Бог моей души

Прошёл уже день после той злополучной битвы у хижины. Лололошка тихо сидел на полу, положив голову на плечо Альфреда. Как же междумирец был счастлив: растения, которые он нашёл, очень помогли его другу — как и ему самому. Раны почти не болели, а регенерация мироходца была настолько сильной, что на теле остались лишь шрамы и особенно глубокие порезы. Но вот моральное состояние Ло было ужасным. Обострилось чувство, будто за ним постоянно наблюдают, а бессонница влияла на координацию — из-за чего сейчас он вряд ли бы справился с сильным монстром. Впрочем, ему и бить было бы нечем: всё оружие сломано. Но Ло радовался хотя бы тому, что сейчас может опереться о живое и такое тёплое плечо Альфреда.

***

— Прости, Лололошка… Из-за меня ты порвал свой шарф. Наверное, он был очень важен для тебя, — спустя пару минут молчания с сожалением в голосе хрипло произнёс Альфред. Взглянув на парня, Ло мягко улыбнулся, понимая, насколько охотник был хорошим. Заботился о такой мелочи, как шарф... — Всё хорошо, Альфред. Ты ни в чём не виноват и не должен извиняться передо мной. Да и мой один очень хороший друг с лёгкостью восстановит шарф, если я его попрошу. Главное — не волнуйся. У тебя всё ещё довольно плохое состояние, хоть и не критическое. Мягко улыбнувшись, Лололошка медленно поднялся, а затем подал руку охотнику, помогая встать. Им нужно было двигаться дальше — в город, иначе на них снова могли напасть монстры.

***

— Э-эй, открой, пожалуйста! — крикнул Альфред, разговаривая с раздражённым стражем. Парни наконец-то добрались до Эшхолда. Осталось лишь вытерпеть унижение — и они окажутся в безопасности, где смогут отдохнуть и поесть нормальной еды.

***

Лололошка тихо шёл рядом с другом, проходя через открытые и не слишком надёжные ворота мрачного города. Как бы они ни устали, им нужно было как можно скорее встретиться с Кардиналом, чтобы получить награду за убийство монстров. — Альфред, тебе нужно сейчас отдыхать! Тебе нельзя идти к Кардиналу, лучше я сам пойду! — настаивал, точнее, почти кричал Лололошка, заботясь о своём новом знакомом, за которого так сильно переживал всё это время. Мироходец просто не мог позволить другу перенапрягаться после того, как тот чуть не умер. Как же хорошо, что его тогда не заразили... Иначе Ло не простил бы себе этого ещё многие столетия своей долгой жизни. — Но… Лололошка, ты точно уверен в своём решении? Я чувствую себя гораздо лучше. И всё только благодаря тебе, поэтому я не могу нагружать тебя ещё больше — тем более отправлять к такой ужасной птице, как Кардинал. К тебе он будет относиться ещё хуже, чем тот сторожевой относился ко мне. — мотнув головой, Альфред твёрдо решил, что не позволит Ло пойти к Кардиналу одному. Даже в таком состоянии Археец не мог допустить, чтобы его друг — тот, кто спас его, — терпел унижения в одиночку. И вот оба уже шагали к зданию, где должен был быть Кардинал. В конце концов Ло уступил, не желая больше спорить. Он для себя решил: как только они получат награду за монстров, он немедленно отведёт Альфреда в местную церковь. Там ему смогут оказать нужную помощь. Всё-таки это была церковь, и она обязана принимать любого нуждающегося. По крайней мере, междумирец надеялся на это. Если потребуется — Ло будет умолять главу церкви, лишь бы тот помог его другу. О себе и своих травмах он даже не думал: у него было своё сонное измерение, в которое он мог бы вернуться, когда хоть немного восстановит силы. Сейчас он не мог этого сделать — мешало сильное истощение. Открыв дверь в старое здание, Альфред вошёл первым. За ним — Лололошка. Они оказались в маленькой, не слишком новой комнате с камином и мрачными деревянными полами. Посередине стояла большая серо-чёрная птица — ворон. Видимо, это и был местный Кардинал. Вокруг — только… телохранители? Мироходцу казалось, что они странно на него смотрят, но он решил не обращать внимания и первым начал говорить: — Кардинал, Альфред пришёл за наградой за убийство монстра, которое вы ему поручили, — уверенно сказал парень, придерживая за руку бледного Альфреда, который выглядел ужасно не только из-за недавней ситуации, но еще и из-за того, что был напуган словами и действиями Лололошки. Он даже попытался прошептать другу, что такое обращение с Кардиналом – неприемлемо, и что их могут за это наказать. Но не успел – как ворон встрепенулся и начал свою тираду: — Кар! Да как ты смеешь, чужак?! Этот мерзкий охотник так и не объяснил тебе, как нужно обращаться с теми, кто выше тебя по статусу? Никакой награды вы не получите! Считайте это платой за ваше хамское поведение! – Да как ты-...! – Лололошка уже хотел было начать спорить с Кардиналом и вступить в драку, как дверь за их спинами распахнулась с нехарактерным для неё треском.

