Пятый Гримваген

Под одеялом было жарко и душно, но других вариантов "укрытия" у мужчины не было. От яркого света ноутбука в глазах рябило, хоть она и стояла на минимуме. Согнувшись в три погибели, Кихун рыскал по разным поисковым системам, в надежде наткнуться на что-то нужное. Что — Кихун сам ещё не знал. Сон бесцеремонно использовал чужое устройство, хозяин которого лежал на соседней кровати. Он не был уверен, что Санву уже спал, но решил не беспокоить друга в лишний раз светом ноутбука. В любом случае, Чхо вряд ли будет против? Даже если и будет, то его не спрашивали. Единственный мессенджер был запаролен (Кихун сам не знал, зачем вообще кликнул на него), а поисковые запросы почищены. Как чувствовал, что гримёру понадобится его устройство. Несильно махнув рукой, тот пустил в своё маленькое логово немного воздуха. Он убил на поиски таинственного "чего-то" около получаса, вспотел и чуть не задохнулся, но всё было безрезультатно. Кихун тяжело вздохнул, закрывая вкладку браузера. Тот скучающим видом осмотрел рабочий стол друга с мотивирующей надписью на обоях. Уже держа палец над кнопкой выключения, он в последний раз пробежался по иконкам приложений: настройки, браузеры, соцсети… Спать не хотелось от слова совсем. Его телефон был отключён, заряжаясь на кухне, потому что, с какой-то радости, розетки в комнате уже были заняты Санву. Кихун, конечно, мог бы отстоять право на использование хотя бы одного разъёма криками, но он скорее окажется за пределами номера в одних трусах, нежели придёт к чему-то в споре со своим другом… В итоге Кихун вновь убивал время, листая ленту в соцсетях. Он даже не всматривался в высвечивающиеся тексты и изображения, витая в облаках. Его всё ещё беспокоил недавно подслушанный диалог, что рождал множество вопросов: почему актёры решили остаться в отеле, а не поехать в свои шикарные дома? Конечно, он не был ни у одного из них в гостях, но можно было представить масштабы их жилья. Тем более, почему остался Инхо? Его сцены начнут снимать лишь во второй половине дня, а в отеле ему делать просто нечего… Хотя, кто знает? Кихун уже убедился, что у Хвана достаточно тараканов в голове. Насколько мог быть секретным и важным тот разговор Гон Ю с Инхо? Кто такой этот И Сакён? Или как там его. Мужчина не успел опомниться, как его пальцы резко лишились контроля тела, уже вбивая в поиск соцсети имя "И Сухён". Вспомнил, всё-таки. Сердце беспокойно колотилось, пока кружочек загрузки крутился в поисках нормально интернета. В такой глуши в этом плане было действительно трудно. Наконец его взору пали многочисленные аккаунты с подобными именами. Ну да, на что он вообще рассчитывал? Здесь были и взрослые мужчины, и совсем юные мальчишки со смешными аватарками у никнейма. Резво прокрутив колёсико мышки, его сердце пропустило восторженный удар. На фотографии профиля очередного И Сухёна красовался тот самый грозный мужчина из массовки. Кихун нервно прикусил губу, активно нажимая на левую кнопку мыши, пока медленный интернет нехотя грузил страницу уже знакомого незнакомца. На Сона с экрана смотрел мужчина его возраста с короткими чёрными волосами и смуглой кожей. Взгляд был холодным на всех фотографиях, которые Кихуну "посчастливилось" увидеть. Казалось, что он прожигал глазами любого, кто осмелится кликнуть на его профиль. Кихун помотал головой. Брр, ну и жуть. — Ты чем там занимаешься? — неожиданно послышался голос Санву со стороны. Боже, он уже и забыл, что не один в номере. Кихун высунул голову из своего логова, пытаясь сфокусировать зрение на собеседнике. Санву сидел на кровати в домашней одежде, очки были отложены в сторону. Он одарил Сона в ответ оценивающим взглядом, прежде чем недовольно закатить глаза. — Ты залез под одеяло с моим ноутбуком и засел на добрых полчаса. Мне было интересно, чем это закончится, пока ты не стал подозрительно часто двигаться под ним. — Э-эй! Ты к чему клонишь? — недовольно воскликнул Кихун, полностью вылезая из-под одеяла. Санву удивлённо поднял брови. — Теперь, когда на экране какой-то мужчина, у меня ещё больше вопросов. — Я занимаюсь важным делом, между прочим! — Санву наклонил голову вбок, выгибая одну бровь в немом вопросе, — Ну, я пока не знаю, каким… Но я чувствую, что важным! Чхо лишь тяжело вздохнул, помотав головой. Дальше он расспрашивать не стал, оставляя витать в воздухе несказанное: «Ладно, твоё дело». Он неспешно встал с кровати, направляясь к выходу из комнаты. Неужели Кихун ему так быстро надоел? — Ты куда? — уж слишком обеспокоенно спросил гримёр, намереваясь встать за другом. — Курить. Тебя не приглашаю, — Санву пригрозил мужчине указательным пальцем и с