Под прицелом

Отправив малолетних омег по спальням, сам упал в любимое кресло и решил осмотреться на произошедшие события. Как бы прикольно это ни было со стороны, но нести ответственность за два мелких чуда, не понимающих, как вообще жить в этом мире. Пацаны точно не соображали в делах взрослых и считали, что им всё дозволено. Деньги, суперсилы, приключения, поклонение других людей. Всё это сводило с ума и размывало границы. Вот и докатились они до того, что решились пить в компании единственного бога, с которым следовало держать ухо востро. Даже милашка Паркер не смог додумать мысль до конца и поддался своему желанию. — Не отвлеку? — голос за спиной застал врасплох. — Я думал, вы легли спать и решили побыть послушными мальчиками, хотя бы под конец этого безумного денька, — хохотнул я и отсалютовал Дику бокалом. — Иди ложись, завтра тебя ждёт жуткое похмелье и головная боль. — У меня почти никогда не бывает похмелья, — тихо сказал брюнет и плавно скользнул по комнате, ближе ко мне. — Тогда чем обязан, такому позднему визиту? — не стал придираться к мелочам. — Хватит, — махнул тот рукой, — я хочу попробовать. По-настоящему… А не с игрушками. — Ты понимаешь, что предлагаешь омеге трахнуть себя? — я вскинул бровь и внимательно посмотрел на паренька, застывшего в нескольких шагах от меня. — Понимаю, — закивал Дик. — А ещё понимаю, что возможно до альфы я никогда не дойду. Подставлять задницу брату не хочется, а остальные во мне видят лишь безумное нечто из тестостерона, гормонов и смертельной опасности. Я же хотел просто хотя бы разочек ощутить себя свободным от этих предрассудков и почувствовать, кого это, оказаться полностью опустошённым, во власти чьих-то рук. — Иди спи, — махнул я рукой, — нечего сходить с ума и делать поспешные выводы. Ты не такой страшный, как себе придумываешь. Просто твой круг общения ограничен, и ты практически никого не видишь за пределами этого маленького мирка. Расширь свой кругозор, и тогда ты обязательно найдёшь того, кто полюбит тебя со всеми твоими тараканами, недостатками и головной болью. Иди спи. — Нет, — неожиданно взбеленился малый, — я не хочу когда-то там, возможно, и чисто теоретически. — Тогда зачем тебе старикашка, который видел едва ли не динозавров на земле, — заржал и тут же одёрнул себя, вспоминая о том, что Питер спит. — Судя по тому, что я видел в клубе, старикашка может добавить мне опыта и сделать всё так, чтобы это было незабываемо, — протянул тот. — Я не… — попытался возразить очередной раз, но мне не позволили. Мальчуган скользнул на мои колени и перехватил бокал, перед тем как впиться в губы поцелуем. Я, конечно, пытался сопротивляться, но под воздействием алкоголя и собственной неудовлетворённости, мозги медленно начали утекать в штаны. Когда к тебе вот так льнёт молодое, дышащее возбуждением тело, сдерживаться не так-то просто. А уж, когда эта язва запихнула мне в рот свой мокрый язык, мысли совершенно перекоротило и я буквально стальной хваткой впился пальцами в подтянутую задницу, притягивая мальчишку ещё ближе к себе. — Ты же понимаешь, что я уже не смогу остановиться, если сейчас не слезешь с моих коленей, — тихо прохрипел я, ощупывая мышцы бёдер у себя под пальцами. — Я не железный и сто раз уговаривать не стану. — Я уже принял решение, — фыркнул тот и потёрся стояком о мой пресс. — Тогда не скули потом, когда я буду ебать тебя до потери сознания, — протянул я, разводя аппетитные булки в стороны. — Не стану, — хмыкнул Дик, — только еби так, чтобы я даже своё имя вспомнить не мог. — О, обещаю, ты, вообще забудешь, как разговаривать подо мной, — резким рывком поднявшись с колен, опрокинул Дика на диван и навис сверху. — Раздевайся! — Да, — захныкал тот и потянул за края рубашки. Я не стал ему помогать, лишь наблюдал