое, а именно – на трибуны, которые продолжали размахивать флажками и даже картонными изображениями с их лицами. Забавно. Надо будет забрать одно. После вручения наград младший Бё и Жаклен поднимаются на ступеньку к Эрику, чтобы сделать фотографию. Кое-как они влезли, приобняв победителя. Йоханнес еле-заметно покосился на Эмильена и улыбнулся в камеру, наклоняя голову к плечу Эрика, но не прислоняясь к нему. Жаклен даже этого не заметил. Фотография получилась прекрасной: спортсмены счастливы, что смогли занять первые три места и искренне улыбались. Особенно Эрик. Спустя пару минут, Йоханнес и Эмильен спустились на свои ступеньки. Церемония награждения продолжилась. Дальше вышли спортсмены, которые заняли места с четвёртого по шестое. После церемонии к Эрику и Эмильену сразу же подошёл весь тренерский штаб вместе с остальными членами французской команды, чтобы поздравить. Йоханнес цыкает, смотря на эту милую картину, как его все обнимают. Он бы сам не отказался от этого, но точно не сейчас. Тут повсюду камеры. Могут пойти разные слухи, а младший Бё следит за своей репутацией. Да и не хочется как-то портить карьеру Перро, ведь он только начал свой путь. Норвежец продолжал стоять в стороне и наблюдать, как Эрик идёт фотографироваться с болельщиками и раздаёт им автографы. Видимо, он его не дождётся. Да и зачем ему это? Бред какой-то. Надо бы побыстрее отсюда сваливать, потому что сомнительные мысли лезут в голову. Йоханнес несколько раз бьёт себя по щекам, делает глубокий вдох и выдох, после чего наконец-то оставляет победителя в покое. Как только Эрик пофотографировался с кем только можно и нельзя, он стал осматриваться. Будто бы кого-то ищет. Эмильен это замечает и подходит к Перро. – Потерял кого-то? – улыбнувшись спрашивает он, ожидая услышать «Да, тебя». – Эм, – Эрик немного замялся. – Вообще нет. Эмильен нахмурился. Во-первых, ожидания не совпали с реальностью, а, во-вторых, было ощущение, что ему соврали. – Океей, – Жаклен пожимает плечами. На самом деле Эрик искал кое-кого, хоть и понимал, что, скорее всего, он уже ушёл. Это был Йоханнес. Ему хотелось бы с ним поговорить. О разном: как ему удаётся быть таким стабильным, как он смог добиться такого результата, и вообще, как справляется с этими «нападками» со всех сторон после побед. Он улыбается своим же мыслям. Кого он обманывает? Конечно, поговорить о разном хотелось, но в первую очередь для начала хотелось бы увидеться. Ещё разочек. Эмильен подозрительно щурится. Да что же происходит с его другом? – Ладно, пойдём уже, а то мы тут задержались, – его голос звучал немного грубовато из-за ощущения, что что-то не так. Когда Эрик удивлённо на него смотрит, тот выдавливает слабую улыбку. Нельзя, чтобы он понял.***
После утомительного спортивного дня нет ничего лучше, чем принять тёплый душ. Он всегда помогал Йоханнесу расслабиться и расставить все свои мысли по полочкам. Струи воды приятно капали на лицо норвежца, стекая каплями вниз по всему телу. Он умывает лицо и понимает, что получает только физическую «разрядку», но никак не умственную. Молодой француз всё никак не выходил из головы. Развалился на всех мысленных полках, и хоть бы что ему! Это уже перебор и несмешно. Йоханнес не выдерживает и достаточно больно бьётся головой о керамическую плитку и тихо произносит «ауч!». Как же себя отвлечь? Младший Бё выключает воду, выходит из душевой кабины, вытирается и обворачивает полотенце вокруг бёдер. «Забыться, забыться, забыться!» – быстро и тихо шепчет он себе, выходя из ванной комнаты. – Что случилось, братишка? – игриво спрашивает Тарьей, который лежал на кровати около окна. – Ты сам не свой. И нет, я не поверю, что дело только во втором месте! Старший брат видит его насквозь. Да и Йоханнес не хотел ничего скрывать. Тарьей обязательно его поймёт и поддержит. В своей излюбленной манере: с юмором и добрыми подколами. Младший Бё садится на край кровати брата и тяжело выдыхает, готовясь рассказывать. Правда, не понятно, с чего. Вроде бы и времени прошло немного с осознания, так что сказать толком нечего. – Мне кажется, я влюбился, – издалека начинает Йоханнес, смотря на свои пальцы и дрыгая правой ногой. Явно нервничает. Значит, дело серьёзное. – На молоденьких потянуло, старина? – широко улыбнувшись, шутит Тарьей, но посмотрев на растерянное лицо брата, его улыбка сникла. Да, определённо всё серьёзно. – Неужели это так заметно? – Йоханнес нахмурился, приложив палец к губам. – На самом деле не знаю, но я смотрел церемонию награждения, – старший Бё что-то вбивает в телефоне, открывает в полный экран видео, перемотав на нужный момент. – Лучше сам посмотри на себя со стороны. Йоханнес берёт чужой телефон из рук и внимательно смотрит. Мало того, что норвежец вышел с несвойственным ему опозданием, так он всё это время не отрывал глаз от Эрика, словно пронизывал, а затем поедал. Это нельзя списать на обычную задумчивость. Взгляд чётко устремлён на Перро, следящий за каждым малейшим его движением. Губы Йоханнеса сильно сжались, напоминая обычную чёрточку в тетради. Он возвращает телефон брату и закрывает лицо руками. – Не думаю, что кто-то придаст этому значение, – Тарьей пытается утешить младшего брата, положив тому руку на плечо. Прозвучало искренне, потому что старший Бё действительно так думал. – Но ты же не будешь просто сидеть и изводить себя мыслями о нём? Йоханнес поднял на брата нечитаемый взгляд, внимательно слушая. – Напиши ему, предложи поделать что-нибудь вместе, пообедать, не знаю, неважно что. Тебе же нужно разобраться с своих чувствах, – говорит Тарьей и начинает немного раздражаться. Почему ему приходится объяснять такие очевидные вещи? – Что ты как маленький в самом деле? Давно Тарьей его не отчитывал. Наверное, в последний раз такое было, в подростковом возрасте. Поэтому Йоханнес немного удивился. Повисла неловкая пауза. Младший Бё обдумывал, что ему сказал брат. На самом деле, у него были планы как-то пересечься вне соревновательной деятельности. Вот только около него постоянно трётся Эмильен. В принципе в этом нет ничего такого. Ему же нужно всего лишь душевно поговорить. Правда, Жаклен точно помешает дружескому общению перетечь в романтическое. Если, конечно, к этому всё будет идти. Ладно, для начала стоит начать хоть что-то. Йоханнес молча встаёт, берёт телефон с тумбочки, открывает Инстаграм. Оказывается, он был даже не подписан на Эрика! Теперь всё понятно. Он полистал его профиль и решил оставить пару лайков на последних фотографиях. Было бы неплохо поставить на всех, а ещё написать пару комментариев, но это уже точно перебор. Йоханнес нажимает на кнопку «подписаться», затем открывает директ. Он никогда не испытывал какой-либо проблемы в общении. Всегда открыто и легко со всеми общался, знакомился и быстро находил общий язык. Однако сейчас впервые почувствовал маленькую нервозность. Благо она не помешает начатому.Приветик, Эрик:)! Не хочешь сегодня поужинать вместе:)?