этими словами дверь номера захлопнулась. Какое хамство! Последующие поиски информации не увенчались успехом. Разочарованию Кихуна не было предела. Что за подстава? Он так надеялся на загадочные приключения или развлечения на пятую точку, но кроме имени и профессии этого И Сухёна у него не было ничего. Информация о его профессии журналиста была полностью бесполезна: зачем ему знать о его статье про парки для белок в Корее? Но Кихун обязательно должен что-то найти. Надежда умирает последней, а сам мужчина был упёртым, как баран. Продолжить поиски было решено после принятия душа. Его тело требовало разрядки под горячей водой после сегодняшней нагрузки на площадке. В самой ванной комнате было не так плохо, как можно было подумать изначально, даже мило… Если смотреть издалека, не прищуриваясь. Да, кафель в некоторых местах был в трещинах, между стеной и раковиной просачивалось чёрное нечто, а лампочка, казалось, подавала свои уже последние признаки жизни. Но зато бесплатно, и даже вода идёт горячая! Домашняя одежда Кихуна была кинута огромной кучкой на стиральную машину, потому что хозяева здания не удосужились снабдить комнату хотя бы подобием корзинки для вещей. Мужчина попытался открыть маленькую упаковку шампуня зубами, предоставленную самим отелем, после чего горькое содержимое попало ему в рот. Гримёр откашлялся. Таким же образом были вскрыты гель для душа с бальзамом для волос. Естественно, Кихун забыл взять с собой свои принадлежности для купания, будто и не собирался жить на протяжении нескольких дней вдали от дома. Он уже успел получить от Санву, строго-настрого запретившего пользоваться его мыльно-рыльными принадлежностями. Не очень-то и хотелось. Тёплая вода приятно обволакивала уставшее тело, пока сама струя лилась на голову мужчины, старательно втирающего шампунь в корни. По идее, подобный процесс должен отвлекать и позволять мозгу немного отдохнуть от постоянных раздумий и рефлексии. Но у Кихуна, как обычно, всё шло наперекосяк. Шум струящейся воды был заглушён собственными размышлениями, которых становилось всё больше и больше с каждой секундой. Чёрт, ну не может же всё быть с этим журналюгой так просто! Он определённо что-то скрывает, если даже такой невозмутимый Инхо волновался из-за его присутствия на площадке. Хотя, может, Сухён окажется славным парнем? Нельзя судить книгу по обложке. Хван тоже по началу кажется интеллигентным красавчиком, а на деле тот ещё придурок… Естественно, всё это – не дело Кихуна, но любопытство распирало изнутри, истерически билось о стенки груди и рвалось наружу. Раз он полез разбираться в этом, то пусть зароется в эту яму по полной, пока его не придётся доставать пожарным с помощью крана. Прошло около двадцати минут, прежде чем Кихун вылез из воды, чуть не поскользнувшись на мокром полу. Ему явно нужно аккуратнее мыться, иначе скоро он останется без головы или затопит соседей снизу. На выходе из ванной его встретил прохладный воздух, покрывая мурашками оголённые части тела, не спрятанные полотенцем на бёдрах. Мужчина поспешно метнулся к своему рюкзаку с чистой одеждой внутри. — Твою мать…— раздражённо буркнул Кихун, роясь в рюкзаке. Разгребая всякий хлам внутри, тот наткнулся на забытые краски, недоеденную пачку фисташек, маленький пыльный брелок с пандой… Кинув несколько орешков в рот, Кихун неожиданно наткнулся на почти(!) пустую пачку сигарет в кармане сумки. Вот так находка! Поиски пижамы прервались настойчивыми стуками в дверь номера. Кихун чуть не подавился от резких звуков за пределами комнаты. Кому он там понадобился в ночи? Стук был настойчивым и сильным, словно к нему ломились правоохранительные органы или коллекторы. От такой ассоциации мужчину вмиг передёрнуло. Кихун нехотя поднялся с пола, намереваясь, как минимум, наорать на друга, нарушающего его покой. Сам же закрыл номер, чего ломиться? Чуть порыскав в поисках ключей, он недовольно провернул ими в дверном замке по часовой, словно делая одолжение человеку по ту сторону от него. — Санву, ты совсем идиот? В следующий раз я тебе не открою, — не глядя на друга, произнёс Кихун. Он мигом развернулся, намереваясь продолжить поиски одежды. Ожидаемого шевеления сзади не последовало, как и ответа на его бубнёж, — Ну, чего встал на проходе? — Вы всегда так Санву встречаете? Кихуна как кипятком ошпарило. Тот резво развернулся, уставившись на стоящего на проходе Инхо. Ситуация – просто шик: гримёр стоял в одном полотенце на бёдрах перед ненавистным ему актёром, весь мокрый и замёрзший. Влажные, вьющиеся на конце волосы, прилипали к лицу, придавая ещё большей нелепости мужчине. Инхо же, казалось, не был так сконфужен. Он