Мрачные и чудные

Утро будило тогда нежно и ненастойчиво. Мягкий свет солнца заботливо поцеловал темную макушку Вулока, проскальзывая сквозь темные шторы с изображением звезд. Петухи по ту сторону Чудной уже отслужили свой пост. Богатеи коттеджного поселка давно укатили на своих иномарках увеличивать капитал, потому за окном царила тишина. Мальчишка мог бы и дальше сопеть под одеялом с изображением героев “Войны клонов”, но чарующие ароматы из кухни, прокравшиеся в его комнату на мягких лапах, стали осторожно выманивать его из кровати. Он потянулся по-кошачьи и побрел в собственную ванную комнату, где холодная вода прогнала последние следы Морфея. Соломея - уже в офисных темно-синих брюках, но еще в домашней футболке - хозяйничала у плиты и варила в турке кофе. Черт по-театральному читал новости на своем планшете и держал наготове большую круженцию в ожидании бодрящего напитка. Из-под махрового халата на мускулистой грудине проступали черно-медные кудри.Темникову периодически тошнило по утрам, а при виде сей растительности приступ усиливался. - Доброе утро, мам! - проголодавшийся Вулок с улыбкой вошел на кухню, но его настроение тут же просело. - Отец… - О, сынок! - Володя отложил свою электронную игрушку и жестом указал по-царски на стул. - Выспался, сокольничек? - Доброе, Вулок! - Соломея пихнула муженька и обняла крепко своего мальчика. - Надеюсь, не было кошмаров. Будущий восьмиклассник помотал головой и настороженно сел, не решаясь взглянуть на родителя. Вкусный запах овсянки подогревал аппетит. Предвкушая горячий завтрак, Вулок принялся нарезать хлеб и делать на всех бутерброды с маслом, сыром и колбасой. Семейная идиллия. Картина маслом. - Все мультики смотришь… - уничижительно произнес Володя, покосившись на пижамные штаны сына с эмблемой ордена джедаев. - Мама их тоже смотрит, - Вулок старался звучать убедительно, но громкость словно отключили в дополнительных настройках. - И горжусь этим! - женщина поставила тарелку с кашей перед сыном и посыпала дымящееся блюдо голубикой, только потом Черт удостоился своего кофе. - Нашел на кого равняться! - ехидно сжал губы мужчина с разными зрачками. - Эти увлечения для пердышни, а у тебя уже поди волосы возле писюна растут. - Володя! - вскрикнула Соломея, мысленно ударив его той самой туркой, но отвлеклась на поперхнувшегося чаем сына. - У тебя нет других тем для разговора с утра? - Ну почему? У меня всегда есть подходящая тема, - взгляд был у Черта “яко ангел”. - Мама мне вчера сообщила, что ты теперь в курсе про семейное проклятие. - мальчик опять закашлял. - Че, боишься? Похлопав Вулока по спине, колдовка смерила супруга недобрым взглядом и села рядом с ребенком пить кофе с бутербродами. - Я пока что в прострации, - честно ответил он. - В лес я, конечно, больше не пойду. Хотя мне там очень нрав… - А Мрак вездесущ, - улыбнулся Черт, чувствуя, как подогревает страх сына. - Только в Нежитье, пристанище всей нечистой силы, ему вход заказан. Мы его с Лучезарным когда там... Ну, в общем, давным-давно прокляли. И теперь он в Нежитье вообще ни ногой. Сгорит заживо быстрее салемской ведьмы. - Мам… - мальчик повернулся к ней. - Уговор про два вопроса в силе? - Конечно, малыш! - на этом слове Черт продемонстрировал, как ему тошно от таких обращений, но получил пинок под столом от своей ненаглядной. - Прекрати поясничать, Володя! - Хорошо. Тогда первый вопрос, - Вулок для храбрости зачерпнул побольше овсянки, хотя руки дрожали так, что, наверное, и всей каши бы не хватило. - Если Мрак убивает первенцев из нашего рода, то как так вышло, что и ты, и бабушка все еще живы? - О! О! О! - Черт по-детски начал тянуть руку, будто сидя за партой. - Можно, можно я отвечу? - Пожалуйста! - Соломея, закатив глаза, кивнула. - Дело в том, что твоя бабушка была очень хитрой женщиной. Более того, она была той еще сыкухой! Наверное, это ты в нее такой. Ай! - очередной пинок по ногам. - В общем, чтобы Мрак ее не умертвил, она заключила договор с Нечистивым Царем, Патриархом Нежитья и Повелителем всей нечисти, с единственным, кто по силе равен Мраку, - Соломея тяжко вздохнула, наевшись за все эти годы самовлюбленностью мужа. - Это с кем же? - Так со мной. С Чертом! - и на лбу Володи мгновенно выросли два красных изогнутых рога, что заставило мальчугана отшатнуться, как ошпаренного. - Какой ты все-таки шуганый! Вот другие мои дети, бесята, вообще, как по мне, страха не ведают! Вулок уже не знал, чему ужасаться. Что его отец в непристойном свете упоминался во многих мировых религиях, что бабуля его вступила с Антихристом в деловые отношения. Или что у него есть то ли братья, то ли сестры с чертовскими рожками. Воздуха стало мало, а в висках забили