Йоханнес отправляет сообщение. Он старался выглядеть максимально дружелюбно, поэтому смайлик после каждого предложения полагается. – Теперь ждём ответа, – гордо заявляет младший Бё и смотрел на экран телефона. Тарьей слабо улыбнулся. Ему тоже интересно, во что это выльется.***
Закрыв дверь, Эрик облегчённо выдыхает. Наконец-то пристальное внимание со всех сторон прекратилось. Даже толком не раздевшись, он ложится на просторную двуспальную кровать, прикрывая глаза. Всё-таки ему повезло, что он один в номере. Сначала хотелось возмутиться и попросить Кентена поменяться с ним, но сейчас счастлив, что этого не сделал. Эмильен, конечно, хороший друг: всегда поддержит, развеселит, поднимет настроение, – однако от него тоже нужен отдых. Хотя бы небольшой. Эрик снова смеётся над своими глупыми мыслями. Да что же с ним сегодня? Так сильно ударила радость в голову от победы? Видимо, да. Плюс один вопрос: «Как Йоханнес не сходил с ума от такого количества дофамина после каждой победы, особенно вначале своего пути?». Эрик тяжело вздыхает и понимает, что многие вопросы останутся без ответов. В куртке, которую он только расстегнул, становилось жарковато. Перро встаёт с кровати и наконец-то снимает уличную одежду. Надо бы ещё сбегать в душ, а потом поесть, поболтать с коллегами по сборной и тренерским штабом. Как много дел. Была бы его воля, Эрик прямо сейчас просто лёг бы в мягкую постель и спустя секунд тридцать уснул бы. Перед началом выполнения своего «списка дел», он решает просмотреть, какие фотографии получились с сегодняшней гонки, чтобы выложить пару постов. Однако Эрик останавливается, даже ещё не разблокировав телефон. Сердце забилось сильнее, руки немного затряслись. Йоханнес Бё на него подписался? Поставил лайки на его фотографии? Это сон? Конечно, в этом нет ничего такого. Сам Перро много, на кого подписан и подписывается, когда кто-то как-то себя проявляет. Обычная ситуация. Не стоит строить ложные надежды. Стоп. Он ещё написал ему?! Не может быть! Просто не может быть! Француз быстрым движением вводит пароль, даже не раздражаясь от немного кривой работы «Face-ID», и заходит в Инстаграм. И вправду написал. Наверное, ещё раз поздравил его с победой. Приветик, Эрик:)! Не хочешь сегодня поужинать вместе:)? Эрик громко сглатывает слюну и просто таращится в экран. Человек, кем он восхищался долгое время, мечтал стоять на одном пьедестале почёта и старался равняться на него, приглашает поужинать? Если бы ему такое сказали года три назад, он бы сказал этому человеку больше так жестоко не шутить. Теперь же это реальность. Он поймал себя на мысли, что уже больше минуты не отвечает и просто смотрит на сообщение, практически не моргая. «Так, Эрик, сохраняй спокойствие. Если ты хочешь стать таким же великим, нужно держать голову холодной!».Привет! Да, я не против!
Эрик не успевает перевести дух, как практически сразу приходит ответ. Супер! Тогда через полчаса на первом этаже:)?Окей!
Эрик сразу же выбрасывает телефон из рук и бежит в душ. Желание поспать, как рукой сняло, а усталости как будто бы и не было. У него совершенно мало времени!***
Йоханнес стоял около лестницы и поглядывал на часы. Он пришёл чуть-чуть пораньше, за пять минут до встречи, потому что сидеть в номере стало не выносимо. Слишком сильно хочется встретиться. И поесть, само собой. Оставалось надеяться, что Эрик придёт тоже раньше назначенного времени. Однако этого не произошло. Прошло ровно полчаса с их договорённости, но нужный человек всё ещё не спускался. Йоханнес нервно кусает нижнюю губу практически до крови. Терпение на исходе. – Привет, извини, я задержался немного, – наконец-то, чуть ли не слетая с лестницы, прибегает Эрик. Его волосы выглядели немного влажными, однако менее красивой укладка от этого не стала. – Ничего, я сам недавно подошёл, – слабо улыбается младший Бё и обращает внимание на другого француза, который медленно спускался за Перро. Ну, конечно. Куда же мы без Эмильена? – Привет, Эмиль, – всё также улыбаясь, здоровается Бё, как ни в чём не бывало. Хотя было бы славно, если бы тот просто прошёл мимо. Жаклен делает паузу и выдавливает доброжелательную улыбку. Второй раз за день. – Приветик! Давайте уже пойдём, а то я помираю с голоду, – говорит Эмильен и быстрым шагом направляется в сторону столовой. Йоханнес краем глаза замечает взгляд француза то ли в пол, то ли в вперёд, но ясно одно. Читался гнев и негодование. Неужели...? – Гонки так выматывают, – норвежец не успевает додумать, его внезапно «перебивает» Эрик. – После них я готов хоть корову целиком съесть. Бё тихо смеётся и полностью соглашается, добавляя, что по ощущениям одной коровы ему будет мало. Они продолжают обсуждать еду и решать, кто что будет есть. Йоханнес пока ещё не определился, что будет. Впрочем, как и Эмильен. А вот Эрик подробно рассказал, как поест вкусный картофельный суп, потом закусит всё говяжьем стейком с макаронами в сыре и простым овощным салатом. А, и, конечно же, сок! Виноградный! Это обсуждение определённо разрядило обстановку между тремя спортсменами. Жаклен не выглядел таким напряжённым и делился своим мнением насчёт той или иной кухни, а также шутил. Некоторые шутки даже показались Йоханнесу смешными. В столовой, на удивление, было не так много людей. Многие столики пустовали, поэтому спортсмены сразу же заняли один из них, после чего Эмильен и Эрик сразу же пошли выбирать себе еду. Йоханнес же пошёл чуть-чуть позже, сообщив брату, что Жаклен не отлипает от Перро. Взяв поднос, младший Бё берёт суп, картофельное пюре с куриными котлетками, ягодный морс и пытается грамотно расположить их на подносе. Всё же он был недостаточно большим. Как и ожидалось, Йоханнес вернулся последним. Он молча садится рядом с Эриком, не вникая в разговор, который тот вёл с Эмильеном. Бё