спокойно осматривал Кихуна напротив, ожидая его дальнейших действий. На лице Хвана не дрогнул ни один мускул, кроме уголков губ, выдающих его веселье над происходящим. — В каком это смысле?! — вскрикнул мужчина, складывая руки на своей груди. Инхо всё так же продолжал смотреть прямо в глаза, вынуждая Кихуна разорвать зрительный контакт первым, — Может, дадите мне одеться?.. Инхо, словно опомнившись, покинул комнату, оставляя Сона в гордом одиночестве. Хван тяжело вздохнул, облокачиваясь на деревянную дверь. Маска уверенности мигом слетела с лица актёра. Стучась в дверь номера, он ожидал увидеть заспанного Санву, который в очередной раз буркнет про него парочку обидных фраз и даст ему то, за чем он и пришёл. Но он никак не думал, что встретит его Кихун, только что вышедший из душа в одном полотенце! Он всегда встречает Санву в таком виде? Если да, то он обязательно должен будет расспросить друга о подробностях своей личной жизни… Образ полуголого мужчины вновь всплыл в голове, как бы Хван ни пытался отогнать от себя мысли о нём. Что ж, можно было признать, что физическая форма гримёра была не настолько плоха, как думал Инхо изначально. Не то чтобы он вообще думал об этом, просто… Интересное замечание, не больше. Из раздумий Инхо вытянули сильные толчки в спину. Мужчина резко отодвинулся, заставляя Кихуна вывалиться из распахнутой двери с неловким вскриком. Так и остальных можно было разбудить. Теперь на Соне красовалась какая-то растянутая чуть ли не до колен футболка и свободные тёмные штаны. — Ай! — мужчина смешно размахивал руками в воздухе в попытке удержать равновесие. Инхо никак не вмешивался, наблюдая за барахтаньем мужчины со стороны. Кое-как став на две ноги, гримёр прокашлялся, смотря на актёра с нескрываемым раздражением, — Чего хотели? — А, — опомнился Инхо, отходя от мужчины, — Санву, я так понимаю, не здесь?.. — Он отошёл ненадолго, — Кихун осмотрелся по сторонам, — А он вам зачем? — Он должен мне дать, — Хван замялся, словно думая, говорить дальше или нет, — Таблетки, — Кихун непонимающе уставился на актёра, сузив глаза. Таблетки? Ему не послышалось? — Снотворное. Сон запоздало кивнул, проходя внутрь номера на кухню, где должен был находиться шкафчик с аптечкой. Какое ещё снотворное? Это какой-то шифр незаконного продукта? Если да, то он даже не удивится. У Санву можно было найти и не такое. — И зачем он только к Санву попёрся…— буркнул вслух гримёр, стоя на табуретке. Инхо отвёл незаинтересованный взгляд в сторону, делая вид, будто ничего не слышал. Никакого снотворного в той куче препаратов Кихун не наблюдал. Были жаропонижающие, обезболивающие с зелёнкой… Неожиданно он наткнулся на какую-то фиолетовую пачку с надписью на китайском, что очень сильно выделялась на фоне остальных препаратов. Кихун оглянулся, проверяя комнату на наличие Инхо. К счастью, мужчина всё так же стоял на проходе, витая в облаках. Пожав плечами, он слез с табуретки с фиолетовым нечто в руках. То, что он не нашёл снотворное – не его проблемы. Пусть Хван подавится этой китайщиной. Может, хотя бы мозгов прибавится… Ну, или в жизни Кихуна станет на одну проблему меньше. — Вот, вроде оно, — скрывая самодовольную улыбку за тонкой линией своих губ, проговорил Сон. Инхо благодарно кивнул, принимая упаковку. Проводив многозначительным взглядом актёра, Кихун тяжело вздохнул, потирая переносицу пальцами. Нужно будет обязательно спросить о том снотворном Санву. *** Утро встретило мужчину свежей прохладой и ярким солнцем, нехотя греющим поверхность вокруг. До начала работы оставалось ещё около двух часов, поэтому Кихун без дела слонялся по территории, снятой командой. Если сам отель внутри нельзя было назвать люксовым, то за его пределами всё было не так уж и плохо, гримёр бы сказал, что даже симпатично: лаконично поставленные белоснежные вазы с растительностью, протяжные и, на удивление, ровные дороги, небольшие деревянные домики неподалёку, в которых обосновалась остальная съёмочная группа. Там же и находился буфет. Миновав отель, Кихун, никуда не спеша, шагал между маленькими домиками, разглядывая лес вдали. Наверное, это можно было назвать своеобразной медитацией. Периодический отдых для разума был просто необходимостью. Особенно, когда твоя жизнь раз в несколько месяцев наполняется ежедневной суматохой, спешкой, ранними подъёмами, доработками и прочим хаосом. Кихун и сам наполовину состоял из этого беспорядка, и это было вполне логично, учитывая его постоянное бурление нескрываемыми, яркими эмоциями. Но отдых нужен всем. Из раздумий мужчину выдернул протяжный звук где-то рядом. Кихун оглянулся, обнаруживая источник звука у