Враги_

... Люцифер сидел в кресле, раскинувшись как у себя дома. Локоть на подлокотнике, подбородок на ладони, ленивый взгляд. Адам стоял напротив, прислонившись к столу, и что-то в его глазах было другим сегодня — спокойным, почти насмешливым. — Что-то ты тихий, падший, — сказал он, чуть склонив голову. — Жду, когда ты опять покраснеешь, ангел, — ухмылка Люцифера была привычной, но Адам на неё даже бровью не повёл. Вместо ответа он медленно провёл языком по губам, будто невзначай, и с самым невинным видом спросил: — А ты вообще уверен, что сможешь это сделать? Люцифер чуть приподнял бровь, но промолчал. Тишина повисла на пару секунд. Адам сделал шаг ближе. Наклонился, облокотившись на стол ладонями, так что их лица оказались на уровне друг друга. — Я просто думаю… — голос тихий, мягкий, почти задумчивый. — Ты всегда смотришь на меня так, будто хочешь сорвать с меня одежду. Он выпрямился, сохраняя это «невинное» лицо, словно сказал что-то абсолютно будничное. Люцифер моргнул чуть медленнее, чем обычно. Адам заметил и пошёл дальше. Он подошёл сбоку, обошёл кресло, и, проходя мимо, кончиками пальцев скользнул по его плечу. — Тёплый, — произнёс он так, словно сделал безобидное наблюдение. Люцифер не пошевелился, но взгляд стал тяжелее. Адам вернулся на прежнее место, снова облокотился на стол и продолжил спокойно, будто обсуждал погоду: — А ещё… — лёгкая ухмылка, и снова медленный, откровенный жест — он провёл большим пальцем по нижней губе, — ты иногда смотришь на мой рот слишком долго. Люцифер молчал. Адам, поймав это молчание, медленно приблизился и, почти касаясь губами его уха, шепнул: — Может, уже перестанешь просто смотреть? Его дыхание коснулось кожи, и он отстранился, снова надевая маску «ни при чём». Падший на миг закрыл глаза, потом вдруг встал. Медленно подошёл вплотную, наклонился так, что Адам почувствовал тепло его тела. — Ты сегодня играешь в мои игры… — голос был тихим, почти ласковым. — Но помни, ангел… я всегда играю дольше. Он легко провёл пальцами по его подбородку и, не дожидаясь ответа, развернулся и вышел, оставив Адама наедине с пульсом, который бился слишком быстро. Адам остался стоять с победной ухмылкой. Но внутри всё же закралось странное ощущение: он что-то задумал. ---