плохо знает французский. Он принялся сразу же есть, понимая, как сильно проголодался. Мысли о Перро заставили его желудок явно помучиться. Теперь же норвежец вынужден заглаживать свою вину, чему он всё же рад. – Йоханнес, я всегда хотел спросить, – внезапно начинает говорить Эрик. В его голосе чувствовалось волнение, однако менее приятным он от этого не стал. Бё сразу же переводит свой взгляд с еды на Перро. – Как тебе удаётся быть в такой прекрасной форме весь сезон? Вроде бы обычный вопрос, но норвежец немного удивился. – Грамотно распределяю свои силы перед сезоном, – Йоханнес решает ответить универсально. Как-то не хотелось прям что-то рассказывать, потому что рядом сидел Эмильен, который также внимательно слушал. – А конкретнее? – с любопытство спрашивает Эрик. По его глазам было заметно, как ему интересно, и он хочет знать всё в деталях. – Я не раскрываю своих секретиков, – игриво говорит Бё и портит укладку, которую так старательно делал Эрик, зарывшись в его тёмные волосы. Мягкие. Перро немного краснеет и тоже смеётся. Эмильен сжимает челюсти и заодно вилку. – Но, если хочешь, можем завтра вместе потренироваться. – Правда? Я только за! – искренне радуется Эрик и переводит свой взгляд на Жаклена, который ещё чуть-чуть и взорвётся от переполняющих его эмоций. – Не хочешь с нами, Миль? – Нет, у меня кое-какие дела будут с утра – твёрдо отвечает второй француз и быстро поднимается со стула с подносом. Вроде бы он всё доел. Норвежец не успел посмотреть. – Ну ладно, – растеряно бормочет Перро. Йоханнес ухмыляется. Значит, он прав. Спустя минуту Эмильен возвращается и говорит, что пойдёт в номер, но уже привычным, более-менее спокойным тоном. Никто не возражал. Они с Эриком остались вдвоём и молча доедали свой ужин. Еда была на столько вкусной, что ни один из парней не хотел как-то отвлекаться на разговоры. Однако неловкая пауза тоже напрягала. – Мне серьёзно можно потренироваться с тобой? – положив последний кусочек себе в рот спрашивает Перро. Скорее, он озвучил вопрос для себя, потому что до сих пор не может поверить в происходящее. – Ну да, – невозмутимо отвечает Йоханнес. – Что-то не так? – Нет-нет, всё нормально! Просто, казалось, что я только вчера начал свой путь в профессиональной карьере, впервые победил на юниорских соревнованиях, а уже тренируюсь с одним из лучших биатлонистов мира. Фантастика какая-то, – Эрик рассказывал это с таким воодушевлением, что Бё невольно улыбнулся. Какой же он милый. Норвежец внезапно коснулся его гладкой щеки. Француз замер, а сердце чуть не остановилось. – Теперь ты не тот мальчик, который только-только встал на лыжи и трясущимися руками держал винтовку. Сейчас ты уже являешься частью большой биатлонной семьи, – он делает паузу, завороженно утопая в чужих глазах. Как же они прекрасны. – Так что привыкай. И да, спасибо за «великого»! Мне приятно такое слышать! – он хотел добавить «от тебя – особенно», но вовремя остановился. На щеках Эрика появился небольшой румянец, и он облегчённо засмеялся. Ему хотелось обхватить руку норвежца и несильно сжать, но тот быстро её убирает. Йоханнес вспоминает, где находится и что происходит. Однако факт того, что француз не оттолкнул его и не попытался увернуться от прикосновения радует. Даже очень. Они поставили свои подносы с пустыми тарелками на специальную металлическую тележку и вышли из столовой. По пути к лестнице они встретили пару спортсменов из Германии и мило поговорили с ними. Наврат с Кюном поздравили Эрика ещё раз с победой, а Йоханнеса – с серебром, и они разошлись, пожелав немцам «приятного аппетита». Дойдя до второго этажа, Перро останавливается. Йоханнес даже сначала чуть не убежал на третий, но заметив, что его «коллега» остановился, спустился на несколько ступеней вниз. – У меня номер на втором этаже, – говорит Эрик. – Спасибо, что пригласил меня поужинать и на тренировку! Я обязательно приду! – Спасибо, что согласился, – Бё улыбается одним уголком губ. – Тогда до завтра. – Ага, пока, – прощается Перро и идёт в сторону своего номера. Йоханнес специально не поднимается к себе, а следит за французом. Тот прошёл несколько метров, не оборачиваясь назад, и открыл нужную дверь ключ-картой. Норвежец прошёлся по коридору, чтобы запомнить номер комнаты. Он как можно тише идёт по ковру и смотрит на цифру. Двести пятый. Чтобы не забыть, он записывает его в заметках, возвращаясь к лестнице. Хотя вряд ли он забудет такую информацию.***
Следующее утро встречало Йоханнеса неприятным звуком будильника, который он собирался поменять, но так этого и не сделал. Ему приходится открыть глаза и взять телефон, чтобы отключить эту надоедливую мелодию. Время восемь. Обычно Йоханнес предпочитает вставать куда позже, однако ради Эрика придётся начать тренировку пораньше. Тарьей уже проснулся: судя по журчанию воды из ванной комнаты, его брат находится именно там. Младший Бё трёт глаза, потому что они снова начали слипаться из-за небольшого «смещения» режима. Он даже не особо хочет моргать, ведь потом сложнее открывать глаза. Раз ванная занята ничего не остаётся, кроме как залипать в телефоне. Спустя пару минут выходит Тарьей и удивлённо смотрит на Йоханнеса. – Ты уже встал? – старший Бё смотрит на часы. – Вы же только через полтора часа встречаетесь. – Чтобы уж наверняка, – всё ещё сонным голосом произносит Йоханнес и подавляет уже третий зевок за эти пять минут. – Хотя лучше бы я встал попозже. Такое ощущение, что ещё чуть-чуть и засну прямо с открытыми глазами. – Зато на завтрак успеешь, а не как обычно, – улыбнувшись, произносит Тарьей и уже собирается одеваться, чтобы пойти поесть. – Тебя ждать? – Ага, дай мне минут десять, – встав с кровати, говорит младший Бё и быстрым шагом идёт в ванную комнату. Тарьей кивает и садится на свою кровать. Спустя полчаса братья сидят в столовой и завтракают. Йоханнес всё ещё не взбодрился, поэтому моментами смотрел на вкусный омлет, елозя вилкой по тарелке, тем самым вызывая у старшего брата недовольные возгласы. Надо было выбирать удобное для себя время! Любой бы биатлонист согласился потренироваться с Бё в какие угодно часы, минуты и секунды. Да и сам Йоханнес в своё время не отказался бы от такого предложения, допустим, от Мартена Фуркада или Бьёрдалена. – Всё высматриваешь? – ухмыльнувшись, спрашивает Тарьей, наблюдая, как Йоханнес смотрит то на выход, то на зал. Младший Бё только вздыхает и наконец-то доедает омлет, запив его чаем. Он действительно надеялся случайно пересечься, но в группке французов были все, кроме самого Эрика. Видимо, только на тренировке получится встретиться. Жаль. Братья Бё молча относят подносы и направляются в свой номер.***