себя под ногами: маленький рыжий кот, трущийся о его потёртые джинсы. — Прости, дружок, у меня ничего нет, — поджав губы, Кихун присел на корточки. Котик мигом сориентровался, подставляя мордочку под руку гримёра. Зелёные глаза выжидающе поглядывали на Кихуна, проверяя мужчину на наличие угощений. Мужчина поймал себя на мысли, что они были даже чем-то похожи: грязное "личико" с соринками у глаз, рыжий хвост на конце расходился в разные стороны, свидетельствуя о бандитском прошлом животного, а сам взгляд был почти благодарным. Какой обаятельный оборванец! Шёрстка животного была удивительно мягкой для бродяги, словно кот, между своей уличной жизнью, заходил в специальный салон и делал уход за ней. От такой глупой мысли гримёр тихо захихикал. — Э-эй, проказник! — послышался хриплый женский голос. Гримёр поднял голову. — Госпожа Гымджа! — радостно воскликнул Кихун. Этот голос он узнает из тысячи: женщина ему стала чуть ли не второй матерью за те несколько проектов, в которых им посчастливилось встретиться. Всё-таки её стрепня, что выдавалась в пластиковых контейнерах ежедневно, была самой лучшей из всех возможных вариантов. — Чего, и тебя охмурил, ирод? — беззлобно поинтересовалась Гымджа, вставая рядом с котом. Кихун не был уверен, кому именно было адресовано последнее обращение, поэтому лишь улыбнулся, поглядывая на виновника торжества. Рыжий проказник непонимающе мяукнул, отшатываясь в сторону, — Вечно у меня еду таскает, ещё и остальных на лакомства разводит. Ты ему ничего не давай, он сам вечно сытый ходит! Кихун весело хмыкнул, поднимаясь на ноги. — У меня ничего и не было. Женщина понимающе закивала головой, отводя взгляд в сторону. — А ты чего так рано бродишь здесь? — Не знаю, — пожал плечами мужчина. Он и сам не ожидал от себя такого подъёма добровольно, несмотря на продолжительные поиски хотя бы какой-то полезной информации насчёт этого проклятого И Сухёна этой ночью. Ту стычку с Инхо он предпочитал отмахивать сразу же, как только воспоминания о ней начинали лезть в голову. Ему и так неловко перед самим собой за то полуголое выступление перед актёром. Где-то в глубине души он надеялся, что тогда вручил ему яд вместо таблеток, чтобы больше не сталкиваться с Хваном и его постоянными задумчивыми взглядами на своей персоне. Господи, он скоро правда прожжёт в нём дыру. — Ну, ладно, сынок, я пойду. Мне ещё нужно разложить завтрак. Сегодня он будет особенно вкусным, вот увидишь, — она весело подмигнула, ковыляя в обратную сторону к домикам. И Гымджа не соврала. Кихун с огромным удовольствием уплетал собственную порцию за обе щёки в гримёрке. На этот раз она находилась на самом верхнем этаже одного из этих домиков, поэтому нахождение здесь было довольно-таки комфортным. — Ты на хомяка смахиваешь, когда так ешь, — ухмыльнулась Сэбёк, поглядывая на счастливого мужчину рядом. — Ничшего я не пошхож! — девушка поморщилась. — Ты прожуй сначала, бездарь. Когда стрелки пробили десять утра, наконец стали подходить актёры один за другим. Кихун всё так же весело щебетал с ними на различные темы, пока Сэбёк молча орудовала ножницами и красками. — Принеси ещё бинтов, пожалуйста. Они на первом, — обратился к девушке Кихун, пока оборачивал вокруг руки остатки бинта кого-то из массовки. Сэбёк недовольно цокнула, но всё же отлучилась, оставляя за собой шум топота по деревянной лестнице. Когда с очередным раненым было покончено, Кихун не нашёл занятия лучше, чем какая-то песочница на телефоне. Сэбёк так и не пришла, поэтому "живого" развлечения в виде пустых диалогов на самые глупые темы у мужчины не было. Водя по экрану большим пальцем, Кихун подметил, что процесс можно было назвать довольно увлекательным. Не хватало ему ещё стать зависимым от компьютерных игр. Азартных ему хватило. Гримёр и не заметил, как рядом с ним приземлилось чужое тело, обладатель которого не сводил с него взгляда уже около полуминуты. Подняв голову, он обнаружил перед собой Инхо. — О-ох! И снова здравствуйте, — с явным сарказмом протянул Кихун. Отложив телефон в сторону, он откинулся на креслице сиденья, вальяжно крутясь из стороны в сторону, — Как вам спалось? — Просто прекрасно, — язвительно подметил Хван, — Вы вручили мне слабительное. Кихун удивленно округлил глаза, а брови мигом подпрыгнули вверх. Несколько секунд он молча глазел на Инхо напротив, прежде чем выдать самодовольный смешок. — Оу… — Рано радуетесь, мне хватило мозгов сначала перевести надпись на упаковке. И откуда только у Санву нашлось… — Инхо пощёлкал пальцами в воздухе, подбирая выражение, — Такое. Кихун ехидно улыбнулся, осматривая собеседника: под его глазами образовались несильные