***

В дверном проходе стоял среднего роста человек, одетый в белую рясу, поверх которой была надета риза, и в странном головной уборе, напоминающем митру. Лололошке этот человек показался странным – да и смотрел он на него таким взглядом, будто хотел съесть его на месте… Почему Лололошке так часто начали казаться такие странные вещи? Междумирец даже забыл, в какой ситуации он сейчас находился, и просто в ответ смотрел на незнакомца. Но молчание продлилось недолго — мужчина заговорил. — Очень рад познакомиться с тобой, Лололошка. Вблизи ты ещё более прекрасен, — хоть последние слова человек произнёс почти шепотом, Ло всё услышал, и в его глазах отразился ещё больший шок и непонимание. О чём этот мужчина говорил? — Я – Епископ Лукий, глава местной церкви. Дитя, вижу, ты очень устал, да ещё и сильно ранен, как и твой друг. Вам сейчас не стоит действовать так безрассудно, — немного жёстко сказал Лукий, прищуривая глаза, внимательно рассматривая каждую деталь одежды и на лице Ло. Неужели он понимал, что через пару минут мироходец будет сражаться с охраной Кардинала? Нет, Лололошка не мог в это поверить! — Я тоже рад познакомиться… Епископ Лукий, — настороженно проговорил парень, ещё сильнее сжимая руку Альфреда, который находился в таком же шоке и будто бы в прострации. — Но я не уйду из этого здания, пока Кардинал не отдаст моему другу заслуженную награду за то, что он и его… уже мёртвая команда убили монстра по поручению! Они пожертвовали своими жизнями, сражаясь и терпя атаки заражённых! А сейчас Альфреду даже не хотят платить? Неужели эти люди умерли зря?! — переходя на крик, сорвался Лололошка. Его доброе сердце и душа негодовали так сильно, что хотелось либо заплакать, либо, наконец, что-нибудь сделать. — Дитя, не стоит так беспокоиться. Я поговорю с Кардиналом насчёт этого… — переведя взгляд на ворона, сказал Епископ. Его взгляд был серьёзным и многообещающим, что удивило Лололошку. Сколько же раз он ещё за этот день удивится? Неужели этот мужчина, назвавший себя Епископом, действительно сможет помочь? — Кар, но это немыслимо, Епископ Лукий! Эти мальчишки, которые называют очищенных «заражёнными» и не проявляют никакого уважения ко мне, недостойны награды! — замахав крыльями, сказал седой ворон, показывая своё явное и очень сильное недовольство всей ситуацией. Но, как ни странно, одного странного взгляда Лукия хватило, чтобы Кардинал перестал возмущаться. — Дети мои, не утруждайтесь. Я дам вам столько спарков, сколько вам было назначено в награде за убийство очищенного. Даже учитывая то, что очищенные для меня – самые верные последователи моей веры, которые наконец смогли получить благо от великого Отца.

***

Они находились в яркой, по сравнению со всеми другими зданиями, церкви, украшенной скинтом и золотом, демонстрирующей своё величие всякому, кто входил внутрь. Альфред хоть и без радости, но согласился на предложение Епископа о награде. А вот Ло был очень доволен всей сложившейся ситуацией: его другу дали не только те спарки, что он заслужил, но ещё и перевязали раны! Лукий оказался действительно хорошим мужчиной, хотя показался в начале междумирцу очень странным и ужасным человеком. — Спасибо вам, Епископ Лукий, вы очень нам помогли — и мне, и моему другу Альфреду. Я вижу, как ему стало лучше, — сказал Ло, мягко улыбнувшись мужчине. Как же хорошо, что Лукий даже выделил им с Альфредом по комнате в доме рядом с церковью. И всё это — потому что Епископ считает его неким избранным, который станет величайшим очищенным из всех… Междумирец предпочёл не вспоминать эти слова сейчас — не хотел менять мнение мужчины о себе, ведь они только познакомились. Да и сначала нужно было вернуться в своё сонное измерение — наверное, его там уже заждались. Сколько же времени Лололошка не был в собственном измерении? Он не знал, ведь в Архее дней не существовало.

***

Наконец-то… Тадмавриэль встретил его! Того, о ком не мог перестать думать с того момента, как увидел это лицо. Как же он ждал этой встречи, как же торопил своего милого мироходца. И вот они смогли встретиться лицом к лицу, без боя. Только они. Остальные существа не имели значения. — Лололошка... — пробуя на вкус это слишком приятное сочетание букв, Отец расплывался в животной и безумной улыбке, которая не сулила ничего хорошего ни этому миру, ни всей Вселенной. Как же прекрасно, что Лукий умён и полностью подчинялся ему, отдаваясь в руки Отца. Из-за этого Тадмавриэль даже мог почти полностью овладеть телом мужчины, дабы ощутить присутствие Ло рядом с собой…прикоснуться, поцеловать. Можно было трогать парня почти где угодно. Хотя Отец был всего лишь в жалком и слабом теле его такого же жалкого «друга», что не мог даже нормально колдовать, Тадмавриэль был очень доволен. Он решил для себя. Лололошка не просто освободит его от оков вечной печати. Нет. Этот мироходец встанет на его сторону – добровольно или нет. Отец хотел ощущать рядом с собой Ло, видеть это лицо, измазанное в чужой алой крови, эту улыбку, что будет принадлежать только ему одному. Он не отпустит Лололошку. Никогда.

А следующая глава начнется уже ночью…думаю, вы знаете, что будет. Особенно смотря на теги, хи-хи