барабаны. Глаза смотрели прямо, но уже ничего не видели. «Болван, Володя, надо мягче, он же ребенок, не вываливать вот так вот все!» Голос матери, казалось, затаился на морской глубине. «Это ты растишь его такой неженкой!» Отцовский баритон лишь давил еще больше на ребра. «Дыши, сын!» Приятная рука матери дотронулась до грудной впадины Вулока. Он почувствовал, как давление прекратилось, а в груди словно пошел тропический дождь. Ему было тепло, но повсюду ощущалась желанная свежесть. Вместо тревожных звуков отца мальчик слышал пение птиц и журчание воды. Зрение постепенно вернулось. Вулок вздохнул облегченно в объятиях мамы. - То есть без колдовства никак! - Черт брюзжал, убирая свои бараньи рога. - Мама. - Все хорошо, Вулок, - Соломея гладила его бледную щеку, не выпуская из золотого кольца своих рук. - Мама… У тебя очень красивая магия! - от такого признания у колдовки тоже в душе защебетали пташки. В часу десятом повезла хозяйка спа-центра провинившегося сыночка на отработку в школьную библиотеку. В плеере перемешались Баста, Бумбокс и Нойз, и они вдвоем суфлировали их рэпу, иногда сбиваясь и смеясь от этого. Женщина уверенно вела авто, периодически брала мальчика за руку, но старалась не перебарщивать со своим вниманием. Вулок-то не очень любил прилюдной нежности, но сейчас в машине были только они, так что он позволил Соломее проявить свои материнские чувства. - Ты не переживай, мам, я в норме. - А разве можно быть в норме от всего услышанного? - они пересекли мост и оказались на левом берегу, где располагалось село Чудное. - Я представляю, ну, как будто это все происходит в параллельной вселенной. Или кто-то пишет про меня фанфик с элементами мистики в жанре, ну, скажем, Dark Slavic Fantasy. - О, я бы такое почитала, только не на ночь. Но ты не волнуйся, тебе правда нечего бояться, ведь твой отец защитит тебя от Мрака. Он на самом деле способен противостоять ему, и уже не раз спасал тебе на самом деле жизнь. - Вот как, - Вулок закусил губы в точности, как его мать. - Отец никогда не проявлял ко мне заботы. Или просто интереса. Соломея плавно припарковалась у сельской школы и, отстегнув ремень безопасности, повернулась к сыну. - Твой отец чудило, каких поискать, - она не хотела, чтобы Вулок хоть на йоту усомнился в своей сохранности. - Но ты важен для него, и он сделает все, чтобы ты был цел и невредим, - колдовка обняла его крепко-крепко. - И я тоже буду оберегать тебя всеми силами. Мама у тебя, между прочим, очень способная колдовка. - Даже не удивлён! - его окончательно отпустило после потрясений за завтраком. - Но отец так и не объяснил, как ты смогла избежать... Ну, ты понимаешь. - Ох, Вулок, - Соломея устало откинулась на спинку сиденья. - Мне ведь заново придётся тебя откачивать, если я отвечу. - Уговор есть уговор. - Да-да, как бы помягче. Хорошо, постараюсь. Видишь ли, Мрак охотится только за первенцами. А, скажем, побочные дети его не сильно волнуют. - Побочные? - Вторые и третьи. Не старшие, одним словом. - Подожди! - его глаза вылупились. - У бабушки были ещё дети, кроме тебя? Видимо, пора заняться генеалогией. - Поверь, это будет очень хиленькое деревце. Нас было двое. Я и мой брат-близнец, родившийся на пятнадцать минут раньше. Роковые минуты. - Нет, только не говори… - Да. Мрак и его внучка, Княгиня Упырей, пришли во время родов. Летун и несколько колдовок в его подчинении смогли прогнать их. Спасли меня и мою мать. Но не брата. После этого твоя бабушка и заключила договор с Чертом. За окном показались Оксана и Лев, которые сразу узнали дорогую тачку владелицы “Русалки”. - Мне пора, - подвёл черту Вулок. - Спасибо, что рассказываешь мне всё. Даже если тебе тяжело вспоминать эти моменты. - Вулок, просто помни, что я никого так не любила, как тебя. Ты моё главное и единственное счастье. Поэтому, пожалуйста, береги себя! - она сщурила глаза, заметив, как Лев достал банку энергетика и без стеснения всосал её. - И следи за своим окружением, бога ради. - Да, я тоже не в восторге, что теперь буду ежедневно видеться с этим, - парень жестом показал старшекласснику, что они всё видят. Но тот лишь отмахнулся от них. - Но сестра у него… ничего так, - он вспыхнул сеньором-помидором. Не став смущать сына дальше, Соломея ничего не прокомментировала. Но озорливо присмотрелась к “ничего такой” девочке. - И не болтай с ними о вчерашнем. Вообще ни с кем. Нечисть должна оставаться в тайне от людей. Так заведено испокон веков. - Но они же всё видели. И банда Льва. - Об этом я позабочусь. А эта парочка будет молчать. Так заверил меня зверь-директор. И под бодрый смех Вулока они попрощались. Соломея помчалась в участок к Андрею. Да, о нём следовало бы тоже позаботиться.