синяки, усталые движения выдавали несвежесть организма, но при этом всем, чёрт возьми, он продолжал быть таким обаятельным! Актёров где-то учат этому? Хотя, почему-то Кихун был уверен, что только один Инхо и обладал этой способностью. Вампир, не иначе. — А почему вы вообще к Санву пошли? У нас же где-то неподалёку была аптека. Я видел, когда мы ехали сюда… — вдруг осенило Кихуна. Действительно, чего это он к режиссёру побежал, словно не снотворное просил, а исцеляющее зелье? — Вы, Сон Кихун, многое не знаете… — Инхо скорчил самодовольную мину, вызывая приступ негодования у гримёра. — Как это, не знаю?! Я с этим человеком знаком дольше, чем вы актёрством занимаетесь! — Много ли вы знаете о моей карьере. — Много ли вы знаете о секретах! — вспыхнул Кихун, резко вскакивая с кресла, — Не стройте из себя всезнающего! Инхо лишь поднял одну бровь, скептично осмотрев истеричного оппонента. Казалось, эмоции Кихуна вызывали в нём неподдельное веселье. В особенности отрицательные эмоции. — Поверьте, я никого из себя не строю. Если бы хотел, то я бы был куда обаятельнее себя нынешнего. — Вы ещё и за искренность здесь ручаетесь, оказывается? — саркастично подметил мужчина, — Да вы… Вы просто обычный кусок выбляд- В кудрявую макушку резко впечатался рулон белоснежных бинтов, мигом отскакивая от неё на пол. Мужчина отшатнулся, испуганно вскрикнув. Кихун поднял голову, обнаруживая на себе ну очень многозначительный взгляд Сэбек, стоявшей у прохода, скрестив руки на груди. Видимо, серьёзного разговора после не миновать. — И так голова пустая, не перестарайтесь, — хмыкнул Инхо, заставляя лицо Кихуна чуть ли не покраснеть от злости как помидор. — Какого…— мужчина остановил себя, замечая за спиной Сэбёк подозрительное шевеление. На Кихуна глядела парочка тёмных глаз, испуганно и заинтересовано. Стоп, на площадке сегодня должны были быть дети? Кихун непонимающе уставился на мальчика, который нервно озирался по сторонам, словно искал поддержку в этих деревянных стенах домика. — Это… Мой, — с непривычной для Сэбёк нежностью произнесла та, отступая чуть влево. Стоп, у Сэбёк есть ребёнок?! — Я… — мальчик запнулся, неуверенно поглядывая на парочку напротив. Кихун тут же выпрямился, вернув к себе прежнее дружелюбие. А Инхо и возвращать ничего не нужно было, он как был невозмутим, таковым и оставался, — Я Чхоль. — Чхо-о-оль! — радостно протянул Кихун, лучезарно улыбаясь. Точно, у Сэбёк же был брат. Она практически о нём ничего не рассказывает, так из головы и вылетело, — Ну, не стесняйся так, малец. Мы тебя не обидим. Последняя фраза не осталась без комментария Инхо, насмешливо фыркнувшего над "мы" в её начале. Захотелось обмотать бинтом с пола лицо этого идиота, перекрывая весь кислород к чертям. Гримёр пока сдерживался. — Точно? — робко поинтересовался Чхоль, вновь вставая сзади сестрёнки, — А почему вы тогда кричали на этого господина? — Я не кричал, что ты! — поспешно ответил Кихун, выдыхая неловкий смешок. Он отвёл взгляд, сразу же встречаясь с заинтересованным происходящим цирком Инхо, — Просто… Иногда люди вынуждают, чтобы на них повышали голос. — Просто иногда у людей не всё в порядке с нервами, — подал голос сидящий, улыбаясь мальчику, — Ты не пугайся Кихуна, у него просто… Проблемы. — С головой? — тут же невинно поинтересовался мальчик, вызывая смешок у Сэбёк с Инхо. Одному Кихуну было не смешно. — Не-ет, с настроением! — тут же вмешался Сон, в попытках прекратить массовое унижение его достоинств, — Я просто не выспался, вот и нервничаю. Всё в порядке, Чхоль, не переживай! Мальчик запоздало кивнул, неуверенно отрываясь от сестрёнки. Он уселся на стул, сопровождая каждое движение Сэбёк внимательным взглядом. Девушка напоследок строго глянула на Кихуна, прежде чем приступить к работе. Та подправила волосы мальчику, где-то проходясь по ним утюжком и иногда нанося какое-то средство на них, в то время как Кихун вёл немой диалог с Инхо. То гримёр якобы случайно затянул бинт сильнее положенного, вызывая тихий хрип у Хвана, который старался всем видом скрывать дискомфорт; то при расчёсывании волос слишком сильно их оттянет… Было интересно испытывать терпение актёра, который, почему-то, продолжал терпеть все издевательства и спокойно сидеть в кресле. *** — Главное, помни: не смотри в камеру, — спокойно объяснял Санву Чхолю, который послушно кивал на каждое слово режиссёра, — Всё ясно? — Да! — с энтузиазмом отозвался мальчик. Санву похлопал Чхоля по плечу, объявляя начало репетиции. Кихун наблюдал за данной картиной со стороны, сидя на пыльном бордюре. На улице заметно потеплело по сравнению с сегодняшним утром. Сон даже позволил себе не