Йоханнес стоял рядом с началом трассы и осматривался. Некоторые спортсмены уже начали свой тренировочный процесс. Тарьей решил долго не задерживаться и почти сразу же стартовал, напоследок постучав по плечу младшего и сказав «удачи». Йоханнес только кивнул и продолжил стоять, иногда двигая ногами, чтобы не замерзать. Благо прохладный слабый ветер, который бил по щекам, помог норвежцу окончательно проснуться, и теперь он полностью готов к работе. Правда, Эрика всё не было. Йоханнес смотрит на часы. Опаздывает на десять минут. Он хмурится. Может, что-то случилось? Хотя Перро ему вроде ничего не писал. Только младший Бё собирался поехать к своей сумке и проверить мобильный, как вдруг к нему самому подбегает молодой человек в синей форме и как можно быстрее пытается закрепить лыжи. – Привет, извини за опоздание, – отдышавшись, быстро произносит Эрик и виновато смотрит на Йоханнеса. Тот подмечает, что у француза появились еле-заметные мешки под глазами. – Ничего страшного, – улыбнувшись, говорит норвежец и решает не допытывать Эрика, почему тот опоздал. Хотя очень хотелось. Они двинулись по уже знакомой трассе. Йоханнес начинает, как и всегда: сначала медленно, а затем постепенно наращивая темп. Он даже забыл, что тренируется в паре. Йоханнес смотрел только вперёд, слушал приятный хруст снега и сосредоточенно действовал по своему плану. Спортсменов почти не было, поэтому не приходилось лишний раз напрягаться для обгона. Внезапно начался снег. Маленькие пушистые хлопья красиво и медленно опускались на ветки хвойных деревьев, которые и без того были окутаны в белое одеяло. Зима – очень красивое время года! Каждый раз Йоханнес не устаёт восхищаться этими снежными пейзажами. Особенно в родной Норвегии они прекрасные! Надо будет покататься там вместе с Эриком. Кстати, об Эрике. Спустившись по склону, Йоханнес поворачивает голову и не обнаруживает там француза. Он тормозит и останавливается. Бё на столько увлёкся, что не заметил, как Перро отстал. Спустя несколько секунд наверху появляется Эрик. Тот замечает Йоханнеса, который стоял на трассе и смотрел в его сторону. Француз не понимает, что происходит, поэтому тоже останавливается рядом с норвежцем. – Что-то случилось? – немного обеспокоенно спрашивает Эрик. – Просто заметил, что тебя нет, поэтому решил подождать, – улыбнувшись, отвечает Йоханнес и подъезжает на лыжах поближе к Перро. – Извини, я пока не привык к такому темпу, – извиняется Эрик и смотрит, как снег продолжал медленно падать. – Красиво, не так ли? – Ага, – соглашается Йоханнес и решает ненавязчиво приобнять француза за плечо, несильно его сжимая. – В Норвегии тоже невероятно красиво. Что зимой, что летом. – Я знаю. Иногда ездил в мамину родную деревню, – говорит Эрик, а приятные детские и не только воспоминания грели душу. – Но на самом деле, я давно там не был. – Ого, так ты, оказывается, наполовину норвежец, – удивляется Йоханнес. – Почему Францию выбрал? – Ну, я тут родился и вырос, так что на самую маленькую капельку я больше француз, – улыбнулся Эрик, задумавшись о чём-то. Снег продолжал кружиться, а слабый ветерок помогал снежинкам двигаться в разные стороны. Конечно, стоило продолжить дальше тренировку, потому что спортсменов, которые стали потихоньку подтягиваться, станет больше на трассе, и уже скоро они будут выглядеть подозрительно, просто стоя в узком проёме. Но младшего Бё это не волнует. Он внимательно рассматривает лицо француза, на которое падали снежинки. Причём они почти все имели полный и идеальный узор, а не были немного «сломанными» по краям. Поддавшись моменту, Йоханнес осторожно касается чужого лица, поглаживая большим пальцем место, где только что растаяла снежинка о тёплую кожу. – Й-Йоханнес? – голос Эрика немного задрожал от волнения и неожиданности. Он не отрывает взгляд от холодно-голубых глаз, в которых ничего не читалось. Они оба практически не моргали. Первым «битву» проиграл Бё, опустив свой взгляд на розовые губы. В какой-то момент он приблизился к ним, желая наконец-то прикоснуться, но останавливается. Перро немного прикрывает глаза и приоткрывает рот и сам начинает двигаться на встречу своей мечте, как вдруг норвежец внезапно берёт его за плечи и отстраняет от себя отвернувшись. Эрик удивлённо на него смотрит и не понимает, что происходит. – Продолжим. Скоро тут будет много народу, а мы будем мешать, – только и сказал Бё и сразу же оттолкнулся палками, начиная движение. Француз какое-то время смотрел ему в след, переосмысливая, что могло произойти дальше. И без того красные щёки из-за мороза стали ещё больше алеть. Не может быть, неужели Йоханнес хотел его... Эрик сглатывает и мысленно даёт себе подзатыльник. Нет, он себе нафантазировал какой-то бред и теперь выдаёт желаемое за действительное. У этого поступка точно есть какое-то объяснение. Сейчас тяжело понять, какое именно, но оно точно есть. Заметив, что норвежец уже далековато от него, Перро