за тем, как тот медленно разоблачался, выпутываясь из промокших от пота шмоток. Это действительно завораживала. Омега был таким статным и широкоплечим, что даже Тора превосходил. А выебать что-то комплекции моего идиота братца, удавалось нечасто. Потому эстетическое наслаждение, я получал такое, что у меня в глазах мушки цветастые бегали. Омега подо мной буквально продавала себя и выставляла напоказ, стаскивая с мускулистой задницы штаны сразу с трусами. — Закинь одну ногу на спинку дивана и подрочи себе, как бы ты хотел, чтобы я взял тебя, — скинув рубашку, остался в одних штанах, — расскажи мне, детка. — Я бы хотел, чтобы ты медленно растянул меня этими безумно длинными пальцами, — стонал тот, обрисовывая своё тело пальцами, — а затем засадил мне по самый корень, чтобы налившиеся яйца ударились о мою задницу. — Да, детка, не умеешь ты вести грязные разговорчики в постели, — хмыкнул я, прижимаясь к нему. — Давай я покажу, как нормальные омеги должны ловить кайф от секса. Опустившись на колени перед диваном, поймал изящную лодыжку в свои пальцы и прижался губами к стопе. Плавно провёл языком по выемке и прикусил пальцы. Облизал языком и ещё раз прикусил. Дик медленно вздохнул и неожиданно пискнул, когда мои губы сомкнулись на косточке. Это было так неожиданно, что я ещё немного времени уделил лодыжкам и ногам, плавно поднимаясь всё выше к коленной чашечке и оставляя яркий засос, чуть выше на бедре. И от этого загорелось такое яркое пламя желания, что я дёрнул мальчишку на себя и заставил перевернуться, вставая на четвереньки, задницей ко мне. Тот ошарашенно взвизгнул, но всё же принял позу, которую мне хотелось. Теперь поцелуи и укусы перемежались и превращались в сладкую вереницу. Я не прикоснулся ни к члену, ни к анусу. Полностью выпрямился, рассматривая мальчишку, и обрушился укусами на шею и спину, покрывая те метками. Сильный укус оставил алое пятно там, где должна быть метка альфы. Так ярко и так прекрасно. Я кружил и кружил по этому грешному телу, метил его и втирался своим запахом, чтобы наутро сносило крышу от концентрации омежьих феромонов. И вот наконец-то я добрался до главного блюда. Молодая, белоснежная задница благоухала течкой и истекала естественной смазкой. Всё же феромоны до конца не глушили течку, что удивляло, за столько лет ни разу не видел таких действенных блокаторов. Надо будет разузнать побольше. Но пока я опёрся одним коленом о диван и нагнулся ближе, прикусывая полушария ягодиц и чувствительную кожу под ними. А в следующее мгновение моего слуха коснулось сладкое завывание, когда мой язык протолкнулся в расслабленное отверстие, даже не встречая сопротивление сфинктера. Омежка тёк, да так, что сам не замечал, как крутил задницей, насаживаясь на мой язык. Палец медленно присоединился к языку, и я оттянул плоть, помогая смазке вытекать из подрагивающего ануса. Какой же сладкий мальчик мне попался, такой податливый и чувствительный. Внутрь без проблем входило сразу четыре моих пальца, а сфинктер так прекрасно подрагивал от каждого прикосновения моего языка, что я залюбовался этой удивительной картиной. Вынув пальцы, припал ртом к этой удивительной заднице и начал засасывать в себя, доводя Дика до натурального скулежа. Не только членом можно удовольствие доставить. Отлипнув от ануса, спустился ниже и подразнил налитые кровью яички, которые поджались у меня во рту, стоило лишь всосать их. — И что тут происходит? — Паучок в одних трусах смотрел на нас сверху вниз и пытался прикрыть руками стояк. — Тебе снится, — хрипло выдохнул я, — иди ложись. — Не снится, — тряхнул головой Паркер, — я тоже хочу. Тут так сладко пахнет, что у меня голова кружится. — Дик, детка, — навалившись на паренька под собой, поцеловал его за ухом. — Да, — пьяно усмехнулся