надевать сверху куртку, оставаясь в тёплой толстовке. — Добром это не кончится, я уверена, — послышался холодный голос над головой. Кихун обернулся, обнаруживая недовольную Сэбёк сзади. Та подошла ближе, так же присаживаясь рядом с мужчиной. — Когда-нибудь ты его доведёшь. Ты действительно такой тупой, или просто притворяешься? — В каком таком смысле? — громким шёпотом возмутился Кихун. Репетиция началась. — В таком, я тебе это уже говорила. Ты скоро останешься без работы, если продолжишь вести себя по-идиотски. Как тебе мозгов хватило орать на него? — Он… Вынудил меня! — мужчина отвёл взгляд в сторону, всматриваясь в неожиданно интересный асфальт под ногами. — Я удивлена, что он до сих пор тебе не врезал. Кихун сделал вид, что обиделся, на деле в очередной раз притворяясь. Наверное, он мог бы и оскорбиться, будь на месте Сэбёк кто-то другой. Но он знал её достаточно хорошо, чтобы понимать стиль общения девушки, поэтому все те оскорбления пролетели мимо ушей мужчины. Впрочем, ему не привыкать. В какой-то степени он действительно был идиотом. Девушка усмехнулась, вглядываясь в происходящее неподалёку: Чхоль на отлично справлялся со своей маленькой ролью, хотя заметно нервничал. Конечно, ведь ото всюду была слышна нецензурная лексика, оры и ругань, столь привычные для съёмочного процесса. Множество камер, направленных на Чхоля, профессионалы вокруг… наверное, мальчик очень боялся облажаться. Кихун тоже смотрел, но на того, кто был чуть выше и держал мальчика за руку. Инхо. Он проговаривал речь, но из-за расстояния до гримёра долетали лишь обрывки фраз. Сону стало жалко мальчика, хотя он, казалось, не переживал насчёт присутствия Хвана рядом. Перед глазами невольно стали всплывать воспоминания о его "подработке" в массовке. Резко захотелось ударить Инхо по лицу. Очень сильно и больно. Кихун, казалось, даже не отдавал отчёт своим действиям в такие моменты, когда злость на Инхо в очередной раз вспыхивала в груди. Хван вынудил его – он и наорал. Всё было вполне справедливо и даже правильно, словно это было обыденностью в киноиндустрии – вечные подколы и пакости между актёрами и гримёрами. Инхо сам не был против вылить на него всё своё остроумие, а значит, пусть будет добр потерпеть несколько минут оров и воплей Кихуна. От таких размышлений ужасно захотелось покурить. Рука машинально опустилась вниз, роясь в кармане толстовки. Планы ощутить привкус родного табака с грохотом провалились, когда к нему с Сэбёк прискакала маленькая фигура человечка. Кихун с досадой выдохнул, пряча сигареты обратно в карман. — Ты отлично справляешься, — мигом поменяла тон Сэбёк, ласково гладя Чхоля по макушке. — Да, ты прям прирождённый актёр, — подхватил похвалу Кихун, вскакивая на ноги, — Тебе сколько лет? — Десять. — Какой взрослый! Ну, вот и с будущей профессией определились. Скоро ещё подружку найдёшь… — Господи, отвянь ты от него, — с усмешкой произнесла Сэбёк, притягивая к себе брата за плечо. Кихун оскорблённо сложил руки на груди, театрально отворачивая голову в другую сторону. — Кихун прав, он действительно хорошо сыграл, — прокомментировал не пойми откуда взявшийся Санву, заставляя Кихуна подпрыгнуть на месте. Что за моду все взяли: доводить Сона до инфаркта своими неожиданными появлениями? — Скоро начнём снимать, пойдём обратно. И с этими словами Санву увёл мальчика к камерам и людям с оборудованием, пока Кихун продолжал строить из себя обиженного. Если посмотреть на Чхоля с его другом со стороны, то можно было бы подумать, что это отец с сыном. От таких мыслей Кихуна передёрнуло, заставляя скривить гримасу отвращения. Фу, хватит с него фантазий на сегодня. *** Музыка отдавалась в уши сильнейшими вибрациями с каждым новым "ударом". Казалось, что ещё чуть-чуть, и у Кихуна точно пойдёт кровь из ушей. Крутя в руках уже второй по счёту шот, мужчина с плохо скрываемым любопытством осматривал помещение вокруг: яркий сине-фиолетовый свет на танцполе сильно контрастировал с приглушённым освещением на месте, где сидел Кихун. Длинные чёрные диваны с явно дорогущей обивкой приятно обволакивали тело мужчины. Будь в его организме больше алкоголя, то он бы непременно уже уснул прямо здесь. Вокруг было кучу народа: девушки в коротких блестящих платьях, их парни в, естественно, дорогущих тряпках, компании женщин, заигрывающих с какими-то взрослыми (и явно статными) мужчинами… Среди всей этой элиты Кихуну было не по себе: он даже не удосужился поискать в своём гардеробе что-то хотя бы более приближённое к такому гламуру, царящему вокруг. Ещё и не до конца зажившие раны на лице не делали ситуацию лучше. Господи, лучше бухнул дома с Чонбэ, чем