поправляет шарфик и быстро начинает движение. Сейчас не время захламлять себе голову. Тем более такими наивными мыслями. После окончания тренировки, Эрик поблагодарил Йоханнеса, и они разошлись. Младший Бё совершенно не понимал, что у него творилось в голове в тот момент. Зачем он прикоснулся к его лицу, а потом ещё потянулся навстречу, чтобы поцеловать! Так и ещё посередине трассы, где их мог кто угодно заметить! Очень недальновидно с его стороны. Благо вовремя опомнился. Но одно ясно точно: он смутил Перро своими действиями. Теперь тот точно будет избегать его и с недоверием оставаться наедине. Хотя единственный, кто сейчас избегает – это сам Йоханнес. На «Спасибо большое за тренировку! Это честь для меня!» он лишь кивнул, даже не попрощавшись, и сбежал. Как жалко. Так поступают чемпионы? Конечно нет! Нужно будет обсудить эту ситуацию и сознаться, зачем же он так поступил. Через несколько часов уже масс-старт. Значит, придётся поговорить вечером.***
Йоханнес прибегает с лыжами в первый ряд, кладёт их на снег и ещё немного разминается. Он готов стартовать хоть сейчас, но до официального начала масс-старта оставалось пять минут. Долго. Обычно к началу гонок он подходит с максимально холодной головой, но не сейчас. Бё до сих пор переживает за Эрика. Он сжимает губы. Как бы эта ситуация не сказалась на французе. Перро стартует четвёртым. Прямо за норвежцем. В красной майке. Лидер зачёта по дисциплине «масс-старты» на данный момент. Сегодня может всё измениться. Младший Бё застёгивает лыжи, опускает специальные очки на глаза и нетерпеливо протыкает палками снег. До гонки оставалось меньше минуты. Он готов. Раздаётся выстрел, и спортсмены сразу же начинают движение. Мысли об Эрике немного отступили на второй план. Сейчас нужно только победить. И точка. Йоханнес полностью концентрируется на гонке. Практически не обращает ни на кого внимание, а двигается в своём темпе. В любом случае, всё решит стрельба, а к ней нужно постепенно сбавлять темп. Первая стрельба. Йоханнес ложится на первый коврик, изготавливается и стреляет. Чисто. Он быстро поднимается и пытается краем глаза увидеть, как дела у Эрика, но у него не получается так быстро найти нужные мишени, однако француз закончил стрелять с ним в одно время. Боковым зрением он замечает, что Перро заехал на круг. Жаль. Йоханнес первый за ним его соотечественники Лагрейд и Сорум. Тоже достойные соперники. Вторая стрельба. Первые четыре выстрела– чисто. Осталась последняя мишень. Младший Бё сделал паузу, прицелился, нажал на курок. Промах. Йоханнес немного кривит лицо и отправляется на штрафной круг. Ничего страшного. Он пролетит этот несчастный круг, даже не заметив, а потом будет отыгрывать отставание. Хочется победить. Очень сильно хочется. Третья стрельба. Первая стойка. Его соотечественники в том числе и его брат почти все отстрелялись. Теперь его очередь. И снова промах последним выстрелом. Да что это с ним? Вроде нет особо сильных порывов ветра. Так почему он промахивается в таких простых ситуациях? Он кусает нижнюю губу и уже даже не смотрит в сторону других ковриков, пытаясь найти Эрика. Теперь это уже не важно. Ситуация критическая. Он снова пролетает штрафной круг и изо всех сил пытается отыграть максимальное количество времени перед решающей стрельбой. В последний раз он точно отстреляет чисто. Иначе нельзя. Четвёртая стрельба. Последняя. Тарьей промахивается. Сёрум промахивается дважды. Лагрейд тоже промахивается. Это шанс! Первый выстрел. Сразу промах. Чёрт! Остальные четыре мишени закрываются. Сегодня он снова не победит. Или же? Нет, он точно не возьмёт золото, но что насчёт серебра? За него ещё есть шанс побороться. А хватит ли времени? Вопрос хороший. Даже, если нет, переставать бороться точно не нужно! Изо всех сил Йоханнес толкается палками о снег. Он обгоняет не особо быстрого Лагрейда и видит только спину Ритмюллера, который отдаёт всего себя, чтобы завоевать своё первое личное серебро, да и в целом первый подиум в своей карьере. Младший Бё к нему приближается, но очень медленно. У них почти одинаковый темп. Трассы не хватит. И вот уже финишная прямая. Тарьей уже пересёк красную ленту и радовался своей победе с публикой. Затем финишировал Ритмюллер, который был также очень рад своему результату. Возможно, больше, чем сам старший Бё. Йоханнес третий. Такое себе, но его гнев на себя сменяется на радость за брата, который впервые победил в этом сезоне. Быстро сняв лыжи и взяв их с собой, он подходит к брату. – Поздравляю! – максимально искренне произносит младший Бё, параллельно смотря на финишную прямую. Эрика всё ещё нет. – Спасибо, тебя тоже! Старший, значит, лучший, и я снова это доказал! – шутит Тарьей, и они вместе смеются. Теперь очередь поздравить Ритмюллера и своих соотечественников, которые заняли оставшиеся три места. Пожимая всем руки и говоря приятные слова, Йоханнес наконец-то замечает Эрика, который финишировал только одиннадцатым. Это же не из-за утренней ситуации? Перро почти сразу снимает лыжи и идёт всех поздравлять и благодарить за гонку. Очередь доходит до младшего Бё. Они в окружении других спортсменов, поэтому не получится спросить на прямую: «Это из-за меня?» – Поздравляю с очередным подиумом, – устало улыбается Эрик и жмёт руку норвежцу. – Спасибо, – коротко отвечает Йоханнес и смотрит в уже родные глаза. Однако француз отвёл взгляд куда-то в бок, и первым отпустил чужую ладонь. Понятно. Значит, из-за него. Очередная церемония награждения. В очередной раз всем вручили медали и небольшие подарки. В очередной раз всех фотографируют. Даже не на чем свой взгляд задержать. Эрика-то нет. Йоханнес незаметно тяжело вздыхает. Хочется уже уйти, отдав свою бронзовую медаль болельщикам. – Сейчас пойдёшь к нему в номер? – внезапно спрашивает Тарьей. – Не прям сейчас, но да, – тихо отвечает Йоханнес. – Надо всё прояснить. – Удачи тебе тогда. Потом мне всё расскажешь. – улыбается старший Бё и хлопает брата по плечу. Младший Бё тоже улыбается и уже пытается примерно «набросать» у себя в голове, что он будет говорить.***