тот, пытаясь поймать мои губы своими. — Отсосёшь нашему Паучку? — я провёл ладонью по дёргающемуся члену. — А потом мы поиграем в прекрасную игру. — Какую? — тихо прохрипел тот подо мной. — Я буду трахать тебя, а ты будешь вбивать в диван нашего послушного Паркера, — огладив мускулистый живот, удивился его каменному прессу, — как тебе идея? — Пит? — брюнет поднял пьяные глаза на третьего омегу. — Да, — закивал тот головой и тут же стащил с себя трусы. — Тогда лучше на кровати, — протянул я и потянул Дика с дивана, чтобы отбуксировать в спальню. — Почему ты ещё одет? — застонал Паркер и прижался ко мне с другого бока. — Потому что, хоть у кого-то должна быть капелька здравомыслия, — фыркнул я и швырнул обоих на широкую постель. — Готовьте задницы, до утра вы из этой койки не встанете. Скинув штаны, остался в одних зелёных трусах и забрался к парням, заодно прихватив с собой смазку и презервативы. Если я хотел затрахать этих двоих до полусмерти, то отвлекаться на мытьё и душ не стоило. Ну, разве только, набрать джакузи и посмотреть на то, как они будут пытаться не кончить от ощущения мощных струй. Да, это будет увлекательное зрелище, но до этого обойдёмся просто сексом. Усевшись на пятки, толкнул Питера в объятия пушистых подушек, а Дика усадил себе на бёдра. Старшему не нужно было объяснять, что от него требуется, тут же втянул нашего Паучка в головокружительный засос. Я прям ощутил, как того затрясло от ощущений влажного языка в своём милом ротике. Пока руки и губы изучали друг друга, я дотянулся до презика и оторвал от двух резинок углы, чтобы надеть на два члена. Дик, кажется, даже не заметил моих манипуляций, а вот моё естество дёрнулось в предвкушении. — Что ж, мои дорогие омежки, сейчас будет горячо, — оторвавшись от созерцания сладкой картины, я приспустил трусы и натянул резинку, — Дик, раком, Пит, попытайся не повредить ему горло. Я буду контролировать, но и вы не увлекайтесь. Как только я отдал распоряжения, Дик тут же наклонился и взял сочившийся предэякулятом член. Я аж присвистнул, узрев, как тот сразу же начал брать на всю длину, в самое горло, видимо, омега тренировался на чём-то более толстом и длинном, видимо, готовился сосать альфе. Хлопнув сочную задницу, растянул края ануса и вставил со всей силы, толкая одного омегу к другому. И с этого момента всё смешалось в сумасшедшем ритме. Я драл эту сочную задницу с такой самоотдачей, что у самого в ушах шумело. Мальчишка выпустил член изо рта и закричал, спуская практически сразу. Но из-за течки, стоявший колом член, лишь несколько раз дёрнулся и не опал. Замедлившись, стянул с него презик и выкинул его на пол. Сейчас стоило заняться вторым. Потому, выпустив из рук едва дышащего омегу, позволил ему перевести дух, пока Питер непонимающе таращился на меня. Притянув Паркера к себе, развёл его ноги и вобрал в рот сочащуюся смазкой головку, лаская языком уретру и выбивая из мальчишки стоны. И пока тот отвлекался на сладкий минет, три пальца без проблем вошли в девственную задницу, открытую из-за течки и накопившейся смазки. Почувствовав, как тот дрожит и скулит, я оторвался от члена и усмехнувшись, принялся втрахивать того в матрац, не щадя и не слушая скулёж. Парень затрясся, сжал меня своей сладкой задницей и кончил так бурно, что сперма долетела аж до моего подбородка. Питер отключился на мгновение, а я аккуратно вышел из его ануса, стягивая презик и рассматривая тяжело дышащих парней. Что же, ночь едва началась, и мне безумно хотелось посмотреть, как два этих сладких котёнка будут буквально умолять меня не драть их, как последних шлюшек. Этот раз они никогда не забудут, и ни один альфа не сможет такое повторить. Самое вкусное развлечение, которое неожиданно пришло ко мне, и я не собирался упускать этот шанс!