таскался с ним же по таким местам. — Напомни, как нас вообще сюда впустили? — Кихун наклонился к рядом сидящему другу, пытаясь перекричать музыку. — Связи, Кихун! Сам знаешь, в кино без них никак! — довольно подмигнул Чонбэ, вливая в себя новый стакан с чем-то фиолетовым на дне, — Брось, ты же хотел расслабиться! — Хотел, — согласно кивнул Сон, переводя взгляд на танцпол. Конечно, идея не была такой уж плохой, если так подумать. Чонбэ после окончания съёмок решил сбросить стресс со своим другом за несколькими (или нет) бокалами спиртного, и Кихун был только за. Кто же знал, что его поведут в один из самых престижных клубов Сеула, в которых нередко обитают разные селебрити и мажоры? К контакту с первыми гримёру было не привыкать, но почему-то именно здесь он чувствовал себя так, словно он пришёл сюда просить милостыню, а не просто проскользнул по каким-то там связям друга. Каким – разбираться настроения у него не было. Узнает на трезвую голову, если вообще вспомнит о сегодняшней ночи. Кихун глотнул ещё один стакан, допивая содержимое до дна. В одном соврать было нельзя: здесь был отменный алкоголь. Не такой, как в круглосуточных возле дома и даже не такой, который ему разливают на корпоративах – они же так называемые "шапки" – в честь окончания проектов. Окончательно Кихун свыкся с атмосферой вокруг, когда сам незаметно для себя стал отбивать ногой по полу бит очередной попсовой песни, мелодия которой уже перестала казаться такой противной. — …Не-е-ет, мне кажется, что тот мужик явно мутит что-то странное. — Он до сих пор мне не заплатил, Чонбэ! Я пахал там за грёбанные копейки… — обиженно воскликнул Кихун, откидываясь на диванчик. Тема с обманом на проектах вызывала явную ярость у Кихуна, заставляя его эмоционально размахивать руками. Спустя полчаса его окончательно разморило, раскрепощая и показывая его настоящую натуру при пьянстве. Чонбэ понимающе кивнул, разливая алкоголь по уже пустым бокальчикам. — Кстати…— загадочно протянул мужчина, заставляя Сона заинтересовано глянуть на друга, — Здесь есть ещё одна комната, — он наклонился к Кихуну, словно сквозь такой шум кто-то мог их подслушать, — с азартными играми, можем сходить. Глаза гримёра мигом распахнулись, удивлённо уставившись на Чонбэ. Мужчина замялся, явно раздумывая над ответом: соблазн был слишком велик. В голову невольно стали лезть воспоминания о былом веселье на ставках, когда в голову врезалась конная доза адреналина и недетского счастья при выигрыше выбранной тобою лошади. Как он с нехилой гордостью осматривал те выигранные купюры и представлял, на что их потратит… Мужчина одёрнул себя, встряхнув головой. Чонбэ вопросительно поднял одну бровь. Нет, он обещал больше не лезть в это гиблое дело. В первую очередь, самому себе. — Нет, — спустя долгую минуту раздумий ответил Кихун, презрительно осматривая Чонбэ, — Я завязал. На это мужчина лишь пожал плечами, предпочитая не давить на друга. Но капелька огорчения всё же промелькнула в его глазах – конечно, одному тратить деньги не так интересно, как с другом неудачником на пару. Зрение потихоньку начинало плыть, предупреждая Кихуна о необходимости окончания пьянки. К счастью или сожалению, мужчина не знал меры, поэтому первый тревожный звоночек был успешно проигнорирован. Перед глазами неожиданно замаячили непонятные сверкающие блёстки, стремительно приближающиеся к мужчинам. Что, он так сильно перепил? Стоило Кихуну протереть глаза, как перед ним предстала, мягко говоря, интересная девушка. Нет, она не выглядела вульгарно и не походила на продажную, но она была подозрительно молодой для компании двух пьяных мужчин, явно не вливающихся во всё это мероприятие. — Не против, если я подсяду? — миловидно поинтересовалась она. И пока Чонбэ изумлённо таращился на незнакомку, Кихун поспешно кивнул, давая положительный ответ. Ладно, мало ли какие предпочтения бывают у женщин в двадцать первом веке… — Не против, конечно! А… Как вас звать? — Сон проводил взглядом садящуюся на диван гостью. Рядом с Кихуном. Сон пнул Чонбэ ногой под столом, чтобы тот прекратил так открыто осматривать гостью. У самого то жена, пусть не забывает. — Соён, — ответила та, мигом оголяя ровные зубы в своей очаровательной улыбке, — А вас как? Откуда родом? Я видела здесь много знаменитых и знакомых мне людей, но вас я вижу впервые… — задумчиво протянула та. Казалось, что общалась она только с одним Кихуном, практически игнорируя попытки Чонбэ вклеиться в разговор. — Да-а, мы… Я Кихун, а это мой друг Чонбэ. Я из Саннгмун-дона! Мы здесь…— Кихун внезапно запнулся, думая, как бы сформулировать "Прошли по связям. Я не хотел здесь находиться, да и