– Тебе не кажется, что Йоханнес какой-то странный в последнее время, – спрашивает Эмильен и садится на край кровати. – Что ты имеешь ввиду? – спокойно отвечает Эрик, читающий в этот момент книгу. Он собирался сразу же лечь спать, чтобы хоть чуть-чуть восполнить силы после гонки, но так и не смог уснуть, поэтому решил немного почитать. И вот только он открыл нужную страницу, сосредоточившись, как вдруг без стука заходит Эмильен и задаёт вот такой вопрос. Класс, теперь он снова вспомнил, как норвежец его чуть не поцеловал! Спасибо, Эмиль! – Он как-то странно на тебя смотрит, постоянно касается тебя, – Жаклен хотел уточнить, как именно, ведь он видел, как Йоханнес тянулся к лицу Эрика, но остановился. Очевидно, зачем. Тогда в нём вспыхнула такая ярость! И вот сейчас она снова начинает закипать. Эмильен сжимает руку в кулак. – Неужели ты не заметил? – Я тебя не понимаю, – Эрик начинает раздражаться. Ему точно не дадут спокойно почитать, а потом и чуть-чуть вздремнуть. Эмильен замолкает, опускает свой взгляд на пол, рассматривая узор на ковре, и пытается подобрать слова. Со стороны он действительно выглядит странно. – Просто, – Жаклен делает очередную паузу. Как бы правильно объяснить не признаваясь? – Просто, я беспокоюсь за тебя. – Он аккуратно кладёт свою руку на чужую, слегка поглаживая. Перро дёргается, закрывает книгу, откладывает её на тумбочку и окончательно переводит свой взгляд на Эмильена. Тот смотрел максимально серьёзно. Нечасто такое увидишь в его глазах. По спине Эрика пробежал лёгкий холодок. На столько непривычно. – Я серьёзно, – Жаклен продолжил говорить голосом ниже, чем обычно. – Йоханнес, конечно, славный парень, но у меня плохое предчувствие. Эмильен сжимает чужую ладонь сильнее, чем следовало, вспомнив поведение норвежца. Все эти взгляды, так и кричащие о симпатии, личные встречи, очевидно, с недружеским подтекстом, недвусмысленные касания, которые заметил, видимо, только сам Эмильен, потому что они с Йоханнесом похожи как никогда. Как же бесит. Он намеривается отобрать его главное «золото»? Да чёрта с два! Эрик больно вскрикнул, потому что Жаклен сейчас чуть ли не ломает ему пальцы. Он резко вырывает свою руку и злобно смотрит на коллегу. – Да что с тобой? – чуть ли не кричит Перро, пытаясь вразумить своего друга. – Пришёл ко мне, прогнал какой-то бред, а теперь чуть руку мне не повредил! – Извини, но это не бред, – Эмильен закрывает рот, поняв, что ничего не добьётся своими объяснениями, а признаваться он ещё не готов. Какой же всё-таки трус. Он тяжело вздыхает и встаёт с кровати. – Хорошо. Я тебя понял. Только потом не говори, что я не предупреждал. Жаклен быстрым шагом покидает чужой номер, проходит пару дверей и заходит к себе. К счастью, Кентена не было ни в комнате, ни в ванной, поэтому можно дать волю эмоциям. Он понимает, что такой глупой манипуляцией ничего не добьётся, и Эрик не бросится к нему в ноги, останавливая и извиняясь. Он не такой. Как так получилось, что он влюбился в него? От досады Эмильен почти со всей дури бьёт кулаком о стену. Боль приятно пульсировала на костяшках. Стало немного легче. Ему всё равно, что кто-то испугается и придёт проверить, всё равно, если останется вмятина и придётся возмещать ущерб, всё равно, если он снова получит травму руки и не сможет какое-то время выступать на соревнованиях. Всё равно. Просто всё равно. Уже как полчаса Эрик пытался сосредоточиться на чтении, но буквы с трудом составлялись в слова, а строчки немного расплывались. Из головы не выходила ссора с Эмильеном. Он так и не понял, что тот хотел ему сказать, и не понимал такой его агрессивной реакции. Что такого в том, что Йоханнес на него как-то не так смотрит? Вряд ли же он хочет как-то испортить ему карьеру, поэтому опасения Эмильена высосаны из пальца. Однако некоторые моменты всё ещё не поддаются объяснению. Хотя бы сегодняшняя тренировка. Это был определённо странный жест. Бё точно начал наклоняться к нему, смотрев на губы. Другие объяснения так и не лезли в голову. Да и в столовой норвежец гладил его лицо. Конечно, нельзя утверждать точно, но Эрик ни разу не видел, чтобы Йоханнес к тому же Эмильену так обращался или к коллегам по команде. Нет. Только с ним так. Сердце затрепетало, а предложения в книге совершенно полностью потеряли смысл. Так всё-таки Йоханнес его... В дверь слабо постучали. От неожиданности Эрик аж легонько подпрыгнул. Это точно не Эмильен, потому что тот обычно заходит без стука. Может, Кентен? Однако тот всегда звонит и предупреждает, что сейчас зайдёт. Перро берёт телефон с тумбочки, проверяет уведомления и хмурится. Никто ему не звонил и не писал в последнее время. Кто же это тогда? Может, ошиблись номером? Или ему вообще показалось? Стук снова повторился, но уже настойчивее и громче. Эрик всё же подходит к двери, сразу же её открывает. Его глаза расширяются от удивления, потому что перед ним стоял никто иной, а сам Йоханнес Бё, который неловко улыбался. Перро застыл на месте и просто смотрел на норвежца, пытаясь понять, что он тут делает. – Можно? – спрашивает Йоханнес, заглядывая вглубь комнаты. «Вроде бы там одна кровать, и Эмильена нет». Это радует. Придя в себя, Эрик отходит в сторону. – Д-да, конечно, – младший Бё проходит внутрь комнаты и садится на просторную кровать ближе к подушкам, ожидая француза. Он на секунду перевёл взгляд на тумбочку, где лежала закрытая книга с привлекательной обложкой. Она была на английском, судя по названию. «Сборник. Футбол» автор Дёрти. «Ну и псевдоним», – слегка скривив