Пугачёва-Пугачёва.

- Алл, - прекрасно слышав, что она сказала, Галкин лишь небрежно фыркнул, подойдя ближе, - скажи на милость, как ты думаешь, почему я не запрещаю тебе видеться с детьми? Я ведь мог бы! - Что, - нахмурилась прима, - намекаешь на свою псевдо-интеллигентность? - Не ради тебя стараюсь, Алла Борисна. А ради детей - они так к тебе привязаны, что им непросто тебя забыть. Все время: "Мама-мама, мама-мама!" А наша Аллуся-то им... - недоговорил он, как Пугачева бросила на бывшего супруга гневный взгляд, что тот сразу замолчал: - Не смей. Понял? - Мои руки чисты! - Максим поднял ладони, жестом давая понять, что не намерен идти на более серьезный конфликт, связанный с детьми, - Фигурально! - улыбнулся он, - Ты знаешь, я... - вдруг признался комик, - даже рад тебя видеть, - Алла нахмурилась, и тогда Макс объяснил, - дело в том, что Лизе и Гарри трудно в Лондоне. Труднее, чем на Кипре, и я хотел перевезти их обратно в Лимассол. Ты же помнишь тот домик, что я купил на набережной? Им там будет хорошо, будут ходить в местную школу, к которой привыкли. Но фишка в том, что без твоего... родительского, - ухмыльнулся Макс, - разрешения я не могу вывезти ребенка зарубеж. Мы просто паспортный контроль не пройдем. Поэтому я предлагаю договориться - ты не препятствуешь мне, я не мешаю тебе общаться с детьми. - Я хочу, чтобы на лето они приезжали ко мне в Россию. - Если они сами захотят. Если у тебя будут подходящие условия, то я не против. Алла, - Макс вдруг ухмыльнулся, - а у тебя будут подходящие условия? Обустроенные комнаты, их игрушки! Репетиторы... Ты же не думаешь, что я тебя в Грязь пущу? - последовала пауза, Алла, призадумавшись, поняла, что Максим прав - ей некуда пока что привезти детей, комнаты на Филипповском переулке для них не обустроены, хоть квартира и большая, - А-а-а, - протянул Галкин, заметив ее задумчивость, - так ты на Филиппа рассчитываешь. Все-таки сошлись, - на это Макс закатил глаза, - Ну да ладно, это ваши с ним трах-тибидохи, мне главное, чтобы Лизе и Гарри было хорошо. - У меня хотя бы они есть, - поддела его прима, - в отличие от нашего с тобой брака. Я согласна на твое предложение. Но обязательно надо спросить мнение Лизы и Гарри - что они хотят на самом деле. - Ты знаешь, у Лизетт я уже поинтересовался, а вот Гарри... Сейчас пойду и спрошу. Ты как, подождешь? Или в отель поедешь? - Я пойду с тобой. Кстати, - вдруг вспомнила Пугачева о том, что доктора уже не пускают посетителей, - как ты пройдешь? Меня ведь уже попросили выйти! Режим! - на это Галкин ничего не ответил и прошел в палату. Гарри уже переоделся в пижаму и, накрывшись одеялом получше, почти засыпал. Пугачева молча наблюдала за тем, как Максим подошел к сыну и нежно обнял его. Они о чем-то пошептались пару минут, после чего Галкин чмокнул ребенка в лоб и вышел из палаты: - Значит, давай так - ты завтра со школы заберешь Лизу и полетишь с ней на Кипр. Там вас встретит домработница, что я нанял, а я прилечу сразу, как Гарри выпишут - это максимум послезавтра. Договорились? - Макс, вообще-то у меня дела есть! - Отлично! Я так и скажу Лизе, что ее мама не захотела с ней лететь, потому что дома в Москве ее заждался дядя Филечка. Так сойдет? - Пугачева, не ожидавшая ничего подобного, так растерялась, что просто не знала, что ответить, - Я завтра заберу Гаррика из клиники, послезавтра с ним прилечу в Лимассол. Тебе надо просто привезти Лизу. Билет дочери я оплачу. Свой - плати сама. - Вот так вот, да? - насупилась Алла, скрестив руки на груди, - Тебе совсем на меня плевать? Тебе похуй, что мне лишний перелет совершать? И что мне это вредно? - Честно, Алл - да. Похуй. - не сдерживался Макс, - Я дал тебе возможность провести время с дочерью, не хочешь - не надо. Лети в свою Москву. Если все же надумаешь, я утром навещу Гаррика и передам тебе билет для Лизы, - Владимир, который стоял неподалеку, прекрасно слышал, в каком тоне прошла беседа и, заметив, как Алла побледнела, немного испугался за нее - ведь Филипп вверил ему Пугачеву, сказал, что если та только споткнется, Фил должен об этом знать. А сейчас, когда прима после беседы в таком ультимативном непозволительном тоне, выйдя из здании клиники, присела на первую же лавочку и заревела белугой, занервничал: - Алла Борисовна... - мужчине неловко, и он не знал, чем ей помочь, - простите, но... может, стоит все рассказать Филиппу Бедросовичу? Он непременно поможет. - Володя, что рассказать? - все еще плача, едва ли не простонала Алла, - Что меня Галкин шантажирует? Что заставляет лететь на этот сраный Кипр? А если Филя приедет? Чем это закончится? Мордобоем? - Простите, но... я тоже должен отчитаться Филиппу Бедросовичу о том, что у Вас все хорошо. А как я могу, когда Вы... плачете? - тихо произнес помощник, на что