вообще я не знаю, как здесь оказался", — Мы здесь с хорошими знакомыми, отдохнуть пришли. — Я тоже! Вы здесь впервые? — Кихун утвердительно кивнул. Чонбэ сзади разочарованно вздохнул, решая просто продолжить слушать диалог двух голубков. Теперь девушка окончательно была повёрнута к гримёру, — Здесь есть много разных комнат для опытных посетителей, мы можем провести время там. — Что вы имеете в виду? — Кихун заметно напрягся, глянув на друга позади, который подозрительно ухмыльнулся, играя бровями. Он мигом получил ещё один предупреждающий пинок под столом. — Ну, например, можно посетить комнаты с азартными играми. Но если вас такое не интересует, то… — Соён отвела взгляд, — Мы можем удалиться в отдельную комнату для двоих. Ну вот, приехали. Кихуна как водой холодной облили, словно ему никогда в жизни не предлагали быстрый перепихон по молодости. Но важное уточнение: тогда он не походил на уставшего от жизни работника в дешёвой одежде, которому лишь бы выпить за чужой счёт, да и прелюдия длились дольше, чем две минуты. Ещё и такая девушка в шикарном платье, аккуратной укладкой и, казалось, ни грана алкоголя в крови. Кихун растерянно глянул за спину выжидающей Соён на Чонбэ, который уже вовсю веселился, глядя за этой парочкой. Тот лишь утвердительно кивнул, давая знак, мол: "Иди отдохни". Кихун неопределённо мотнул головой, набирая в грудь побольше воздуха. — Ну-у, я не- — Отлично! — девушка радостно подскочила с места, мигом потянув за собой мужчину в мёртвой хватке на ладони. Откуда в таких, казалось бы, нежных руках, было столько силы? Сона вели сквозь толпу, как маленького ребёнка, пока он пытался сообразить, что делать дальше. Нет, он не может так. Воспользоваться молодой девушкой явно никогда не входило в планы Кихуна. Подобные вещи должны быть с чувствами, эмоциями, а не с желанием закрыть свои животные потребности. Несколько раз он пытался остановиться, но лишь спотыкался, потому что его "спутница" даже не думала останавливаться. Может, ей что-то подмешали в коктейль? Когда женская рука наконец отпустила мужчину, он облегчённо выдохнул, опираясь на стенку по правую сторону от него ладонью. Куда его вообще привели? Они стояли в явно отдалённой части клуба. Перед ними красовалась деревянная, покрытая лаком дверь. Девушка замялась перед входом, глядя на озабоченного Кихуна. — Всё в порядке? — мужчина резко дёрнулся, смотря на собеседницу. Он нервно закусил губу, сводя брови домиком. — Да-а… Давай я принесу ещё немного выпивки? — быстро проговорил тот, пятясь назад. Его мозг не смог придумать ничего лучше, как просто трусливо сбежать от настойчивой дамы. Он уже успел забыть её имя. — Хорошо, ты же помнишь, как добраться сюда? — Ну, я не настолько стар… — нервно повёл плечами Кихун. Девушка только утвердительно кивнула, после чего скрылась в той самой комнате. Хлопок закрытой двери послужил командой "старт". Сон сорвался с места в неизвестном ему направлении, чуть ли не путаясь в собственных ногах. Здесь же должны быть запасные выходы? Во время своего побега он успел задеть нескольких людей и чуть не упасть, зацепившись за какую-то колонку. Чужие оскорбления в его сторону растворялись в громкой музыке клуба, пока Кихун пытался отдышаться. Ноги привели его к какой-то одинокой барной стойке, которая, казалось, и не работала вовсе. Насколько же это помещение было огромным? Чонбэ наверняка думает, что Кихун уже вовсю развлекается с девушкой и, возможно, уже ушёл домой. Ага, как же. Мужчина невесело хмыкнул, облокачиваясь о лакированную стойку. Мысли скакали туда-сюда, пока он продумывал план побега из клуба. Насколько же это было глупо и нелепо с его стороны. Наверняка завтра он будет краснеть при воспоминаниях о сегодняшней ночи. Хорошо, что сейчас он пьян настолько, что не способен осознать всю абсурдность произошедшего. Похлопав себя по карманам, Сон неуверенно оглянулся по сторонам, в поисках выхода из здания. И он его нашёл. В его поле зрения оказалась железная дверь, через которую несколько секунд назад вышел какой-то мужчина. В темноте было трудно разобрать, что именно находилось за ней, но ясно было одно – там была улица. Его спасение. Наконец-то он покурит, вызовет такси и поедет обратно в ту глушь. Мужчина облегчённо выдохнул, быстрым шагом направляясь к двери. Через сорок минут он бы наверняка уже мог оказаться в отеле под тёплым одеялом, если бы не почувствовал, как в моменте чья-то сильная рука рывком оттягивает его назад, заставляя чуть ли не упасть спиной на холодный пол. — Какого хрена ты здесь делаешь?! — последнее, что услышал Кихун, прежде чем его куда-то опять грубо потащили. Ну сколько можно?