лицо, подумал норвежец. Сначала Йоханнес надеялся, что ему показалось, но там действительно было это слово. – Что-то нужно? – Эрик садится рядом на край кровати. Хоть его усталое лицо выражало спокойствие, внутри него бушевала буря из различных эмоций: начиная от банальной нервозности и смущения, заканчивая страстным желанием прикоснуться к интимным местам норвежца, которые манили его долгое время. Перро прикусывает щёку изнутри, чтобы вернуться в реальность. – Это из-за сегодняшнего? – сразу спрашивает Йоханнес и серьёзно смотрит на Перро. – Что? – не понимает Эрик и хмурит брови, вспоминая, что вообще сегодня происходило странного, помимо утренней ситуации. – Из-за случившегося на тренировке ты выступил так плохо? – голос Бё звучал требовательно, ожидая услышать ответ, но при этом с нотками беспокойства. – Нет-нет, это не так! Вернее, не совсем, – чуть ли не кричит Эрик, затем понижает голос. – Конечно, случившееся повлияло, но совсем чуть-чуть. Я в целом сегодня плохо спал, поэтому именно это сказалось на результатах. Бё поджимает губы. Ему хотелось ударить себя со всей силы. «Конечно, случившееся повлияло». Дальше предложение Йоханнес будто бы не услышал, зациклившись только на этих первых словах. – Если честно, – неловко начинает Эрик прежде, чем норвежец успевает что-то сказать, – я не мог уснуть, потому что предвкушал эту нашу встречу. Сердце так сильно колотилось. Мне было тяжело успокоиться. Я, – щёки француза залились лёгким румянцем, он пристально посмотрел на Бё, – я не мог дождаться, когда смогу провести тренировку с таким спортсменом, как ты. – Ах, вот в чём дело, – Йоханнес издал смешок облегчения. – В любом случае, прости за случившееся. Я не должен был так себя вести, смущать тебя и всё в этом духе. Но, – он делает паузу, пытаясь подобрать слова, – скрывать свои чувства я не могу. Эрик, ты мне нравишься. Это была любовь с первого взгляда. Когда ты до последнего боролся со мной в пасьюте, когда вырвал победу из моих рук, когда мы обменялись рукопожатием, я всё понял. Абсолютно всё. Ты можешь считать меня ненормальным и странным, но ты должен был это зна... – Повтори, – перебивает его Эрик. Лицо француза напоминало по цвету спелый помидор или клубничку. Его щёки горели, а дыхание как будто бы стало интенсивнее. – Что повторить? – до младшего Бё не сразу дошло. – Ты мне нравишься? Перро продолжал молчать и смотреть в пол. А ведь действительно узоры на ковре были красивыми, но Эрику было не до них. Он до сих пор не может поверить, что это не сон, что человек, которым он восхищается во всех смыслах, признаётся ему. Йоханнес всё понял, слабо улыбнулся, подвинулся ближе к Перро, соприкасаясь коленями, и приобнял его за плечо, шепча в самое ухо: «Ты мне нравишься». Жар чужого дыхания приятно защекотал ухо, а по всему телу пробежали мурашки. Эрик громко выдохнул через нос и перевёл свой взгляд на Йоханнеса. Его лицо продолжало пылать, а из глаз так и искрилась уверенность, смешенная с сильным желанием и даже возбуждением. Такой взгляд Перро начал медленно блуждать по всему телу норвежца, остановившись на его паховой области. Бё похотливо ухмыляется, положив свою руку на чужое бедро, слегка поглаживая. Эрик берёт лицо норвежца в руки и притягивает к себе. – Ты мне тоже очень нравишься, Йоханнес, – в самые губы шепчет Перро. – Даже не представляешь, на сколько сильно. После этих слов Эрик сразу же целует Йоханнеса, попутно перемещая свои руки на его мощные плечи и пересаживаясь к нему на колени. Бё падает на широкую мягкую кровать, обнимая Эрика за спину и продолжая страстно впиваться в его губы, иногда зверски их покусывая. Перро издаёт тихий полувзох-полустон и покорно открывает рот ещё шире, чтобы чужой язык соприкоснулся с его. Руки младшего Бё блуждали по спине француза, плавно спускаясь к его упругим ягодицам, несильно сжимая. Француз тихо постанывал в поцелуй не в силах оторваться от столь желанных губ, словно голодный вампир, увидевший человеческую кровь. Прижимаясь тазом как можно сильнее, он тёрся своим пахом о чужой, ощущая приятное скапливающееся тепло в сердце и внизу живота. Эрик первым прерывает страстный и влажный поцелуй, отстраняясь и тяжело дыша. Йоханнес тоже переводит дыхание и оставляет лёгкий «чмок» на шее, после чего смотрит на Перро. Взгляд того был немного расфокусирован, а рот продолжал хватать воздух. Бё ухмыляется. – Знаешь, я не только в гонках люблю брать инициативу, – хриплым голосом игриво произносит он и, пользуясь замешательством Эрика, ловким движением переворачивает француза под себя, нависая сверху. Губы сами потянулись к шее и принялись её ласкать лёгкими покусываниями и влажными поцелуями. Эрик охает, прижимая Йоханнеса к себе и полностью сосредотачиваясь на ощущениях. Это не сон, это не сон! Прямо сейчас он чувствует влажные губы на своей шее, которые ласкают уже раскалённую кожу, иногда всасывая её, чувствует чужое «возбуждение» через свои не особо плотные серые штаны, которое потирается о его пах, чувствует, в конце концов, горячее тело, которое прижимает его к кровати, и которому он позволяет делать с собой почти всё, что угодно. Младший Бё приподнимает чужой край футболки и некоторое время рассматривает голое тело. Плоская грудь, хаотично вздымающаяся вверх-вниз из-за сбившегося дыхания, подтянутый живот, который повторял движения грудной клетки, заметные кубики пресса, по которым так и хочется провести ладонью и почувствовать неровность идеальной самодисциплины – как же это всё идеально сочеталось друг с другом. Вроде бы ничего такого: так и должен выглядеть профессиональный спортсмен, но у Йоханнеса при взгляде на это идеальное тело и без того вставший член приятно пульсировал и набухал. Он аккуратно поглаживает чужую грудь, намеренно дотрагиваясь до выпирающих сосков, тем