Алла, ухмыльнувшись, резко смахнула слезы и подняла свой взор: - Все! Не плачу! Видишь? Поехали в отель. Весь оставшийся вечер, плохо перекусив, Алла размышляла, как ей быть - как поступить грамотно. Обманывать любимого Филиппа очень не хотелось, но и говорить прямо она опасалась - существовала вероятность, что Фил бы прилетел, чтобы разобраться с этой ситуацией. В итоге, когда Киркоров набрал, прима, опустошив бокал красного сухого, решила пустить ситуацию на самотек - пусть будет, как будет. - Аллочка, ну как? - искренне интересовался Филипп, увидев любимую женщину в кадре мобильного, - У тебя все хорошо? Тебе удалось увидеть Гарри? Как ребенок себя чувствует, что врачи говорят? - Филь, да все окей, - под влиянием легкого алкоголя прима расслабилась и чувствовала себя непринужденно, - у Гарри обычное ОРВИ, уже выписывают завтра. - Завтра? - обрадовался Киркоров, - Так это же круто! Аллуня! - Да, Филь, да, - кивнула, улыбаясь ему, Алла. - Ты хочешь с Гарриком побыть, да? Билет мне не торопиться тебе покупать? Или же... в Москву? - Филя, - опустошив бокал прямо на камеру, Пугачева, уже устав скрывать истинную причину своего волнения, решила сказать, как есть, - пожалуйста, помоги мне... - Филипп испугался, не понимая, что случилось, - Я не знаю, как мне поступить! Филь!.. - Алла поведала ему все, что произошло сегодня в госпитале. Филипп выслушал внимательно без единой вставки и, понимая, что ситуация пахнет чем-то нехорошим, запереживал еще больше, - Я не могу не полететь с Лизой! Он, Бог знает, какую лапшу моей девочке навешает! Мне самой так не хочется лишний раз лететь, для меня это проблема! Я хочу домой, к тебе, в Москву, - выпалила едва ли не на одном дыхании Алла, почти простонав, - я устала! Устала от всего и хочу отдохнуть, понимаешь? - Аллчонок... - тихо произнес Фил, видя, что жена едва ли не плачет от эмоций, - успокойся, маленькая моя. Давай подумаем вместе. Хочешь, я прилечу к тебе? - Нет, Филь! Потому что тогда будет скандал, я не знаю, во что он выльется! Пойми меня! - Ну, тогда... единственный вариант... - Филипп, заметно погрустнев, опустил голову, - это лететь на Кипр с Лизой. Побудешь с ней, пока Макс не привезет Гарри. Сколько? Дня два? Три? - Думаю, да. Не больше. Филя, - поднеся камеру мобильного поближе, Алла чувственно произнесла, - мне важно, чтобы ты не воспринимал это, как предательство, понимаешь? Я обязательно вернусь! Меня связывают с тобой глубокие чувства, узы брака! "И подписанный контракт на участие в "Маске". Мне по горло надо вернуться до 3-его февраля, а сегодня уже 24 января." (Алла). - Аллусь, успокойся. Я тебя понимаю, котенок. Не переживай, побереги свои нервы, свое здоровье. - глубоко вздохнул Фил, понимая, что Алла приедет в лучшем случае через два-три дня, - Не ты такая... жизнь такая, - вдруг произнес он, ухмыльнувшись самому себе, - Я всегда рядом, помогу тебе всем, чем смогу. Надо будет - на Кипр за тобой прилечу! Один раз забрал, ничего! Второй тоже заберу! - в этот момент лицо женщины скрасила легкая искренняя улыбка сквозь стекающие по щекам слезы, - ты мне скажи - если лететь на Кипр с Лизой, то завтра? Да? - Да, - кивнула Алла, - Макс купил Лизе билет на рейс. Мне нет. Скотина, - процедила она сквозь зубы. - Хорошо, давай поступим так... - поразмыслив немного, предложил Киркоров, - я сейчас куплю тебе билет, посадочный пришлю на мессенджер. Но Владимира тоже попрошу полететь с тобой, хорошо? Аллусенька, мне так за тебя спокойнее, все-таки ты не одна. - Хорошо, - кивнула Алла, снова улыбнувшись, - Филя! - вдруг окликнула она мужа, когда он при ней нашел планшет и зашел на сайт авиакомпании, - Ты самый лучший. Самый добрый, понимающий. Я тебя очень люблю! - улыбнувшись ей в ответ, Филипп купил два места в бизнес-классе на рейс на Кипр на завтра и прислал посадочные талоны на мессенджер. Они говорили о том-о сем до глубокой ночи, что-то вспоминали, о чем-то смеялись. Строили планы на совместное будущее - даже решили, что в своем загородном доме Фил обустроит комнаты для Лизы и Гаррика, когда ребята захотят приехать на каникулы. Нервозность, какую изначально испытывала женщина, рассказывая о произошедшем в госпитале, улетучилась, сменившись прекрасным настроением и вновь наполнявшим обоих чувством глубокой любви и доверия друг к другу. Филипп искренне порадовался, что Алла сказала, как есть, ничего не скрыла, хотя пришлось приложить усилия, чтобы загасить в себе страх - страх снова потерять эту женщину. Проболтав по телефону до почти раннего утра, супруги, не отключая видео-связь так и заснули, распластавшись на своих кроватях: Филипп в Москве, а Алла в Лондоне. Утром Пугачеву разбудил входящий звонок на второй линии: - Ну? - голос Галкина она узнала сразу, - Что надумала? Летишь с Лизой на Кипр?