самым заставив Эрика громко выдохнуть и слегка изогнуть спину, поддаваясь вперёд. Ладонь медленно спускалась вниз по всему телу. Живот приятно подрагивал от тепла, исходящего от пальцев. Йоханнес целует Эрика в грудину, постепенно спускаясь к чужому возбуждённому члену, который очень заметно выпирал из-под штанов. Норвежец оставлял мокрые следы от губ по всему животу, одаривая лаской каждый кубик пресса Перро. Тот продолжал прерывисто дышать и постанывать, прикрывая рот рукой, потому что в скором времени он не сможет себя контролировать. Эрик мычит, прикусывая свой палец, когда младший Бё касается влажными губами его паха. Йоханнес отстраняется от столь желанного тела облизываясь. Теснота от штанов и нижнего белья стала невыносимой. Уже не терпелось снять «напряжение». К слову, так считает не только норвежец. Перро тоже уже был на пределе. Йоханнес приспускает свои и штаны француза вместе с нижним бельём. Член Эрика уже был набухшим и влажным от большого количества выделенной предсеменной жидкости. Казалось, что, если сейчас до него слегка докоснуться, француз сразу же кончит. Йоханнес не против. Он и сам чуть не эякулировал в штаны при виде полуобнажённого Перро, как школьник в пубертате. Этот француз определённо сносит ему голову! Бё смотрит на Эрика вопросительным взглядом: «Ты точно готов?». Спустя небольшую паузу, будто бы он не уверен, правильно ли понял норвежца, Перро решительно кивает. Он не собирался упускать такой шанс. Да и не хотелось бы сейчас прерываться. Йоханнес тоже кивает, но уже мысленно. Трясущейся правой рукой он обхватывает их члены и начинает ей медленно двигать вниз-вверх, размазывая уже общий предэякулят. Эрик издаёт тихий стон от приятных прикосновений к его главной эрогенной части тела грубой, немного потной ладонью. Бё прикусывает свою нижнюю губу практически до крови, ощутив еле-заметный металлический вкус. Он не отрывал взгляд от раскрасневшегося возбуждённого лица Перро, от его, будто затуманенных, тёмных глаз, от его полуоткрытого рта, из которого доносились грязные звуки наслаждения, от мягких розовых и немного опухших губ. Чёрт, ну какой же он прекрасный! Йоханнес прерывисто дышит, когда ускоряет движение рукой. Ладонь была мокрой, словно её окунули в тазик с водой, и двигалась от оснований до головок их членов почти со скоростью света. Хоть небольшая комната была заполнена хлюпающими и пошлыми звуками, внезапно вырвавшийся достаточно громкий стон Эрика как будто бы разлетелся по всему пространству и даже прошёл сквозь стены. Это, словно кипятком, ошпарило Бё. Высокий голосок приятно щекотал барабанные перепонки, а импульс от него приятно сосредотачивался внизу живота и без того усиливая возбуждение. Йоханнес чуть ли не рычит. Ему хочется слышать это всё больше и больше! Он срывается на максимально быстрый животный темп. Глаза Эрика широко распахиваются и смотрят на норвежца с неким удивлением. Теперь большую часть своих сладких стонов он не сдерживал, и они мотивировали Бё только продолжать держать такой темп. – Й-й-йоханнес, хаааа, – Перро зажмуривается. Он рефлекторно начинает поддаваться вверх, чтобы чужая рука двигалась ещё быстрее, хотя куда ещё быстрее? Йоханнес был на пределе, как и француз под ним. – Мммм, Эрик, – стонет норвежец и чувствует, что скоро придёт развязка. Он замечает, что ещё чуть-чуть, и Эрик кончит. Тот хочет прикрыть рот рукой, ведь понимает, что скорее всего, не сможет сдержаться. Йоханнес это замечает и в последний момент отводит её от лица и прижимает к кровати, переплетая пальцы. – Люблю тебя, Йо... Ааааххх!! Хаааа!! – Перро не успевает закончить фразу, как оргазм достигает его со страшной силой. Он обильно изливается и замирает. Струи спермы попали ему на шею, грудь, живот, даже на лицо, стекая вниз на чистое покрывало. Эрик смотрит в потолок и тяжело дышит. Спустя пару секунд с громким рыком «Эрик» не менее сильно кончает Йоханнес. Он испачкал свои и чужие штаны вместе с бельём, а также и без того «грязный» живот Перро. Там их сперма перемешивается и выглядит одной сплошной массой. Бё слабо улыбается, глядя на эту картину и тоже тяжело дышит. Он слезает с Эрика и падает слева от него на кровать. Пот с лица и шеи стекал вниз. Некоторые капли норвежец попытался смахнуть тыльной стороной ладони, но она тоже была влажной, поэтому получилось не очень. Они продолжали так лежать, прижавшись друг к другу. Оба перепачканные в сперме, оба истекающие потом, но такие счастливые. А ведь Эрик даже не закрыл дверь, когда Йоханнес зашёл к нему. Кто угодно мог войти и застать их во время процесса и сейчас, но было всё равно. В этом мире сейчас только он и младший Бё, который зарывается рукой в его сальные отросшие волосы. Так не хотелось расставаться с этими теплыми прикосновениями даже на секунду! Если бы была возможность застыть так навечно, Эрик непременно бы воспользовался этой возможностью.***
– Судя по твоему виду, всё прошло отлично, – ухмыляется Тарьей, когда Йоханнес возвращается в номер. Румянец ещё не сошёл, а в глазах сиял огонёк. – Более, чем отлично! Ты даже не представляешь, – младший Бё плюхается на свою хоть и не такую просторную кровать и расслабленно прикрывает глаза. – Да, не представляю. И представлять не хочу, – Тарьей улыбается и садится на край кровати брата. – Я рад за вас! Йоханнес одобрительно кивает и продолжает лежать, пока на его телефон не приходит сообщение. Он сразу берёт мобильник в руки и улыбается. Приходи ко мне в любое время:)! Мне уже не терпится встретиться снова!Иди уже спать! Ты и так устал. А я ещё больше утомил:)!
Хаха, если честно, я не против так уставать… Люблю тебяЯ тоже люблю, солнце
Эрик отправляет милый стикер и выходит из сети. Йоханнес смотрит на экран телефона и глупо улыбается, перечитывая эти два слова. Люблю тебя.
